Вестник несчастий

      Всю ночь Усянь не спал, лежал почти вплотную к Сюю, дышал ему в шею, часто поднимал голову и смотрел на бледное лицо, проверяя каждый раз его температуру на лбу и ладонью у носа его дыхание, успокаиваясь лишь на короткий миг: «Он все ещё дышит, все еще хорошо»       Наконец-то Усянь услышал петухов вдалеке. Сам себя не осознавая после тяжелой нервной ночи он встал, чтобы приготовить свежий настой из трав. Он слегка приподнял голову и отрыл рот Сюю, чтобы напоить его, жалея, что в сознании Сюй бы выпил это все гораздо быстрее и не пришлось бы прерываться, дабы лежачий отдышался. Затем он взял закупоренный сосуд с укрепленным зельем, которое Вэнь Цин по середине ночи заместо приготовленного на скорую руку Усянем. Она молча пришла и также молча ушла. Усянь налил наперсток зелья и поставил на тумбу рядом с кроватью. Затем он взял один из вчерашних эликсиров, задумавшись, как что-то подобное можно скормить бессознательному человеку, ведь эту большую горошину нужно раскусить, а оболочка раствориться от слюны, только вот последнего точно нету. Он решил эту проблему по-своему положив шарик между чужих зубов, затем думая, что они вообщем-то и не такое делали, попытался убрать осколки горошины из его рта руками, дабы тот не подавился без слюны, только вот в этот ответственный момент Сюй открыл глаза, искренне недоумевая что происходит с его ртом. У проснувшегося появилось тяжелое болезненное дыхание. Вэй Усянь, увидев это, решил неловко улыбнуться. Сюй нахмурился от боли и просипел: — Воды.       Усянь кивнул, налил чашу воды и помог Сюю выпить это, предупредив о том, что не успел вытащить осколки, которые должны раствориться в воде, если ее чуть-чуть подержать во рту. Сюй конечно все понял и сделал правильно, только вот он никак не реагировал ни на что эмоционально, а после того как он выпил зелье, его глаза и вовсе закрылись вновь. Усянь тяжело вздохнул. Казалось бы радоваться надо, что он вообще проснулся, но вот только Сюй опять потерял сознание.       Еще месяц Вэнь Сюй не мог встать с кровати, он был без сил и все неимоверно сильно болело. Только по истечению этого срока Вэнь Цин рекомендовала ему понемногу расхаживаться и входить в привычный образ жизни.       Вэнь Сюй начал с совсем малого и доходил лишь до письменного стола, где садился и читал свитки. Ответа на письма сейчас от него не требовали Вэнь Жохань сам отвечал на письма, вопросы в которых раньше решал Вэнь Сюй. Сюй увидел на столе не только распечатанные письма адресованные ему, но и копии ответов, сделанные помощником Владыки. Сюй поморщился от этого. Если раньше он с радостью принимал на себя работу, связанную с орденом, понимая, что в будущем это все равно его ждет, то сейчас хотелось запихнуть все эти «любезно предоставленные» бумажки Жоханю в глотку. Если любовь к отцу умерла вместе с смертью его матери, то любое уважение в глазах Сюя он растерял на том пиршестве, где впечатал Сюя в стену. Теперь отца для него не существовало вовсе, был только Глава Вэнь.       Сюй сплюнул и начал разбираться в свитках исключительно ради понимания общей картины, все же он раньше решал большинство торговых вопросов, а значит письма будут от Глав других Орденов. Чувствовал он себя все еще болезненно плохо.       Усянь как раз хотел зайти проверить, как Вэнь Сюю спится, но заместо этого застал того сидящего в одеяле возле письменного стола.«Сидит как нахохлившийся воробушек, укутавшись в одеяльце с недовольной моськой» — подумал Вэй Ин, застыв на пороге. Из-за открытой двери подуло прохладой открытых окон и Вэнь поежился, еще больше укутываясь в одеяло. Усянь спешно закрыл дверь и сел позади бугорка с одеялом, легко обнимая того со спины и кладя голову ему на спину.       — Мне расчесать тебя, А-Сюй?       — После того, как я прочту всю эту гору бумажек.       — Ты же уже знаешь, что тут решенные вопросы, это могло бы и подождать…       Вэнь придирчиво фыркнул носом: — Я как никогда хочу знать, что … «сделал этот дед» …произошло за время моего… «отсутствия в этом мире» …лежания в кровати.       — Хочешь сказать это не подождет до твоего полного выздоровления? Ты думаешь, он будет тебя нагружать сразу после болезни? — морщась и перебирая занудные бумажки, при виде которых он сбегал от своего шиди во времена восстановления Пристани.       — Да плевать я хотел, что он будет делать с моей нагрузкой. Мне важна ситуация в целом.       — Может, мне тогда почитать это тебе?       Вэнь Сюй слегка обернулся, чтобы не тревожить только стянувшиеся кости и дернул бровями, на его лице буквально читалось: «Серьезно, Усянь?»       — А-Сянь, у меня и так из-за болезни очень сильно голова пухнет, — Вэнь представил, что будет, если Усянь кто-то подобный Усяню начнет выполнять бумажную работу.       — Ну вот! Это — потом, это — не надо, а массаж я тебе тоже пока сделать не могу.       Сюй замер на мгновение, понимая истинную суть намерений. Иногда Усянь и в самом деле вел себя почти как ребенок. Спасибо, что за косичку не подергал. За своим плохим самочувствием и озлобленностью он и не заметил, что почти не проявил интереса к зашедшей персоне. Он накрыл одной рукой обнимающие его руки Усяня и погладил их:       — Просто посиди так, пока я не ознакомлюсь со всем этим, это не займет много времени, мне же не отвечать на них.       В самом деле ему не особенно понравилась манера ответа Главы Вэнь, пахло чем-то не очень хорошим. Усянь переодически ерзал и выглядывал из-за спины тоже вчитываясь в письма. Вроде бы любопытство к письмам было праздным, но совсем не свойственное такому, как он. «Может ли быть такое, что он осознает всю тяжесть происходящего?»

