Последний выстрел
4 сентября 2022 г., 00:23
…Моя любовь, сегодня нам придётся умереть А смерть придёт и будет в карие глаза смотреть И будет гром, кислотный ливень, ядовитый мрак Когда в тебя влюблялась, было всё примерно так Мне небо давит на ладони, в невесомости И если упадёшь, я буду на руках нести Ты моя девочка, красива, как последний выстрел Прошу, не бойся, ведь от пули умирают быстро…
Алена Швец — Расстрел
Когда Саске открывал двери, он ожидал увидеть кого угодно, но только не тень своего прошлого. На лестничной площадке застыла грозным изваянием фигура Какудзу — правой руки Орочимару. По крайней мере, так было когда Саске еще работал на клан. — Ты… — Вот мы и встретились вновь, Учиха. — Хмыкнул уже довольно взрослый мужчина со все таким же безобразным шрамом на пол лица. — Сам понимаешь, что встреча эта нежеланная? Что тебе нужно? У Орочимару настолько все плохо, что в качестве посыльных теперь отправляет своих заместителей? — Не удержался от колкости Саске, понимая, что это не больше, чем результат нервного напряжения. — Ты когда-нибудь дошутишься. — Хмуро ответил Какудзу, напирая на Учиху. — И тебе скоро перестанет везти, я, наконец, смогу убедить Главу тебя прикончить и сделаю это лично. Втолкнув Учиху глубже в квартиру, Какудзу захлопнул за собой дверь, обнажая свои ладони, покрытые ожогами. Саске напрягся сильнее, прикидывая, как скоро сможет добежать до кухни и схватить нож в случае опасности. Хотя, если у визитера был с собой пистолет, ему это уже не поможет. — Но пока можешь расслабиться, — презрительно хмыкнул мужчина, замечая, как напрягся Саске, — Орочимару отправил меня сюда только с одной целью: быстро и доходчиво объяснить тебе сложившуюся ситуацию. А объяснять я умею хорошо, ты же знаешь. Очередная кривая усмешка, и кулак Какудзу мощным ударом пришелся Саске пол левой скуле. От боли у Учихи поплыло перед глазами, а сам он едва не завалился на бок, потеряв на секунду почву под ногами. Удар у Какудзу был сильным, это знали все, кто хоть раз с ним дрался. А Саске делал это аж три раза. Первые два больше были избиениями, а вот в третий раз Саске смог дать отпор, когда ему на хвост сели ищейки Орочимару, в числе которых был и Какудзу. Пока Саске пытался сориентироваться, мужчина нанес ему еще с десяток точных ударов по самым болевым точкам, не оставляя брюнету и шанса подняться и ответить. Однако последний удар носком ботинка по лицу Саске смог блокировать, чтобы затем перекатиться по полу и дотянуться рукой до обувной полки, на которой висела металлическая ложка для обуви. Рукоять у нее была деревянной, что придавало предмету вес, и Саске этим воспользовался, замахиваясь ложкой на противника. Удар пришелся по обратной стороне колена мужчины, из-за чего его нога рефлекторно подкосилась. Воспользовавшись заминкой, Саске поднялся и снова замахнулся для удара, но тут же получил кулаком в живот, а затем и по лицу. — Мелкий засранец. — Прохрипел Какудзу, хватая Саске за волосы. — Но хитрости тебе не занимать. Может быть, она и в этот раз тебе поможет, когда придешь спасать своего дружка Наруто. Если человек и мог поседеть за считанные мгновения, то именно это с Саске и должно было произойти. Потому что от последних слов Какудзу Учиха испытал такой ужас, что пальцы онемели. Ложка выпала из ослабевшей ладони, а тело пробрала дрожь. — Что ты сейчас сказал? Повтори. — То, что слышал. Этот белобрысый поваренок у нас. Ты же не думал, что сможешь скрыть от Орочимару хоть что-то? Если так, то ты полный идиот. Короче, слушай сюда, — Какудзу сильнее натянул темные пряди у корней, заставляя Саске болезненно зашипеть, — сегодня вечером в амбаре в районе складов Орочимару и этот парнишка будут тебя ждать. Очень сильно ждать, кто сильнее гадать не возьмусь. Ты придешь и принесешь с собой все необходимые