Над ночным полем васильков

— Эх, вот если бы ты не пришёл, то я бы обязательно прибил этого охотника! — громко возмущался Иноске, смотря на Танджиро, который неспешно потягивал зелёный чай на их общей кухне. — Именно поэтому я и пришёл, — мягко улыбнулся юноша, потягивая горячий напиток и смакуя каждую нотку лёгкого вкуса. Конечно, демонам не нужна была обычная еда, но никто не запрещал ради удовольствия употреблять те или иные продукты. Танджиро отдавал предпочтение различным чаям, Иноске с азартом выискивал новые и новые гастрономические чуда, а Зеницу не мог отказаться от различных фруктов, что были лучше всех сладостей, что притаскивала Даки. — Моницу, чего ты там засел, скажи же ему! — прикрикнул на сидящего в стороне друга Хашибира, запихивая в рот новую порцию карри. — Зеницу, всё хорошо? — взволновано обратился к Агацуме Танджиро, не услышав и намёка на обычно яркую реакцию. Сейчас же демон тихо сидел на высоком барном стуле и перебирал снятые с себя металлические проводники. — Танджиро, а охотники все такие со странной тягой к блестящему? — отрешённо спросил Зеницу, пропуская прошлые вопросы и всё же откладывая украшения на тумбочку. Агацума всё ещё не мог выкинуть из головы тот водопад странных слов и сравнений, которыми ошарашил его Тенген. Да, он даже имя с перепугу запомнил, уверяя себя в том, что это лишь для будущей безопасности. — М? Нет вроде, они все странные и просто у каждого свои «особенности» — задумчиво протянул Танджиро, допивая свой чай и вставая с насиженного места, чтобы убрать кружку. — Не беспокойся, это вряд ли что-то значило — многие Столпы просто любят поговорить ни о чём. Считай это их личной профессиональной особенностью. — Странные у них особенности, — прошептал Зеницу, всё же спрыгивая со стула и подхватывая лежащий неподалёку персик. Демон особенно любил этот сладкий фрукт, ведь приятная сахарность была противовесом зачастую солоноватой крови. Агацума с уверенностью бы предпочёл персик колбе свежей багровой жидкости. — Кстати, нас вызывает к себе Мудзан-сама, — неожиданно дёрнулся Танджиро, получая короткое оповещение от Иноске, который единственный мог улавливать эти послания со стороны Прародителя. — Пф, только приползли. — Ух, ну мы же только вернулись с успешного задания, неужели снова? — страдальчески протянул Зеницу, с сожалением оглядывая розоватый фрукт, что даже не успел надкусить. Возможно, в этот день ему и не удастся закончить этот странный «завтрак». — Кажется, да, — неловко улыбнулся Камадо, понимая недовольство друзей, которые в последние месяцы только и успевали, что перемещаться через крепость в разные уголки мира на задания. Сам же Танджиро должен был оставаться в Японии и, соответственно, имел намного меньше обязанностей. Конечно, Мудзан не чурался использовать это время для собственных «личных» заданий, но и те были не сложнее детской игры. Когда все парни отложили свои лакомства и встали посередине комнаты, прозвучали привычные и уже поднадоевшие звуки бивы. Перемещение в пределах этой бесконечной крепости было невероятно удобным, но иной раз бесило своей внезапностью. — Итак, сегодня вы встретили ещё двоих Столпов, — стоило демонам войти в личную лабораторию Прародителя, тот незамедлительно начал запланированный разговор. — Каковы ваши впечатления? — Ха, эти Столпы лишь самоуверенные слабаки! — уверенно воскликнул Иноске, складывая руки на груди. Хашибира всегда любил хорошие драки, но в этот раз соперник оказался слишком вёртким. — Они такие странные, — отстранённо проблеял Зеницу, смотря на свои руки, на которых всё ещё висели старые браслеты. Кажется, он забыл снять их вместе с остальными украшениями на кухне. — Эти двое были очень занимательными людьми, — солнечно улыбнулся Танджиро, вспоминая Столпа пламени, который был невероятно