Факультет управления

Тяжелое дыхание постепенно выравнивается, и когда Наруто проводит рукой по волосам, делая последний глубокий выдох, реальность, наконец, заставляет обратить на себя внимание. И она все еще прекрасна: Саске до сих пор стоит на коленях перед ним. Он продолжает дрожать от остаточных ощущений, едва держась от того, чтобы не упасть совсем. Его хватка за джинсы Наруто от этого только усилилась, так что они теперь спущены практически до колен, выставляя напоказ еще подрагивающий член. Голова Саске низко опущена, и его лица не видно. Зато отлично видны на груди и рукавах рубашки влажные пятна спермы Наруто. Сквозь шершавый хлопок в этих местах соблазнительно просвечивает кожа. Но пятно на штанах гораздо красноречивее. И хотя о характере его появления сомнений не может возникнуть, оно все равно интригует. — Ты раньше никогда не кончал, что ли, от жопы? — облизывая пересохшие губы, спрашивает Наруто с ухмылкой. Саске медленно отпускает его джинсы, когда дрожь ослабевает, стирает рукавом рубашки вязкость с губ, а потом смотрит на свои влажные ладони. И неосознанно облизывается, чтобы вновь почувствовать солоноватый привкус на языке. «Я кончил, потому что кончил ты». Он переводит взгляд на свою промежность и с долей обреченности понимает, что ее никак не скроешь. Продолжая ухмыляться, Наруто в припрыжке подтягивает джинсы, вжикает молнией и, придерживая подбородком край футболки, затягивает ремень. — Вы невозможны, Узумаки, — в итоге констатирует Саске на выдохе. — Бля, ты реально? — фыркает Наруто, оправляя одежду. — Говоришь «вы», хотя только что отсосал мне. — Я не… — Саске сглатывает и не замечает, как все еще влажными пальцами проверяет, все ли пуговицы на рубашке застегнуты. — Да-да. Отсосал, — настаивает студент. — Посмотри на меня и скажи это. Взгляд профессора поднимается и остаётся на уровне ширинки Наруто. — В глаза, Саске, — хмыкает тот, просовывая пульт управления обратно в карман. — Посмотри и скажи. Ты ведь уже сделал полдела, когда все-таки пришел на пару с пробкой в заднице. Саске поднимает голову так быстро, что одним этим движением говорит о своем возмущении больше, чем словами. Но студент, по-видимому, этого и добивался, потому что начинает одобрительно кивать. — А теперь говори, что ты отсосал мне. И что тебе понравилось. Возмущение в глазах Саске сменяется нервозностью. Он снова сглатывает и поправляет воротник рубашки. — Да, я отсосал вам, — спокойно говорит в итоге, хотя и сжимает от дискомфорта челюсти. — Этого вы хотели? — Нет, Саске, — кривоватая ухмылка на губах Наруто неуловимо превращается в улыбку. — Этого хотел ты. Саске не может выдержать его взгляда: в нем какой-то странный трепет. Не обязывающий, но подозрительно тягучий. Неужели Узумаки все еще влюблен в него? Он промаргивается, медленно поднимаясь с колен, и чувствует как по бедрам вниз медленно сползают вязкие капли, напоминая о собственном конфузе. Саске весь пропах спермой. Остатки ее везде: на щеках, губах, подбородке, кое-где в волосах, на ладонях. На языке. В горле, которое немного саднит… да и рубашка теперь вся в ее пятнах — воротник, рукава, ткань на груди, даже пуговицы. Про брюки и говорить нечего — те вдобавок влажные еще и в коленях из-за сырого кафеля. Мокрые трусы с засыхающей на них спермой хочется снять. Пробка между ягодиц теперь причиняет некоторый дискомфорт, и потому встает Саске уже не так выверенно и четко, как обычно. Но и там… внутри… тоже еще влажно. — Бля, ты выглядишь таким затраханным… — Узумаки, как обычно, не стесняется указать на то, чего можно было бы и не упоминать. Оглядывая себя, Саске понимает, что да, грязнее, чем сегодня, он не был никогда прежде… и расслабленнее, как ни странно, тоже. Даже после той ночи с Узумаки, какое-то напряжение все еще сковывало его, а теперь… Теперь он увидел его член. Одно воспоминание о том первобытном удовлетворении лишь от того, что он его увидел, заставляет начать нервно заправлять смятую рубашку в брюки. Что же будет, когда он его почувствует? Узумаки