Факультет управления

Они все знают. Проходя мимо групп студентов, что-то яростно обсуждавших, Саске был уверен, что они говорят о том, что он дрочил на студента. Он чувствовал, как они провожают его глазами, насмехаясь за его спиной. Каждый раз, заходя в учебную часть, ему казалось, что коллеги-преподаватели молчаливо осуждают его за то, что он сделал. Саске чувствовал себя последним извращенцем. Из-за того, что так быстро поддался. Из-за того, что не остановил тогда, когда было необходимо все это пресечь. Из-за того, что даже сейчас, ощущая на себе прожигающий взгляд, имеющий, в общем-то, для такого весомое основание, чувствует себя до странного взбудораженным, потому что не знает, чего ожидать. Это заставляет нервничать. И даже на перекличке он так и не может себя заставить произнести вслух простое: «Узумаки» — зная, что оно не будет звучать бесстрастно, а потому спустя бесконечно долгую позорную заминку переходит к следующей фамилии. И в этот момент ему кажется, что студенты все поняли и про себя смеются над ним за это. Взгляд поневоле падает на Узумаки. Тот, вопреки всему, не выглядит слишком напыщенным — скорее, его самодовольство держится на привычном уровне. Кривая ухмылка на губах, слегка растрепанные волосы — не как после сна, а будто кто-то зарывался в них рукой во время поцелуя, — рука небрежно уложена на спинку стула сидящей рядом студентки. Опять сел на уши Хьюга, так что та краснеет, наблюдая за ним украдкой. Влюблена — это видно даже Саске. Так правильно. И нечего Узумаки лезть к человеку не своего круга. Эксперименты обычно не заканчиваются ничем хорошим. Прежде чем Саске понимает, что уставился на парочку дольше, чем необходимо, Узумаки переводит взгляд на него. Ухмылка на губах студента становится шире, когда он осознает, что за ним наблюдали. Он убирает руку со спинки стула и укладывает локти на парту, придвигаясь немного ближе. Саске смотрит на других студентов. Они видели?.. судя по их скучающим лицам, если они и знают о том, что вообще между ними произошло, то им наплевать. Но более вероятно то, что они не знают. Довольно странно для такого, как Узумаки, не похвастать достижениями на личном поприще. Хотя, возможно, он просто не считает это достижением. Когда пара подходит к концу, Саске надеется, что студент просто уйдет, пусть и осознает, что этим все не закончится. Он то и дело поднимает взгляд и, видя поверх очков, с какой медлительностью собирается Узумаки, понимает, что надеяться не на что. Взглянув на него в очередной раз, он улавливает лишь тихую усмешку на его губах. А на следующий — его уже нет в кабинете. *** Саске — простой преподаватель со средним рейтингом, и потому поведение Узумаки остаётся для него загадкой. Саске не имеет такой же популярности среди студентов, как, например, профессор Хатаке с его обаянием и юмором, не умеет так же мотивировать, как профессор Ирука, не имеет такого же шарма и красоты, как профессор Куренай, не любит так же молодое поколение, как профессор Гай, не умеющий ставить студентам низкие баллы, не заслуживает такого же уважения и авторитета, как профессор Асума, не заваливает студентов, заставляя этим себя ненавидеть, как Кабуто, и определенно не пугает их так же, как профессор Ямато. Все выдающиеся черты, на которые в первую очередь обращают внимание студенты, имеются у других. В Саске нет ничего особенного. Может быть, щепотка от одного, чуть — от другого, и все. Так что для него остаётся загадкой и абсолютной неожиданностью внезапное внимание столь неоднозначного студента. Студенты, конечно, любят поэкспериментировать, но из Саске неважный подопытный. Он