документы, коды и прочую херню, нужную для управления программой, которую ты запустил вчера днем. А если не принесешь, то ты и твой дружок не доживете до завтра. Я доходчиво объяснил? Саске молчал, все еще не желая принимать услышанное. Слишком больно. Слишком страшно. Это было слишком. — Не слышу ответа! — Мужчина ударил коленом в грудь Учихи, выбивая из легких остатки воздуха. — Да… я понял. — Прохрипел Саске, падая на пол, когда хватка на волосах ослабла. — Ну, вот и хорошо. А Хидан еще жаловался, что у меня методы неэффективные. Услышав знакомое имя, Саске на секунду почувствовал прилив надежды. Его былой наставник мог помочь, знать бы только, как связаться… — А где он сейчас? — Все еще тихо спросил Саске, поднимаясь с колен. Его вопрос явно заставил Какудзу повеселеть. — Кто? Хидан? Надеюсь, что уже давно сгнил в своей яме. — Какудзу презрительно скривил губы, словно само упоминание о его былом товарище могло его как-то унизить. — Глава лично избавился от него три года назад, когда узнал, кто помог нашему Саске сбежать. Этот ушлепок еще умудрялся тебя прикрывать какое-то время, путал следы, нагло врал, когда говорил, что не знает, где тебя искать. И про деньги, которые ты стащил прямо из-под нашего носа, тоже умолчал. Причин его прикончить было предостаточно. Слушая все это, Саске чувствовал, как последние лучики надежды гасли в его душе. У него больше не было поддержки в логове. Хидан расплатился собственной жизнью, прикрывая его — это большее, что он мог, но не обязан был делать. Но он сделал. Сделал, потому что однажды увидел в Саске силу, которую ценил больше собственной жизни. — Короче, ты понял, — бросил на последок Какудзу, хватаясь за ручку двери, — в семь в амбаре на складах. Думай хорошенько, перед тем, как выбирать. Если снова попытаешься сбежать, малому крышка. Захлопнув за собой дверь, мужчина ушел, а Саске, до этого упиравшийся рукой о стену, как-то разом потерял опору и сполз по стене на пол. Перед глазами все еще плыло после сильных ударов, поэтому Учиха просто их закрыл. «Вот ты и попался». — Ожил внутри чертовски спокойный голос, что преследовал Саске в мыслях уже довольно долго. — «Бежать. Надо бежать. Но как же Наруто? Что будет с ним? Он сам виноват, он не должен был попасться. Они не должны были о нем узнать…» Зажмурившись до белых кругов перед глазами, Саске завыл от бессилия. Неужели он мало страдал? Неужели, чтобы что-то обрести, обязательно нужно что-то потерять?! Почему его просто не оставят в покое?!!! Дикий крик вырвался из груди Саске, руки беспорядочно швыряли на пол все, до чего могли дотянуться. Злость брала вверх над разумом, отчаяние топило надежду, а боль убивала чувства. Саске умирал. Все живое в нем сейчас боролось за право существовать, но очевидно проигрывало борьбу. Единственное, что все еще заставляло Учиху не опускать руки, это чистые голубые глаза. Глаза ангела, который попал в ад, связавшись с его отродьем. Саске сам втянул Наруто во все это и никогда не сможет себя за это простить. Но единственное, что он мог сейчас для него сделать, это попытаться спасти. Пусть ценой собственной свободы, которую поклялся оберегать от посягательств, пусть ценой жизни. Но все должно было закончиться. Сегодня. Приведя себя в более менее человеческий вид, чтобы не вызвать лишних подозрений, Саске бросился в офис. Ему нужно было достать копии всех документов и паролей. Да, взять их, значило подписать себе приговор, но это уже не имело значения. Обойдя свой кабинет, Учиха сразу же направился в хранилище, где еще хранилась вся необходимая ему информация. Уже в течение пары дней ее должны были удалить, чтобы избежать утечки, а до тех пор допуск в хранилище был ограничен. Они опоздали. Скопировав все коды на флешку, Учиха покинул офис также быстро, как и приехал. О его проникновении в хранилище узнают с часу на час, но до тех пор у него еще было время сделать последний шаг.***
