Через тернии к звёздам

***

      Муфалда стояла перед Драко и не знала что ему сказать. Она опустила глаза и села в соседнее кресло, стоящее рядом.       — Знаешь… — начала слизеринка, пытаясь подобрать слова, — когда началась вся эта история с нападениями, я не хотела вмешиваться в это. А потом я заметила перемены в поведении Джинни, — Муфалда посмотрела на друга и заметила, что тот внимательно слушал её. — и тогда меня осенила мысль, что она как-то связана со всем происходящим в замке, — юная Уизли вздохнула, — тогда я узнала, что гриффиндорская троица начала своё расследование, — лицо Драко скривилось при упоминании его неприятелей, — я заявила, что буду в курсе всего происходящего и поставила им некое условие, — Муфалда замолчала, так и не сказав в чём именно заключалось условие.       — То есть ты якшаешься с троицей Поттера? — брезгливо спросил Малфой.       — Прости, я не хотела тебе говорить об этом, — юная Уизли чувствовала себя виноватой и старалась не смотреть на друга. Драко придвинулся к подруге и обнял её за плечи. Мальчик отметил, что от неё приятно пахло апельсинами. Странно, что он не замечал этого раньше.       — Успокойся, лисичка, я не обижаюсь, — улыбнулся Драко.       — Почему лисичка? — удивлённо спросила Муфалда.       — Потому что ты рыжая и такая же хитрая, — ответил Малфой и потрепал подругу по волосам, а потом оба вдруг тихо рассмеялись.       — Ладно, — сказала Муфалда, успокоившись, — уже пора спать. Доброй ночи, Драко.       — Доброй, лисичка, — улыбнулся слизеринец.       Когда Муфалда скрылась в комнате, Драко подумал, что увидев Поттера в следующий раз он точно не сможет удержаться от язвительной шутки в его сторону. Обижаться на юную Уизли он не мог, а вот отомстить Поттеру за то, что тот общался с его подругой, ему хотелось. Драко передёрнуло от одной мысли, что Муфалда общалась с Поттером. Она — представительница одной из двадцати восьми священных семей, хотя многие и не хотели этого признавать, общалась с полукровкой и грязнокровкой. О братце Муфалды Драко не смог сказать ничего плохого, поскольку всё связанное с ним можно было отнести и к девочке.       Малфой вдруг задумался. С детства его отец твердил ему о том, что нищие Уизли им не ровня, но пока Драко убеждался лишь в том, что Муфалда не такая, как все члены её семьи. Один занудный Перси чего стоит! Может виной тому принадлежность к Слизерину? Должно быть, шляпа разглядела в ней потенциал. Даже Люциус, узнав, что одна из Уизли попала на Слизерин, отнёсся к ней лояльно. Тем более, несмотря ни на что, Муфалда остаётся чистокровной волшебницей. Драко вздохнул. Ему нравилось проводить время с юной Уизли, но позволить, чтобы она проводила также много времени с Поттером, он не мог. Мальчика вдруг осенило. Драко решил, что будет помогать им в расследовании так, как это возможно. Чем быстрее они справятся с этим, тем быстрее Муфалда вернется в их слизеринскую компанию.       Проснувшись утром, юная Уизли поняла, что совсем не выспалась. Выходит, ночные приключения с Роном и Гарри начали давать о себе знать. Девочка села на кровати и, зевая, потянулась.       — С добрым утром, соня, — произнесла Дафна, поправляя напротив зеркала слизеринский галстук.       — Который час? — спросила Муфалда, пытаясь открыть сонные глаза.       — Через полчаса начинается завтрак.       Муфалда встрепенулась и вскочила с кровати, схватившись за голову.       — Почему ты не разбудила меня раньше?! — кричала она, бегая по комнате, впопыхах пытаясь собраться. Однако суету Муфалды остановил смех Гринграсс.       — Прости, Муф, но ты была такой сонной, что я решила тебя разыграть.       — Когда-нибудь я точно превращу тебя в жабу, Гринграсс, — буркнула юная Уизли и завалилась на кровать.       Спустя сорок минут, Муфалда и Дафна вышли из комнаты и наткнулись на Пэнси, Драко, Тео и Блейза.       — Ну наконец-то, — улыбнулся Нотт.       — Давно мы не видели тебя, Муф, — добавила Пэнси.       — Наверное за это время твоя сестра уже стала отличницей, как Грейнджер, — усмехнулся Блейз.       — Я тоже скучала по вам, — улыбнулась Муфалда.       После завтрака друзья отправились на Трансфигурацию, совмещённую с Гриффиндором. Но профессор МакГонагалл объявила им пренеприятную новость, и они думать забыли — впервые за эти недели — про зловещую Комнату: через неделю, первого июня начнутся экзамены.       — Экзамены? — ужаснулся Симус Финниган. — У нас еще будут экзамены?       — В школе нападают на учеников, а мы будем сдавать экзамены?! — возмутился Драко.       За спиной Муфалды что-то грохнуло. Невилл Долгопупс выронил волшебную палочку, и одной из ножек его стола как не бывало. Взмахом палочки профессор МакГонагалл привела стол в порядок и повернулась к Симусу.       — Если школа до сих пор не закрыта, так только для того, чтобы вы не остались неучами, — строго проговорила она. — Экзамены состоятся, как обычно, и я надеюсь, что вы будете усердно готовиться. Усердно готовиться! — она решила не обращать особого внимания на замечание Драко и вернулась к уроку.       Муфалда и помыслить не могла об экзаменах. Конечно она готовилась, но совсем забыла, что они начнутся так скоро. Класс зашумел, и профессор МакГонагалл сурово нахмурилась.       — Я хочу подчеркнуть: профессор Дамблдор предписал соблюдать заведенные порядки, разумеется, насколько возможно. А это включает проверку усвоенных за год знаний.       Муфалда смотрела на двух кроликов, которых нужно было превратить в комнатные туфли и вздохнула. Она знала весь материал за этот учебный год, но её мысли были далеки от экзаменов.       — Они совсем не думают о том, что происходит в школе, — закатил глаза Драко, — экзамены надо отменить.       — Но им ведь нужно проверить наши знания, — возразила Дафна.       — А я согласен с Драко, — ответил Тео, — как-то неправильно получается. Мы морально не готовы к этому.       — Какая разница? — вздохнула Муфалда. — Экзамены всё равно проведут.       За три дня до экзаменов профессор МакГонагалл сделала за завтраком ещё одно объявление.       — У меня хорошие новости, — начала она, и притихший было Большой зал взорвался криками.       — Дамблдор возвращается! — шумно обрадовались многие.       — Поймали наследника Слизерина! — воскликнула какая-то девушка за столом Когтеврана.       — Матчи по квиддичу возобновляются! — вопил Вуд.       — Экзамены отменят! — закричали за столом Слизерина.       — Профессор Стебль известила меня, — продолжала МакГонагалл, когда гвалт стих, — что мандрагоры наконец-то созрели и готовы к употреблению. Уже вечером мы сможем вернуть к жизни всех претерпевших заклятие Оцепенения. Хочу вам напомнить, что одна из жертв, по-видимому, знает, кто именно на них напал. Горячо надеюсь, что этот кошмарный год успешно завершится поимкой преступника.       Зал радостно зашумел. Муфалда осмотрела зал, останавливая взгляд на каждом факультете. Драко не спешил присоединиться к общему ликованию. А вот у Рона лицо первый раз за много дней озарилось улыбкой.       — Драко, всё хорошо? — спросила Муфалда.       — Да, — сухо ответил слизеринец, ковыряя сосиски в тарелке. Муфалда переглянулась с Пэнси. Девочка пожала плечами.       — Что у нас по расписанию? — спросила рыжеволосая, допивая горячий чай.       — Зельеварение с Гриффиндором, — ответил Тео, поедая тёплый хрустящий тост с маслом.       — А потом травология, тоже с Гриффиндором, — добавила Дафна. Муфалда тихо ругнулась, поймав недовольный взгляд подруги.       — Как некультурно с твоей стороны.       — Зато честно, — усмехнулся Блейз.       Пока друзья обменивались шутками, Муфалда мельком взглянула на стол Гриффиндора. Рядом с Роном и Гарри сидела Джинни, покрасневшая как помидор. Она явно пыталась что-то сказать, но вдруг подошёл Перси. Джинни подскочила, словно её кресло на секунду превратилось в электрический стул, бросила на Перси быстрый, испуганный взгляд и убежала прочь. Гарри встретился взглядом с Муфалдой и недоуменно пожал плечами. Слизеринка отвернулась к друзьям и задумалась. Драко заметил состояние подруги и нахмурился, глянув на Поттера.       Сидя в гостиной, девочка решила прямо сейчас пойти к Гарри и Рону, чтобы сказать, что больше не будет участвовать в расследовании нападений. В погоне за поимкой наследника Слизерина, юная Уизли совсем забыла о друзьях. Муфалда уже не хотела иметь никаких дел с гриффиндорской троицей и надеялась, что когда Грейнджер очнётся, то расскажет всё, о чём знает. Хотя, наверное, это будет уже не её дело. Она задумалась, где могут быть гриффиндорцы и поняла. Больничное крыло.       Подойдя к больничному крылу, Муфалда столкнулась с Роном и Гарри. Они шли следом за профессором Макгонагалл.       — Добрый день, профессор, — поздоровалась слизеринка.       — Добрый, мисс Уизли, — кивнула декан Гриффиндора, — вы тоже к мисс Грейнджер?       — Э… да, я к Гермионе, — запнулась девочка.       Профессор Макгонагалл завернула за угол и скрылась. Муфалда услышала, как она, шмыгнув носом, высморкалась.       Мадам Помфри пустила их, правда с большой неохотой.       — Какой смысл навещать оцепеневших, — проворчала она.       И дети, присев возле Гермионы, признали её правоту. Гермиона не подавала ни малейших признаков жизни и, конечно, не осознавала, что у неё были гости. Сказать ей, что совсем скоро все будет хорошо, — все равно что говорить с её тумбочкой.       — Вот было бы здорово, если бы она видела преступника, — Рон печально глядел на неподвижное лицо Гермионы. — Ведь если он сбежал из замка, никто никогда не узнает…       — Ты прав, она точно кого-то видела, — согласился Гарри.       