В угольках | In the embers

Восемнадцать лет (часть 1)

      — Выпьем за Барнса и младшую Роджерс!       Толпа взорвалась воинственными подбадриваниями в честь них. Вечеринка проводилась в подвале дома Баки. Парень обернулся и наградил Клэр застенчивой ухмылкой, на что девушка пожала плечами и запрокинула в себя приторный и жгучий микс энергетика с водкой, преподнесённый Джоном.       Стив и Сэм были инициаторами вечеринки с травкой по случаю выпуска Клэр и отбытия Баки на службу. Девушка протестовала: ей совершенно не хотелось оказаться в центре внимания, хотя она догадывалась, что все придут проводить не её, а лучшего бармена в городе и бывшего квотербэка средней школы.       Но Баки пихнул её локтем в бок, отрезав тем самым любые стенания о том, как ей не нужны пышные проводы и как ей было бы комфортнее в тесном кругу семьи и друзей.       — Да ладно тебе, Листочек! — настаивал Баки. — Выпуск происходит всего раз в жизни. К тому же, я уверен, что смогу устроить вечеринку у себя, так что мамы смогут тусоваться рядом. Если что-то случится или если захочешь уйти, просто преодолеешь шесть метров и окажешься дома.       С этим было тяжело спорить. Вдобавок Джон умолял Клэр появляться на вечеринках с ним. Он вернулся в Плейнберри после первого года колледжа и бесконечно ныл о том, какое скучное лето ему предстоит пережить в сравнении со школьными буднями. Большое расстояние (которое на деле не было большим, но парень вывернул всё так, что во время учёбы им видеться не удавалось) было преградой для них, и Клэр желала, чтоб её бойфренд чувствовал себя как дома, не бросил её и не убрался восвояси.       Так что, конечно, Джон был всеми руками за вечеринку. Он напился вдрызг и продолжал поглощать алкоголь, не отходя от бара больше чем на три метра.       — Малышка, — проворковал он, обвивая руками Клэр со спины, — почему бы нам не уединиться в одной из комнат и повеселиться?       Слова его заплетались, и девушка подавила рвотный позыв от дыхания Джона. Она и сама успела поглотить пару его опасных микстур, но её замутнённое сознание всё равно дало ему отпор.       — Джон, нет. Тут так много людей. Давай просто потусим и побудем в компании друзей? — на последних словах Клэр головой указала в сторону Сары.       Он простонал и сделал огромный глоток из своего стакана.       — Скучно с тобой, — пробубнил он и отстранился, не подозревая, что ранит девушку словами. — Почему ты не можешь просто позволить мне тебя любить, малышка?       Глаза Клэр сузились, она сложила руки на груди.       — Прошу прощения, ты говоришь, что я не позволяю себя любить, потому что не хочу прокрасться с тобой в тёмную комнату в чужом доме в разгар вечеринки? Ты едва на ногах держишься.       — Не важно, — фыркнул он, тряся головой и отступая.       Проигнорировав комок в животе, девушка направилась к Саре, обвила её талию и положила голову на её плечо.       — Я люблю тебя, — промямлила она.       — Я тебя тоже, — хихикнула подруга. — Как себя чувствуешь?       — Парни — тупицы, — смех Клэр вышел скорее похожим на стон.       — Твои слова — да богу в уши, родная. Я всё ещё предлагаю дать женщинам шанс. Не то чтобы с ними обязательно было проще... Постой, что натворил Джон?       — Ничего, — вздохнула девушка. — Перебрал, наверное. Просто меня нервируют его состояние и мысли о том, как он вёл себя в моё отсутствие.       — Ты всё равно должна бросить его. Он не стоит твоих переживаний во время учёбы в Школе дизайна. Ни капельки, — Сара хмыкнула и закинула на плечо подруги руку.       Клэр ощутила, как в кишках завязывается тугой узел, пока она пыталась побороть первоначальную реакцию:       Как я могу отпустить его, если это может быть единственный человек, который меня желает?       Вместо самокопания девушка выпрямилась и чмокнула подругу в щёчку.       — Спасибо за предостережение, но я уверена, у нас всё в порядке. Это же Джон, и мы вместе уже два года. Колледж Брауна буквально соседствует со Школой дизайна Род-Айленда, так что мы будем видеться намного чаще, находясь в одном городе.       Сара цокнула языком и обняла напоследок подругу, намеревавшуюся дойти до бара и пополнить стакан. В этот раз Клэр сама отмерила, чтобы в напитке было больше апельсинового сока, чем водки. Как только она начала наливать, какой-то парень споткнулся и налетел на неё сзади, из-за чего ярко-оранжевый сок обильно пролился на блузку.       Клэр тихонько выругалась и начала лавировать в толпе, подбираясь к туалету. К этому моменту она окончательно опьянела и не додумалась постучать.       На закрытом унитазе сидел Джон со спущенными штанами, припав ртом к шее рыжеволосой Дот, седлавшей его.

