Через тернии к звёздам

***

      — Ни разу… ни разу за всё то время, что я работаю в Хогвартсе… — бормотала профессор МакГонагалл.       — Да уж, никогда не видел ничего подобного… — суровым голосом, больше сказал сам себе, чем ответил, профессор Снейп.       Профессор МакГонагалл осеклась, от волнения ей не хватало воздуха, но очки её яростно посверкивали на солнце.       — Как вы могли, Поттер… Вы чуть не сломали себе шею…       — А у вас, мисс Уизли, должно быть, есть лишняя конечность? Или вы решили вылететь из школы раньше, чем наступит Хэллоуин? — с усмешкой в голосе задал вопрос Снейп.       — Это не её вина…       — Я вас не спрашивал, мисс Паркинсон…       — Но она просто…       — Достаточно, мистер Забини. Уизли, идите за мной, немедленно.       Муфалда заметила насмешливый взгляд Рона, побледневшие лица друзей и побрела за профессором Снейпом, с трудом передвигая ноги. Она не сомневалась, что теперь её исключат из школы. Она хотела попробовать как-нибудь оправдаться, но не могла вымолвить и слова. Профессор Снейп быстро шёл впереди, не оборачиваясь на ученицу, его чёрная мантия развивалась позади, и Муфалде пришлось ускорить шаг и даже перейти на бег, чтобы не отставать. К тому же, ей нужно было бежать осторожно, чтобы не наступить на мантию профессора и не споткнуться. Что ж, похоже, всему пришёл конец, хотя она не пробыла в школе даже и двух недель. И уже через десять минут она будет укладывать свои вещи обратно в чемодан. И что, интересно, скажут родители, когда увидят её на пороге дома? Насколько же им будет стыдно. Хоть они и сказали, что гордятся дочкой, которая первая из семейства поступила на Слизерин, но они точно не скажут того же, когда она вылетит из школы.       Профессор Снейп и Муфалда молча поднялись по ступенькам, ведущим к воротам замка, потом по мраморной лестнице. Учитель резко распахивал одну дверь за другой, быстрым шагом пересекал коридор за коридором, а грустная и печальная девочка покорно семенила за ним. Наверное, профессор Снейп вёл её к Дамблдору — куда же ещё?       Снейп резко остановился напротив одного из кабинетов, потянул на себя дверь и заглянул внутрь.       — Извините, профессор Флитвик, могу я попросить вас кое о чём? Мне нужен Флинт.       «Флинт? — Муфалду передёрнуло, и она задрожала в ужасе, — Это ещё что такое?»       Оказалось, что Флинт — это человек, пятикурсник крепкого телосложения, который, выйдя из кабинета, непонимающе посмотрел на профессора Снейпа и Муфалду.       — Идите за мной, вы оба, — приказал Снейп, и они пошли за ним по коридору.       Флинт с любопытством косился на Муфалду.       Профессор завёл их в кабинет, в котором не было никого, кроме Пивза, писавшего на доске нехорошие слова.       — Вон отсюда, Пивз! — рявкнул профессор Снейп.       Пивз бросил мел в корзину, судя по всему, пустую, потому что она отозвалась грохотом, и вылетел из класса, бормоча себе под нос ругательства.       Профессор Снейп захлопнул за ним дверь и повернулся к двум студентам.       — Уизли, знакомьтесь — это Маркус Флинт. Флинт, я нашёл вам загонщика.       Озадаченное выражение на лице Флинта сменилось восторгом.       — Вы это серьезно, профессор?       — Абсолютно, — сухо заверил его Снейп. — Она летает, как птица, словно с пеленок это умела. В жизни не видел ничего подобного. Вы в первый раз сели на метлу, Уизли?       Муфалда отрицательно покачала головой. Она никак не могла понять, что происходит, но, кажется, её не собирались исключать, и от этой мысли ей стало чуть легче.       — Она отбила эту штуку в воздухе, прямо в сторону Поттера, спикировав с двадцати метров. И ни одного синяка. Даже Люциан Боул так не смог бы.       У Флинта был такой довольный вид, словно все его мечты каким-то чудесным образом осуществились.       — Когда-нибудь видела, как играют в квиддич, а, Уизли? — спросил Флинт. Глаза его загорелись.       — Флинт — капитан сборной факультета Слизерин, — пояснил профессор Снейп.       — Для загонщика она идеально сложена, — заключил Флинт, обойдя вокруг Муфалды и внимательно её рассмотрев, — Ловкая и быстрая. Нам надо будет раздобыть для неё приличную метлу, профессор, — «Нимбус-2000» или «Чистомет-7», думаю, что-нибудь в этом роде.       — Я поговорю с профессором Дамблдором и попробую убедить его сделать исключение из правил и разрешить первокурснику играть за сборную, — произнёс профессор Снейп. — Потому что нам нужна ещё более сильная команда, чем в прошлом году. Мы должны взять кубок в этом году, как и в предыдущем. Проиграть я вам не позволю, — отчеканил Снейп. — И учтите, Уизли, если я услышу, что вы недостаточно упорно тренируетесь, я могу передумать и наложить на вас серьёзное взыскание за то, что вы натворили. Однако, должен признать, что талант игры в квиддич вы, всё-таки, унаследовали от своих старших братьев. И это может сыграть на пользу команде Слизерина.

