Дневник Винцесто

"20.09.1873 Сегодня у меня намечается ужин у Слэттери. Точнее, меня пригласили на него. Похоже, Слэттери были друзьями моей матушки. Пойду собираться, вернусь вечером и допишу все о сегодняшнем дне. ... День выдался нелегкий. Вечером я отправился к Слэттери, и встретили меня там очень любезно. Миссис Слэттери наплодила кучу резвых детишек: Эмми, Джон и близнецы Джоди и Мэнни. Она всегда любила детей. Дом у них не такой большой и богатый, как у мисс Элизабет или у миссис Сьюнсен, хотя мистер Слэттери очень приятный джентльмен. Любит говорить о войне и о лишениях, что терпела армия Ли. Я пришел в шестом часу к ним, и на меня тут же набросилась орава детишек. Они сели подле меня и просили что-нибудь рассказать. Я люблю детей, так что рассказал им про Кентукки, про Саванну и Чарльстон и про другие города, где мне довелось побывать: Вашингтон, Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Филадельфия и другие. Ужин должен был состояться в седьмом часу, тем самым я пришел намного раньше других гостей. Миссис Слэттери даже расплакалась когда мы говорили о моей покойной матушке. Должен признаться, мне тяжело переносить эти разговоры, ведь она покинула этот мир совсем недавно. Боль все еще не унялась. Час пролетел быстро. Ближе к семи мы услышали, что к дому подъехала карета. На улице шел дождь, и поэтому лакей, открыв дверцу кареты, подал даме зонтик. Я не смог разглядеть, кто именно приехал. Хозяева поспешили встретить гостью, а я остался в гостиной с детишками. Однако, когда из парадной послышались голоса, я понял, кто гостья. С мисс Элизабет мы не виделись три дня. Ее голос я узнал сразу - уж сильно он отличался от голосов других девушек. Он был мягким, нежным, но твердым, как сталь. Казалось, ничто не может помешать ему сказать то, что он хочет. Я вышел к парадной, чтобы поздороваться с мисс Элизабет. В тот момент она как раз снимала мокрую черную накидку. Справившись с ней, она повернулась и увидела меня. Она немного вздрогнула от неожиданности, как мне показалось. - Мистер Винцесто, не ожидала вас здесь увидеть. Она улыбнулась, но в этой улыбке я не увидел привычной усмешки. Мы отправились в гостиную, коротать время до ужина и ждать других гостей. Их было немного - всего один. И был им никто иной, как Джефферсон Хэмптон. Он появился и был крайне удивлен, увидев нас с Элизабет вновь вместе. Однако, я тактично объяснил, что это просто совпадение. - Прошу к столу! - сказала миссис Слэттери. Я галантно пропустил мисс Элизабет в дверях вперед себя, однако за столом у нас с Джефом возникли некоторые недоразумения. И он, и я отправились к Элизабет, чтобы отодвинуть для нее стул, как принято делать джентльменам. Своим дерзким поведением мы оба поставили бедную Элизабет в неловкое положение. Она вся залилась краской, но держалась гордо, и в конце концов, раз я занимал место недалеко от нее, я и отодвинул стул. Элизабет восприняла нас с самым невозмутимым видом: окинула презрительным взглядом и слегка усмехнулась. - Полли, милая, а где же мисс Питтипэт, ведь она тоже должна была прийти? - спросила она хозяйку. - Питти вчера написала мне извинительное письмо, в котором была вынуждена выразить свое огорчение, потому что должна была остаться со своей матушкой. Она заболела тифом вроде бы. - Какой ужас! - и все принялись за пищу. - Вы могли бы жениться на мисс Питтипэт Бруклин. Она хорошенькая и это была бы для нее отличная партия,- шепнул мне Джеф. Я ответил что-то невнятное и кинул взгляд на мисс Элизабет. Она сидела все с таким же невозмутимым холодным взглядом и смотрела то на нас с Джефом, то на хозяев. Мне показалось, что она услышала то, что шепнул мне Джеф. Но ей было все равно. Ничего не нарушало ее холодного взгляда. После ужина мне удалось остаться наедине с мисс Элизабет, и в тот момент я планировал раскрыть ее. - Мисс Элизабет, мне сказали, что ваши родители.. Они.. - я умолкнул под ее пронзительным взглядом. - Что