В сознание Наруто приходил медленно и болезненно. Тело ныло, а на языке еще чувствовался привкус крови от разбитой губы. Открыв слипшиеся веки, Узумаки не почувствовал большой разницы, кругом царила кромешная темнота, хоть глаз выколи. Подергав руками, сцепленными наручниками, парень болезненно зашипел. Руки в области кистей стерлись в кровь от неистовых попыток Наруто освободиться. Все без толку. «Что происходит? Кто эти люди? И где Саске?» Вопросов с каждой секундой становилось все больше, а ответы давать было некому. По крайней мере так было до того, как в комнате зажглась лампа, висевшая под просыревшим и покрывшимся плесенью потолком. Следом за появившимся освящением, двери в помещение открылись, и внутрь вошел рослый человек с длинными волосами, собранными в хвост. — Пришел в себя. — Произнес он тихо, но благодаря эху голос мужчины стал в разы громче. — Это хорошо. Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит? — Деланно заботливым тоном поинтересовался неизвестный визитер. — Кто вы такой? И почему меня похитили? Мужчина, одетый в идеально выглаженный костюм с кроваво-красным галстуком, подошел к лежаку, на котором полусидел Наруто и задумчиво протянул: — А ведь когда-то здесь же сидел Саске. Помнится, тогда он сорвал одну очень дорогую поставку, трусливо сбежав с места и убив нескольких напавших на них шавок. Как давно это было… Наруто слушал этого полоумного и никак не мог понять, о чем тот говорил. Саске тоже был в этом месте? Сорвал поставку, убил… Это звучало как полнейший бред. Если бы на ум Узумаки не пришел их с Саске давний разговор, в котором Учиха краем упомянул, что работал на какую-то бандитскую организацию, Наруто не стал бы даже слушать. «Неужели…» — Где сейчас Саске? Что вы с ним сделали? Как ни пытался, но сдержать страха в голосе Наруто не смог. Это заметил и Орочимару. Уголки его губ растянулись в улыбке. — Не стоит переживать, Саске должно быть уже на полпути сюда. Скоро вы встретитесь, а пока… Присев на корточки перед блондином, Орочимару протянул к нему свои длинные бледные пальцы, убирая с глаз непослушные светлые пряди. — А пока расскажи-ка мне, как давно вы с Саске знакомы? Вы друзья? Или, может быть… любовники? Узумаки ужаснулся такой наглости. Однако, вспомнив, кто был перед ним, быстро забыл о правилах приличия. — Тот, кто меня похитил, сказал, что о приманке положено знать все. Неужели от вас укрылась такая важная деталь, вроде: кем мы друг другу приходимся? — А ты умнее, чем кажешься, мальчишка. — Одобрительно покачал головой Глава. — Однако я задал вопрос, а ответа так и не получил. В этом вы с ним очень похожи… На этот раз, не дожидаясь ответа от Наруто, Орочимару ударил его под дых, пользуясь тем, что руки парня были скованы наручниками за спиной. Удар оказался неожиданным и очень болезненным, так что у Узумаки в ушах зазвенело. — Впредь имей ввиду, если хочешь пожить подольше, отвечай на вопросы прямо и честно. Понял меня? — Понял… — А теперь вернемся к, собственно, вопросу. Я все еще жду ответ. — Мы дружим с детства. Точнее дружили, до того, как поругались. Саске уехал и больше я его не видел. Он… он потерял память, он не помнит меня. Наруто откровенно врал. Зачем он это делал? Да просто внутренний голос надрывно кричал о том, что если выдать этому страшному человеку хоть толику правды, он непременно использует ее против них с Саске. Однако Орочимару был далеко не дурак и ложь, такую откровенную и отчаянную, распознал тут же. — Надо же, а вот мне доложили, что он уже давненько все вспомнил. А ведь я предупреждал тебя говорить честно. — Вздохнул мужчина, поднимаясь во весь рост, теперь возвышаясь над Наруто смертельно опасным препятствием. — Выходит, мне все-таки придется