Что такое верность?

Хан задумчиво оглядел плиту и хотел навести там порядок, когда заметил, что он там уже и так есть. Сколько раз Соло не приходил сюда, столько же убеждался, что за этим захоронением смотрит явно не он один. Тут отчётливо ощущается женская рука, эти цветы, что каждый раз менялись, чистота. Но, кто же это мог быть? Родственников у Ки'ры не было, она была сиротой, как и Хан, а её единственная лучшая подруга недавно родила и не могла потому бывать здесь часто. И решив, что очевидно кто-то приплачивает служителям за дополнительные услуги, Соло на этот успокоился и снова взглянул на фотографию дорогой покойной, навеки заточенной в сером мраморе, задал ей тот же вопрос: - Как же мне быть, родная? Что ты мне посоветуешь? Самым простым решением было выбросить из головы их всех сразу, и Лею, и её отца, и его нелепое и откровенно дикое предложение. Скайуокер, наверное, уже и сам не рад тому, что сгоряча придумал и озвучил и теперь клянёт себя за чём свет стоит за свою поспешность. Так, что Хану вряд ли что-то будет за отказ, Скайуокер, конечно, мужик горячий, нрав у него крутой, но всё же он не идиот и мстить не станет. Да и видеться они будут редко, вряд ли Энакин захочет наблюдать перед глазами свидетеля своего позора, так, что Хану бояться нечего. Да, нечего, кроме одного - как он после такого будет смотреть в глаза Леи? Ведь они с ней хорошие знакомые, можно даже сказать, друзья. Так сможет ли Хан тогда общаться с ней, как и раньше, зная о том, что мог ей помочь и не сделал этого лишь по собственной трусости и нежеланию выходить из зоны душевного комфорта. И потом, ведь и в случае согласия ему тоже не будет ничего. Скайуокер же ясно сказал, что Хан ничего Лее и ему лично должен не будет, в любой момент он может уйти, если захочет сам или же полюбит другую. Главное, чтобы Падме видела, что дочь была замужем и у её ребёнка есть законный отец. "Но ведь не будет никакой другой," - подумал сейчас Соло - "Моя первая и единственная любовь здесь, заточена в холодном камне и никогда больше не выйдет в этот мир. Никакая Сила на свете не поможет мне вернуть её. И раз так, то почему бы не жениться на Лее? Любить никого, кроме Ки'ры, я всё равно не смогу и если для этой фикции достаточно лишь моего физического присутствия, то почему бы и нет? Нужно жениться на Лее, значит, на ней и женюсь, ведь если нет Ки'ры, то всё равно на ком". Хан вытер руки влажной салфеткой, которой до этого протирал памятник и вновь задумался. Ведь если посмотреть на ситуацию с другой стороны, то ему и правда давно пока жениться. Двадцать восемь лет - возраст более, чем подходящий для брака, почти все его друзья и сослуживцы уже женаты и имеют детей, некоторые из них уже школьники. Нет, не сказать, чтобы Соло так уж сильно мечтал быть премерным семьянином и отцом, но глядя на своих товарищей поневоле стал думать об этом. Особенно когда женился его ближайший друг Лэндо Калриссиан. Друзья не бросили Хана и по-прежнему охотно общались с ним, приглашая в гости и на традиционные сборища. Да только вот жизнь самих друзей претерпела многие изменения, что ни говори, а семья и дети отнимали у них много сил и времени, которые поэтому они и не могли уделять своим товарищам в той степени, в какой это было раньше. И потому неудивительно, что попав сейчас в их компанию, он поневоле ощущал себя не в своей тарелке, словно гость с другой планеты. И всё чаще думал о том, что на сборища его зовут не из желания увидеть и пообщаться, а чисто из жалости к неприкаянному одиночке и возможно с целью пристроить его к какой-то одинокой подружке чьей-то жены. А так же, когда Лэндо, сияя улыбкой, полной счастья, рассказывал о том, как его сынок всю ночь не давал им спать, требуя новую игрушку, Соло чувствовал себя виноватым за то, что уклоняется от чисто мужского инстинкта продолжения рода. "Но, что же мне делать?" - спрашивал он себя в такие моменты - "Если Ки'ра умерла, а никто, кроме неё, мне не нужен?" А теперь ему предложили жениться на Лее, девушке, которая ему никогда не