они? - сказала она сухо. - Простите. Приношу свои соболезнования. - Благодарю. - Все также сухо сказала она мне и отвернулась к камину, где пылал огонь. Я стоял сзади нее, где-то в метре. Ее маленькие узкие плечи опустились, и голова уже не держалась так высоко и высокомерно. Ручки опустились и слегка дрожали. Я подошел и сказал: - Элизабет, дорогая, все в порядке? Вам принести чего-нибудь? - Замолчите! - вскричала она в душах. - Ради бога, замолчите! На ее глазах блеснули слезы и некоторые из них даже потекли струйками по щекам. Она быстрым шагом вышла из комнаты. Через несколько минут она распрощалась с хозяевами и уехала. Мистер Слэттери и Джеф вернулись ко мне, в гостиную. В это время я сидел в кресле и курил, задумчиво глядя на стены. - Что случилось с мисс Элизабет? Она так расстроилась. - Сказал мистер Слэттери. Я ничего не ответил, и ушел через пол часа. 21.09.1873 Сегодня мне предстоит посетить мисс Элизабет и принести ей свои извинения. Видимо, я очень сильно задел ее чувства, хотя, как мне казалось, это не смогут сделать никакие слова и люди. Но я ошибся. Только сегодня утром я понял, каким был не тактичным. Я потерял маму, а она потеряла и маму и папу в один момент! Каким же я был глупцом!... ... Я вернулся домой, точнее в Холмы. Чувства слишком смешанны, поэтому я расскажу все по порядку и с самого начала, а потом вы, может быть, сами решите. Мой кабриолет подъехал к особняку Уилксов. Он величественно возвышался на авеню. Начал капать дождь. Мой извозчик сказал, что будет ждать меня под навесом у конюшни. Я быстро поднялся по ступенькам потому что дождь начал капать сильнее и обильнее. Я постучал в дверь, и через минуту мне ее открыла Зилла, горничная мисс Уилкс. - Сэр, барышня просила не впускать вас. - Меня? - Да, сэр. Она сказала, что вы можете прийти, и сказала не впускать вас в дом ни под каким предлогом. - В таком случае, передавайте мисс Уилкс, что я приходил и что я готов петь каждую ночь под ее окнами "Я не устану ждать милостынь с небес", если она не хочет поговорить со мной. Я усмехнулся. Я ожидал такого ответа, поэтому решил начать сразу с артиллерии. - Мистер Винцесто, я не настолько жестока, поэтому не могу вам позволить ждать решения барышни на улице под дождем, поэтому вы можете вхо... Не успела Зилла договорить, как маленькая головка мисс Элизабет показалась на верхних перилах и выкрикнула: - Ничего страшного, пусть мистер Винцесто ждет под дождем! Он точно не простудится! И тут же скрылась. Однако, смею предположить, весь наш разговор с Зиллой она подслушивала. Я с ехидной улыбкой снял шляпку перед Элизабет и поздоровался. - Доброе утро, мисс Уилкс. - Не желаю с вами разговаривать. Она это говорила, не показываясь. Я слышал лишь ее голос откуда-то сверху. - Вы уже со мной разговариваете. - Я еще не приняла решение о том, следует ли вам заходить в дом. Я зашел. Зилла провела меня в гостиную комнату и велела ждать, а сама пошла подниматься наверх к хозяйке дома. Я услышал отчасти их разговор и он меня рассмешил. - Мисс Уилкс, вам нужно поговорить с этим сэром. - Я же сказала тебе, Зилла, я не желаю это делать. - Вы же слышали, что он не уйдет не поговорив с вами. - И что? Может, я решила стать затворницей и провести всю жизнь на верхнем этаже своего особняка. Потом какой-нибудь писатель напишет поэму о моей несчастной жизни, закончив ее словами военной песни "Они ушли недолюбив, не докурив последней папиросы.." Я залился смехом. - Почему вы смеетесь? - яростно крикнула мне мисс Элизабет. Я продолжал смеяться, а она молчала. Зилла спустилась вниз и жестом сказала подняться по лестнице. Я кивнул и начал подниматься. Я поднимался медленно, плавно. Порог последней ступеньки был позади и я увидел что Элизабет сидит у стены, в фиолетовом платье, склонив голову на колени. Я спустился к ней и сел рядом. Она, почувствовав это, подняла голову и окинула меня высокомерным взглядом. Ее глаза были заплаканы и губы