тебя проучить. Сунув руку за спину, Орочимару вытащил ее почти сразу же, но уже с пистолетом. Узумаки замутило от моментально подкатившего страха. Звук выстрела в полупустом помещении показался оглушительным. Дикий крик боли оказался еще более громким. Наруто задыхался от адской боли в простреленной ноге. Казалось, что ее разорвало на части. — Больно? — Будничным тоном поинтересовался Орочимару, будто и не он только что стрелял на поражение. — Будет еще больнее. Орочимару уже навел оружие для следующего выстрела, но был вынужден остановится, прерванный неожиданным появлением одного из своих подчиненных. — Глава, все готово. Цель должна быть на месте в ближайший час. Цокнув языком, мужчина нехотя убрал оружие обратно за пояс, обращаясь к Наруто: — Считай, тебе повезло. Узумаки все еще отходил от болевого шока, поэтому не разобрал ни слова. А вот Орочимару уже отвернулся к подчиненному, отдавая новый приказ: — Перевяжите этого и отведите на место. Я подойду позже. Когда Глава организации покинул помещение, Наруто сразу стало легче дышать. Даже боль от выстрела не могла перекрыть облегчения, настолько этот человек был ужасен. И эта его улыбочка, с которой он спокойно мог убить. Он чудовище. Человек, которому был отдан приказ подошел ближе к Наруто, осмотрел его рану и скривился. — Приведите в камеру Кабуто. Нужно перевязать рану — огнестрел. — Произнес в рацию мужчина в маске на пол лица. Спустя еще пару минут в «камеру» вошел невысокий молодой человек в очках. В руках у него был медицинский чемоданчик. — Я им займусь, подожди снаружи. — Произнес Кабуто, подходя ближе и кладя чемоданчик на бетонный пол рядом с лежаком. — Смотри без фокусов. — Предупредил мужчина в маске и вышел из помещения. Наруто лежал молча, пока врач разрезал ткань его штанов, пока доставал пулю и обрабатывал рану. Он молчал и когда к нему обратились: — И как тебя только угораздило его разозлить? Обычно Глава не пачкает руки, а тут… Видя, что реакция напрочь отсутствует, Кабуто продолжил: — Помнится, я точно также перевязывал Саске, когда он пытался вскрыться. Тогда-то я понял, насколько он умен и еще более измучан… Не отреагировать на слова о Саске Наруто не мог. — Саске пытался… что они с ним делали? — Ничего хорошего. Он еще долго продержался, другие не выдерживали и пары месяцев, но Саске терпел почти два года. А когда сил терпеть не осталось, решил покончить со всем быстро и болезненно. Он догадался разрезать бедренную артерию, еще бы пара десятков секунд и я бы уже ничего не смог сделать. Никто не смог бы. Но видать, не судьба ему было умереть по собственной воле. Слушая все это, Наруто чувствовал, как внутренности сжимались в тугой узел, а воздух в легких начинал обжигать. Боль, которой было подвержено его сердце, была не сравнима с болью от пули. Что они с ним сделали… За что Саске страдал всю жизнь? Он был всего-лишь ребенком, лишившимся семьи и дома. Но видно, этого было мало. Его пытались сломать и, возможно, даже у них это вышло. Но Саске нашел откуда-то силы подняться, бороться, чтобы… «Чтобы вернуться домой. — Вдруг осенило Узумаки. — Вернуться ко мне… он ведь сам говорил». — Готово. — Кабуто закрыл чемоданчик и поднялся на ноги. — Свое дело я сделал, теперь ход за вами. — Что это значит? Уже развернувшись спиной к Узумаки, мужчина замер и, обернувшись, ответил: — Любой империи настает конец. И настает он тогда, когда правитель посягает на недосягаемое. Саске первоклассный убийца, а ты — то, ради чего он убивал. Орочимару не стоило ввязываться в эту игру, он проиграет. Не дожидаясь ответа, Кабуто вышел из камеры, оставив Наруто самому справляться с напором эмоций и вопросов, ответить на которые не мог никто. Разве что сам Саске, но слышать правду отчего-то совсем не хотелось.***