обходительным и добрым. Мужчина и вправду казался солнечным богом, что какими-то судьбами оказался в смертной оболочке, странствуя по их миру. Камадо соврал, если бы сказал, что его не впечатлили огненные глаза, что смотрели с такой теплотой, что иногда становилось не по себе. — Что ж, годы идут, а вы не меняетесь, — на тонких губах появляется мимолётная улыбка, и Мудзан откладывает пробирки, которыми был занят ранее. Наверное, троица была единственными, кому он позволял проникать в святая святых — лабораторию. Конечно, несносные демоны один раз умудрились снести стол с реагентами, но принудительная уборка всего яда глицинии с пола стала хорошим уроком. — Однако, Танджиро, ты должен понимать, что раскрытие твоей тайны Столпам — это большой риск. — Конечно, — коротко кивнул парень, вспоминая те мгновения, за которые он успел перебрать сотни вариантов ответа на вопросы мужчин. Соврать он бы вряд ли смог, так как природная честность искажала его лицо в странные гримасы, а игнорировать было не в правилах Камадо. — Тогда, это всё, что я хотел вам сказать, — неожиданно взмахнул рукой мужчина, обращая своё внимание к лабораторной утвари. — Можете идти и наслаждаться заслуженным отдыхом. Скоро вернуться Доума и Аказа. — Наконец-то нормальный махач! — победно вскрикивает Иноске, уже переполняясь нетерпением в ожидании демонов. Они были единственными, кто с готовностью соглашался потягиваться силами с кем-то из троицы. — Отдых, — радостно проблеял Зеницу, примеряя те места, что сможет посетить в мире людей за отведённое время. Это была одна из заметных слабостей демона — человеческие развлечения и произведения искусства всегда занимали особое место в сердце Агацумы. — Спасибо, — улыбнулся Танджиро, улавливая звуки бивы и вновь открывая глаза на кухне, где уже сидел Руи. — О, Руи, как ты себя чувствуешь? — Братик, — сразу же спрыгивает на пол демонёнок, обнимая тонкими ручками Танджиро. — Охотники были страшными. — Извини, мы правда не ожидали, что они так быстро найдут нужный дом, — поморщился от неприятных воспоминаний Камадо. Он и вправду испугался за паучка, когда Иноске и Зеницу обозначили своё вступление в бой. За эти годы Руи стал для них всех младшим братиком, которого надо защищать и оберегать. Они не раз брали его вместе с собой на миссии, которые проходили в людских городах — Низшая Пятая Луна был падок на различные развлечения. — Зато, мы принесли твоих любимых данго. — Ура! — звонко вскликивает Руи, подскакивая в чужих объятьях и смотря на тарелочку любимых сладостей в руках Зеницу. — Спасибо, братики. — Давай, мелкий, лопай и не извозись, — насмешливо фыркает Иноске, отбирая тарелку из рук нахмурившегося Агацумы и ставя на стол перед демонёнком. — Вообще-то это была моя идея, — недовольно пробурчал Зеницу, но мигом смягчился, глядя на то, с каким аппетитом мелкий накинулся на разноцветные шарики. Всё же, за эти годы Руи успел стать им самым настоящим братцем, поэтому вся троица не могла отказать себе в желании накормить его чем-то вкусным или показать что-то удивительное. — Хо-хо, а вы всё так же заседаете в этой кухне, чертята, — довольный голос сладкой патокой разливается по помещению, резонируя с тонкими стенками. Спустя секунду в дверях появляются два демона, которые выглядели невероятно бодрыми и удовлетворёнными проделанной работой. — Доума-сан, Аказа-сан! — синхронно вскликивает троица, бросаясь на своих прошлых наставников, которые покинули этот пост аж пять лет назад. И всё же, демоны смогли установить доверительные отношения, что лишь укрепились с годами совместной работы и проживания под одной крышей. — Ах-ха-ха, какие же вы все шумные, чертята, — смеётся Доума, уворачиваясь от объятий и наблюдая, как Аказа делает то же самое, заставляя всех троих демонов с грохотом влететь