9 жизней Дьявольской Кошки

— Дамы и господа! Сегодня, мы собрались здесь не просто так, — хорошо поставленным голосом начал вещать Баскервилл. — Оглянитесь вокруг, это последний шанс запомнить привычный мир таким, каким он уже никогда не будет! Я уловила едва слышные выдохи — видимо, в приглашении не была указана причина мероприятия. Хмырь даже мне не потрудился сказать, что именно произойдет, но одно было ясно точно — нечто весьма грандиозное! Терпеть не могу сюрпризы, но тянуть ответ из хромого — себе дороже. Хитклифф наоборот — обожал, если судить по тому с каким восторгом он слушал, едва не подпрыгивая на месте от возбуждения. — Вам выпала честь стать свидетелями того, как устоявшийся порядок рухнет и на его развалинах будет отстроен новый единый мир. Глаза демонов алчно засветились, я буквально могла почувствовать, как толпа медленно, но, верно, попадает под очарование слов Баскервилля. — Впереди нас ждет лишь хаос, и никто не знает к чему все в итоге придет, но одно не подлежит сомнению — былого и привычного никогда не будет! С каждым словом вокруг хромого вырисовывался узор сложной пентаграммы с очень мелкими письменами, до того заковыристыми, что я даже не пыталась их распознать. Рисунок, наливаясь тьмой медленно расползался по полу, словно пролитые в трещины чернила. Взявшийся из ниоткуда ветер трепал медные волосы человека, но тот продолжал как ни в чем не бывало вливать силу в свой чудовищный аркан. Конец трости нависал ровно над центром не касаясь вязи. Глазница в набалдашнике разгоралась зеленым потусторонним светом, а челюсть медленно с усилием открывалась, щеря зубы. Я взлетела чуть выше: не то, чтобы улучшить обзор, не то потому что инстинктивно хотела дистанцироваться от происходящего. Хотя сомнений в сделанном выборе у меня не было, тем не менее, внутри росло волнение — неужто все так просто? Неужели через пару минут три мира будут объединены? Баскервилл готовил свой аркан два десятка лет, по меркам человека, это длительный срок, но в рамках вечности — краткий миг. Сила, подобно волнам, исходила из центра, концентрация все возрастала и в какой-то момент достигла такого уровня, что у меня перья встали дыбом, а световой круг над головой едва ощутимо завибрировал из-за чего стал виден невооруженным глазом. Благо, никто на это не обратил внимания, взгляды всех, Высших Лордов в том числе, были прикованы к Баскервиллю. — Мы стоим на пороге перемен, — Хозяин Трости был единственным кто выглядел обыденно расслабленным, будто бы не он сейчас доплетал последние узоры гигантского аркана созданного смять пласты мироздания. Темные письмена пентаграммы стали отлипать от пола, отчего у всех без исключения вырвался вздох. Я скрипнула зубами, все еще не понимая, как ему удалось добиться такого эффекта — это просто противоречило всему что мне было известно до этого! Вязь закружилась в хороводе, пролетая тела гостей насквозь и собираясь в ажурную сферу вокруг творившего заклинание Баскервилля. Я бдительно следила за каждым жестом, каждой эмоцией на лице человека и видела лишь торжественный триумф. Ни капли сомнения или напряжения. — Время, наконец, пришло, — голос прозвучал чуть тише, но только потому, что воздух буквально звенел от напряжения, отчего закладывало уши и все звуки с трудом пробивались, но лязг захлопнувшейся челюсти черепа-набалдашника прозвучал подобно грому. — Время — вбить первый гвоздь для создания нового мира! Баскервилл стукнул тростью в центр пентаграммы, отчего треснул — нет, не пол — само пространство на миг исказилось, показав в трещине изнанку — Срединный мир. Сердце гулко стукнуло и замерло. Все мое существо ощущало как что-то поменялось, словно кто-то в один миг отключил в мозге функцию вестибулярного аппарата. Верх теперь был снизу, а низ мог быть, где угодно. Паршивое, но волнующее чувство. Одновременно было дико страшно и упоительно