Шагая по пустой дорожке, выложенной бетонными плитами, Саске вслушивался в шум машин, доносившийся с трассы неподалеку. И снова он здесь. Учиха был более чем уверен, что место было выбрано не случайно. Орочимару специально устроил встречу на том самом складе, с которого все и началось. Каждый шаг будто возвращал Саске на год назад, заставляя прожить все заново. Глава был мастером психологических пыток. Он любил измываться над людьми, доставлять им адские муки тем, что давил на слабые места в психике. Вот и теперь, еще до их встречи, Орочимару уже атаковал Саске, бил по его чувству вины и ярости, которая просыпалась всякий раз, как Саске представлял, что всего этого можно было избежать. Однако, тем не менее, Саске был готов к подобным трюкам. Его вообще мало чем можно было удивить в плане боли и страха. Казалось, он уже испытал на себе все виды пыток и пережил все страхи, какие только могли быть. Но все-таки с Орочимару следовало быть на чеку. Подходя к высокому и широкому амбару, Саске заранее знал, что его будет ждать проверка. Поэтому не взял оружия. Но беззащитным Учиха себя не чувствовал. У него было время все обдумать и дать волю своим демонам. Много лет Саске отрицал свое прошлое, старался отгородиться от поступков, которыми создал себе репутацию опасного и не знавшего жалости убийцы. Но теперь только прошлые навыки и отсутствие каких-либо чувств могли спасти его и того, кто ему дорог. После короткого фейсконтроля, двое людей с оружием наперевес провели Саске вглубь амбара. Туда, где их уже должны были ждать. Помещение с высокими потолками было погружено в полумрак, изнутри напоминая внутренности жуткого монстра, заглотившего в себя неопытных путников. Но Саске уже знал, что значит быть обглоданным и выплюнутым, поэтому уверенно шел следом за крепкой спиной охранника. Наконец, впереди показался островок света. Широкие окна пропускали внутрь достаточное количество лучей, чтобы осветить собой площадь в небольшое волейбольное поле. Едва спина впереди замерла и отошла в сторону, Саске открылся вид на дальнюю стену, у которой склонив голову к груди сидел Наруто. Руки его были связаны за спинкой стула, а правая нога в области голени была обмотана бинтами, успевшими пропитаться кровью. Всего на секунду Саске показалось, что он опоздал. И этой секунды хватило, чтобы сердце в груди зашлось бешенным ритмом. Пять коротких шагов по направлению к Узумаки, и его тут же окликнули: — Еще один шаг, и он труп. Замерев на полпути, Учиха повернул голову в сторону, откуда звучал голос. Из тени на свет вышел Орочимару. Одетый во все такой же идеальный костюм и со все такой же отвратительной улыбкой на тонких губах. — Вот мы и встретились, Саске. Я скучал, а ты? — А я мечтал тебя убить. Тоже своего рода скучал. Довольно ухмыльнувшись, Глава подошел ближе. Наруто, услышав знакомый голос сквозь шум в голове, поднял голову, фокусируя взгляд на фигуре Учихи. — Саске… Бросив короткий взгляд на Наруто, Саске продолжил следить за движениями Орочимару. Тот двигался медленно, обходя Учиху по кругу. — А ты, я смотрю, совсем не боишься. А были времена, когда гримаса ужаса прямо-таки не слезала с твоего красивого личика. — Снова усмехнулся Орочимару, замирая за спиной Саске. — Прекрасные, прекрасные были времена. — Еще лучше были времена, когда ты, разрываясь от злости, пытался меня поймать. — Ничуть не уступал главе клана Саске. — Жаль я не видел твоего перекошенного от злости лица, когда ты узнал, что я стащил деньги с последнего дела. Улыбка на губах Орочимару едва заметно дрогнула. Саске ходил по лезвию ножа, и это чувство отрезвляло лучше любых энергетиков. — Да, нам обоим есть что вспомнить. — Мужчина прошел еще шесть шагов и замер напротив Учихи, убрав руки в карманы брюк. — И все-таки, почему ты сбежал? Разве я плохо с тобой обращался? Ты жил практически в одних комнатах с самим