***

      — Да ты шутишь...       Это было за обедом. Муфалда только что закончила рассказывать друзьям о том, что произошло, когда профессор Снейп увёл её с площадки.       — Загонщица? — в голосе Теодора было изумление и лёгкое недоверие.       — Но первокурсников никогда… Ты, наверное, станешь самым юным игроком в истории Хогвартса за… — Драко задумался.       — …за последние сто лет, — закончила за него Муфалда, с аппетитом взявшись за пирог. После того, что она пережила сегодня днем, она жутко проголодалась, — Флинт мне это уже рассказал.       — Но ведь это же очень опасно, — забеспокоилась Пэнси, но Муфалда только махнула на это рукой.       Друзья были настолько впечатлены услышанным, настолько поражены, что просто сидели с раскрытым ртом и не могли отвести от подруги глаз.       — Я начинаю тренироваться на следующей неделе, — добавила Муфалда. — Только не говорите никому. Флинт хочет, чтобы это оставалось тайной.       — А я всё-таки надеюсь, что Поттера исключат, — сменил тему Драко.       — Зачем тебе это нужно? — спросила Муфалда, поедая ароматный пирог с сахарными яблоками.       — Ты что, не понимаешь? — выгнув бровь, спросил Драко. — Он отказался от дружбы со мной, а это значит, что добровольно решил стать моим неприятелем. Никто не может отказывать в дружбе со мной, — сообщил Малфой.       Трое девочек переглянулись и поняли, что им никогда не понять мальчишек. Когда ребята закончили с обедом, Драко специально решил пройти мимо гриффиндорского стола.       — Последний школьный обед, Поттер? — с издевкой спросил слизеринец. — Уезжаешь обратно к маглам? Во сколько у тебя поезд?       — Смотрю, на земле ты стал куда смелее, особенно когда рядом два твоих друга, — холодно ответил Гарри.       — Я в любой момент могу разобраться с тобой один на один, — заявил Драко, не обращая внимания на обеспокоенные взгляды девочек. — Сегодня вечером, если хочешь. Дуэль волшебников. Никаких кулаков — только волшебные палочки. Что с тобой, Поттер? А, конечно, ты же никогда не слышал о дуэлях волшебников.       — Он слышал, — быстро сориентировался Рон, вставая перед Малфоем, и с презрением смотря на Муфалду, отчего девочка смутилась. — Я буду его секундантом, а кого возьмешь ты?       Малфой посмотрел на своих друзей, оценивая, кто из них больше подойдет для этой цели.       — Теодора, — наконец сказал он. — Полночь вас устраивает? Тогда в полночь ждём вас в комнате, где хранятся награды — она всегда открыта.       Когда шестёрка вышла из Большого зала, Муфалда задала вопрос, который крутился на языке у Дафны и Пэнси.       — Зачем тебе нужно это, Драко? А если вас двоих заметит Филч и миссис Норрис? Мечтаете об исключении из школы? — девочки посмотрели на друзей.       Драко усмехнулся и ответил:       — А мы и не пойдём туда. Они выйдут в коридор после отбоя, а потом поймают их. Вот тогда-то их исключат. Представляю реакцию ваших родителей, когда Рон будет стоять на пороге дома с собранным чемоданом, — друзья улыбнулись.       Муфалда улыбалась, но внутри юной слизеринки шла борьба: предупредить брата о плане Драко и предать друга или не сказать Рону ни слова и предать брата? Однако, ответ нашёлся сам собой: Рон никогда ей не поверит и обвинит Муфалду в том, что она всё придумала, чтобы опозорить их перед Малфоем. Гриффиндорец больше не относился к юной Уизли хорошо, в отличие от её новых слизеринских друзей. Так может не стоит рисковать дружбой ради человека, который даже знать тебя не хочет? Ответ был очевиден, однако на душе рыжеволосой слизеринки всё равно скребли кошки.