***

      За этот год Вэнь Сюй и Усянь притерлись к друг другу совсем, жили в одном домике. Специально для него Сюй посадил лотосы в теплом пруду возле этого домика, помня, в какой восторг приходит из-за них Усянь.       Теперь Сюй сам будил Усяня, просыпаясь в его объятьях, нежными утренними поцелуями для похода на тренировочное поле. Негодяй всегда умудрялся к утру перемещать почти весь свой вес на него. Причем позы для сна у Усяня сложно было назвать удобными и каждый раз разными, к тому же первое время он всегда сбивал простыни на постели, пока Сюй не приказал слугам разобраться с этим. Ну а пробуждение этого человека всегда заканчивалось его похотливо-провоцирующим настроением, что неизбежно приводило к ленивым утренним совместным ласкам. Тем ни менее он все еще ждал его 18-летия, не соглашаясь на различные уловки и деланно-обиженые рожицы, которыми он очень умело манипулировал последним.       Однажды Сюю надоели это бесчисленные просьбы и он хмуро посмотрев на него выдал:       — Ну если тебе так это хочется попробуй сделать это сначала сам.       На что он получил обескураженное лицо Усяня, не понимающего что ему для этого нужно сделать, а также не видя особого желания. Да, морально он был старше него, но у него не возникало мыслей сделать что-то такое с Вэнем. Вот по поводу Цзян Чэна он замечал когда-то такие мысли у себя, но…       — Ты действительно этого хочешь? Я… только один раз…       — Ты даже не пробовал, а уже так говоришь «один раз». Давай уже,— к этому моменту Вэнь уже лежал на животе в удобной позе и ему надоело смотреть из-за плеча на шоковое лицо Вэй Усяня.       Усянь кивнул, спешно достал флакон с маслом, растирая его в руках дабы согреть. У него подрагивали слегка руки. Он приставил масленные пальцы к входу, начиная поглаживать. Другой рукой он убрал рассыпанные по спине мягкие, чуть кучерявые волосы Сюя, которые отдавали малиновым оттенком при таком освещении. Не представляя, что делать в таком положении он решил полностью исцеловать его спину пока проникал по очередно пальцами во внутрь. Сюй лежал полностью расслабленный, слегка обнимая подушку, на которой лежала голова. Вэй Ин очень долго искал комок нервов у него внутри, и кажется, Сюй вообще не был особо чувствительным к такой ласке, или же Усянь что-то делал не так, может нужно было больше нажимать и дольше гладить его так. Было видно что ему нравится по тому как он подставляется или жмурится, но он не стонал так же сильно, как это делал Усянь. Когда Усянь вошел в него, он не ощутил того же наслаждения, как когда подчинялся широким рукам лежащего человека. Он слегка смутился, тем не менее доведя дело до конца и под руководством расслабленного Сюя под нужным углом.       — Не понравилось, да? — усмехнулся Сюй, — что-то я сегодня на тренировку не хочу, — сонно потянулся Сюй после секса.       — Наставник тебя съест.       — Скажи ему, что у меня спина болит. А тебе рано еще пропускать тренировки, хлипким будешь. Что? Ну к обеду я может быть подойду, но не для тренировки, а чтобы пообедать с тобой. Имей совесть, я вчера только с Ланьлина прибыл, а ты еще больше меня разморил.       К тому же психическое состояние Вэнь Жоханя пришло в относительную норму, и он перестал срываться на всех, вновь стал холодным и рассудительным больше не избивал так Вэнь Сюя. А Вэнь Сюй вернул его доверие, несмотря на затаённую им злобу на отца.       Жохань даже подарил Усяню хороший гуань в знак того, что тот не бросил Вэнь Сюя, когда Усянь и Сюй могли бы умереть вместе от его руки. Он остался его защищать. Не то чтобы он извинялся за это или проявлял какие либо эмоции, хотя кто знает что у Главы было на душе, но он все равно пытался загладить это недоразумение. И все же политику своего Ордена он все больше ожесточал. Молча и хладнокровно сносил головы предателей, которые роптали за спиной. Глава Вэнь стал поистине жестоким человеком, который более не знал никакой жалости.