Главой клана, делил со мной пищу и постель. Или может, я мало платил тебе? Саске ощутил, как в нем всколыхнулась первая волна глухой ярости. — Ты сейчас серьезно? О каком обращении идет речь? Может быть, ты хотел сказать, хорошо ли меня избивал каждый вечер перед тем, как изнасиловать? Или, возможно, имел ввиду своих подчиненных, которые считали меня ничем не лучше половой тряпки, об которую можно вытереть ноги? Или все-таки ты говорил о том, как кончал мне в рот и заставлял терпеть это день изо дня, а после выставлял на улицу? Наруто слушал этот ужас и не мог поверить своим ушам. Все, о чем говорил Саске было жестоко. И эта жестокость стала частью его жизни слишком рано. Хотелось закрыть уши ладонями и кричать. Но голоса не было, а руки уже давно не чувствовались. — Правду говорят, люди помнят только самое плохое. — Вздохнул Орочимару, отворачиваясь к окну. — А то, что я спас тебя от смерти где-нибудь в канаве ничего не значит. На чьи деньги ты жил все те годы? Чьими деньгами расплачивался за обучение в ВУЗе? — Это были не твои деньги. — Отрезал Саске, даже не думая поддаваться очередной манипуляции. Орочимару хотел вызвать в нем чувство вины, опасное чувство, способное рушить жизни наравне с гневом. Но обида и боль были в Саске слишком сильны, чтобы уступать место чему-то другому. — Но расплачиваться с теми, у кого ты их украл, пришлось мне. Так что, практически мои. — Столь же холодно ответил Орочимару. — Ну, да не о том сейчас речь. Прошлое есть прошлое, и я не злюсь. Уже нет. Но ты стал человеком только за мой счет, так что пришло время расплачиваться. Наруто напрягся каждой клеточкой своего измученного тела. Он бы рад вмешаться, но что он мог? Сейчас лучшее, на что он был способен, это мысленно умолять Саске не делать глупостей. — Ты принес всю информацию, нужную для управления программой? Признаться, я прямо-таки ощутил гордость, узнав, что именно ты взялся за работу таких масштабов. Так принес или нет? — Принес. — Сверля Орочимару ненавидящим взглядом, Саске потянулся рукой к карману джинсов. Выудив из него флешку, Учиха поднял руку так, чтобы продемонстрировать ее мужчине. — В ней все коды и ключи. Но отдам я ее только после того, как смогу убедиться, что Наруто будет в безопасности. — Боюсь, Саске, ты снова ошибаешься. Не тебе ставить условия. Ты играешь по моим правилам. Оскалившись, словно гиена перед нападением, Орочимару махнул рукой, и из тени выступило сразу несколько человек. Один из них встал позади Наруто — Какудзу. — Ты доставил мне слишком много проблем, чтобы так просто тебя отпустить. Я потерял много людей и времени, и теперь хочу, чтобы ты заплатил. — Я отдаю программу, она восполнит все денежные траты. Что еще нужно? — Напряженно спросил Саске, ожидая когда же всплывет ловушка. — Не все в этом мире покупается деньгами. Мне нужна жертва. Я хочу, чтобы ты страдал. И поэтому мы сыграем в игру. Орочимару выглядел довольным, уже предвкушая свою победу. Ведь в игре, которую он предложит, что бы ни выбрал, Саске всегда будет страдать. — Сейчас Какудзу даст тебе пистолет. В нем всего одна пуля. Условия игры просты: у тебя есть два выбора в кого стрелять. Первый: ты выстрелишь себе в лоб, тем самым оставив жить Наруто. Но кто знает, как обернется его жизнь. Мне как раз нужна была новая игрушка, а у него такое милое личико. Не столь, милое, как у тебя, конечно, но тоже сойдет. Второй: пристрелить Наруто, тем самым избавляя его от участи стать очередной моей подстилкой, которую я с радостью оттрахаю до смерти. Тебе ли не знать. Как использовать пулю, решать только тебе. Но есть одно условие: на пистолете будет лазерный прицел. И если он сдвинется хоть на миллиметр, после того, как ты выберешь в кого стрелять, — прикончат вас обоих. Наруто побледнел настолько, что был похож на труп. В этой игре не было