в стену за их спинами. — И всё такие же невнимательные. — Ха-а, как дети, ей богу, — фыркает Аказа, но проводит ладонью в знак приветствия по каждой горемычной макушке. — Ну что, как ваше очередное задание? — Были небольшие трудности, но всё, что нужно было Мудзану-сама мы достали, — отчитался Танджиро, первым отряхиваясь и проходя на кухню за вошедшими туда Высшими Лунами. — Пф, а вы всё такие же любимчики Господина, — театрально вздыхает Доума, раскрывая золотистый веер и прикрывая нижнюю половину лица. — Нам бы за подобные «трудности» уже бы устроили «шоковую терапию». Троица невольно отвела взгляды от двух демонов, что спокойно расселись на свободные места. Это было общеизвестным фактом, что парнишки пользовались особым спросом со стороны Прародителя, который, кажется, впервые допускал такие вольности в общении с подчинёнными. Ни одна Луна не может вспомнить хоть случая, когда бы кого-то из троицы серьёзно наказали — так, вызывали на серьёзный разговор и не более. Конечно, это могло стать причиной для раздора в демонических рядах, однако все понимали, что всё это было результатом необычной связи и её силы, что красной нитью проходила сквозь души парнишек. Пять лет назад, когда Мудзан объявил об окончании их обучения, трое демонов продолжили свой путь в команде Первой Высшей Луны, что должен был дать им больше практики. Они почти каждый день посещали различные задания, выполняя их с кристальной точностью — конечно, то не были кровопролитные битвы, но для них способности троицы подходили как нельзя кстати. Скорость Зеницу и его особое отношение с электричеством помогало без лишнего шума проникать в новые защищённые места. Мобильность и обострённое восприятие Иноске способствовали попаданию в такие места, которые ранее никто и не подумал бы искать. И только Танджиро вечно приходилось выступать неким запасным вариантом — при провале тихого плана, он мог в считанные секунды расчистить путь своими огненными взрывами. Кокушибо не раз жаловался всем остальным, что на этих заданиях он чувствует себя странным воспитателем, что смотрит за тем, чтобы детишки не натворили дел. На это Доума и Аказа только тихо посмеивались, делясь своими впечатлениями от последних совместных тренировок, где троица будто просто хотела показать своё превосходство. В таком темпе прошло два года их совместных похождений — все трое демонов привязались к по большей части молчаливому Первой Луне. Кокушибо редко мог сказать больше нескольких слов, но это с лихвой восполняли парни, что вечно болтали в подходящих и не очень ситуациях. Конечно, за это они получали порцию грозных взглядов шести глаз, но это мало чем помогало, когда Иноске в очередной раз рвался в битву со случайным демоном, Зеницу плакал о том, что его отшила первая встречная, а Танджиро баловался с огнём, пытаясь заставить его быть более управляемым. Кокушибо тогда вздыхал поглубже, уходил в некое подобие медитации и без устали повторял «это приказ Господина, это приказ Господина, это приказ Господина». Иногда помогало. И вот, когда от их первого появления в этих стенах прошло около четырёх лет, Мудзан вновь вызвал троицу к себе и сказал, что с этого дня их пути с остальными Лунами разминуться. Это было связано с тем, что парни давно уже стали достаточно самостоятельными для выполнения заданий, а их боевая мощь превосходила всех Лун. Да, такое объявление сильно удивило даже троицу, но они с точностью могут вспомнить моменты, когда все последние тренировочные бои выходили с ощутимым перевесом в их сторону. Странное смешение крови дало виток для развития чего-то необъяснимого. — О, Доума-сан, у вас появились новая серьга? — неожиданно заметил маленькую снежинку в ухе демона Танджиро. Сам парнишка был обладателем тех самых семейных серёжек, что за эти годы не