Глава 6
16 марта 2023 г., 12:10
Армия Роберта расположилась у Трезубца, затопив Харровеи и захватив окружающие земли. Пока всё идёт хорошо: они, конечно, перегрузят местную инфраструктуру, но этого не избежать. Но то, что вызывает у Неда беспокойство, от которого он, несомненно, не избавится, — это то, как армия расположена.
В жестокой насмешке судьбы резкий наклон Королевского тракта создаёт идеальную визуальную метафору для разделений и политических трясин, которые он знает, существуют в лагере. Флаги дома Баратеонов украшают центр лагеря, по бокам от них развеваются алые цвета Ланнистеров и голубые знамена Арренов. Непривычно большое количество зелёных знамен Тиреллов расположились позади Баратеонов, напротив зловеще плотного лагеря с оранжевыми солнцами дома Мартеллов.
— Интересно, — негромко замечает Тобирама, следуя позади Неда. Несмотря на все его жалобы на протяжении всего пути, Тобирама держится в седле так, будто родился верхом. Это выглядит совершенно невероятно: он сидит в седле так уверенно и спокойно, что ни на мгновение не сдвигается со своего места. И что ещё больше раздражает, его конь, которого он быстро переименовал в Нара, — самый ухоженный и избалованный жеребец, которого Нед когда-либо видел. Наблюдение за тем, как Тобирама балует своего коня, стало своего рода развлечением для Неда и его знаменосцев. Каждое утро и вечер они смотрят, как Тобирама, не обращая внимания на окружающих, вычищает и ухаживает за сбитым с толку жеребцом, который, скорее всего, никогда не позволит другому всаднику сесть на него. — Я не ожидал увидеть столь большую армию.
— Это демонстрация силы, — отвечает Большой Джон, возвышаясь над всеми на своём огромном боевом жеребце. — Восстания нужно подавлять решительно, а к Железнорождённым никто не испытывает симпатий, чтобы намекать на сдержанность. Корона намерена подать пример.
— Стратегия не так уж плоха, — произносит Тобирама с циничным сарказмом в голосе. — Львы, думаю, этим довольны. Первая атака была направлена на Ланниспорт, так?
Нед решает попытаться быть справедливым. — Набеги Железнорождённых — это бич для всех нас. Корабли лорда Мандерли почти ничего больше и не делают, кроме как отбивают их.
— Верно, это так, — соглашается Большой Джон. — Набеги — это чума. Так что войско, достаточно сильное, чтобы уничтожить каждого мужчину, женщину и ребёнка на островах, — это разумно. Даже почётно.
Боги. Он не ожидал… Он молился, чтобы его знаменосцы оставили старые обиды в прошлом. Задним числом это была обречённая надежда. Его главные союзники — Амберы, Карстарки и Мандерли — знали Лианну и прекрасно понимали, как маловероятно, она позволила бы выдать себя замуж, не говоря уже о похищении. Для его ближайшего окружения не секрет, что Лианна преследовала свою любовь до самого конца. И в основном они её даже не винят. Загоните волка в угол, и вам остаётся винить только себя за последствия. Она пыталась говорить с ними, умоляла, просила и приводила доводы. Когда никто не слушал, она сбежала, оставив за собой огонь и разрушения.
— Пойдёмте, — говорит он, давно привыкший подавлять привычные приступы самобичевания. — Мы должны отдать дань уважения.