азартно. Последняя эмоция явно принадлежала не мне, а слепку сущности дьявольской кошки, но благодаря этому мне удалось быстро погасить наплыв эмоций и сосредоточиться на конце ритуала. Пентаграмма, вспыхнув напоследок, истаяла в воздухе. Баскервилл оперся на трость, как мне показалось, чуть сильнее обычного, и с улыбкой завершил свое представление: — Начинайте готовиться. — И подняв взгляд на меня, вкрадчиво добавил: — Пути назад больше нет. Валентайн отбыл сразу же после окончания ритуала. Зыркнул еще раз на прощание, впечатлился моей величественной крылатой фигурой и свалил в компании своих кровососущих прихлебателей. Балгарам в отличии от него не торопился и, кажется, всерьез оккупировал стол с угощениями. Уж не знаю, что накашеварили на кухне, но Мастер Писчий явно прибавит в весе после посещения этого увлекательного мероприятия. Хитклифф… Хитклифф не изменяя себе буквально ползал по полу, пытаясь не то выцарапать из пола странного вида гвоздь, вбитый точно в центр потухшей пентаграммы, не то впечатлился паркетом и пытался отодрать себе пару щепок на сувенир — ритуал знаменующий конец старого мира однозначно войдет в историю трех миров и будет упомянут в прологе истории Единого мира. Несколько демонов, послабее не выдержав насыщенного энергией пространства бахнулись в обморок в приступе эпилепсии, еще несколько едва не отдали концы от переизбытка серотонина. Могу поспорить большая часть собравшихся не до конца понимала к чему приведет смешение трех миров в Единый мир. Те, что поглупее и послабее считают, что это облегчит им охоту и они, наконец, смогут устроить обжираловку… ну, пусть считают так и дальше. Такие идиоты не проживут долго и будут истреблены в первые дни новейшей истории. Те, что обладали больше одной извилины в голове наоборот запасали энергию и ресурсы. Уж не знаю, что именно сподвигло их пойти за Баскервиллем и его безумной идеей, но они действительно понимали, что хаос не означает вседозволенность. Правила будут переписаны и остается только гадать в чью пользу будут правки. — Кхм, дорогуша. Я выразительно закатила глаза, но спустилась ниже, где уже поджидал нежданно негаданно затесавшийся среди гостей мистер Праздность. Опять что ли человеческого ребенка кормить нечем? — Кухня и кладовка в другой части особняка, — скучающе сообщила я, не глядя на него. — Уже забыл дорогу и снова заблудился? — Кем ты меня считаешь? — не очень убедительно возмутился он, не меняя, впрочем, своего унылого выражения лица. Минай поблизости видно не было, но присмотревшись получше заметила девочку возле стола с едой, где она, пользуясь дьявольским дурманом, внаглую таскала еду прямо под носом у чертей. — Ты ее не кормишь, да? — Эй! Погляди на ее щечки! Разве похоже, что она голодает? Я хороший родитель! — оскорбился он, в то время как девочка за его спиной с серьезным лицом принюхивалась к бокалу чего-то красного. — Это, к слову, не вино. Дьявол подскочил и поспешил проконтролировать рацион подопечной. Я задумчиво наблюдала, как Древнейший Дьявол в потрепанном восточном халате что-то втолковывает хмурой человеческой девочке, вцепившейся в бокал. Я даже почти не удивлена его появлению. Уже которое тысячелетие считается, что Древнейшие Дьяволы дружно пропали, потеряв всякий интерес к своему детищу — Адскому Городу. Поговаривали, что некоторые из них от скуки впали в спячку. А теперь, самый ленивый и не амбициозный из них буквально следует за мной по пятам. Если первую встречу еще можно было объяснить случайностью, вторую — помощью, то третья и четвертая произошли исключительно по его инициативе. Значит, ему что-то взбрело в голову. — Так если не из-за еды, то зачем притащился? — спустя пару минут поинтересовалась я, когда содержимое на подносе в руках Минай стало соответствовать здоровому и сбалансированному питанию. Йомон, лично накладывавший и резавший на кусочки