выбора, была только смерть. Узумаки ожидал, что Саске сейчас вскипит и кинется на это чудовище, чтобы придушить голыми руками, однако Учиха продолжал хранить молчание, не отнимая глаз от стены над головой блондина. Он смотрел будто сквозь нее и видел что-то совсем другое, понятное только ему одному. В полной тишине Какудзу подошел к Саске и протянул ему оружие. Учиха не сразу повернулся, он еще несколько долгих секунд сверлил стену напротив непроницаемым взглядом, словно выпал из реальности. Никто не знал, что в этот момент творилось в его душе. — Ну, какое решение ты принял? — Спросил Орочимару, когда Саске принял оружие из рук Какудзу. Проверив обойму, убедился, что в ней всего одна пуля. Ответом Главу Саске не удостоил. Вместо этого, Учиха устремил свой взгляд прямо в бездонные голубые глаза. Что было в этот короткий миг между ними знали только эти двое. Это были и молитвы и клятвы любви, обещания и просьбы простить. Боль и еще сожаление… как много они хотели друг другу сказать, но как мало могли себе позволить. Десять лет разлуки пронеслись перед глазами, как десять секунд, а сердце заполнилось щемящей тоской от предстоящей разлуки. Но теперь уже вечной. Будто налитая свинцом, рука с пистолетом поднялась на уровень груди. Прицел красным лучиком протянулся от дрожавшей, кажется впервые, руки Саске до лба Наруто, на который сейчас спадали растрепанные золотистые локоны. «Мягкие, наверное…»— Пронеслось в голове Саске, в том время, как он собирался сделать последний шаг. Свой последний выстрел. Это понял и Наруто. В уголках его глаз собрались слезы, срываясь поочередно с ресниц и скатываясь по смуглым щекам. — Как интересно. — Хмыкнул Орочимару, останавливаясь в пяти шагах от Саске, чуть сбоку. Какудзу замер позади Учихи. — Как я и думал, даже в такой ситуации ты выбираешь свою никчемную жизнь. Хотя, что говорить, для человека, убившего собственную мать, жизнь какого-то мальчишки… — Еще хоть одно слово, и я не посмотрю, что прицел уже наведен. — Резко и громко, чтобы каждый расслышал, произнес Саске, продолжая неотрывно смотреть в угасающие голубые глаза. В повисшем молчании, прерывистое дыхание обоих парней казалось оглушительным. Саске принял решение. Теперь оставалось его осуществить. Одна пуля. Один шанс. — У тебя десять секунд. — Безжалостно поторопил его Орочимару. — Девять…восемь… Поведя затекшими от напряжения плечами, Саске в упор уставился на Наруто, выразительно раскрывая глаза. Молясь про себя, чтобы он понял, Саске наклонил голову влево, как бы разминая шею. — Пять… четыре… Наруто, что уже прощался с жизнью, нахмурился, видя жест Саске. «Это знак!»— тут же понял Наруто, чувствуя, как в груди разливалось облегчение. Саске не собирался его убивать. Но что тогда он задумал?.. — Три…два…один! Палец на курке дернулся, выпуская свистящую пулю прямо в лоб Узумаки. По крайней мере, так должно было быть, ведь прицел не смещался и целился прямо Наруто в лоб. Но получив знак, Наруто, как только Орочимару отпустил с языка последний слог, дернул голову влево, едва не свернув себе шею. Пуля соприкоснулась с бетонной стеной и рикошетом отлетела прямо в Орочимару под точным углом, который Саске рассчитал мысленно, пока пялился на стену. Правда, из-за того, что глава клана сделал лишний шаг в сторону, пуля попала не в лоб, а в шею, задев артерию. Эффект неожиданности подарил Саске дополнительные полсекунды, за которые Учиха пересек разделявшие их с Наруто два метра, повалив блондина вместе со стулом на пол и прикрывая своим телом. Раздались выстрелы. Но приказ Какудзу остановил разнервничавшихся бандюг. Орочимару еще что-то хрипел, но разобрать было уже не возможно. Его первой и самой большой ошибкой было давать Саске в руки оружие. Тем более то оружие, которым он владел в совершенстве. — Кабуто в амбар! СРОЧНО! — Кричал