***
— Нед! Роберт немного изменился за эти годы. Он слегка пополнел, отрастил волосы. Его когда-то яркие голубые глаза теперь затуманены вином, а морщины вокруг глаз и рта не намекают на счастливую жизнь. И всё же он остаётся таким же величественным, каким Нед помнил его. Высокий, могучий, с плечами, способными вместить трёх человек. С той самой честной улыбкой, от которой сразу вспоминается пятнадцатилетний мальчишка, смеющийся и подначивающий лезть на пугающие лестницы Орлиного Гнезда. — Мой король, — говорит Нед, легко переходя на знакомый, чуть поддразнивающий тон. Он уверен, что его чувства ясно читаются в глазах, но эту битву он проиграл много лет назад. Никто никогда не упрекал его за это, и он решил, что позволить себе такую вольность можно. — Да брось ты, болван. Иди сюда, обними меня! — Я бы не осмелился, Ваше Величество, — боги, как же он скучал по Роберту. Мрачная паутина лжи и интриг тяжким грузом лежит на плечах, но быть рядом с Робертом всегда приносило лишь облегчение. — Чепуха! — Роберт вскакивает со стула, уверенно держась на ногах, несмотря на всё выпитое вино. — Северяне, ни капли здравого смысла. Если ты не подойдёшь ко мне, я подойду к тебе, — и так и делает, преодолевая расстояние в четыре огромных шага, после чего подхватывает Неда и кружит его в воздухе. Его сердце растёт, несмотря на то, как сжимается грудь. — Я ждал тебя в этом проклятом поле целыми неделями, ни одной стычки, чтобы утолить зуд в руках. — Жестокая и необычная судьба, — фыркает Нед, совершенно очарованный. — Отпусти меня, Роберт, ради всего святого. Мои знаменосцы ждут, чтобы выразить своё почтение, и у меня есть новый союзник, с которым я хотел бы тебя познакомить, — он сохраняет лёгкую улыбку, несмотря на всё. — Целитель с крайнего Севера. Сражается так, что ты бы не поверил — разделал моих лучших бойцов под орех, причём лишь для того, чтобы доказать свою точку зрения. — Только ты, Нед, мог найти дикаря-мейстера, — смеётся Роберт. — Ну, не томи меня. Слишком долго я терпел этих жеманных Ланнистеров. Грубость Севера мне сейчас как раз по душе. Нед усилием воли заставляет своё тело оставаться расслабленным, оборачивается и сигнализирует своим лордам подойти. Первым выходит лорд Мандерли, по бокам от него идут его сыновья, их весёлость надета, словно непробиваемая броня. За ним следует лорд Амбер, затем Карстарки и Болтоны. Домерик заливается румянцем после того, как Роберт дружески хлопает его по плечу, что ещё больше поднимает настроение королю. Пока всё идёт хорошо. Тобирама выходит вперёд с плавностью движений, всё так же почти непроницаемый, но, если Нед не ошибается, этот ледяной одичалый очарован Робертом не меньше, чем сам Нед. — Ваше Величество, — произносит Тобирама, изящно кланяясь. Его волосы собраны сзади, как с самого начала их пути, а меховой капюшон прикрывает большую часть головы. — Для меня большая честь. Меня зовут Тобирама. — О? — на таком близком расстоянии Нед видит, как Роберт напрягся, его глаза внимательно изучают узкие черты лица, выступающие скулы и точёные губы. — Ты не похож на одичалого. Дальний Север, говоришь? — Именно так, Ваше Величество. Я мало что помню о своей прошлой жизни. Лорд Старк нашёл меня без сознания в богороще Винтерфелла. По крупицам я собрал, что, скорее всего, переправился в Семь Королевств по воде и добрался до Винтерфелла. — И ты сражаешься? — Нед едва заметно выдыхает. Он предпочитает этот толстый слой скепсиса всему остальному, что могло бы насторожить Роберта. — Выглядишь так, будто тебе место в борделе. Ай. Нед игнорирует, как напряглись все его лорды, лица обратились в маски. Тобирама, чудо из чудес, вовсе не обижается. Наоборот, он смеётся, низким, хриплым смехом, от которого у Неда по позвоночнику бегут мурашки. — Моё место там, где я решу, что оно моё, ваше величество. Пока я не нашёл ничего интересного в борделях, но приму ваши слова к сведению. Сказав это, я заявляю, что являюсь опытным воином. Не желаете ли убедиться в этом? Роберт невольно вырывает смешок. — У тебя хватка северянина, это я тебе дам. Что привело тебя сюда? — Я альбинос, — пожимает плечами Тобирама. — Мужчина, у которого цвет словно выцвел из глаз и волос. Мой народ счёл меня проклятым, я же был иного мнения. Усталость от этих споров привела меня сюда. — Что ж, — произносит Роберт, в его голосе любопытство, хоть и неохотное. — Ещё ни одного вызова я не оставил без ответа. На тренировочную площадку! Боги. — Справедливо предупреждаю, — говорит Тобирама спокойно. — Я не знаком с южными обычаями, но ваша корона не заставит меня вас жалеть. — Ха! Идёт, красавчик. Посмотрим, не пустая ли это болтовня!***