попытался смириться с мыслью о произошедшем и постараться не допускать этого вновь. Может быть, Узумаки будет достаточно и того, что уже случилось? — Ты снова зажался. Так не пойдет. Или нет. Саске прикрывает на мгновение глаза и поднимает голову, стирая из головы все непрошеные мысли о том, что чего-то такого, в общем-то, он и ждал. Узумаки, прогрохотав стулом, снова опускается на него напротив Саске и придвигается вперед. — Ты просто подрочил, — он пожимает плечами. — Люди делают это каждый день. — Не каждый. «И не так». Саске стискивает зубы, утыкаясь взглядом в журнал. Определенно не стоило отвечать на это. Потому что по лицу студента видно, что он все-таки сомневался в том, что Саске действительно делал… то, что делал. А теперь… — Мне приятно, — говорит Наруто. И звучит это до жути самодовольно. Затем слышится какое-то движение с его стороны. — Ты покраснел, — голос студента звучит уже ближе — прямо у лица Саске, если он поднимет голову. Сделав глубокий — незаметный — вздох, профессор бесшумно выпускает воздух из приоткрытого рта, и бесстрашно переводит взгляд на студента. — Вы готовы? — тот действительно оказывается ближе, чем следовало бы, но Саске стойко выдерживает его взгляд, понемногу отклоняясь назад, чтобы это не выглядело как бегство. — Предпочитаю импровизацию, — кривая ухмылка Узумаки расцветает, подозрительно напоминая улыбку. На щеках проступают мягкие ямочки — не стоит сомневаться, что они одни уже успели уложить в постель не одного человека. — Я вас слушаю, — но Саске давно не восемнадцать, чтобы на это поддаваться. Студент облизывает губы, не переставая улыбаться. Он наклоняется еще ближе и понижает голос: — Не могу поверить, что это из-за меня, черт… ты же такой… замкнутый?.. хотя теперь я на девяносто процентов уверен, что ты один, ну, или ты бросил своего… — Узумаки, вас не туда занесло. — Думаешь? Еще скажи, что натурал. — Прекратите переворачивать все, что я говорю. — Ну хотя бы признаешь, что нет… — Узумаки. — Би? — У-зу-ма-ки. — Да ладно? У тебя были девчонки? — Узумаки! Студент умолкает. Его глаза блестят шальным огоньком. Видно, что ему отчего-то очень весело. Саске нервно поправляет на себе очки, делая глубокий вдох. — Вау… — выдыхает вдруг студент почти восхищенно. — Ты… повысил на меня голос?.. — спрашивает как будто неверяще. — Прошу прощения, — сразу же извиняется Саске, понимая, что поневоле вышел за рамки. Узумаки вдруг тихо смеётся, откидываясь на спинку стула. — Еще и извиняется, господи… — говорит очень странным тоном — не то восхищение, не то радость, не то насмешка, не то… умиление?.. Саске даже немного теряется, не зная, как на это реагировать. Поэтому просто ждёт, пока студент успокоится, глядя на него строгим взглядом через очки. И с некоторой досадой понимает, что так просто эта тема не закроется. — Что бы вы ни думали, Узумаки, — медленно начинает он, тщательно подбирая слова. — Это неприемлемо. Так нельзя, это нарушает все рамки, — говорит размеренно, пальцем будто указывая на столе все невидимые пункты. — Вы должны понимать, что я, в конце концов, ваш преподаватель, а вы — мой студент, и… — он умолкает, замечая, как рука Наруто приближается к его лицу. Саске хочет отдернуться, но ловкие пальцы уже успели подцепить очки и снять их с него. — Узумаки, что вы… — начинает, глядя, как студент надевает его очки на себя, а потом поднимается с места, так что теперь профессору приходится смотреть на него, задирая голову. — Ты носишь очки, чтобы казаться строже, так ведь? — вдруг совершенно серьезно спрашивает Наруто, выпрямляясь и будто вмиг преображаясь. — Ну, а как в них я? — он приподнимает