потеряли своего вида, будто сделанные из какого-то нереального материала. — Ах, это, — демон потянулся и почти невесомо коснулся тонких краёв светло-голубой снежинки. Она была небольшой, чуть больше ногтевой пластины большого пальца, однако сверкала не хуже бриллиантового колье. — Это подарок от Аказы. Правда забавная безделушка? — Э, да, выглядит просто великолепно, — с заминкой ответил Танджиро и услышал такие же несмелые звуки согласия со стороны друзей. Он всегда знал, что Вторая Луна обладал видимыми проблемами с проявлением эмоций, но в такие моменты становилось особенно неловко от чужого отношения. — О, Аказа, видимо, ты хорошо постарался, раз даже чертята оценили эту побрякушку, — довольная улыбка расползается на лице демона, а его собеседник лишь хмурится и отворачивается к тумбочке, где засыпал кофе в турку. — На самом деле я не хотел надевать её, но Аказа так страшно на меня зыркнул, что аж поджилки затряслись. — Но, думаю, она вам очень идёт, — неловко попытался сбавить напряжение всей этой ситуации Танджиро. Всё же, украшение и вправду было очень искусным — тонкие палочки снежинки просматривались с детальной точностью, а полупрозрачный материал так и дышал дороговизной. Это явно был осознанный подарок, однако на фоне общего вида Доумы он выглядел слишком сияющим — среди затемнённых шелков и королевского золота. — М? Правда? Ну раз вы так говорите, то я просто не могу не оставить её, — улыбается Доума и отпивает заранее оставленный настой шиповника. — Ладно, оставим побрякушки. Вы, по всей видимости, только и ждали нас, чтобы отбить все наши кости? — Да! Махач! — мигом среагировал на заветные слова Иноске, становясь в боевую стойку и, кажется, даже забывая о том, что они находились на кухне, где никто не позволит устраивать тренировку. — Я пас, — неожиданно выдыхает Зеницу, подхватывая свои украшения и отходя в сторону. — Мне уже хватило сегодня «блестящих битв», — на этих словах демон не смог сдержать нервное передёргивание плечами. — Думаю, я тоже сегодня не участвую — мне необходимо кое-что проверить в наших архивах, — кивнул Танджиро, вспоминая о небольшом конверте, что запрятал в кармане своих штанов. Мудзан передал его через Руи, который запрятал свёрток во время их обыденных объятий. Если это произошло таким образом, то никому, даже его друзьям нельзя было знать о содержании неожиданного задания. — Ох-хо-хо, Аказа, ты это слышал? Кажется, сегодня у нас есть шанс сломать кости одному кабанчику, — довольно вспыхнул взгляд Доумы. Конечно, каждый из троицы мог противостоять Высшей Луне, но против двух Лун приходилось постараться выйти победителем, ведь те наизусть знали их приёмы и лишь неожиданные комбинации помогали вытянуть всё в свою пользу. — Да я вас одной левой! — последний вскрик Иноске, что успел засечь Танджиро, когда звуки бивы ознаменовали его перемещение. Яркое солнце на секунду ослепило его, но парень вовремя успел зажмуриться, меняя свой облик на один из человеческих. Сейчас, если считать по людским годам, Танджиро исполнилось 19 лет — для обычного человека возраст полного созревания, а для демонов лишь малозначимая цифра. Однако троица каждый год делала небольшие подобия праздников, чтобы верно знать прожитое время. Возможно, то было приевшейся человеческой привычкой, но никто им и слова против не сказал, так что парни продолжали проводить такие мероприятия. Отморгавшись, Танджиро ожидаемо увидел перед собой здания штаба охотников. Конечно же его отправили именно сюда — никакой другой демон не смог бы проникнуть в столь защищённое сооружение, да ещё и в дневное время. Ночью охрана объекта возрастала во сто крат, так что приходилось пользоваться своим постоянным козырем — победившим солнце Камадо. Тяжело вздохнув, демон встряхнул с себя первоначальное оцепенение и