Надо отдать ему должное, — Тобирама не щадит Роберта, но и не унижает его. В отличие от Большого Джона, он не разоружает короля в считаные мгновения. Вместо этого он отражает удары, удар за ударом. Со стороны схватка выглядит устрашающе. Из-за мехов, которыми укутан Тобирама, невозможно определить его возраст или пол с первого взгляда. Что ещё хуже, появление короля на тренировочной площадке привлекает всех, кто хоть что-то из себя представляет. Нед замечает лорда Тирелла, Чёрную Рыбу, лорда Крэйкхолла, лорда Джаста и, наконец, Тайвина Ланнистера. Рыцари Королевской гвардии тоже здесь, во главе с Барристаном Селми, и наблюдают за поединком с каменными лицами, которые Нед даже не пытается читать. — Он хорош, — говорит Барристан. — Очень хорош. Лучший, кого я видел за последние годы. — Так и есть, — звучно отвечает Большой Джон. Судя по тому, как усиливается гул разговоров вокруг, его услышали и остальные. — Этот малыш гонял меня по тренировочному полю целый день, чтобы доказать свою точку зрения. Я усвоил урок — его нельзя недооценивать, каким бы крошечным он ни казался. Джейме Ланнистер наблюдает за боем, с трудом скрывая боль за непроницаемым выражением. Это заставляет Неда задуматься — что может так мучить Цареубийцу? Ланнистеры вряд ли испытывают любовь к Таргариенам, в этом он почти уверен. Но сейчас не до этого. Нужно сосредоточиться на катастрофе, разворачивающейся перед его глазами. Темп боя медленно, но уверенно нарастает. Парадоксально, но Роберт утрачивает агрессию, хотя всё больше погружается в боевое безумие. Тобирама отвечает ему, удар за ударом, и делает это намеренно — Тобирама всегда действует обдуманно, к несчастью, — а значит, он преследует здесь другую цель, нежели на Севере. Тогда он демонстрировал своё мастерство. Здесь он защищает… что? Мужскую честь? Нед никогда не замечал, чтобы Тобирама беспокоился о таких вещах, но не может придумать другого объяснения, почему тот решил отвечать Роберту не только мастерством, но и силой. Через несколько минут, когда слышен только глухой звон металла, Тобирама решает, что цель достигнута. Он отпускает меч и делает шаг навстречу следующему удару, лишь в последний момент уходя в сторону. Его ладони, крошечные в сравнении с мечом, ловко зажимают плоскую часть клинка. С выдохом он разворачивается, и этот полный телом поворот выбивает меч из руки Роберта. Оружие летит в сторону, а сам Тобирама оказывается позади короля. Ещё одно движение — и его ладонь ложится на ближайшее плечо Роберта, прежде чем тот успевает даже вскрикнуть от удивления. Один вдох, другой — и король оказывается на земле, зафиксированный захватом Тобирамы за плечо и локоть. Картина потрясающая: даже стоя на коленях, Роберт почти равен ему ростом, его широкая грудь вздымается от усилий схватки. Тобирама тут же отпускает его и мгновенно отступает, выдыхая агрессию из тела. Всё кончено, как будто этого и не было. — Боги! — Роберт взрывается смехом, откидывает голову и глубоко вдыхает. От вина и напряжения не осталось и следа. Щёки его красны от усилий, он тяжело дышит, смеясь между выдохами, — и выглядит опасно, невероятно красивым. — Вот это бой! Теперь я вижу, как этот мелкий смог выжить на далёком Севере! — Размер — это не главное, Ваше Величество, — отвечает Тобирама, а в его низком голосе звучит насмешливый тон. — Как бы некоторым ни хотелось думать иначе. — Ха! Северянин с чувством юмора? Чудеса никогда не кончаются! — Роберт с усилием встаёт, на его лице сияет широкая улыбка, а зубы сверкают на солнце. — Ты тратишься впустую как целитель. Где ты хранишь всю эту силу? Боги, я думал, ты запустишь меня прямо на луну! Выбил меч из моих рук, ты безумный маленький чертёнок! — он ухмыляется ещё шире, если это вообще возможно, открывая розовые дёсны, его румянец понемногу спадает, а пот струится по лицу тонкими ручейками. — Ты должен научить меня этому! Король приказывает тебе! — Приказывает? — голос Тобирамы становится бархатистым, и у Неда сердце вновь пропускает удар. Кто этот обольстительный человек, и куда подевался его угрюмый целитель? — Я одичалый, Ваше Величество. Мы становимся на колени