я всегда буду с тобой

Ночь пролетела мгновенно и весело. Хорошее всегда заканчивается быстро. Старые подруги много танцевали под разную музыку, которая лилась из магнитофона, пили вино, которое принесла Ксюша, разговаривали, смеялись. На одной из песен Маша успела подойти к Захаровой и отвести подругу в сторону. — Слушай, Даш, — отпивая из бокала вина, сквозь музыку стала кричать девушка. — Ни в коем случае не говори девочкам о Васильеве, хорошо? Брюнетка повернулась к подруге, кладя руку на ее плечо. — Эй, ты чего? — она слегка улыбнулась. — Конечно не скажу! Я никому не скажу. Ты что, все еще думаешь об этом? Машка, расслабься хотя бы на эту ночь! Он тебя не тронет! Подруги обнялись, а Семенова залпом допила все содержимое бокала, который держала в руках. Несмотря на веселую ночь в хорошей компании, на душе было все так же беспокойно. Она думала о Вите и о них двоих, думала о Васильеве, о том, что будет говорить ему, когда они пересекутся в следующий раз. Не получалось свободно танцевать и смеяться, слишком тревожно было внутри.

***

Разъехались девушки утром. От выпитого алкоголя голова гудела, в животе осталось неприятное ощущение, не было сил. Подруги кое-как смогли подняться, нормально позавтракать и разъехаться по домам. Дверь квартиры Семеновой открылась. Маша закинула сумку и начала снимать верхнюю одежду. Из спальни вышли родители. — Привет, Машуль, — с улыбкой показалась мама. — Ну что, как выходные? — Привет! — тут же ответила девушка. — Все хорошо, только я устала, мы не выспались. Я полежу пойду, ладно? Потом надо конспекты закончить к завтрашнему дню. — Здравствуй, дочь, — только младшая Семенова хотела свернуть к себе в комнату, в коридоре появился отец, сложивший руки на груди. Его выражение лица оставалось таким же спокойным, как всегда, а голос напряженным. Маша остановилась: — Привет, пап. — Что это вы не выспались, вдвоем же вроде были? — Михаил Николаевич слегка прищурился. — А, так к нам девочки приехали еще. Ксюша и Катя, со школы которые. — Выпивали? Девушка сглотнула и напряглась. Происходящее было похоже на грубый опрос, а не на обычный диалог дочери и отца. — Ну да. Пап, вообще-то я уже взрослая, мне почти двадцать лет… — Я просто спросил, — тут же перебил мужчина. — Точно только девушки были? — А кто еще по-твоему мог с нами быть? — А кто вас знает. Вы же любите с разными бандитами тусоваться. — Какими бандитами? — Маша подняла зеленые глаза на отца и нахмурилась. — Сама знаешь какими. Твой идиот, звонил, кстати. Внутри все сжалось от понимания ситуации. Если на звонок Пчелкина ответил Михаил Николаевич, то ничего не вышло, более простого сброса. — Ты сбросил? — Естественно. — Ты мог хотя бы объяснить, что меня нет дома. — Я ничего не собираюсь объяснять твоему преступнику. — Не называй его так, папа! — тон голоса незаметно повысился. — А ты не кричи на отца! Как мне еще его называть, если и так понятно, кто он? — мужчина ударил рукой по стене. Девушка подняла глаза на Ирину Николаевну. Женщина приложила руки к лицу. Вмешиваться не было смысла, а уйти она просто не могла. — Он не бандит и не преступник, ясно?! — агрессивнее ответила младшая Семенова. — Да? А кто он? Твой Пчелкин еще с школьных лет рэкетир и бабник, а ты, даже после его уезда, продолжаешь с ним романы крутить, дура малолетняя! — Папа! — Так стоп! — резко послышался голос матери. — Миша, прекрати на нее ругаться! Маша, иди отдыхай! Гляделки, наполненные злостью у отца и дочери тут же прекратились. Девушка молча зашла в комнату и заперла за собой дверь, а супруги решили вернуться в спальню. — Ирина, я просто воспитываю нашу дочь! — тут же ответил мужчина жене. — Ей действительно, уже девятнадцать лет! Слишком поздно пытаться ее воспитать! Пусть сама разбирается! — дверь в спальню закрылась. Михаил Николаевич часто устраивал скандалы из-за общения дочери с Витей Пчелкиным. Он был уверен, что этот парень никто иной, как будущий бандит и рэкетир, которых с каждым годом разводилось все больше. Однако, Семенова не верила отцу. Или хотя бы не хотела верить.