брови, будто не ждет ответа. Но ответ и не требуется. Студент будто действительно стал взрослее. Сегодня в противовес обычным футболке и джинсам, на нем белая рубашка, выгодно оттеняющая бронзовый загар его кожи, с закатанными к локтям рукавами и расстегнутыми верхними пуговицами, оголяющими ключицы, и брюки, которые держит на бедрах широкий кожаный ремень — шире и, кажется, тверже, чем на Саске. Наруто уверенным жестом просовывает руки в карманы и смотрит на Саске через очки сверху вниз — так, словно знает точно, какой производит эффект. Саске сглатывает и поправляет воротник своей рубашки. — Так что? — спрашивает Наруто. — Что? — глухо вторит ему Саске. — Верните очки. — Что ты там говорил про правила и приличия? — Узумаки, — прочищает горло профессор, сосредотачиваясь на сжимаемой указательными и большими пальцами обеих рук ручке. — Вы сами не понимаете, чего хотите. — Я всегда знаю, чего хочу, — отрезает Узумаки. — А вот ты не можешь признать, что хочешь чего-то вообще. — Я не… — В пятницу я приду снова. Разберись уж со своими желаниями. — Вы ставите мне ультиматум? — недоверчиво приподнимает брови Саске. — Всего лишь помогаю решить. — Мое решение уже принято, — хмурится профессор, закрепляя сказанное стукнувшей по столу ручкой. Наруто на это только усмехается, обходит стол, попутно снимая с себя очки, и останавливается за стулом Саске, замечая его напрягшиеся плечи, обтянутые тканью рубашки. Поставивший было жирную точку на разговоре наконечник ручки начинает подрагивать, делая из нее запятую. Саске с силой сжимает стержень в кулаке, прекращая постукивание. Студент тихо фыркает в аккуратно подстриженный загривок, замечая, как кожа на шее вмиг покрывается мурашками. И, наклонившись ближе, всего лишь надевает на профессора очки — медленно, не прикасаясь кожей к коже, но ясно давая прочувствовать близость своего тела и тепло дыхания. Он прекрасно видит сбоку подрагивающие ресницы, успевшие прикрыть темные глаза еще в тот миг, когда Наруто только зашел за его спину. Он издает едва слышное хмыканье прямо в покрасневшее ухо: — Да неужели? *** Кем бы Узумаки себя ни возомнил, Саске давно не восемнадцать, чтобы вестись на подобное. Главное различие между ними в том, что один из них уже научился думать больше головой, а не телом, как бы оно ни реагировало. Да, оно хочет. Может, хочет даже больше, чем Саске готов признать — ведь даже от воспоминаний по коже проходятся мурашки. А между тем Узумаки практически ничего не делал. Он даже коснулся его всего пару раз. И Саске обманул бы сам себя, если бы сказал, что не ждет следующих шагов от студента. Он ждет, пусть и знает заранее, что не даст этому зайти дальше, чем следует. А потому, он скажет «нет», даже не задумываясь. Но в пятницу Узумаки не пришел. Телефон молчит. Никто не пишет и не донимает двусмысленными сообщениями. Долго думать не надо — Узумаки не славится постоянством в отношениях. Его интерес угас, но Саске и не ждал иного. Узумаки — студент. Он моложе почти на двенадцать лет, и этим все сказано. Так что теперь Саске даже немного расслабляется. Было странно и непривычно — ощущать такое внимание. Среда встречает привычной суетой и несколькими переходами по этажам, потому что в этот день у Саске пары еще и на экономическом. А оттого в потоке студентов легко заметить Узумаки, который по-привычному снует по разным факультетам, готовый побывать везде и сразу. Не то чтобы Саске специально обращал на это внимание. Он даже не останавливался, проходя мимо, чтобы убедиться. Потому что сомнений и не было. Только он может вызывать такой шум среди студентов, что их смех можно услышать