запеченную птицу, лениво вытер руки о спину какого-то кровососа, оставив жирные пятна на красной такни камзола, и протянул: — За едой в том числе. — И? — И еще тут назревает что-то интересненькое — разве мог я пропустить? — Пф! — я уничижительно фыркнула. — Конечно, всего-навсего кое-что «интересненькое». — Дорогуша, — противным покровительственным тоном протянул он. — Не сравнивай меня с собой. Я, между прочим, был одним из архитекторов Города. Для меня это всего лишь реконструкция старого обветшалого дома. — Вон тот человек, — ткнула я пальцем в стоящего поодаль хмыря, — собирается этот самый дом снести, заодно зацепив два соседних и отгрохать на расчищенной земле собственный притон со своими правилами. — Вот я и говорю — интересно! Лицо Праздности заметно оживилось по сравнению с обычным выражением вселенской скуки. Красные глаза тихо тлели, словно в глубине кто-то легонько подул на охладевшие, но еще годные угли. — А что думают другие Древнейшие Дьяволы? — как бы между делом спросила. Даже если я официально отреклась, я все еще являюсь природным антиподом рогатых — выведать больше об их нынешнем положении никогда не будет лишним. — Без понятия. Никого из семейства не видал уже пару тысяч лет как, — легкомысленно отмахнулся собеседник. — И еще столько же бы не видел. Я понимающе покивала, но спохватившись нахмурилась, делая вид, что его позиция мне не близка. — Но я уверен, что они уже в курсе происходящего и наблюдают. — Только наблюдают? — напряглась я, с трудом веря в такую возможность. — Не верят, что затея выгорит? — Ха! Дорогуша, мы — потенциально бессмертные существа, и в отличии от вас, у нас нет миссии. Мы существуем постоянно у нас нет перерывов на отдых как у вас. — Праздность манерно закатил глаза, словно объяснял несмышленому ребенку очевидные вещи. — Если поменяются правила игры, есть возможность, что мы больше узнаем о собственной природе. — Хочешь повисеть звездочкой на небе? — едко хмыкнула я. — Меня бы хватило на целое созвездие, дорогуша! Я почти пошутила на тему каким созвездием он мог бы стать, но осеклась, заметив, что в нашу сторону двигается звезда сегодняшнего вечера. Неужто закончил принимать поздравления от толпы обожателей? — Устал от всеобщего обожания? — приподняла бровь, когда хромой подошел достаточно близко. Круг отчужденности вокруг меня заметно увеличился — до чего деликатные демоны, дают пространство для приватной беседы. Баскервилл успешно выдрессировал их, привив не только послушание и благоговейный трепет к своей персоне, но и понимание, когда лучше свернуть уши трубочкой и слушать в другую сторону. Хотя из-за присутствия Дьявола они и так смотрели в другую сторону, попусту не замечая Праздность и частично меня, ведущую с ним разговор. — Солнце мое, — улыбнулся он мне, после чего прищурился, чуть наклонив голову в бок. — Может представишь меня своему другу? Мои брови поползли еще выше, после чего я выразительно уставилась на Йомона, но тот и сам выглядел малость удивленным. Как Баскервиллю удалось пробить дьявольский дурман? — А! — вдруг воскликнул Праздность с таким видом, что я буквально воочию увидела загоревшуюся у него над головой лампочку. — Он же человек! — И? — непонимающе уставилась на него. — Ну, — малость смутился временно безрогий, — я навел дурман только на демонический род… не смотри так, дорогуша. Мы же в Адском Городе! Я забыл! — Ты оговорился, — поправила я. — Не забыл, а забил. Хмырь тем временем с легким интересом разглядывал стоящего перед ним Дьявола в потрепанной одежде. Особое внимание уделил Минай, стоящей у него под боком с набитыми щеками. — Интересно, — протянул он, видимо все же не разгадав кто перед ним. Да и откуда ему знать? Тонкого хвоста с пикообразным наростом видно не было, как и длинного тонкого как лента раздвоенного языка, а рога вовсе отсутствовали. Единственное нечеловеческое, что легко