Наши дни

      Баки уже нёсся к машине, не успела Клэр повесить трубку и завернуть на подъездную дорожку. Брок заметил большого крепкого мужчину, шагающего в его сторону, и выпрыгнул из машины, по сути купленной на деньги Клэр, прежде чем Баки успел поднять кулак к стеклянному окну.       — Воу-воу-воу, в чем твоя проблема, приятель?       — Моя проблема? — Баки не останавливался, пока не навис над Броком, прижимая его спину к машине. Глаза Брока расширились от страха. — Моя проблема в том, что ты вышел из своей машины вместо того, чтобы остаться внутри и упиздовать как можно дальше отсюда.       — Извини, но какое тебе дело до того, что я здесь? Это разве твой дом?       В момент, когда Клэр к ним приблизилась, всё смешалось, все трое начали говорить одновременно.       — Брок... — начала девушка.       — Клэр, малышка, вот ты где...       — Что ты здесь делаешь?..       — Не смей, блядь, разговаривать с ней... — Баки впечатал Брока в машину, когда он попытался сделать шаг к художнице.       — И кто ты, черт возьми, такой, чтобы решать, кому с ней разговаривать?..       — Баки, пожалуйста, всё в порядке, я справлюсь...       Брок замолчал, сузив глаза, когда услышал его имя, и уставился на мужчину, который встал между ними, слегка вытянув одну руку в её направлении в защитном жесте.       Затем Брок засмеялся, и Баки отступил к девушке на шаг.       — Будь я проклят, — усмехнулся он, качая головой. — Баки. То-то мне показалось, что мы знакомы. Теперь понятно. Кажется, ты суёшь нос повсюду.       — Брок, — Клэр сделала шаг вперёд, оставив Баки позади, — просто остановись. Чего ты хочешь?       — Слушай, мы можем поговорить? — он заглянул ей за плечо. — Без твоей охраны.       Клэр обернулась к Баки, замечая, что он затянут в невербальные смертельные гляделки с Броком.       — Баки, — она разорвала сгущавшуюся атмосферу, и мягчающий взгляд Баки встретил её, — у тебя запасной ключ? — парень кивнул, стиснув челюсти, и Клэр понизила голос, чтоб только он её слышал, и продолжила: — Пожалуйста, просто зайди в дом, а я поговорю с Броком. Всё будет хорошо. Он не причинит мне вреда. Если случится что-нибудь странное, я сбегаю внутрь и позову тебя.       Баки прикусил щёку изнутри, раздумывая, ослушаться ли девушки или подчиниться. Клэр знала, что последнее противоречило всем его убеждениям — не защищать её в опасности. Он делал это, сколько она себя помнила. В большинстве случаев.       Тем не менее, он доверял ей, и именно это в конце концов заставило его выбрать. Он бросил на Брока последний смертельный взгляд, затем снова переключил внимание на девушку. Большая мозолистая рука легла на рукав её куртки, слегка сжав его, а затем парень направился ко входной двери её дома.       Она сильней всего желала, чтобы Брока здесь не оказалось, чтобы они с Баки побыли у неё и провели ночь за просмотром фильма или за мастер-классом, как испечь тот самый вкуснейший яблочный пирог, и за скотчем Стива и Нат, который остался после Воскресного ужина.       Она сильней всего желала, чтобы жизнь сложилась по-другому, чтобы отношения с соседским парнем не закончились, как только начались, чтобы они не отказались от той искры, которую нашли, и не пошли разными путями. Чтобы Клэр не позволила отчаянию связать её с Броком, использовать и сломать её, лишив всего, что она любила.       Но судьба привела её сюда. Оставила саму по себе, посреди свалки отношений, планов и эмоций, в разрушении которых Клэр была повинна. Баки всегда был братом-защитником, а Брок был занозой в заднице, которую девушка намеревалась достать несмотря ни на что.       — Итак, — сказала она, поворачиваясь к бывшему, — пожалуйста, скажи мне, что ты здесь делаешь.       Из-за полного исчезновения угрозы в лице Баки лицо Брока сменило маску раздражения на лучшую из умоляющих, ту, которую он всегда использовал, чтобы разжалобить девушку. Его пальцы взъерошили короткие чёрные волосы, затем он всунул обе руки в карманы. Брок наклонил голову и одарил Клэр самой (уже не работавшей на неё) очаровательной улыбкой набок.       — Детка, я скучаю по тебе. Я совершил огромную ошибку с той девушкой. Не знаю, что на меня нашло. Должно быть, всё дело в стрессе, который я испытывал из-за работы, и мне казалось, что я тебе больше не интересен. Я так сильно люблю тебя, детка, и хочу провести остаток своей жизни, говоря тебе это.       Клэр поплохело, от лица отлил румянец на такое неожиданное откровение. Девушка потрясла головой.       — Постой... Что ты несёшь?..       — Ты же знаешь, каким я становлюсь, когда нервничаю. Я как сумасшедший маньяк бегаю и творю невообразимую дичь, потому что не могу мыслить здраво! Обещаю, что постараюсь стать лучше. Я работаю над собой, чтобы быть лучшим парнем для моей малышки.       Прозвище, вызывавшее раньше бабочек, теперь вызвало рвотный позыв.       — Брок, ты не можешь просто прийти сюда и ожидать, что я соберу пожитки и уйду, потому что ты этого хочешь. Я больше не ребёнок. Я здесь, и у меня своя жизнь и работа. Может быть, это и не блеск и гламур Лос-Анджелеса, но, по крайней мере, я счастлива впервые за много лет.       Произнеся это впервые в жизни вслух и осознавая, что это от первого до последнего слова правда, Клэр почувствовала, как с лёгкой усмешкой вырывается облегчение. Брок, в свою очередь, лишь фыркнул:       — Что, счастлива, живя с матерью в этом болоте? В этом доме? Детка, если бы мы продали ещё несколько картин, то могли бы купить особняк раз в пять больше этого! Выручка с того, что ты мне оставила, невелика, но мы можем попробовать ещё раз и в кратчайшие сроки привести тебя в форму. Просто приведи свой творческий мозг в порядок, и все наши проблемы будут решены!       Вот в чём дело.       — Ты здесь не ради меня, не так ли, Брок?       — Что это значит? — его голова качалась из стороны в сторону от непонимания. — Конечно, я здесь ради тебя, мал...       — Прекрати называть меня малышкой, — отрезала она, скрестив руки на груди. — Это не ради нас, а ради тебя. Я нужна тебе из-за денег.       — Что за бред? Как ты можешь так...       — Наплевать, ты злишься, потому что не можешь продать ни одного полотна, которое украл у меня...       — Я не крал, оно было моим по закону...       — ...А теперь ты на мели и должен заставить меня работать, чтоб у тебя снова появилось бабло, — горькая усмешка сорвалась с губ Клэр. — Ты и вправду никогда обо мне не заботился, не так ли? Тебя интересовало только как меня использовать. Всё кончено. Сейчас и навсегда. Я наконец на том этапе жизни, впервые за сотню лет, когда я чувствую от окружающих огромную любовь и поддержку, и, чёрт возьми, я ни за что не откажусь от этого ради тебя.       Брок уставился на девушку, стиснув челюсти в порыве злости. Остальное его тело обрело какие-то маниакальные жесты.       — Это из-за того парня?       — Какого того парня? — нахмурилась Клэр.       — Мистера Хотел-бы-быть-крутым-но-оказался-неудачником?       — Баки кто угодно, но не неудачник, — сжав кулаки, процедила она. — Он гораздо лучше тебя. Ты таким даже и не мечтал стать.       Брови Брока взмыли вверх, и он протяжно присвистнул.       — Ох ты ж, да ты в нём по уши, не так ли?       Смущение накрыло Клэр, и она уронила взгляд в пол. Брок усмехнулся.       — Ты думаешь, что он когда-то смог бы влюбиться в такую, как ты? Приди в себя, Клэр. Влюбиться в неудачницу из провинции, разбившуюся об ожидания и перегоревшую к жизни? Без твоего искусства ты ничто.       Слёзы резали её глаза от слов, которые не покидали задворков её сознания ещё с момента возвращения домой. Да что там, они звучали в её голове задолго до этого. Было гораздо проще закопать эти мысли и игнорировать их, но услышать их вживую — даже от такого червяка, как Брок, — было словно услышать команду сожрать её заживо. Девушка снова чувствовала себя испуганной уязвимой выпускницей колледжа двадцати лет, отчаянной в желании быть любимой.       Но сейчас она не собиралась позволить демонам победить. Клэр больше не была той девочкой.       — Уходи, Брок, — её голос был тихим, немного дрожащим, но сильным. — Я не уйду с тобой, так что просто уходи.       Он издал протяжный раздражённый вздох, закатив глаза и качая головой, и безмолвно направился к Тесле, купленной на деньги Клэр, оставляя девушку посреди её переднего дворика, немую и опустошённую.       — Как бы то ни было, — пробормотал он, — ты скоро будешь умолять меня забрать тебя обратно.       Вместо того, чтобы зайти внутрь, где Баки, вероятно, себе места не находил от ожидания, она подошла к Большому Дубищу, села на излюбленное место и прислонилась спиной к стволу. Был прохладный ноябрьский вечер, и её джинсовая куртка была недостаточно толстой, чтобы согреть, но покалывания мороза действовали успокаивающе вкупе с созерцанием звёзд через листву огромного дерева.       — Листочек.       Клэр слегка опустила голову. Баки нависал над ней с обеспокоенным видом, на что она ответила полуулыбкой.       — Привет, Бак.       Его глаза сканировали лицо девушки, отчаянно пытаясь прочесть её состояние.       — Ты в порядке?       — Бывало и лучше, я думаю, — Клэр закатила глаза и слабо пожала плечами. — Жаль, что тебе пришлось это увидеть.       — Не извиняйся, — он затряс головой и заиграл желваками. — Этот кусок дерьма не имел права появляться здесь, — Баки указал на место рядом с Клэр, и она закивала, разрешая присесть и дотрагиваясь до тёплой фланелевой ткани его рубашки. — Что он хотел?       — О, знаешь, — произнесла она, теребя махровые края рукавов собственной куртки, — просто хотел, чтобы я вернулась в Лос-Анджелес и писала для него картины, чтобы у него не кончились деньги.       Баки замер.       — Я, блядь, убью его.       — Нет, ты этого не сделаешь, — она мягко толкнула его в бок. — Не могу позволить тебе сесть в тюрьму и лишить себя твоих сладких булочек, — на последних словах Баки поднял бровь, и Клэр ощутила, как жар приливает к лицу. — И я не то имела в виду.       — Хорошо, — он хрипло кашлянул, — тогда я не буду его убивать. Просто надеру ему задницу.       — Ты должен перестать пытаться надрать задницу всем, кто причиняет мне боль, Баки.       Он опустил взгляд, и, хотя небо сильно потемнело, голубизна его глаз пронзила её.       — Я знаю. Просто, если бы я мог сделать что-нибудь, чтобы уберечь тебя от боли, я бы сделал это, Листочек. Не стоит того.       Более молодой, более закрытый голос, принадлежавший человеку рядом с ней, раздавил всех бабочек, которые запорхали от его слов, и лишил Клэр дара речи, оставив в замешательстве.       Вместо ответа она снова обратила взор к звёздам, и Баки сделал то же самое. Они сидели в тишине в течение нескольких минут, пока холод не заставил её слегка вздрогнуть.       Баки усмехнулся и задвигался, чтобы встать.       — Прости, Листочек, не могу позволить тебе замёрзнуть насмерть, — он протянул левую руку, и девушка схватила её, поднимаясь. На этот раз, в отличие от их воссоединения несколько недель назад, она постаралась не споткнуться ни о какие корни и осталась твёрдо стоять на ногах.       Он проводил её до входной двери, за руки они больше не держались, но его рука была достаточно близко, чтобы она могла схватить её при надобности.       — Хочешь, я останусь на ночь? Я могу поспать на диване, если переживаешь, что он вернётся.       — Всё в порядке, Бак, — затрясла головой Клэр. — Не думаю, что он вернётся.       — Хорошо, но помни, что я по соседству. Если что-нибудь случится, если я тебе понадоблюсь, просто позвони, и я приду.       Как будто я когда-нибудь смогу забыть, что ты рядом.       — Спасибо, Бак, — улыбнулась девушка. — За всё. Я знаю, ночь испорчена, но у меня был действительно отличный день. Я и не подозревала, что в моем списке желаний есть "сползти с пожарного шеста", но теперь я с радостью вычеркну этот пункт.       — Ты была потрясающей сегодня. Нам действительно следует подумать о том, чтобы взять тебя в команду, — усмехнулся мужчина.       — Эй, может быть, если с работой бармена ничего не получится...       Оба мягко рассмеялись и затем утопли в тишине, не разрывая зрительного контакта. Баки помотал головой и опустил её.       — Доброй ночи, Листочек.       — Доброй ночи, Баки.       Он повернулся и направился к своему дому, как только девушка оказалась внутри. Две минуты спустя её телефон завибрировал. Баки: помни, я здесь, если понадоблюсь.       Клэр вздохнула, качая головой и решая, улыбнуться этому сообщению или нахмуриться.       Он правда будет рядом?