Но Муфалда смотрела не на лицо Грейнджер, а на правую руку, лежащую поверх одеяла, пальцы были сжаты в кулак, из кулака что-то торчало. Девочка наклонилась и увидела клочок бумаги. Не сомневаясь, что мадам Помфри где-то рядом, она молча указала на него ребятам.       — Постарайся вытащить, — шепнул Рон, передвинув свой стул, чтобы заслонить сестру. И стал следить за дверью — вдруг кто войдет. Дело оказалось довольно трудным — пальцы Гермионы крепко держали бумагу. Девочка потянула кончик, боясь оторвать. Отпустила, потянула одну сторону, потом другую, опять отпустила, и, наконец, после долгих усилий высвободила бумажку из окаменевших пальцев. Это была страница, вырванная из какой-то очень старой библиотечной книги. Муфалда торопливо разгладила её. Рон и Гарри, сгорая от любопытства, тотчас навалились ей на плечи.       «…из многих чудищ и монстров, коих в наших землях встретить можно, не сыскать таинственней и смертоносней Василиска, также еще именуемого Король Змей. Сей гад может достигать размеров воистину гигантских, а срок жизни его — многие столетия. На свет он рождается из куриного яйца, жабой высиженного. Смерть же несет путем диковинным, небывалым, ибо, кроме клыков ужасных и ядовитых, даден ему взгляд убийственный, так что ежели кто с ним очами встретится, тотчас примет кончину скорую и в муках великих. Особливо боятся Василиска пауки, сторонятся елико возможно, ибо он есть враг их смертельный; сам оный Василиск страшится лишь пения петушиного, ибо гибельно оно для него…»       — Ребята, — выдохнул Гарри. — Вот оно! Ведь это ответ! Чудище Тайной комнаты — Василиск, гигантская змея! Вот почему я единственный, кто слышит голос. Ведь я здесь один понимаю змеиный язык.       Гарри оглядел другие кровати.       — Василиск убивает людей взглядом. Но он пока никого не убил. Но почему?       — Наверное, потому, что никто пока не смотрел ему в глаза. Колин видел его через глазок фотокамеры, Василиск сжег вставленную в нее пленку, но самого Колина убить не смог, только обратил в камень. Джастин… Джастин, скорее всего, смотрел на Василиска сквозь Почти Безголового Ника! Весь заряд Василиска пришелся на Ника, но Ник-то второй раз умереть не мог! А рядом с Гермионой и старостой Когтеврана, помните, лежало зеркальце. Гермиона догадалась, что чудовище из Тайной комнаты — Василиск. Спорим на что угодно — она сказала первому, кого встретила, давай на всякий случай заглянем за угол с помощью зеркала. Гермиона достала зеркальце, а дальше — сами знаете… — ответила Муфалда.       — А Миссис Норрис? — сгорая от любопытства, спросил Рон. Муфалда пожала плечами, смотря в одну точку. Поттер задумался, пытаясь вызвать в воображении все, что происходило в ту памятную ночь Хэллоуина.       — Вода… — проговорил он медленно. — Помните, тогда затопило туалет Плаксы Миртл? Уверен, Миссис Норрис видела только отражение в воде…       Он еще раз подробно перечитал страничку, все глубже вникая в смысл.       — «…страшится лишь пения петушиного, ибо гибельно оно для него…» А петухи-то Хагрида были все перебиты! Наверное, наследник Слизерина постарался: ведь Василиска, скорее всего, он выпустил на свободу! И смотрите, что дальше: «Особливо боятся Василиска пауки…» Ну все, все сходится!       Рон потеребил ухо и опять спросил:       — Но как этот Василиск передвигается по замку? Здоровенная змеюка… кто-то, наверняка, должен был его заметить…       Поттер указал на слово, написанное Гермионой внизу страницы. Вот только Муфалда поняла, что почерк был подозрительно знакомым. А всё потому, что принадлежал он не Гермионе, а Драко. Она не знала как на этой бумажке оказалась заметка слизеринца, но решила подумать об этом позже.       — Трубы, — сказал он, — трубы… Знаете, Василиск ползает по трубам, встроенным в стены замка. Теперь я понял: тот голос я слышал именно сквозь стену…       Рон схватил Гарри за руку.       — Вход в Тайную комнату! — от волнения у него сел голос. — Что, если он в туалете? А вдруг это…       — …туалет ПЛАКСЫ МИРТЛ! — закончила за него Муфалда. Друзья сидели, потрясенные, боясь поверить собственной догадке. Гарри нервно потер лоб:       — Значит, в школе кто-то ещё говорит на змеином языке. Это, конечно, наследник Слизерина. Потому он и может повелевать Василиском.       — Что же нам делать? — Глаза Рона горели. — Пойти прямо к МакГонагалл?       — Да, скорее в учительскую! — Гарри вскочил на ноги. — Она придет туда через десять минут. Сейчас будет звонок.       