уже вытоптанной тропой направился к главному зданию, за которым находился личный дом главы. С Кагаей-сама они уже успели не раз встретиться и даже иной раз поговорить — Мудзан в последние годы решил наладить давно потерянный контакт. Конечно, «гонцу» не разглашались все подробности подобной смены курса, но Танджиро старался лишний раз не лезть вовсе эти хитросплетения чужих отношений, отдавая предпочтение молчаливому нейтралитету. — Ох, сегодня ты раньше обычного, — с лёгкой улыбкой встречает его глава охотников, стоит Камадо ловким прыжком проникнуть в открытое окно чужих покоев. Конечно, такое было не совсем прилично, но Кагая ещё в первый раз сказал, что так будет лучше и проще, нежели объяснять своей семье желание лежать с открытыми дверьми. — Просто получилось раньше закончить с делами, — коротко кивнул Танджиро, спрыгивая на пол и выпрямляясь в полный рост. Он мигом достал запрятанный конверт и протянул его Убуяшики, что с готовностью принял своеобразную «посылку». — Я могу идти? — Можешь немного задержаться? — к удивлению, Кагая не отпустил его сразу же после получения письма, хотя до этого хватало и того. — Конечно, — кивнул Танджиро, сразу же напрягаясь и чувствуя что-то странное в этой с виду обычной просьбе. Глава охотников всегда вызывал противоречивые чувства на душе парня — с одной стороны его тягучий голос успокаивал нервы и позволял отдохнуть, а с другой лёгкие каждый раз забивал запах боли и страданий, что, казалось, пропитали каждый участок чужого тела. — Мои Столпы уже доставили ко мне полные отчёты, и я бы хотел лично поблагодарить тебя за проявленное милосердие, — неожиданно, лёгкая улыбка расцвела на бледном лице, и Танджиро почувствовал ощутимый укол вины за то, что всего секунду назад сомневался в этом мужчине. Пусть его должность была высока, но перед лицом демона он был лишь слабым человеком, что болен и слеп, поэтому настороженность Камадо выглядела по меньшей мере глупо. — Не стоит, ведь это, можно сказать, моя обязанность — обеспечивать минимальный мир между охотниками и демонами, — Танджиро не мог сдержать ответной улыбки, особенно когда вспомнил лица тех Столпов, что ожидали чего угодно, кроме дипломатичного диалога и спокойного прощания. Эти случаи помогали окрепнуть его вере в лучшее будущее для всех них. — И всё же, они напали на одного из твоих друзей, так что я благодарен, что ты уладил возможные разногласия, несмотря на их действия, — кивнул Кагая, прикрывая глаза и поворачиваясь в другую сторону, будто желая что-то увидеть. — Хорошо, я с радостью приму вашу благодарность, — Танджиро вновь забрался в приоткрытое окно и посмотрел на аккуратный сад, что заливали лучи дневного солнца. Он любил смотреть на эти живописные картины и очень сожалел, что не может поделиться этим опытом с друзьями. Конечно, вследствие некоторых экспериментов Мудзана они могли перенять его иммунитет на непродолжительное время, но и для этого им требовалась постоянная связь с Камадо. — Удачного пути, — напоследок попрощался Убуяшики, слыша лёгкое дыхание демона и шелест его одежд. — Какой светлый юноша, жаль, что его жизни запятналась демонической кровью.

***

— Итак, мой друг, не мог бы ты вновь объяснить мне свой блестящий план? — вопрошал Узуй, складывая руки на груди и с сомнением осматривая стройные ряды пёстрых лотков с разнообразными лакомствами на любой вкус и кошелёк. Столп звука все ещё не видел ни одной весомой причины для того, чтобы двум сильнейшим охотникам на демонов праздно прогуливаться среди гражданских, тем более, на предполагаемом задании. — Всё очень просто — Господин Убуяшики прислал нас сюда, чтобы мы следили за общей обстановкой снаружи, пока Томиока Гию занимается расследованием вон в том здании, — палец Ренгоку поднялся к возвышающейся над местом фестиваля