продолжает следить за ним, даже когда он проходит к раковине, умывается кое-как и, наконец, закрывает кран. В коридорах тоже уже стало тише, так что слышны лишь последние капли, падающие из обветшалого смесителя и редкие гулкие шаги за дверью. — Тебе еще стыдно передо мной? — эхо голоса студента отражается от кафельных стен, глухо затихая. Саске на секунду замирает, а затем еще раз проводит рукой по безнадежно испорченным брюкам в надежде отстирать пятно. — Нет. В конце концов, теперь они кончили оба. — Тогда не передо мной? А вот это в точку. Пятно становится только еще заметнее, и Саске со вздохом бросает бесполезное занятие. — Перед другими? Перед собой? — уточняет Узумаки. — Так, хватит, — Саске останавливает его одним взглядом. Но студент в ответ лишь улыбается уголком губ, опираясь одной рукой о подоконник. — Иди сюда, — кивает он, подзывая. — Зачем? — Подойди, — тем самым тоном. Саске чувствует себя несколько унизительно, когда подчиняется. От Узумаки тоже пахнет сексом. Еще пóтом и остатками парфюма. Но ему подходит это сочетание запахов как никому другому. Он высокий — превосходит в росте многих своих однокурсников, — но все равно немного ниже Саске. Макушка Узумаки находится примерно на уровне его переносицы, а оттого смущение от своего положения чувствуется особенно остро. Саске старше, выше, опытнее, но все равно стоит перед студентом на ватных ногах от недавнего оргазма и от того, что стер колени о кафель, и ждет от него неизвестно чего. — Почему ты подошел? — спрашивает Узумаки, враз становясь серьезным. — Потому что вы позвали, — слегка раздражаясь, отвечает Саске, сжимая челюсти. Почему-то не может не ответить. На губах студента снова расцветает усмешка, продавливающая ямочки, когда он облизывает губы. — Знаешь, не переходи на «ты». Звучит очень сексуально. Как будто после сессии… — При чем здесь сессия? — Саске хмурится в непонимании. А теперь Узумаки смеется. Тихо, глубоко. Такой смех вызывает совсем не веселые ассоциации. Это смех интимный, игривый, который можно услышать от кого-то, кто отпускает пикантные шутки в постели. И это действительно так, потому что Узумаки приподнимается на носочки, чтобы приблизиться к его уху: — Я имел в виду БДСМ. От этого голоса по телу пробегают мурашки, заставляя встать волосы на загривке дыбом. Горячая уверенная ладонь на пояснице ощущается правильно и так откровенно, что Саске только теперь осознает, что Узумаки его еще никогда не касался так, чтобы не возбудить, а приблизить. К себе. Но он и теперь не приближает, а склоняется сам — только рука на пояснице как якорь. По-видимому, для обоих. Саске широко распахивает глаза, когда губы Узумаки впиваются в его шею, всасывая кожу, и от неожиданности с силой сжимает крепкое плечо студента. — У-узумаки?!.. — выдыхает в непонимании. А потом неосознанно прикрывает глаза, потому что Узумаки делает это слишком хорошо. Едва касаясь зубами, влажно скользит языком. И прикосновение его не шершаво-грубое, а какое-то бархатное. Почти нежное. Черт возьми… Саске сглатывает, когда член вдруг снова дергается, и это немного приводит его в чувства. Он отталкивает студента, отходя на пару шагов и в легкой панике ощупывая пульсирующее место на шее. — Что вы… — запинается. — Ты… — запинается опять. — Посмотришь потом на себя в зеркало, придешь на пару… — как ни в чем не бывало объясняет студент, усмехаясь. — Прими тот факт, что я тебя трахаю. Саске поправляет воротник, пытаясь скрыть им синяк, если он есть — а он есть, судя по самоуверенному виду Узумаки. — Чего ты боишься? — вдруг спрашивает тот. — Меня? — А вы меня? — несколько мстительно парирует Саске. Узумаки недоумевающе хмурится, скрещивая руки на груди. — Что? — фыркает. — С чего вдруг? — спрашивает почти с подозрением. А потом вдруг весело улыбается. — Э-э-э, нет, — он отрицательно качает указательным пальцем, — у нас уже был такой разговор. Саске пожимает плечом, но молчит. Разговор был. Многое изменилось с того времени, но это осталось. — Так, — Узумаки отвлеченно хлопает себя