на другом конце этажа. Играется, очевидно. Молодежь… В любом случае, до его пары Узумаки опять не доходит. Видимо, игр ему на сегодня хватило. *** Саске не поднимает головы, услышав движение позади себя. Только выдыхает медленно через рот, стараясь унять свою возможную реакцию. Но напряженное тело все равно вздрагивает, когда по его груди медленно вверх проходится широкая ладонь, сминая рубашку, а кожа на шее обжигается о горячий выдох. Другая сильная рука перехватывает его поперек груди, чтобы он никуда не сдвигался. Схватившись за край стола, Саске пытается унять дрожь от медленных откровенных движений жесткой ладони от груди к паху и обратно. Чистая рубашка слабо шуршит в тишине аудитории от этих махинаций, и только в ухо тихо и мерно дышит студент, кажется, отчетливо понимая, какой эффект производит. Рука со стола перебирается на удерживающее его крепкое предплечье, желая снять, но в итоге там и остаётся, только вцепившись сильнее. Громко выдохнув, Саске слегка сдвигается на стуле, неосознанно разводя ноги, когда уверенная рука вновь скользит к паху, но не добравшись, опять поднимается выше, начиная играть с сосками через ткань рубашки. Саске не заметил, когда успел прикрыть глаза, но чувствует, что веки дрожат вместе с ним самим. — Ждал? — тихо говорит Наруто в ухо, наполовину скрытое черными шелковыми прядями, и останавливает ладонь на животе, который тут же втягивается под его прикосновением. Саске не отвечает, но еще одно неосознанное движение бедрами выдаёт его сполна. Узумаки проводит носом сзади мягкого уха, вдоль белоснежной гладкой скулы, останавливается у полуоткрытых губ, застыв так на несколько мгновений, грея их дыханием, но затем ведет по подбородку вниз, к шее за воротником, заставляя непроизвольно приподнимать плечо из-за щекочущего дыхания. Рука Наруто наконец-то скользит ниже, сжимая уже эрегированный орган сквозь штаны. Студент удивленно охает ему в ухо, заглушая этим вымученный выдох Саске, дернувшегося всем телом от этого прикосновения. — Смотри-ка, даже штаны повлажнели, — Наруто лижет теплое ухо по краю, вызывая новые мурашки. Саске пошире разводит ноги, желая большего контакта, но тут все прикосновения мигом исчезают, и студент отходит от его стула, присаживается сбоку на край стола, хитро глядя на профессора лукавыми порочными глазами, знающими, что их владелец только что совершил небольшое преступление и не чувствует за собой вины. Саске глубоко вздыхает, раздражаясь сразу из-за нескольких вещей. Не в силах смотреть на ухмыляющегося студента, он опускает голову на упирающиеся локтями в стол руки, протирая ладонями глаза, чтобы успокоиться и вспомнить, кто из них старше, опытнее, а следовательно, — мудрее. Заставляя себя вспомнить о принятых решениях. Наруто не торопит. Только продолжает сидеть на краю стола, сжимая коленями какую-то папку. Кажется, он тоже возбудился, хотя и вряд ли настолько сильно, как Саске. Когда разум последнего, наконец, достаточно очищается, он поднимает голову. Его волосы растрепались, а глаза блестят от неудовлетворенности и пока еще не угасшего полностью возбуждения. Саске глубоко вздыхает, унимая участившееся дыхание. — Мы переспим — и все, — хрипло выговаривает он и сам удивляется своему голосу. Наруто склоняет голову набок, вопросительно приподнимая брови. — Переспим — и все, — повторяет Саске громче, прочистив горло. От понимания того, что он говорит такие слова студенту, ему становится жарковато. — В смысле «все»? — Наруто скрещивает руки на груди и качает головой в непонимании. — В самом прямом, — Саске в свою очередь тоже скрещивает руки, откидываясь назад на