постройкой. Она и вправду выглядела слишком странной, инородной, но отчего-то всеобще игнорируемой даже в такой толпе. Тенген сразу заметил серое здание, но решил не задавать лишних вопросов, ощущая неприятную ауру. — Так значит, что мы прошли столько времени лишь ради того, чтобы побыть сопровождающими Гию? — недовольно хмыкнул Узуй, разворачиваясь и с придиркой осматривая толпу людей вокруг. В такой обстановке они вряд ли смогут достойно ответить на чужое нападение, да и демоны не жалуют таких скоплений. — Звучит как оскорбление моих блестящих навыков истребителя. — На самом деле, я тоже не понимаю такой необходимости, но, кажется, в этот раз работа более деликатная, поэтому стоит дождаться инструкций со стороны Гию, — вздохнул Ренгоку, понимая недовольства друга, которого снова оторвали от отдыха, спустя всего пару дней после успешного задания. Конечно, Столпам редко давали хотя бы некое подобие выходных, но и не загружали тонной мелкой работы — их силы и концентрация были важны в особо опасные моменты. В основном, заданиями, подобными этому, занимались низкоранговые истребители, которые только-только встали на этот кровавый путь. — Ладно, пошли хоть развеемся в этой суматохе, — устало закатил глаза Тенген, силясь вспомнить время, когда мог спокойно отдохнуть за прогулкой по шумным улочкам, а не коротать ночи в собственном кабинете, разбираясь с бесконечными отчётами Столпа. Если у него не было охоты, то сразу же наваливался ворох других дел, так что прогулки стали редчайшей ценностью в его стремительной жизни. — Решил превратить задание в праздное развлечение, мой друг? — улыбнулся Кёджуро, мысленно отмечая про себя то, что и сам бы был не против подобного развития событий. Мужчина уже давно приметил парочку лавок, где виднелись различные украшения и причудливые фигурки, что могли бы обрадовать младшего братца. Сенджуро был светлым мальчиком, охочим до интересных вещей, тем более, если те были подарены Кёджуро. — Иного выбора нам не дают — Гию вряд ли почтит нас своим присутствием в ближайшее время, ведь этот парень любит работать в одиночестве и говорить только по делу, — фыркнул Тенген, вспоминая вечно хмурое лицо Столпа воды. Всё же, Томиока был неплохим человеком, пусть и чересчур замкнутым, но, оглядываясь на скудную информацию о его прошлом, это было вполне объяснимо. В рядах истребителей редко встречались счастливые люди с полноценной семьёй. Чаще всего, именно те, чью душу охватывает пламя ненависти идут в это гиблое дело — многие истребители не доживают и до совершеннолетия, что уж говорить о более почтенном возрасте. Так что никто не обсуждал те или иные особенности в поведении охотников — у каждого были свои собственные. — Танджиро-о-о, ну почему они снова меня игнорируют? — неожиданно, до Столпа звука доносится до боли знакомый голосок, который, кажется, напрочно въелся в его сумасбродные сны. Кажется, от того, насколько резко мужчина повернул свою голову к его источнику, у него затрещали мышцы шеи. — Потому что ты кажешься им слишком порывистым, — неловко улыбнулся Танджиро, который сейчас принял человеческий облик, соответствующий его настоящему возрасту. На плечах парня было накинуто клетчатое хаори, что очень выделялось в толпе. — Может, не стоит сразу же предлагать девушке обращение, особенно, если они не понимают этого? — Но как же разделить вечность с любимой? Любовь, что не знает границ времени? — не унимался Зеницу, повиснув на плече друга и каждый раз разочарованно вздыхая. Благо, Камадо точно знал, что пройдёт ещё минута и его влюбчивый приятель думать забудет об этой девушке, переключая своё внимание на других. Таков уж был характер этого демона. — Не знаю на счёт вечности, но моя любовь к тебе, моя Блёсточка, готова блистать всю жизнь, — неожиданный бас заставил