Муфалда закатила глаза. Эта идея ей не понравилась. Но другого выхода девочка не видела. Друзья побежали вниз. Им не хотелось, чтобы кто-нибудь застал их в этом коридоре, да ещё и во время урока. Преодолев робость, они вошли в пустую учительскую. Это была большая комната, обшитая деревянными панелями, уставленная креслами черного дерева. Но дети не стали садиться, слишком были взволнованны. Ходили по комнате, ожидая звонка. Однако звонок на перемену так и не прозвенел. Вместо него эхом прокатился по замку усиленный мегафоном голос профессора МакГонагалл:       — Всем ученикам немедленно вернуться в свои спальни. Всем преподавателям собраться в учительской. Пожалуйста, как можно скорее.       Гарри обернулся к друзьям:       — Неужели новое нападение? Что будем делать? Пойдем в спальню?       — Нет, — ответил Гарри, оглядываясь. Слева от него высилось разлапистое сооружение, увешанное мантиями преподавателей.       — Давайте спрячемся сюда. Послушаем, что произошло. А потом расскажем, что мы нашли, — предложила Муфалда.       Друзья укрылись среди мантий, слыша над головой, этажом выше, топот многих десятков ног. Скоро дверь учительской распахнулась, и в щелки между складок, отдающих затхлостью, мантий они увидели, как входят преподаватели. Одни бьли растеряны, другие — откровенно испуганы. Последней появилась профессор МакГонагалл.       — Это опять случилось, — сказала она в наступившей тишине. — Монстр напал на ученика. На сей раз утащил в Тайную комнату.       Профессор Флитвик вскрикнул. Профессор Стебль прижала руки ко рту. Снейп с силой сжал спинку кресла.       — Откуда такая уверенность? — спросил он.       — Наследник Слизерина, — МакГонагалл побледнела, — оставил еще одну надпись на стене, прямо под первой: «Её скелет будет пребывать в Комнате вечно».       Профессор Флитвик залился слезами.       — Кто на этот раз? — воскликнула мадам Трюк. Ноги у неё подкосились, и она упала в кресло.       — Джинни Уизли.       Муфалда ахнула, закрыв рот рукой. Ноги её стали ватными, и она медленно сползла на пол. По щекам потекли слёзы. В глазах девочки потемнело, голова стала тяжелой. Звуки вокруг отдавались эхом. Слизеринка обхватила себя руками, пытаясь успокоиться. Рон тихо сел рядом и крепко обнял сестру. Пока Муфалда тихо всхлипывала на плече у брата, внутри сжималось сердце от осознания того, что она сейчас здесь, в безопасности, а малышка Джинни лежит в Тайной комнате совсем одна. Рон гладил сестру по голове, давая ей понять, что он рядом и никогда её не оставит. Даже если будет сильно ненавидеть.       — Завтра будем отправлять учеников домой, — горестно стиснула ладони МакГонагалл. — Хогвартс на грани закрытия. Дамблдор говорил…       Дверь учительской опять распахнулась с громким стуком. На краткий миг у Муфалды мелькнула безумная надежда, что войдет Дамблдор. Но это был, как всегда, сияющий Локонс.       — Простите, что опоздал, просто сплю на ходу! Пропустил что-то важное?       По-видимому, он не замечал, что присутствующие смотрят на него не то с ненавистью, не то с отвращением.       — Вот тот, кто нам нужен! — выступил вперед Снейп. — Да, именно он. Послушайте, Локонс, монстр похитил девочку. Утащил её в Тайную комнату. Коллега, наконец пробил ваш час.       Локонс побледнел.       — В самом деле, Златопуст, — вмешалась профессор Стебль. — Не вы ли вчера вечером объявили, что вам доподлинно известно, где вход в Тайную комнату?       — Я… Ну да… Я… — залепетал Локонс.       — Вы меня уверяли не далее как вчера, что знаете, кто там обитает, — всхлипнув, перебил его Флитвик.       — Я? Ув-уверял? Н-не припомню…       — А вот я абсолютно точно помню, как вы сетовали, что вам не удалось продемонстрировать всем нам свою волшебную силу: преступника, то есть Хагрида, успели арестовать, — продолжал Снейп. — Вы укоряли нас, что вам с самого начала не предоставили свободу действий — тогда бы никаких бед в школе не произошло.       На лицах коллег не было ни капли сочувствия.       — Я… Я, честное слово… Вы, видимо, превратно меня поняли…       — Словом, профессор Локонс, мы хотим загладить допущенную несправедливость. Поручаем вам сразиться с чудовищем, — заключила профессор МакГонагалл. — Сегодня вечером у вас наконец-то будут развязаны руки. И вы совершите подвиг — избавите Хогвартс от чудовища.       Локонс потерянно озирался. Увы! Ни одного сочувственного взгляда. И он разом утратил весь свой лоск, губы тряслись, белозубая улыбка исчезла, он выглядел слабым и ничтожным.       — О-очень хорошо, — промямлил он, запинаясь. — Ну я… пошел. Буду у себя в кабинете… подготовлюсь…       И Локонс поспешил покинуть учительскую.       — Ну, хоть это хорошо, — профессор МакГонагалл махнула рукой. — Локонс больше не будет путаться у нас под ногами, — и перешла к главному. — Поручаю деканам известить студентов о том, что случилось. Скажете им, что завтра утром экспресс увезет их домой. Всех остальных попрошу проследить, чтобы никто из учеников не покидал факультетских помещений.       Преподаватели молча поднялись и разошлись один за другим.