по карманам, а затем вытаскивает ключ от машины, — лови. — И, не дожидаясь, пока Саске среагирует, кидает их ему. Тот от неожиданности ловит, а затем вопросительно смотрит на студента. — Я соберу вещи, — Узумаки лениво чешет шею, склонив голову набок, — а ты пока можешь по пожарной спуститься. С этими словами он отпирает дверь и, даже не выглянув в коридор, чтобы узнать, есть там кто или нет, просто выходит, проводя рукой по коротко подстриженному затылку. *** — Ты видела? — Да нет же… — Да смотри!.. сейчас, когда он повернется к доске… вот!.. вот! Увидела? — Офигеть. Слышится девичье хихиканье. — Спорим, Таюя сейчас скажет, что это она поставила. — Девочки, это реально? У него засос на шее? — А я-то думаю, чего он сегодня такой паинька… Снова смех. — Сегодня ты точно сможешь отработать, — ржет Киба, пихая Наруто в бок. — Видимо, вчера кое-кому перепало, — он кивает в сторону профессора. Саске и вправду сегодня не такой, как обычно. Он старается не выходить из привычного образа, но все его силы и нервы уходят на то, чтобы скрыть засос на шее: то воротником, то рукой, то он отворачивается. И каждый раз нервно поглядывает на группу, хотя почему-то не может проявить строгость. Во всех этих жестах читается тотальная неуверенность и беспокойство. Даже страх. — А помните, на прошлой паре?.. — Да-да, я тоже вспомнила! Он был тогда такой странный… — Мальчики, вы заметили? У Учихи засос. — Ино оборачивается к обоим, хотя смотрит только на Наруто. Да, он встречался с ней пару недель. А если быть точнее, Ино — последняя, с кем был Наруто до Саске. Его увлечение ею прошло довольно быстро, хотя сама Ино — девушка видная, притом еще и с некоторой изюминкой. Но все портила некая искусственность в поведении, без которой, ей казалось, что она не привлекательна. Раскрывать ее было бы занятно, если бы у Наруто так внезапно не угас интерес, а с ним и желание продолжать. Захотелось чего-то нового. Парня. Парни редко интриговали Наруто сильнее девушек. Пусть и кажется, что тех завоевывать намного проще, раскрепощать их — одно удовольствие. Сначала смущаются, пытаются имитировать, но когда получают настоящий оргазм — их не остановить. — Никогда засосов не видели? — Наруто приподнимает бровь. — Да, но не у Учихи! — она склоняется ближе. — Таюя говорит, что это она с ним вчера… Саске на фоне бросает на них нервный взгляд и тут же отводит его. Нет, он и вправду сейчас даже больше обеспокоен, чем обычно. — …но вот Карин из «ГиМУ»сказала, что на их паре вчера у него уже был засос. Так что это было в среду. А у нас его пара тоже в среду была. — Ино, девчонки впереди сидят, с ними посплетничай. Мне вообще пофиг, с кем он спит, — Киба закатывает глаза, укладывая подбородок на скрещенные на парте руки. — Да вы не понимаете! Помните его на прошлой паре? — А что с ним было? — не понимает Киба. — Господи, с тобой невозможно говорить! — отмахивается Ино. — Как можно было не заметить? Наруто, ну ты-то хотя бы видел? Ты же отвечал еще тогда. Шепотки в аудитории становятся громче. А Саске не может решиться на то, чтобы это прекратить. — Это не мое дело, — пожимает плечами Наруто. — Во, пацан дело говорит, — одобрительно вставляет Киба. Сзади слышится тяжелый вздох — Шикамару слишком устал от этих разговоров. — Шикамару! — лицо Ино светлеет. — Не спрашивай меня, — тут же остужает ее тот. Ино закатывает глаза и отворачивается, говоря что-то о том, что все парни одинаковые. Телефон Наруто пиликает, возвещая о новом сообщении. Шикамару. «Ты что ли?» Наруто цокает и проводит рукой по волосам на затылке, глядя в экран телефона.

«Да»

«Пиздец ты конечно» — прилетает лаконичное и глубокомысленное. Наруто со вздохом переводит взгляд на Саске, уже в который раз смотрящего на часы. М-да. Надо было все-таки довезти его самому в тот день. И почему он не сделал этого?.. Но сейчас нет смысла припоминать. Звенит звонок, становясь для Саске почти освобождением, потому что он выходит так стремительно, что Наруто не составляет труда понять — он не хочет, чтобы его догоняли.