бросалось в глаза –зубы — сплошь клыки, но на фоне сонной ленивой физиономии даже острый частокол не выглядел угрожающе. А такой нюанс, как четырехпалость, был свойственен даже людям, так что несведущему было сложно понять кто перед ним, пока сам Дьявол не захочет обратного. Судя по тому, что я видела в его библиотеке, сами демоны толком не были уверены, как выглядят Древнейшие Дьяволы, что уж говорить о человеке, которому даже сотни лет нет? Я задумчиво посмотрела на Праздность, не отвечая на вопрос и давая ему самому решить раскрывать себя или нет, но тот и не собирался скрываться. — Дьявол Праздности, — просто представился он, потом кивнул в сторону девочки: — Это Минай, моя подопечная. Минай, золотце, поздоровайся с дяденькой как я тебя учил… Девочка сурово зыркнула сначала на Дьявола, потом на Баскервилля, тот, кажется, произвел на нее более благоприятное впечатление чем собственный опекун, потому как она серьезно кивнула, после чего продолжила есть. — Она немая? — наконец задала я вопрос, который по-хорошему следовало задать уже давно. Дьявол возмущенно уставился на меня. — Нет! Она творческая личность, поэтому, полагаю, ее коммуникативные навыки немного… м-м своеобразные. — Ну-ну. — Эй! Разгорающуюся перепалку прервал Баскервилл: — Дьявол? Любопытно… — и без обиняков уставился на смуглый лоб, облепленный черными кудрями. — А где?.. — Сбросил, — серьезно ответила я, опередив Дьявола. — Как олень. После гона. — Вообще-то проиграл в карты!.. — возмутился он и тут же осекся. — Кхм, то есть потерял. Ага! Так и знала, что причина будет до невозможности идиотской. — Неудачник, — самодовольно фыркнула я, гордясь своей догадливостью. — Ай! Тонкий гибкий хвост юрко спрятался под полами халата, мне только и осталось, что почесать нижнее крыло о верхнее — наконечник в форме пики был полноценным оружием, как шип на хвосте дьявольской кошки, и таким же острым. — Прекрасное мероприятие, замечательные спецэффекты, — между тем вяленько похвалил Праздность забывая, что нынешнему человеку термин «спецэффекты» еще не знаком. Или уже не знакомы. Эпоха мечей, только-только сменилась порохом и до кинематографа было еще далеко. И судя по последним событиям не факт что человечество пойдет по прежнему пути развития. Баскервилл если и не понял, о чем конкретно говорит Дьявол, контекст уловил без проблем. — Рад, что одному из создателей Адского Города это мероприятие пришлось по душе, — чуть кивнул он, совершенно не тронутый комплиментом. Будь на его месте любой другой демон, то уже бы разрыдался от счастья, что его старания оценил сам Древнейший Дьявол. Но Баскервилл был человеком, существом столь же высокомерным, как и сам Дьявол Гордыни. Или как я. Не велика разница. — Это впечатляющий аркан, — уже чуть серьезнее продолжил Дьявол и мне показалось, что ради этого он и позволил себя заметить. Йомону было любопытно. Любой повод развеять скуку вызывает у него неподдельный интерес. — Но этого недостаточно чтобы смешать три мира. Вселенная всего лишь замедлила ход. Я встрепенулась, пытаясь не показывать недоумение, вызванное его словами — ни за что не покажу, что этот ленивый неудачник знает больше меня. Тоже мне нашелся эксперт в теории мироздания. Баскервилл важно кивнул с прежней светской улыбкой и ответил коротко: — Знаю. Я раздраженно закатила глаза и, не удержавшись, проворчала: — Может уже хватит наводить таинственность? — Интрига — лучшая приправа. — Ты готовил слишком долго, смотри не пересоли. Баскервилл на мое ворчание только посмеялся, но, наконец, снизошел до объяснений. — Это всего лишь первый гвоздь. Всего их три, по одному на каждый пласт. Сегодня я установил точку отсчета через нее и начнет выворачиваться граница. — Никогда не видел подобный аркан. — Красные глаза с тлеющими искрами обратились к центру зала. Уж не знаю, что он видит своими глазами, но меня банально радовал