Агацуму подскочить, со страхом оборачиваясь и встречаясь с широкой мужской грудью. Разница в габаритах была значительной, поэтому демону пришлось неловко задрать голову, чтобы встретиться с весёлым взглядом. — А ты выглядишь ещё более блестяще в этом человеческом облике. — Т-Т-Т-ТАНДЖИРО! ЭТО ОН! ЭТО ТОТ САМЫЙ ЧОКНУТЫЙ! — что есть мочи завизжал Зеницу, отпрыгивая за спину друга и до боли впиваясь в его плечо, надеясь спрятаться за ним. Взгляд золотистых глаз неотрывно следил за каждым лишним движением со стороны Столпа. В это время парочка прохожих с шоком уставились на эту странную сцену. — З-Зеницу, не надо так кричать, — неловко протараторил Танджиро, ёжась от неприятных взглядов незнакомцев, которых встревожил визгливый голос. Камадо глубоко вздохнул и посмотрел на их неожиданных знакомых, которые оказались в столь неподходящее время в этом неподходящем месте. К удивлению, парень сразу же встретился с пронзительным взглядом огненных глаз, что смотрели на него тепло и без капли враждебности. Это успокаивало. — Оу? А в первый раз ты, Блёсточка, был явно похрабрее, — довольная ухмылка так и не хотела слезать с лица Узуя. Его невероятно забавляла чужая эмоциональность, пусть высокие децибелы и отдавались неприятным звоном в ушах. В форме человека паренёк представился ещё более умилительной и блестящей картиной — нежные черты лица приятно контрастировали с яркими водопадами солнечных волос, а парочка привлёкших его взгляд украшений дополняли великолепный образ. — Н-н-никакая я тебе не Блёсточка! — старательно понижая громкость своего голоса, воскликнул Зеницу. Ему тоже было неприятно всеобщее внимание, особенно в компании с людьми, которые вроде как должны противостоять им. Ситуация ранга «абсурд» всегда были слабой стороной демона. — Почему же, ты самый блистательный демон, что мне только доводилось видеть, — не унимался Тенген, чувствуя неожиданный азарт в этом странном соревновании «смути Блёсточку до точки невозврата». Узуй с удовольствием наблюдал за ярчайшими эмоциями на чужом лице, и в душе теплилась гордость за то, что именно он стал их причиной. — Знаешь, обычно говорят, что противоположности притягиваются, но мне кажется, что нет ничего сильнее притяжения двух блистательных персон! «Да он совсем поехавший» — шокировано думает Агацума, не замечая, как его друг настойчиво отдирает его руки от собственного плеча и отходит на шаг в сторону. Демон встречал много разных людей, но никогда они не были столь пугающими. — Что, неужели тебя так впечатлила мудрость моих речей, что ты потерял свой прекрасный голосок от восхищения? — усмехнулся Узуй, резко приближаясь к дрогнувшему демону и специально наклоняясь, чтобы заглянуть прямо в расплавленное золото чужих глаз. — Ничего-ничего, я понимаю твои эмоции, так что можешь насладиться моим великолепием и после написать мне блестящую рецензию. — Ам, может, мы немного отойдём, чтобы не мешать другим? — неловко вклинился в странный разговор Танджиро, хватая за руку остолбеневшего друга и утягивая его в сторону случайной лавки со сладостями. — Зеницу, не хочешь что-нибудь из этого? — Камадо всеми силами пытался разбавить возникшее напряжение, чтобы после незаметно улизнуть из-под внимательных взглядов истребителей. Всё же, они пришли сюда не для простой праздной прогулки. — Что-нибудь с мышьяком, — как в прострации прошептал Зеницу, стараясь даже не смотреть на сияющего самодовольством мужчину за своей спиной. — Ха-ха, Зеницу, ты же знаешь, что нам не страшны человеческие яды, — неловко смеётся Танджиро, оглядываясь на подоспевших охотников и вновь встречаясь с внимательным взглядом того огненного мужчины. Вот сейчас это становилось очень странно и неловко — казалось, что тот вообще не моргал, неотрывно следя за каждым движением демонов. «Да он же