***

      С утра Вэнь Сюй уже вернувшийся от отца сообщил Усяню, что отец нашел фрагмент темного железа и собирает в Гусу группу людей. Сюй сказал, что настоял на своем решении отправить туда Усяня. Вэй Ин подорвался с кровати глупо хлопая глазами:       — А-Сюй, я? Почему ты попросил Его отправить и меня тоже?       — Потому что тебе я доверяю.       Усянь тяжело вздохнул и пошел приводить себя в порядок после сна. Выражение его лица стало сложным, он вспоминал появление Вэней в той жизни в Облачных Глубинах, а также все произошедшее там в той жизни. Надо сказать он надеялся не попасть туда в это же самое время. «Как мне смотреть в глаза всем своим старым друзьям из той жизни, помня во что все должно вылиться?»       Вэнь Сюй заметил его понурое и молчаливое состояние засомневался в правильности данного решения, но у него не было особо другого выхода. Ведь если его отец получит огромную силу темной энергии, он обезумеет в конец и с ним уже будет не справиться в одиночку. Сюй поймал уходящего Вэй Ина в объятия и прошептал:       — Все будет хорошо, если что сообщи мне об этом немедленно. Ты ведь умеешь отправлять быстрые магические сообщения?       Усянь кивнул       — Покажи.       Усянь вывел печать и на его руке появилась красная бабочка-вестница.       — Бабочка? Кто научил тебя ей?— изумился Сюй чертя в воздухе совсем другую печать, после которой на его плечо сел черный, дымящийся черным ворон.       — Я уже и не помню, откуда я это знаю, — пожал плечами Вэй, мысленно запоминая новую печать. Сюй как будто специально показал ему это, чтобы он запомнил эту печать. «Наверняка ведь знает о моей острой памяти. А еще видит, что я осознаю всё, что происходит. Стал бы он мне тогда так открыто говорить о своих мыслях государственного переворота, если бы не считал меня равным? Насколько же сильно он меня любит? Мы ведь никогда не говорили об этом» Его объятья так же напомнили Усяню, о неозвученной поддержке, о том на чьей Вэнь Сюй будет стороне, если что-то пойдёт не так.

***

      Вэй Ин обернулся. В кабинете главы ордена были Вэнь Цин, Вэнь Нин и Вэнь Чао.       Глава Вэнь пристально осмотрел их всех и объявил цель их сбора.       — Вы вчетвером поедете в Гусу и скрытно, не привлекая лишнего внимания, выясните, где в этом ордене хранят осколок темного железа. Вы прибудете туда как приглашенные ученики Ордена Цишань Вэнь, набираться опыта у уважаемого Учителя Ланя.       Вэнь Цин насторожено оглянулась на Вэн Чао, который тут же самодовольно выдал:       — Да не вопрос, все для Владыки Бессмертного, — и низко поклонился с неизменно ехидной улыбкой, на лице которого сейчас она изображала все его пожелания, которые он бы хотел воплотить издеваясь и насмехаясь над целым Орденом.       Вэнь Цин не посмела возразить и они вместе с братом синхронно низко поклонились два раза, произнеся       — Как прикажет Владыка Бессмертный.       Вэнь Жохань переместил свой взгляд на Вэй Ина, ожидая ответа и от него. Усянь же немного нахмурился, глядя на Вэнь Чао. Он знал, чем закончится «Тихий» визит Второго Молодого Господина Вэнь. Поэтому все же рискнул:       — Владыка Бессмертный, если нам нужно будет разведать все тихо, то я предполагаю будет достаточно троих людей: меня, Вэнь Цин и Вэнь Нина. Я уверен, такое долгое и не требующего физических сил задание будет мукой для Второго Молодого Господина.       Вэнь Жохань прищурился, раздумывая:       — Что ж, если ты уверен, что вы справитесь втроем, тогда, конечно же, я оставлю свое сына в Безночном городе и дальше набираться опыта не тратя за зря его время.       Вэй Ин тоже два раза низко склонился, произнося:       — Благодарю, Бессмертного Владыку Вэнь.