нравилась. Нет, чисто как человек и как друг она была прекрасна и незаменима, но вот с точки зрения вкуса самого Хана была непривлекательна для него чисто по-женски и к тому же беременна от другого человека. - Ну это же бред! - покачал головой Соло - Интересно, что сказала бы Ки'ра, услышь подобное. "А, правда, что бы она сказала?" - пришла в голову Хану неожиданная мысль. Ки'ра всегда относилась к Лее с большой симпатией и даже часто шутила с Ханом о том, что лучше бы ему жениться на ней, а не на безродной Ки'ре. Да и сам Хан, часто общаясь с Леей, мог лично убедиться в том, что она человек исключительно надёжный и верный своему слову, что если она обещала, что что-то сделает, то так оно и будет. И в тот страшный день, когда в санчасть привезли умиравшую Ки'ру, Лея так же была с ними рядом. Когда же, после её смерти, он сам попал в отделение санчасти с тяжёлой анемией, Лея часто навещала его, приносила гранаты, соки, разные блюда из мяса. В те же дни, когда Хану было особенно плохо, Лея подолгу сидела с ним рядом, рассказывая истории из своей жизни, читая ему вслух какие-то статьи из голонета или же просто сидела молча. Она никогда не жалела его, не сюсюкала, не говорила официальных советов, типа, жизнь продолжается и прочее. Однако от одного её присутствия рядом ему становилось легче, гораздо больше, чем от дежурных соболезнований. Стоило Хану выйти из больницы, Лея спокойно отошла в сторону и вела себя с ним так, будто ничего не произошло между ними особенного в те две недели. Он звал её Лея, она его - капитан Соло и дальше профессионального общения дело не шло, но как приятно было видеть на её лице улыбку, что делала её невзрачное лицо почти красивым. А однажды, когда в сенат ворвался нетрезвый тип, требовавший наказать тех, кто не оказал ему должной помощи, Хан помог его утихомирить и при этом случайно сломал ему руку. Лэндо с Леей при этом присутствовали и канцлер потребовал с Хана объяснений за сломанную руку, Лэндо свидетелем не вызвали, знали, что он станет выгораживать друга, а вот Лея пошла и прямо заявила, что Хан тут не причём, руку этот пьяница сломал себе сам и она это видела. Такая преданность восхищала. - Спасибо тебе, - сказал тогда Хан - Ты настоящий друг, я теперь у тебя в долгу, что хочешь для тебя сделаю. Видимо, не всё, однако, что-то не позволило ему сейчас позвонить Энакину с отказом от предложения. На улице становилось холодно и Соло решил пойти домой, на прощание по привычке сказал: - Ки'ра, я пойду, мне нужно ещё подумать. И когда он последний раз перед уходом смотрел на памятник, обычно ему в голову сами собой приходили какие-то светлые воспоминания из их прошлого, Хан не призывал их сознательно, они сами находили к нему дорогу. Но вот сегодня... Лэндо ждал свою жену из роддома и взялся сам приготовить детскую комнату, взяв в помощники Хана. Тот, в свою очередь, пригласил к ним в компанию Лею. Они работали целый день и под вечер сильно проголодались и Лея, такая непривычная в рабочем комбинезоне, приготовила им то, что нашла - макароны, в которые порезала кусок найденной там же колбасы. Хану показалось тогда с голоду, что давно он не ей ничего вкуснее. И такая тёплая и уютная атмосфера была у них во время застолья, что Хан на время забыл о своём горе. Вечером он проводил Лею до дома, почти не разговаривая с ней по пути, но видел как она смущается, когда он касался её руки. Но это была лишь передышка, чтобы вскоре опять его сердце наполнилось болезненной пустотой. Но случайно ли из всех воспоминаний Сила послала ему именно это? "Ну уж нет," - подумал Хан, шагая по тропинке - "Если уж жениться, то раз и навсегда, неважно, на Лее или на ком-то другом, ведь семейная жизнь это не авантюра и не партия в саббак". И потом, если бы Хан действительно не хотел этой женитьбы, то отказал бы сразу, а раз думает, то уже внутри себя всё решил, просто не знает как сказать об этом. Но вскоре решение нашлось и достав коммуникатор, Соло мысленно загадал:"Если Лея сейчас в сенате, то я с ней поговорю, а если нет, то... "