только перед теми, перед кем сами пожелаем, — он встряхивает мехами, поправляя их вокруг шеи, с таким видом, будто ему совершенно всё равно. — С учётом этого, очевидно, что я сделал бы это только для лорда Старка. Нед краснеет так сильно, что даже боги не смогли бы его остановить. Что он творит? Нед ведь не… Он же не может просто… Что?! — Помилуй, дикий кот! — Роберт хохочет, ковыляет к Тобираме на неустойчивых ногах и обхватывает его мощной рукой за плечи. На фоне разницы в размерах это выглядит по-настоящему комично, словно котёнок обнимает боевого пса. — Признаю своё поражение. Неду ты достался по праву. Он лучший из нас, в конце концов. Вряд ли кто-то другой смог бы справиться с тобой. — Именно так, — кивает Тобирама, его глаза чуть прищурены, на лице тёплая улыбка с оттенком… ностальгии? — Не думаю, что кто-то из живущих смог бы справиться со мной, как вы говорите, но лорд Старк ближе всех к этому, — он похлопывает руку, обхватившую его плечи, в четыре раза больше его собственной. — Он слишком дорог, чтобы причинить ему вред. Роберт взрывается очередным смехом. — Сказано хорошо. Пойдём, мне нужно смыть с себя пот, а потом мы будем пировать, — он направляется к Неду, обвивая своей другой рукой его плечи. — Ты должен рассказать мне всё. Целитель, говоришь. Ха! Я даже не удивлён. Ты всегда умудрялся подружиться с сумасшедшими. Как ты нашёл кого-то, кто безумен вдвойне больше, чем я, уму непостижимо. Но боги благоволят тем, кто этого заслуживает!***
Нед выпадает из последующего водоворота событий. Никто не знал, чего ожидать от встречи Роберта и Тобирамы, сам Нед — меньше всего. Но чего бы он ни надеялся, это было точно не то, что он сейчас видит. Тобирама не дружелюбен с Робертом — он почти отеческий. Отеческий с густым налётом ностальгии, время от времени теряющий фокус в глазах, чем более безудержно весёлым становится Роберт. Остальная знать в сто раз больше сбита с толку этим крошечным чужеземцем, который действует с безупречным достоинством, при этом умудряясь говорить вещи, почти невероятные по своей неподобающей смелости. Он прямо заявил, что не подчиняется Роберту, а это опасные слова для любого короля, не говоря уже о столь территориальном человеке, как Роберт. Роберт снова гремит смехом, развеселённый одной из множества дерзких реплик, которые Тобирама выдаёт с непроницаемым лицом. Эль проливается из его кубка через край. Нед наблюдает за происходящим со своего места рядом с Мейсом Тиреллом, и у него нет сил даже попытаться осознать всё это. — Вы нашли отличного воина, лорд Старк, — произносит лорд Тайвин, его кошачьи глаза сверкают от расчётливых мыслей. — И целителя, вы сказали? Уж не слишком ли много мейстеров за Стеной? Нед берёт паузу, чтобы изобразить лучшее выражение лица северного дикаря. Тайвин никогда всерьёз не верил, что Нед — законченный глупец, но он не знает, сколько из этого — игра. И Нед не настолько глуп, чтобы отказаться от этого преимущества, пока оно ему служит. — Трудолюбие и изобретательность мало зависят от географии. Более того, где ресурсы в дефиците, там на помощь приходит находчивость. Если бы всё было иначе, я полагаю, мы бы все извлекли огромную пользу из изобретательности дальнего Севера. — Понятно, — говорит лорд Тайвин, не веря ни единому слову. Жаль; Нед не лжёт. Несмотря на то, что он уверен: Тобирама, по крайней мере, валирийского происхождения, он не знает этого точно и не обсуждал с кем-либо. Правда, как она установлена сейчас, такова: Тобирама — одичалый. — Он, безусловно, кажется весьма способным человеком. — Прыжки да трюки, — фыркает Мейс Тирелл. — Это ещё не повод для такого фамильярного обращения с королём. Его поведение неподобающе, а его дерзость неприемлема, лорд Старк. Вам бы следовало научить его правилам цивилизованного поведения. Нед моргает, потрясённый искренней глупостью на фоне своей напускной. Как он дожил до такого возраста с такими взглядами? От неожиданности он переводит взгляд на лорда Тайвина, чьи губы сжаты, а уголки подёргиваются в едва заметной насмешке. — Нельзя просто так взять и научить Тобираму, — говорит Нед, голос звучит чуть растерянно, в унисон его недоумению. — Признаюсь, я даже не знаю, как бы это сделать. — Чушь, — Тирелл залпом осушает кубок с несомненным мастерством. — Он не виноват в своих обстоятельствах, но любого человека, каким бы простым он ни был, можно научить правильному