слегка дрожали. - Простите меня, дорогая, я был очень невнимателен к вашим чувствам и был очень нетактичен, - сказал я и попытался взять ее ручку. Она отпрянула, и, немного помолчав, сказала: - Я не виню вас. Вам не понять. - А вы скажите. Я попытаюсь все же понять. Она взглянула на меня своими стеклянными от слез глазами и опустила их. По щекам побежали слезы и она опустила голову. - Ну что вы, что вы, дорогая! - в этот раз она уже не прятала свои ручки и поэтому я взял их в свои. - Скажите, что вас мучит и, может быть, я смогу вас понять и помочь. Она молчала, спрятав от меня лицо. Затем она поднялась и отошла от меня в сторону. - Вам не понять! Не понять, слышите?! - негромко шептала она. Я подошел к ней и укрыл в своих объятиях. У нее было неровное, сбитое дыхание, а слезы все так и катились по щекам. - Вам нужно отдохнуть, дорогая. Вы очень устали. Я скажу Зилле, чтобы она позвала доктора. Я сказал Зилле, чтобы она позвала доктора. Меня не допустили до постели Элизабет, и я мог ждать только в коридоре. Зилла и доктор Форд были в комнате мисс Уилкс. Спустя час доктор вышел и я смог перемолвиться с ним несколькими словами. - Здоровье у мисс Уилкс слабое. Нервы истерзаны в пух и прах. - Что вы хотите этим сказать? - с ужасом спросил я. - Слишком большая нагрузка на долю такой маленькой девочки. Ей нужен отдых и меньше общества. Люди ее доконают и положат в могилу также, как и ее бедных родителей. Хорошие были люди! Зачем только мистер Уилкс попросил такое от бедной своей дочери на смертном одре!.. - Позвольте узнать, что он попросил от мисс Элизабет? - Знаете, мистер Винцесто, я всегда был личным врачом этой семьи, и однажды, мистер Уилкс вернулся домой с тифом. Их дочь тут же отослали к тете, чтобы она не заразилась. Все думали, что миссис Уилкс не заразится, ибо она уже болела тифом. Однако, она заразилась и оба умерли в прошлом месяце. Когда стало известно, что оба умрут, их дочь вернулась проститься, и как же она изменилась за несколько месяцев своего отсутствия! Знаете, раньше она была очень.. Как сказать, она никогда не была избалованной в отличии от других девушек своего возраста. Она всегда была более ранимой и нежной, хоть и прятала это ото всех. Отец на смертном одре наказал ей не носить по ним траур и ходить на все балы, то есть, вести обычную жизнь. Это очень напугало бедную девочку. Кто бы знал, что мистер Уилкс боялся, что без общества их дочь сойдет с ума! И теперь она вынуждена жить здесь и вести обычную жизнь, когда внутри нее все содрогается от боли. Все в городе знают и очень сочувствуют бедному дитя. Жаль, жаль, что после смерти родителей она стала другой.. Кажется, что уже ничего не вернет ей прежней жизни. Она сломлена, но не хочет этого признавать. Даже лежа в постели без сил, она твердила мне, что вполне здорова. Мужественная девочка, но несчастная. Дай боже ей пережить это. Я стоял потрясенный. - Я могу посетить ее? - Сэр, ей сейчас нужен отдых. Зайдите к ней завтра. А сейчас до свидания, мне тоже пора идти. Доктор ушел, как и я впрочем. Мисс Уилкс слегла из-за меня. Завтра пойду к ней и проведу весь день у ее постели, вымаливая прощение. 22.09.1873 Я пришел в особняк Уилксов в двенадцатом часу утра. Попросил Зиллу известить барышню о моем приходе, ибо меня не допускали к ее постели без личного разрешения. Я никогда дотоле не был в ее спальне. Зилла сказала мне, что мисс Элизабет ждет меня и пропустила ко входу. Я вошел. Комната показалась мне поначалу совсем небольшой, но лишь потом я понял, что эта была иллюзия из-за книжных полок. В центре комнаты возвышалась кровать из красного дерева с балдахином; у окна письменный стол из того же материала, а слева от него своя библиотека. Мисс Уилкс сидела на кровати в ночной рубашке, бледная, но глаза ее улыбались мне. Она была рада видеть меня, что весьма меня озадачило. На ее коленях покоилась книга, а на тумбочке стоял нетронутый завтрак. - Что вы стоите в