тот факт, что не только я не знала, что можно создать нечто со столь сложной архитектурой и плотной вязью. Как оказалось, даже для Древнейшего Дьявола это стало неожиданностью. Что еще больше подтверждало гениальность этого хмыря. — Осталось еще два, — закончил Баскервилл. — Для Верхнего и Срединного миров. — Удивительно! — Праздность выглядел немного взволнованным, как ребенок, получивший в руки коробку в яркой упаковочной обертке. Содержимое коробки пока было неизвестно, но сладостное ожидание чего-то грандиозного заставляло Йомона неосознанного улыбаться. Эта улыбка казалась мне смутно знакомой. Вероятно, эту физиономию я видела раньше, но успела позабыть. — К слову, моя прелесть, об этом я и хотел поговорить с тобой, — вдруг огорошил меня Баскервилл заставив меня подозрительно посмотреть на него. Мой взгляд полный подозрений его не смутил. — У этих гвоздей оказался небольшой нюанс. Довольно любопытное явление. — Не юли, человек, — вздохнула я, мигом смирившись, что просто наблюдать за представлением в первом ряду мне не дадут. Впрочем, я на это изначально не надеялась. Ангел слишком сильная карта, чтобы ею не воспользоваться. — Тебе нужен доступ в Верхний мир, — скорее утвердительно, нежели вопросительно произнесла я. Казалось бы, я предугадала просьбу хмыря, но он все-таки умудрился меня огорошить. — Не только. Видишь ли, в чем дело, вбивать гвозди в полотно требуется силами отличных от того пласта куда его вбивают. — Иными словами, ты хочешь, чтобы я протащила в Верхний мир тебя?! — возмутилась я. — Не меня. Хитклиффа. Я застыла с открытым ртом, мозг лихорадочно пытался составить одно полноценное предложение из всех нецензурных слов, роем крутящихся в голове. — Этого сумасшедшего? — на всякий случай решила уточнить. Баскервилл кивнул. — На кой черт? — Это один из нюансов, видишь ли, я уже вбил один из гвоздей, поэтому буду подпитывать его до момента пока все три не займут свое место. Взять еще один на себя было бы слишком утомительно. Вау. Он сказал «утомительно»? Этот высокомерный тип с такой легкостью признал, что предпочел бы положиться на других, вместо того чтобы сделать самому? Что ему что-то не по силам? — Солнце мое, — улыбнулся он без труда считав мои эмоции. — Я реалист. Нет необходимости надрываться, если можно делегировать обязанности. Тем более, мои силы еще пригодятся. Ну, да. Стоит только вспомнить, сколько дней он может безвылазно сидеть, дома попивая вино и читая книжки, пока его подручные бегают по всему Нижнему миру по его поручениям. Делегировать обязанности он умеет в совершенстве! — Ты настолько доверяешь этому личу? — Он — нежить, а она как правило, довольно прямолинейна. Даже такая высокоуровневая. Допустим, в этом он прав. Хитклифф достаточно эксцентричен, все что у него в голове, мигом становится достоянием общественности, отчего он и кажется большинству безумцем. Он не скрывает своих мыслей и намерений, а потому, вероятно, является едва ли не единственной подходящей кандидатурой. Но тащить ходячий труп в обитель крылатых… от одной мысли от подобного святотатства начинает подташнивать! — Хитклифф заинтересован в успехе и достаточно силен, чтобы вбить и питать гвоздь какое-то время, — завершил свои рассуждения хмырь. Я скривилась. Звучало вполне разумно. — Тогда это могу сделать я. Недоуменно посмотрела на обладателя голоса, про которого уже успела позабыть. Праздность с интересом слушал нас и судя по блеску в глазах очень даже хотел принять непосредственное участие. — К слову, если вы про того лысого, что ползал по полу пытаясь соскрести вязь пентаграммы, то я посильнее буду, — как бы между делом озвучил очевидное Дьявол. — Тащить Древнейшего Дьявола в Небесный Сад?! — Я уже там бывал. — А, точно. — И, если ты не забыла, кроме Стража Границы, то есть тебя, никто не в силах засечь меня на большом расстоянии. Тц. От осознания последнего