пути. Твёрдая рука, милорд, может быть необходима, но в конечном итоге это будет наилучшим решением. И что он должен делать с этой твёрдой рукой, даже если вдруг обнаружит, что она у него есть? Нед вдыхает долгий, успокаивающий вдох. Насколько твёрдой должна быть эта рука, чтобы Тобирама вообще её заметил? Иными словами, существует ли в принципе такая рука, которая могла бы запугать Тобираму из дома Хатаке? Нед не видит, как это возможно. — Очень интригующее предложение, лорд Тирелл, — говорит Тайвин безукоризненно ровным тоном, брови его выгнуты в саркастической дуге. — Уверен, лорд Старк высоко оценит вашу мудрость. — Верно, — Нед решает ограничиться односложными ответами. Роберт издаёт очередной громовой хохот, пока Тобирама откидывается в кресле, лениво крутя в пальцах едва тронутый бокал вина. — Прошу простить, господа, — говорит Нед, хватаясь за первый же шанс вырваться из этого разговора. — Мне нужно обсудить кое-что с королём. Он делает паузу, в голове мелькает странная мысль. Его знаменосцы с войсками, занимаются делами. Джон в Королевской Гавани, исполняет обязанности десницы. Большинство других лордов тоже здесь. Все, кроме, что примечательно, Оберина Мартелла. — Лорд Тайвин, — спрашивает он, ненавидя каждую секунду этого. — Найдётся ли у вас время сегодня или завтра, чтобы прояснить некоторые вопросы, касающиеся хода войны? — Разумеется, лорд Старк, — отвечает Тайвин, слегка наклонив голову набок, очевидно, не ожидая, что Нед обратится к нему. Что ж, справедливо. Ему действительно нужно понять расстановку сил, а от лорда Тайвина всегда можно рассчитывать услышать правду, если только эта правда не вредит ему или его семье. В данном случае Ланнистеры только выиграют, если между Мартеллами и королём, а косвенно и между Мартеллами и Ланнистерами, возникнет напряжённость. — Прекрасно. Благодарю вас. — Нед! — зовёт Роберт, заметив его поднимающимся. — Иди к нам! Я как раз рассказываю твоему дикарю о нашем времени в Долине. — Обязательно? — тянет Нед, делая вид, что ему больно от самой идеи. Истории из детства — это, пожалуй, самая безопасная тема, о которой они могли бы говорить. Тобирама, к счастью или к сожалению, ничего не знает о кошмаре, каким были отношения Лианны и Роберта, не говоря уже о том, какое место в этой истории занимают Рейгар и Джон. — Уверен, Тобирама предпочёл бы услышать о войне. — Нисколько, — мурлычет Тобирама, наклоняя голову так, что свет отражается в его глазах, делая его больше похожим на хищного зверя, чем на человека. — Войны меня не интересуют. А вот боевые искусства… — он поворачивается, откидываясь назад, его взгляд откровенно скользит по телу Роберта, напрочь лишённый намёка на скромность. — Почему у вашего друга так мало достойных партнёров для тренировок? — он бросает на Роберта взгляд, который легко можно назвать снисходительным. — Вы великолепный воин, Ваше Величество, но вашей работе ног явно не хватает точности. Меч — не ваше любимое оружие, я прав? Роберт выпрямляется, гордый, глаза блестят, и он уже явно слегка пьян. — Лучше всего мне удаётся молот. Правда, мало кто сейчас позволяет мне использовать его. Рыцари при дворе боятся нападать на меня всерьёз. Лучший бой за последнее время у меня был с вепрем. — Недопустимо, — отрезает Тобирама. — Я встретил вас всего несколько часов назад, и уже могу сказать, что вы — воин прежде всего. Возможно, ваших гвардейцев можно убедить тренироваться с вами. Сир Барристан? — Я бы не отказался от спарринга, — отвечает Барристан Смелый, перед которым Нед до сих пор испытывает благоговейный трепет. — С королём, разумеется, но и с вами, господин Тобирама, тоже. — Это будет честью для меня, — произносит Тобирама, оценивающе глядя на рыцаря. — Я почти ничего не знаю о том, как сражаются южане. Это пробел, который я стремлюсь исправить. — Прекрасно! — улыбается Роберт, широко и ярко. — Наконец-то у меня будет занятие поинтереснее, чем пить, играть в кости и трахаться целыми днями. — Несомненно, — произносит Тобирама, но в его голосе звучит нотка печали, которая сразу привлекает внимание Неда. Снаружи Тобирама спокоен, но что-то в его губах и складках на лбу выдаёт сожаление. — Некоторые люди расцветают в мирное время. А вы, Ваше Величество, относитесь к тем, кто ищет острых ощущений. Я поговорю с вашими рыцарями и посмотрю, что можно сделать, чтобы наполнить ваши дни чем-то более захватывающим.