в рацию Какудзу. Ответ последовал незамедлительно. - «Кабуто мертв. Мы нашли его в лазарете, он наглотался каких-то таблеток и подох». Отбросив в сторону рацию, правая рука Главы клана «Акацуки» попытался остановить кровотечение, но было уже поздно. Орочимару уже был мертв. Единственное, что расстраивало Саске, так это то, что он не смог при этом смотреть своему кошмару в глаза. Но и это еще было не все. Вой полицейских сирен оглушительной волной заполнил помещение амбара. Со стороны входа послышались чьи-то крики и первые выстрелы. Придавленный к полу Наруто, заворочался, но Саске его остановил: — Лежи и не поднимайся. Сам Саске поднялся сначала на колени, а затем и на ноги, закрывая собой Наруто. И только тогда Узумаки смог увидеть кровавые пятна на белой рубашке. Вокруг творился хаос. Выстрелы доносились все ближе, люди Главы отбивались на смерть. Какудзу, поняв, что терять больше нечего, выхватил свой пистолет и направил на Саске. — Я убью тебя, мра…зь… Череда выстрелов прервала короткую речь громилы, заставляя того зайтись кашлем, сплевывая кровь. Последняя попытка нажать на курок, и он замертво упал лицом в лужу собственной крови. Полиция уже заполнила собой амбар и теперь приказывала в громкоговоритель опустить оружие. Сообразив, что до сих пор сжимает в руках пустой ствол, Саске откинул его в сторону, поднимая руки над головой, показывая, что сдается. Сразу трое вооруженных людей скрутили ему руки за спиной и сковали наручникам. Но едва они это сделали, Саске скривился от острой невыносимой боли и начал кашлять кровью. — Он ранен! Пожалуйста помогите ему! — Кричал Наруто пока его развязывали. Едва руки освободились, Узумаки подорвался с места на непослушных ногах, ползя к Учихе, корчившемуся на полу в кругу полицейских. Путь ему преградили, но Наруто молил пустить и едва ли не дрался. В итоге его все же подпустили к Саске, истекавшему кровью. — Саске… пожалуйста держись. Сейчас… сейчас тебе помогут… Голос Наруто дрожал, перед глазами все размывалось, а звуки сирен скорой и полиции сливался в один неразличимый вой. — Наруто… ты цел? — Хрипя, спросил Саске, поднимая на блондина уставшие, но спокойные глаза. — Да. Со мной все нормально, благодаря тебе. Пожалуйста, только не сдавайся. Мы столько выдержали, пожалуйста… На последних словах Наруто не выдержал, срываясь на рыдания. Нервы уже просто не выдерживали. — Тшш… не плачь. — Саске хотел было придвинуться ближе, коснуться лбом лба Наруто, но его тут же дернули назад, вызывая адскую боль в спине. — Мммымм!.. Аахх, Наруто, все будет хорошо. Тебя отвезут в больницу, потом поезжай домой, объясни все тете и… Итачи. — Что объяснить? Что с тобой будет? Откуда здесь вообще взялась полиция? — В голосе Узумаки звучало отчаяние. Саске улыбнулся. — Это я их вызвал. Прости меня, Наруто. Знаю, я слишком часто это говорю, но ничего не могу с собой поделать… — Очередная порция кашля вынудила Саске прерваться. — Теперь мы свободны… я должен был это сделать. Пойми, только так я мог вас защитить и… искупить свои грехи. Я не смогу жить дальше, если не пройду через это… — Саске, умоляю, не оставляй меня! — Наплевав на державшие его руки, Наруто рванул к Саске, сжимая его в объятиях. — Прошу! Что я… что мне без тебя делать?! — Жить дальше. Живи счастливо, Наруто. Обещаю, мы еще встретимся… У Саске больше не осталось сил удерживать сознание в умирающем теле. Обмякнув в руках Наруто, Учиха отключился. — НЕЕЕТ! Несколько человек оттягивали Наруто от бессознательного тела. Скорая приехала в ту же минуту. Переложив еще живое тело Саске на носилки, доктора начали операцию прямо в реанимобиле. Его увезли. Наруто остался дожидаться второй машины, потому что в первую его просто не пустили. «Неужели, это конец?..»
Примечания:
В эпилоге все окончательно встанет на свои места.