***

      Вероятно, за всю жизнь у Муфалды не было худшего дня. Они с друзьями сидели в углу слизеринской гостиной, не зная, о чем говорить. Ни один день не тянулся так долго, как этот, никогда гостиная Слизерина не была так переполнена и тиха. Муфалда сидела на диване, тщетно пытаясь избавиться от слез, которые сами текли по её щекам. По обе стороны её обнимали Драко и Пэнси. Друзья не знали что говорить, поэтому просто решили поддержать подругу своим присутствием.       — Джинни что-то знала, — заговорила Муфалда первый раз после того, как покинула учительскую. — Поэтому на неё и напали. Перси тут ни при чём. Джинни наверняка что-то разведала про Тайную комнату. Другой причины нет, ведь она… ведь наша семья чистокровные волшебники, — девочка вытерла заблестевшие в глазах слезы. На душе было, как никогда, скверно. Если бы можно было хоть что-то сделать! Ну, хоть что-нибудь.       — Драко, — тихо сказала слизеринка, — как ты думаешь, может такое быть… что Джинни… Понимаешь… Джинни… Драко с сочуствием смотрел на подругу. Что тут ответишь? Почти не было надежды на то, что младшая Уизли ещё жива.       — Я пойду к Локонсу, — вновь начала Муфалда. — Он ведь согласился проникнуть в Тайную комнату. Расскажу ему, что узнала: про Комнату, про Василиска.       Девочка вскочила и пошла к выходу. Драко и Пэнси хотели отговорить подругу, но поняли, что их попытки тщетны. Девочка беспрепятственно вышла сквозь портретный проем, поскольку больше никто не хотел её остановить. Когда она спустилась к кабинету Локонса, уже совсем стемнело. Муфалда вновь столкнулась с Гарри и Роном. На глазах у девочки ещё блестели слёзы и она, увидев Рона, кинулась в его объятия. Мальчик возражать не стал. Присутствие близкого человека рядом было необходимо. Они, как никто другой, чувствовали боль друг друга.       Из-за двери доносились шорохи, глухой стук, торопливые шаги, там, судя по всему, кипела бурная деятельность. Гарри постучал, и тотчас внутри все стихло. Дверь слегка приоткрылась, в узкую щелку блеснул глаз Локонса.       — А… мистер Поттер… мисс Уизли… мистер Уизли… — дверь открылась чуточку шире. — Я сейчас чрезвычайно занят… Только если вы быстро…       — Профессор, у нас есть важная новость, — сказал в щель Гарри. — Мы думаем, она вам поможет…       — М-м-м-м… Ну хорошо… Всё это не так страшно… — лицо Локонса, во всяком случае та его часть, что виднелась в щелку, выглядело крайне смущенно. — Я хочу сказать… все, в общем, нормально…       Он открыл дверь, и друзья вошли. Кабинет был почти полностью разорен. Два объемистых чемодана стояли на полу, обнажив чрево: в одном наспех свалены мантии — нефритово-зеленые, сиреневые, лиловые, цвета ночного неба, — другой столь же беспорядочно набит книгами Локонса. Фотографии, которые еще вчера весело подмигивали со стен, теперь мертво покоились в коробках.       — Вы куда-то собираетесь? — спросил Рон.       — Э-э-э… да, собираюсь, — ответил Локонс, содрав с двери собственное изображение в полный рост и скатывая его в трубку. — Срочный звонок… Суровая необходимость… Вынужден уехать…       — А как же наша сестра? — шокировано распахнула глаза Муфалда, сжимая в руках волшебную палочку.       — Да, конечно, такое несчастье, — пробормотал Локонс, избегая их взглядов. Выдернул из стола ящик и вытряхнул в дорожную сумку содержимое. — Никто сильнее меня не скорбит…       — Но вы же преподаватель защиты от темных искусств! — воскликнул Гарри. — Как вы можете всё сейчас бросить и уехать отсюда! Здесь теперь собрались самые злые темные силы!       — Видите ли… Должен вам сказать… Когда меня пригласили на эту должность, — Локонс бросил поверх мантий груду носков, — ничто не предвещало такого поворота событий. Это для меня полная неожиданность…       — Вы хотите сказать, что попросту убегаете? — Муфалда не верила своим ушам. — После всех подвигов, описанных в ваших книгах?       — Да, книги, конечно, в какой-то степени могут вводить в заблуждение, — дипломатично возразил Локонс.       — Но вы сами их написали! — закричала Муфалда, теряя терпение.       — Мой юный друг, — Локонс, нахмурившись, выпрямился. — Проявите наконец здравый смысл. Мои книги и вполовину не продавались бы так успешно, если бы люди думали, что эти подвиги совершил не я, а кто-то другой. Ну кто бы стал читать про старого армянского колдуна, пусть даже спасшего целую деревню от упырей? Ах, он бы своим мерзким видом испортил обложку! Да еще и одевался безо всякого вкуса! А у колдуньи, которая изгнала ирландское привидение, накликающее смерть, была, вообразите себе, заячья губа! Моя внешность, это, как бы сказать, — приманка, залог успеха.       У Муфалды происходящее не укладывалось в голове:       — Так что же это выходит? Вы просто присвоили себе то, что совершили другие люди?       — Мисс Уизли! — Локонс укоризненно покачал головой. — Все отнюдь не так просто, как кажется. Это труд, и труд нелегкий. Надо было найти этих волшебников, подробно обо всем расспросить. И затем подвергнуть заклинанию Забвения. Это входило в мои планы, им предстояло забыть свои подвиги. Чем я действительно горжусь, так это моими заклинаниями Забвения! Да, дети, да, мной был проделан огромный труд! Пойми же, автографы на книгах, рекламные фотографии — это ещё не всё. Хочешь добиться славы — готовься к долгой, упорной работе.       Локонс захлопнул крышки чемоданов и запер их.       — Ну, кажется, всё, — сказал он, оглядевшись. — Осталось сделать последний завершающий штрих, — он достал волшебную палочку и повернулся к друзьям. — Весьма сожалею, мальчики, но мне придется прибегнуть к заклинанию Забвения, чтобы вы не разболтали моих секретов, иначе я не сумею продать ни одной книги.       Но Муфалда вовремя сообразила, что к чему, и уже держала наготове свою палочку. Не успел Локонс закончить фразы, как она воскликнула:       — Экспелпиармус!       Локонса отшвырнуло назад. Опрокинув чемодан, он упал на пол. Волшебная палочка выскочила у него из рук, Рон схватил её и выкинул в открытое окно. Поттер с яростью пнул ногой чемодан.       — Зря вы тогда допустили, чтобы профессор Снейп научил нас этому приему!       Локонс, сидя на полу, съежился — Муфалда всё ещё держала его под прицелом своей палочки.       — Что вам от меня нужно? — плаксивым голосом спросил преподаватель защиты от темных искусств. — Ну не знаю я, где эта Тайная комната. И поделать ничего не могу.       — Вам повезло, — обрадовала его Муфалда, движением палочки подняв профессора на ноги. — Зато мы знаем, где она. И знаем, кто в ней прячется.       Они вывели Локонса из кабинета, спустились по ближайшей лестнице и пошли по темному коридору, где на стене горели послания наследника, к убежищу Плаксы Миртл. Локонса пустили идти первым. И Муфалда не без удовольствия отметила: того от страха трясло так, что колотилась его мантия. Миртл восседала на бачке в последней кабинке.       — Это ты? — удивилась она, увидев Гарри. — Зачем опять пришел?       — Спросить тебя, как ты умерла, — ответил Поттер. Миртл в мгновение ока преобразилась, буквально расцвела на глазах, точно ещё никто никогда не задавал ей столь лестного вопроса.       — О-о-о! Это был кошмар! — заговорила она, смакуя каждое слово. — Я умерла прямо здесь, вот в этой кабинке. Как сейчас помню, спряталась я сюда, потому что Оливия Хорнби смеялась над моими очками. Обидно дразнила. Я заперлась на задвижку и стала плакать. Потом услышала, что в туалет вошли и стали говорить. Я не поняла что, наверное на другом языке. Один из говоривших был мальчик. Я, естественно, отперла дверь и сказала ему, чтобы он шёл в свой туалет. Тут-то это и произошло. — Миртл надулась от важности, лицо её просияло. — Я умерла.       — Но как?       — Сама не знаю, — Миртл сбавила торжественный тон. — Помню только два огромных-преогромных жёлтых глаза. Всё моё тело сдавило, куда-то понесло… — Она туманно посмотрела на Гарри. — А потом… потом я снова сюда вернулась. Я решила постоянно являться Оливии Хорнби. Ну, ты понимаешь… Ох, как она жалела, что смеялась над моими очками.       Гарри на секунду задумался.       — Покажи точно, где ты видела эти глаза?       — А-а, где-то там, — Миртл неопределенно махнула в сторону умывальника перед её кабинкой. Муфалда, Гарри и Рон сейчас же подошли к нему. Локонс с глазами, полными ужаса, благоразумно остался сзади. На первый взгляд это была самая обыкновенная раковина. Они обследовали каждый сантиметр внутри и снаружи, включая уходящие в пол трубы. И Гарри заметил — на одном медном кране была нацарапана крохотная змейка.       — Этот кран никогда не работал, — радостно сообщила Миртл, когда Гарри попробовал его открыть.       — Гарри, — охрипшим шепотом попросила Муфалда. — Скажи что-нибудь на змеином языке.       — Но ведь я… — Гарри слегка растерялся от неожиданности. До сих пор он говорил только с живыми змеями, да и то два раза. Он зачарованно уставился на миниатюрную гравировку, силясь вообразить, что перед ним настоящая змея. — Откройся, — велел он и вопросительно взглянул на друзей. Те отрицательно покачали головой:       — Нет, это не змеиный язык.       Гарри снова посмотрел на змейку, усилием воли заставляя себя верить, что она живая; замотал головой и при колеблющихся огоньках свечей ему показалось, что змейка шевельнулась.       — Откройся! — опять приказал Гарри. На этот раз произнесенных слов никто не услышал. Из уст Поттера вырвалось странное шипение, кран вспыхнул опаловым светом и начал вращаться. Ещё мгновение — умывальник подался вниз, погрузился куда-то и пропал из глаз, открыв разверстый зев широкой трубы, приглашавший начать спуск — вот только куда? Рон судорожно вздохнул. Гарри провёл по лицу ладонью, собираясь с мыслями. Надо было на что-то решаться. Муфалда сжала покрепче палочку и шагнула вперед.       — Ну, я пошла, — твердо сказала она. Не могла не пойти. Это наверняка был вход в Тайную комнату, и, если есть пусть самый слабый, самый безнадежный, самый фантастический шанс, что Джинни жива, она пойдет, чего бы это ни стоило.       — Я с тобой, — сказал Рон, хватая сестру за руку. Гарри задумался. Воцарилось молчание.       — Кажется, я вам тут не нужен, — робко вмешался Локонс с тенью былой улыбки. — Я как раз…       Он уже взялся за ручку двери, но дети навели на него три волшебных палочки.       — Право пойти первым принадлежит вам, — жестко сказал Гарри.       Бледный, лишенный оружия, Локонс приблизился к зияющей дыре.       — Мальчики, — простонал он умирающим голосом. — Ну что хорошего в этой затее?       Муфалда яростно ткнула его в спину палочкой. Локонс свесил ноги в трубу.       — Я, право, не нахожу в этом… — начал он было, но Рон его подтолкнул, и белозубый красавец ухнул в неведомые глубины. Муфалда тоже не стала ждать — осторожно влезла в трубу, держась за её край, и разжала пальцы.       Полет в трубе был похож на скольжение с крутой горы — бесконечной, темной, покрытой слизью. Мимо пролетали отходящие в стороны рукава, но ни один не был таким широким, как главный канал, который, извиваясь, круто уходил вниз.       Скоро девочка не сомневалась, что летит глубоко под замком, ниже всех подземелий. Где-то позади со свистящим шумом преодолевали повороты Рон и Гарри.       «Полет когда-то кончится», — забеспокоилась Муфалда, вообразив, как она упадет на землю. Но труба вдруг изогнулась под прямым углом, выпрямилась и оборвалась. Слизеринку выбросило из неё с влажным чмоканьем, и она приземлилась на мокрый пол во тьму каменного тоннеля высотой в человеческий рост. Локонс уже поднялся на ноги неподалеку, тоже сплошь заляпанный грязью и белый как полотно. Муфалда успела шагнуть в сторону — из трубы с таким же чмоканьем выскочили Рон и Гарри.       — Мы, наверное, ушли под школу на целые мили, — Голос Поттера эхом прокатился в темноте тоннеля.       — Может, даже под озеро, — заметил Рон, ощутив рукой на стене потеки ила. Мрак в туннеле царил непроглядный.       — Люмос, — шепнула Муфалда волшебной палочке, и на кончике у неё вспыхнул неяркий огонек — Идёмте, — позвала она Гарри, Рона и Локонса. Поттер тоже зажег кончик волшебной палочки.       Компания, теперь уже пешим ходом, двинулась дальше. Шаги по мокрому полу разносились под сводами подобно гулким шлепкам. Гонимая лучом света, тьма отступала, открывая всё те же влажные, облепленные илом стены. В волшебном свете тени идущих казались фантастическими чудищами.       — Помните, — предупредил Гарри вполголоса, — при малейшем шорохе надо сейчас же зажмуриться.       Но в тоннеле царила мертвая тишина. Первым неожиданным звуком был хруст — Рон наступил на что-то, оказавшееся крысиным черепом. Муфалда направила на него луч света — весь пол был усеян костями мелких животных.       Отгоняя страшную мысль, что и от Джинни остались такие вот косточки, девочка зашагала дальше, следуя мрачным поворотам каменного коридора.       — Гарри, там впереди что-то есть, — вдруг испуганным шепотом произнёс Рон, схватив друга за плечо. Путники замерли, всматриваясь в черноту, едва освещенную огоньком.       