стуле и кладя ногу на ногу, стараясь скрыть еще не спавшую эрекцию, хотя в этом и нет смысла — все и так всё видели. — Вы сказали, что придете в пятницу. — Сегодня пятница, — приподнимает уголок губ Наруто. — А ты меня ждал на той неделе, да? Саске только моргает, разоблаченный. — И что, если бы я пришел тогда, ты сказал бы «да»? Был бы согласен на «все-все», а не на «и все»? — студент иронично выделяет пальцами кавычки. Теперь Саске хмурится открыто, но и как-то почти оскорбленно. Наруто фыркает и пересаживается ближе — теперь прямо перед Саске — так, что если бы тот захотел отвлечься на свои бумаги, то ему пришлось бы отодвинуть студента. Перед глазами теперь предстала чуть встопорщившаяся ширинка, на которую волей-неволей падает взгляд, стоит только на секунду расслабиться. Весьма удобное положение для минета — не стоит сомневаться, что Узумаки уже не раз использовал этот прием. — Ну-ну, — он осторожно продевает передние пряди волос Саске между большими и указательными пальцами, отводя их назад, и поднимая голову основаниями ладоней. — Я же шучу, зайчик. Саске кривится: — Узумаки, мне тридцать два года. Приберегите прозвища для первокурсниц. Наруто только усмехается. Его большой шершавый палец гладит Саске вдоль скулы. Теперь его прикосновения не имеют сексуального подтекста и ощущаются мягче и нежнее. И от этого как-то уж совсем стыдно. Саске пытается вырваться, когда понимает, что еще немного — и совершенно не к месту начнет краснеть. — О, вот я и узнал твой возраст, — Наруто насмешливо играет бровями. — Будешь моей первокурсницей? Вдоволь насладившись молчаливой яростью в глазах преподавателя, Наруто поднимается, выпрямляясь и привычным движением убирая руки в карманы штанов. Теперь его ширинка еще ближе. Нужно лишь немного придвинуться, чтобы ощутить жар, исходящий от него. Узумаки зарывается ладонью в волосы Саске. Тот сглатывает, понимая, что не будет сильно сопротивляться, если Узумаки прижмет его к своему паху. Но тот только ерошит его волосы, хмыкает и выходит в узкий проход между столом и Саске, мимоходом задевая ногой его колено. Он специально это делает? Саске злится на себя, из-за того что ведется на столь простые провокации. Сегодня Узумаки оделся как никогда просто — светлые потертые джинсы, яркая футболка, потрепанные белые кроссовки. Не пытался произвести впечатление. Но все равно произвел. — Тебя так прикольно дразнить, — его кривая ухмылка привычно ложится на губы, грозя перерасти в смех. — Прямо невозможно остановиться. Обычно от такого либо смущаются, либо раздеваются. Да, веселее некуда, учитывая, что Саске готов был сделать и то, и другое. — Вот именно, — хмыкает Узумаки, будто прочтя его мысли. Или, вероятнее всего, он и сам видел его метания. Позорище. Саске передергивает плечами, придвигаясь ближе к столу, чтобы найти точку опоры. — Послушайте, Узумаки… — начинает он, не подозревая, как продолжить фразу. — Ладно-ладно, — студент поднимает руки. — Окей. В чем дело-то? Ты с кем-то встречаешься? — несмотря на тон, Наруто серьезно смотрит в его глаза. — Итачи этот? Саске только фыркает. — Он тут при чем? — Действительно. — Оставьте Итачи в покое, Узумаки. И нет, он никак не влияет на мое решение. — Тогда какие у тебя проблемы? — прямо спрашивает студент, продевая большие пальцы в шлевки джинсов. — Кажется, вас это никак не касается, Узумаки? — Саске слегка хмурится, глядя на студента. — Касается. Говори. Саске молча смотрит на него еще несколько мгновений, а потом спокойно собирает свои вещи и выходит из кабинета, услышав за спиной, прежде чем закрыть дверь, тихое: — Черт… А затем — обессиленный выдох.