дверях? Входите, прошу вас, - улыбчиво сказала она мне и показала на стул подле ее кровати. Я послушно сел и смотрел на нее, а она на меня. - Послушайте меня, мисс Уилкс, я чувствую вину в том, что произошло с вами и.. - Вы ни в чем не виноваты. Я не стою ваших извинений. - Что вы говорите, Элизабет?! Я всю ночь не спал из-за того, что случилось с вами. - Как вы можете чувствовать вину в том, к чему вы даже не приложили руку? - Я виноват, я виноват во всем! - Вздор! Замолчите, или я прикажу Зилле выпроводить вас, - и я заметил ту лукавую насмешливую улыбочку на ее лице. - Вам не понять меня. Я взял ее маленькую холодную ручку в свои руки и в душах сказал: - Элизабет, дорогая моя, я всю жизнь буду винить себя в том, если вдруг вы умрете из-за меня, так и не простив! Она подняла на меня взгляд при словах о смерти и на ее глазах блеснули слезы, но она сдержала. Я почувствовал, как по ее руке пробежала дрожь. - Что ж, мистер Винцесто, если для вас так важно мое прощение на смертном одре в том, чего вы не совершали, то я даю вам его. Даже несмотря на то, что я вас не считаю виноватым. Я прощаю вас, Энтони Уэйд, и вы остаетесь моим другом в любом случае. Я с надеждой посмотрел на нее, а она лишь опустила взгляд. Ее мысли были далеко отсюда. - Дорогая, вы не притронулись к завтраку с самого утра. - Я не хочу есть. - Тогда вы умрете от голода. - Смерть, достойная человека, которому дорога в ад. - С чего вы взяли? - А разве я могу попасть в другое место, кроме как в ад? - Конечно, например, в рай. Она издевательски посмеялась. - Какие у вас узкие понятия о жизни и смерти, - сказал я. - Смею сказать, что у вас они не шире, - и она вызывающе посмотрела на меня. - Я готов кормить вас с ложки, если вы сами не желаете есть, - и я целенаправленно взял поднос в свои руки и взял ложку. - Ну уж нет! Никогда не упаду до такого! - сказала она мне и выхватила поднос. Я думал, что так будет, ибо гордость не позволила бы этой девочке есть с ложки. Она бросила взгляд победителя на меня и начала есть. Я был счастлив потому, что мне удалось накормить ее. - Что вы читаете? - Вольтера. - Серьезные книги у него, - заметил я, и тут мне пришла одна гениальная мысль: - наверное, не для столь юного ума, как ваш. Я расплылся в ехидной улыбке. Она вспыхнула, остановилась и внимательно посмотрела на меня. - На что это вы намекаете? Мой ум гораздо больше умов других девушек вместе взятых, ибо все они глупые дурочки, которым лишь бы одурачить побольше мужчин, - с презрением ответила она мне. - Моя дорогая, я в этом даже не сомневаюсь. А разве вы не гонитесь за поклонниками? Она помолчала, устремив взгляд на меня. - Нет. Мне противно смотреть, как они корчат из себя джентльменов. Настала моя очередь - она подколола меня за самое слабое место. Теперь она расплылась в мстительной улыбке. Мы оба засмеялись. - Один-один, моя дорогая. Я скажу Зилле, чтобы она убрала ваш поднос. Вскоре пришла Зилла и убрала поднос, вновь оставив нас. - Интересно, если бы я и вправду умерла, сколько бы людей пришло на мои похороны? - Нехорошо так говорить, мисс Уилкс. - Сказал я, вспомнив свою маму, на похороны которой пришло очень много людей, ведь она всегда была примерной женщиной. - Энтони, вы когда-нибудь кого-нибудь теряли? - спросила меня Элизабет. Я помолчал и поднял взгляд на нее. - Мой отец умер на последнем году войны, а мать четыре месяца назад. - Энтони, я.. я.. Я не знала, простите.. - Не извиняйтесь. Что ж, мне пора идти. Когда придет доктор? - Должен скоро. - Я приду завтра. До свидания, мисс Уилкс. - До свидания. И я вышел. Мои мысли были разбросаны совсем по разным уголкам. На выходе из дома я столкнулся с доктором Фордом, и он не мог сказать пока что ничего утешительного. А я пошел дальше и весь день провел в прогулках по городу и встречах с мамиными знакомыми. Однако ни на минуту меня не покидали мысли о Элизабет и о том, что она перенесла. Все равно туман не рассеивался около нее."