Впереди Муфалда различила контуры огромных колец, лежащих поперек тоннеля. Кольца не двигались. Девочка оглянулась на спутников.       — Может быть, чудовище спит?       Локонс изо всех сил прижимал ладони к глазам. Муфалда опять взглянула на загадочную диковину — сердце у неё колотилось до грудной боли. Очень медленно, почти зажмурившись, Гарри и Муфалда пошли вперед, высоко подняв волшебную палочку. Свет скользнул по гигантской змеиной шкуре ядовито-зеленого цвета. Существо, сбросившее её, было в длину метров двадцать.       — Ого, — едва слышно шевельнул губами Рон. Позади что-то упало. Друзья обернулись — Локонс лежал на полу без движения.       — Вставайте! — приказал Гарри, прицелившись в него волшебной палочкой.       Локонс поднялся и неожиданно напал на Рона, сбив его с ног. Муфалда и Гарри бросились на подмогу, но опоздали. Тяжело дыша, профессор горделиво выпрямился, у него в руке была волшебная палочка Рона, а на лице сверкала прежняя ослепительная улыбка.       — Конец приключению, ребята! — воскликнул он. — Я возьму с собой наверх кусок этой замечательной змеиной кожи. И расскажу в школе, что спасти девочку было уже нельзя, а вы трое лишились рассудка при виде её искалеченного тела. Прощайтесь со своей памятью! Отныне вы ничего не будете помнить о прошлом!       Он поднял повыше злосчастную палочку, перебинтованную магической лентой, и провозгласил:       — Забвение!       Сбылись самые худшие страхи Рона — волшебная палочка взорвалась с мощью хорошей гранаты. Закрыв голову руками, Муфалда и Гарри кинулись бежать, оскальзываясь на кольцах змеиной кожи. С потолка туннеля рушились громадные глыбы. В мгновение ока перед ними вырос каменный завал, отрезавший их от Рона.       — Рон! — крикнул Гарри. — Рон, ты жив? Рон!       — Я здесь! — голос Рона глухо донесся с другой стороны завала. — Я в порядке. А этого гада, кажется, здорово шибануло! Муфалда с тобой?! — обеспокоено спросил мальчик. Получив утвердительный ответ, он выдохнул с облегчением.       Послышался звук тупого удара и громкое «ой!». Рон, наверное, хорошенько пнул Локонса.       — Что будем делать? — растерянность в голосе Рона слышалась даже сквозь гранитную толщу. — Нам отсюда не выбраться. Хоть сто лет рой!       Муфалда осмотрела тоннельные своды — в них явно появились трещины. На втором курсе их ещё не учили двигать тяжелые камни с помощью волшебства, и сейчас не очень-то подходящее время было учиться. Как бы совсем не завалить тоннель! По ту сторону завала послышался еще удар, еще один вскрик. Уходили драгоценные минуты. Джинни была в Тайной комнате уже много часов. Гарри понял: остается только одно.       — Жди нас там! — крикнул он Рону. — Жди вместе с Локонсом. Мы пойдём вместе с Муфалдой. Если через час не вернёмся…       Поттер не стал вдаваться в подробности, что тогда будет.       — А я попробую отвалить несколько глыб, — откликнулся Рон, стараясь говорить спокойно. — Чтобы вы смогли… смогли вернуться назад. Вы уж там поосторожнее.       — Скоро увидимся, — слизеринка придала уверенность нетвердо звучащему голосу и, миновав исполинскую змеиную шкуру, в компании с Поттером отправилась дальше.       Постепенно звук передвигаемых камней затих в отдалении. Тоннель поворачивал снова и снова, каждый нерв у детей был напряжен до предела. Они хотели, чтобы тоннель побыстрее кончился, и страшились того, что их ожидало. Наконец миновав ещё один поворот, они увидели перед собой гладкую стену, на которой были вырезаны две свившиеся в кольца змеи с поднятыми головками, вместо глаз у них блистали огромные изумруды. Муфалда тяжело вздохнула, пытаясь успокоить сердцебиение. Но уверенность ей придало то, что Джинни там была совсем одна.       Дети подошли вплотную. В горле у Поттера пересохло. В этот раз не было необходимости силой воображения оживлять змей — глаза у них и без того горели живым блеском. Гарри теперь уже знал, что делать. Прокашлялся, и глаза-изумрудины, смотревшие на него, замерцали ярче.       — Откройтесь! — приказал Гарри низким, тихим шипением. В стене появилась щель, разделившая змей, и образовавшиеся половины стен плавно скользнули в стороны.       Дрожа с головы до пят, Гарри взял за руку Муфалду, и они вместе вошли внутрь.