стало только хуже. — Могу дать честное слово, что не трону никого из твоих младших братишек-сестричек. — Они нашинкуют тебя на салат, — из вредности буркнула я, прекрасно понимая, что даже напади крылатые всем скопом, убить потенциально бессмертное существо не выйдет. Впрочем, крылатые также потенциально бессмертные, так что и их убить не выйдет. — Согласись, дорогуша, лучше известное зло, чем безумная непредсказуемая лысая нежить! — повеселел Йомон, уже понимая, что я соглашусь. Голова уже буквально трещала от вереницы нецензурных слов и образованных из них сложноподчиненных оборотов. — Человек, — обратилась я к Баскервиллю, — есть возражения? — Что ж, — протянул тот с довольным видом, — это будет даже символично. Ага. Один гвоздь вобьет человек, второй — Дьявол и третий надо полагать — я. — Да будет так! — с некой торжественностью произнесла я, смиряясь с таким положением дел. В самом деле, известное зло, удобнее неизвестного безумия. — Шик! — обнажил забор клыков Праздность проявляя неожиданный энтузиазм. — Тогда мы пока погостим тут! А. Ну, конечно, детское человеческое питание. Хитро. Вполне допускаю, что он предложил свою кандидатуру, только для того, чтобы спихнуть на кого-нибудь другого обязанность готовить человеческую пищу для Минай. — Дорогуша! — Дьявол без зазрения совести сцапал за нижнее крыло и притянул меня ниже, явно желая заключить в объятия. Я заартачилась и в итоге мы едва не боднулись лбами. — Поставим Сад на уши как в старые добрые времена! Помнится, мы обрушили в пустоту пару островов пока играли в догонялки. Ничего такого я не помнила, но могу поспорить, что я изо всех сил пыталась ликвидировать нарушителя границы. Как можно было увидеть по довольной физиономии Йомона — безрезультатно. — Тц, — недовольно скривилась и хотела было уже рявкнуть в лицо этого временно безрогого идиота пару ласковых, как между нашими носами появился череп. Лязг! Череп звучно клацнул челюстью, отчего мы отпрянули друг от друга. Зависшая на мгновение, между нами, трость медленно опустилась. — Солнце мое, — вздохнув, покачал головой хмырь с таким видом, словно мать невоспитанного ребенка, чье чадо во время застолья взобралось на стол с ногами и стало топотаться на торте именинника. — Ч-чего? — недоуменно отплыла подальше, удивленная странной реакцией. С шипением выдрала нижнее крыло из цепких смуглых пальцев. — Завтра у нас запланирован поход на Фабрику. — Эм, хорошо? — Но после будет свободное время. — Я все еще непонимающе смотрела на него, но после следующих слов мое недоумение только усилилось. — В библиотеке есть весьма полезная книга по этикету. Пока я недоумевала и пыталась понять логическую цепочку в голове хмыря которая привела его к этой теме, Баскервилл повернулся к Дьяволу: — И тебе, Дьявол, так же стоит ознакомиться с ней. Воу! Вот это самомнение! Даже к Древнейшему Дьяволу на «ты». Ха! В отличии от меня, Праздность этого даже не заметил, только чуть удивленно изогнул бровь, а потом на его лице внезапно появилось понимание, а следом хитрая улыбка. — Ха! А это забавно, — пробормотал он, после чего внезапно мило улыбнулся уже мне: — Дорогуша, удачи! Мои мозги натурально заскрипели, но найти ответ на вопрос так и не вышло. Руку обхватили пальцы в перчатке, а другая рука скользнула за спину. Опять! Перья встали дыбом, а световой круг невидимый с спокойном состоянии, завибрировал, и даже выпустил пару крохотных искорок от охватившего меня напряжения. — Пха! — Дьявол издал звук нечто среднее между смешком и хрюканьем. Он в отличии от простых демонов и тем более людей, знал о слабом месте крылатых и том, как оно чувствительно. — Не буду вас задерживать. Кха! Был рад знакомству. Дорогуша… позови меня как нужно будет отправляться… кх-х-х… кхе-хе. С-с-скотина! Смешно ему. Ничего, я тоже знаю, о его слабом месте! Вот отрастит себе рога, так я их ему снова поотшибаю!