***

Следующий день оказался солнечным. Для этой холодной зимы — редкость. Конечно, в универ идти не хотелось совсем. Однако, девушка все-таки оказалась в нем. Сейчас был перерыв перед очередной длинной лекцией. Семенова отошла от подруг, с которыми часто ходила по коридорам. Она стояла где-то в углу. На ней был бежевый свитер с вырезом на груди и черные джинсы. Волосы были закручены в неопрятный пучок, а в руках она держала книгу. Маша давно не брала книги в руки где-то помимо дома. В последний раз, кажется, она делала так в классе шестом, и то, в тот период просто многие болели, было скучно на переменах. Однако сейчас, эта вещь была единственной, которая успокаивала и радовала. Кроме звонков Пчелкина, конечно. Неожиданно рядом появилась мужская фигура. Семенова не заметила, как брюнет оказался перед ней. Она подняла зеленые глаза и дернулась. Опять Васильев. — Ну здравствуй, моя ненаглядная! — голос опять смеялся, карие глаза бешено бегали по девушке. Маша захлопнула книгу и подняла взгляд на парня. — Чего тебе? — Мне кажется, ясно, чего мне, Машенька! — он прыснул, но веселое выражение лица резко сменилось на серьезное, даже устрашающее. — Ты чего это не пришла в субботу в ресторан? Мы разве с тобой не договорились? Ты хочешь, чтобы я набирал отцу? Страх что ли потеряла, Семенова? От грубого тона девушка вздрогнула и сжала свободную руку в кулак. — Прости, Саш, — она кое-как подняла зеленые глаза на Васильева. — Родители срочно попросили уехать, не успела сообщить! Все выходные провела на даче! — Маша старалась оставаться спокойной и улыбчивой, лишь бы брюнет ей поверил. Одно неверное слово, и возможно, конец. — Ну как же так, Маш? Именно в такой прекрасный день тебе пришлось уехать! — Сама удивлена, Саш, — она натянула ухмылку, пытаясь выглядеть уверенней. — Думаешь, я реально поверю в этот бред? Ты просто слилась. Даже Витеньку не пожалела, да? — мужское лицо приблизилось к ее щеке. — Саш, что ты такое говоришь! — она прижала руки к груди, придерживая одной книгу. — Я правда уехала! Поверь, хотя бы ради Пчелкина, я не стала бы так просто обманывать тебя! Васильев сделал паузу, на момент отводя взгляд. — Хорошо, — он кивнул. — Тогда ты пообещаешь! Нет, ты поклянешься мне, что как только я устрою нам свидание, ты придешь на него! Любая отмазка, кроме смерти — Пчелкину хана. От таких ультиматумов сердце застучало сильнее, а внутри залилось неприятное чувство. Однако, выбора не было, оставалось только дать клятву. — Саш, — она стала ближе к парню, пристально заглядывая в его глаза. — Я клянусь тебе, что приду на свидание! — Маша пыталась скрыть дрожь голоса. Васильев хитро облизнулся. — А ты умеешь возбуждать, Семенова! Подходи ко мне так близко почаще, хорошо? — он посмеялся и одной рукой схватив девушку за подбородок, попытался грубо проникнуть своими губами в ее рот. Светловолосая дернулась и резко оттолкнула парня от себя. Во рту осталось неприятный вкус от поцелуя, а руки затряслись. — Не делай так больше! — тут же крикнула Маша. Парень громко засмеялся. — Я сам решу, как мне делать, Семенова! — он сунул руки в карман и начал отходить от девушки. На душе стало больно и противно. Этот урод пытался ее поцеловать. На глаза снова наступили слезы, но девушка быстро проморгалась и стала засовывать книгу в сумку. Она попыталась проанализировать последний диалог и понять, что теперь будет. Кажется, Семенова попала.

***

Уже вечером, когда давно стемнело и вся семья находилась дома, девушка выбежала в коридор квартиры, чтобы ответить на звонок. — Але? — Привет, Машуль, — тут же обрадовал родной мужской голос. — Слава богу, что ты отвечаешь, а не батя твой! — Витя посмеялся. Семенова улыбнулась: — Точно, он же отвечал тебе! — она посмеялась. — Прости, я все выходные была у Даши Захаровой на даче. — Вот как, отдыхала? — Ага. — Ну это супер, Семенова! Сама то как ты? — Все хорошо, Вить, — внутри ощущалось приятное чувство. Трубку бросать совсем не хотелось, а слушать его голос она была готова вечно. — Ты сам как? — Да в норме вроде, бизнес мутим ходим. — Опять бизнес, — Маша сглотнула и вспомнила слова отца, с последней их ссоры на днях. — Пчелкин, а что это за бизнес такой? — Ну, что за бизнес, — он откашлялся. — С людьми работаем, Саня вот у нас, с хорошими людьми связался. — Какими хорошими? — Блатные они, помогают двигаться нам, — быстро ответил парень и громко сглотнул. Он пытался попробовать отойти от этой темы и что-то скрыть. Не скажет же он Семеновой, что еще со школьной скамьи мутными способами бабки ищет. — Странно в такое время с блатными общаться, Вить, — Маша усмехнулась. Действительно, с каждым днём кризис был ближе, по всей стране шла перестройка, появлялось много бандитов и хулиганов. — Да, Машка, нормально всё, че ты! — Пчелкин будто попытался улыбнуться. — Как предки твои? Как с отцом сейчас то? — он сменил тему. — Нормально, держимся. С папой сам знаешь, несладко. — Ниче, прорвемся! Машуль, мы осенью вернемся наверное. Хз пока, посмотрим ближе. Слова отдались стуком сердца. Витя вернется совсем скоро. Она надеется на это. Конечно, времени еще много, но самое главное, что не позже. — Еще много. — Время пулей пролетит, и не заметишь! — Надеюсь, — она выдохнула. — Ладно, Вить, спать пойду. — Давай, спокойной ночи, люблю. — И я тебя. Спокойной ночи.

***

апрель 1990 год. Весна пришла незаметно. С каждым днём становилось все солнечнее и теплее. Быстро теплые куртки сменялись на легкие кофты, темнело позже, все расцветало. Последние два месяца из жизни девушки казались прекрасными. Приближалось лето, приезд любимого, однако, помимо этого, человек, о котором не хотелось даже слышать — уехал. Васильев вместе с отцом и мачехой отправились отдыхать за бугор на время длинного отпуска генерала. Все эти месяцы он не трогал Семенову, так что казалось, жизнь заиграла яркими красками. Подруга Оля Сурикова все чаще общалась с Беловым. Кажется, он много писал ей, звонил и даже отправлял фотографии и подарки. Складывалось ощущение, что рыжеволосая по уши влюблялась в Сашу. С девочками с универа получилось более менее наладить общение. Они стали часто проводить время с Семеновой, поддерживать разговоры и общаться. Даже отец, с которым было невозможно нормально поговорить, шел на контакт. Сейчас находиться дома было легче, проще и приятнее.

***

Компания подруг шла по коридорам университета. Следующим предметом была культурология, вела ее строгая женщина в возрасте, идти к ней совсем не хотелось, поэтому девушки решили подольше посидеть в столовой. Они весело разговаривали друг с другом, пока Рубцова не посмотрела в сторону. — Девчат, посмотрите туда, — она пристально уставилась на вход. Среди толпы студентов показалось ужасно знакомое лицо. Вся компания оглянулась и увидела этого человека. Он был одет в свою повседневную кожаную куртку, брюки и белую футболку поло. Заходя в столовую, его руки были засунуты в карманы, а карие глаза уверено сверкали, как бы здороваясь со всеми. Цвет его коже стал чуть темнее — вернулся Саша Васильев. — Давно пора, его уже несколько месяцев в Москве не было, — не отрывая глаз от парня, подхватила Аня. — Он стал еще красивее! — хихикнула Наташа. Внутри Семеновой что-то с треском упало, когда вошедший пристально уставился на нее. Как странно — ты только обретаешь крылья для свободного полета, как жизнь мощно бьет тебя о землю. Парень приближался именно к столику девушек, ловя на себе сумасшедшие взгляды подруг Маши. — Девчонки, привет, — своей лучезарной улыбкой начал Васильев. Давно же она не слышала его голос. — Можете нас с Машей оставить? Наедине. Улыбка с лица каждой резко упала и девушки пристально посмотрели на Семенову. Она отвела взгляд куда-то вниз. Рубцова тут же перевела глаза на Сашу. — Конечно, Саш, как скажешь, — все трое медленно поднялись со стулов и ушли в сторону. Парень плюхнулся на свободное место, кладя ногу на ногу. — Ну привет, Семенова, — он цокнул языком. — Скучала? Девушка нервно сложила руки в замок и подняла глаза на Васильева. — Тебе честно ответить? Он посмеялся: — Тогда лучше не надо, не порти настроение. Я что пришел то, — Саша наклонился поближе к столу и Маше. — Весь отдых спать не мог, думал о твоей клятве, Машенька! Ты же не забыла? Мы с тобой пойдем на свидание! Сердце в груди застучало сильнее, девушка сглотнула. — Конечно нет, когда мы пойдем? — Ну смотри, — Васильев взглянул на наручные часы. — Завтра я занят, а вот послезавтра пятница! Прекрасный день, чтобы побыть вдвоём, не так ли? — парень снова посмеялся. — В восемнадцать часов я буду ждать тебя у подъезда. Мы поедем в ресторан «Арбат», поужинаем, а после поедем ко мне. Возражения не принимаются. Не забывай, Машенька, это ради тебя и твоего Пчелкина! — он быстро отчеканил каждое слово и начал вставать с места. — И да, — Саша обвел Семенову взглядом. — Надень что-нибудь шикарное! Васильев быстро скрылся, оставляя девушку в ступоре переваривать все сказанное парнем. Вот тут то и начался пиздец.

***

Тем же вечером, в тот же день, после универа Семенова сразу поехала к подруге, которой можно рассказать обо всем произошедшем. В трамвае она сидела и плакала, руки тряслись, сердце громко стучало. В этот раз свидания точно не избежать, явно придется идти в этот «Арбат» вместе с Васильевым, и все ради нормальной жизни ее самой и Пчелкина. Рассказать Вите не вариант, он сразу начнет действовать против Васильева, а потом попадет под влияние отца. Не идти — еще хуже. Ходить куда-то с нелюбимым человеком никогда не хочет никто, особенно если это делается насильно, ради чего-то или кого-то. Становилось страшно с каждым часом, ведь Маша все ближе и ближе была к этому свиданию. Еще ужаснее было представлять, что может быть после обычного ужина. А ведь возможно ей действительно придется лечь к Саше в постель, переспать с ним и сделать всё, что этому уроду угодно. Другого варианта не было…