реально не моргает!!!» — удивление, непонимание и шок заполняют разум парня, и он поспешно старается отвести взгляд куда угодно, кроме стоящих за их спинами охотников. — Тогда с глицинией, — всё таким же загробным голосом ответил Зеницу, незаметно делая шаг в сторону от надоевшего Узуя. Однако, острый взгляд истребителя засёк это стратегическое отступление и тот тоже сделал шаг. — О, Блёсточка, не знал, что ты любитель чего-то экстремального, — ухмыльнулся Тенген, чётко слыша весь этот тихий бубнёж двоих демонов. Он находил забавным то, что здесь, в свете вечерних фонарей и окружённые толпой, парнишки явно сгорали от неловкости. Истребители же уже привыкли к подобным скоплениям людей и без проблем переносили их на любом из заданий. — Однако, я бы не советовал тебе баловаться такими сладостями, а не то блистательность твоей кожи сменится на унылую зелену отравления. — Я и так уже на грани той самой зелены, — страдальчески протянул Зеницу, смотря на друга, который отчего-то решил поиграть в гляделки со вторым истребителем. Кажется, его приятель проигрывал. С каждой секундой двум демонам всё больше стало казаться, что стратегическое отступление будет не таким позорным исходом в этой ситуации. Однако помощь пришла оттуда, откуда и нельзя было ждать: — Так вы здесь по заданию? — неожиданный вопрос со стороны сохранявшего молчание Ренгоку заставил всю компанию будто очнуться от странного гнетущего транса. Мужчина моргнул. Два раза. — Э, нет, мы просто решили немного развеяться, — вмиг вступился Зеницу, помня все случаи, когда друг пытался соврать, и его лицо искажалось до неузнаваемости. Истребители явно будут не такими тупыми и поймут изменения в поведении вечно приветливого и рассудительного демона. — Значит, вы здесь по заданию? — Ха-ха, неужели вы думаете, что истребители только тем и занимаются, что работают? — усмехнулся Узуй, закидывая руки за голову и выражая полное спокойствие, даже бессовестно обманывая. Всё же, он так же слышал дрогнувшее сердце демона, так что ответная ложь была лишь частью «честного» обмена. — На самом деле мы особо не задумывались над таким, — неловко улыбается Танджиро, мысленно благодаря друга за быструю реакцию и элегантный обман. Всё же, основной частью поручения занимался Иноске, а они лишь являлись подстраховкой и гарантией быстрого ухода. Так что можно было не переживать об участии истребителей в этом деле — сегодня целью демонов были чужие исследования и результаты экспериментов. Исполнитель попросил забрать всё в виде воровства, чтобы у других не возникло вопросов о сотрудничестве учёного с демонами. — Да и мы не думали, что демоны так спокойно прогуливаются среди толпы и наслаждаются человеческими празднованиями, — легко улыбнулся Кёджуро, ровняясь с Танджиро и оставляя другую парочку позади. Зеницу сам не заметил, как сбавил шаг и вполне спокойно находился с Тенгеном, который ранее пугал одним лишь видом. Возможно, во всём виновата до дрожи приятная и успокаивающая мелодия его сердца, но сам Агацума никогда в этом не признается. — Кстати, судьба сводит нас уже второй раз, а мы так и не обменялись именами. — О, и вправду, — вскидывает брови Камадо, понимая, что до этого он ни разу не слышал имени пламенного истребителя. — Меня зовут Танджиро Камадо, приятно познакомить. — Кёджуро Ренгоку, взаимно, — мягко дрогнули уголки тонких губ, и в янтарных глазах блеснул странный огонёк, мигом утонувший в темнеющем зрачке. — Ну а мою блистательную персону зовут Тенген Узуй, — самодовольно указал большим пальцем на себя мужчина, незаметно поглядывая на идущего рядом паренька. — Зеницу Агацума, — тихо буркнул демон, не особо понимая смысл этих странных действий. Всё равно они вряд ли пересекутся ещё хоть раз — судьба была госпожой придирчивой и даже две встречи были её драгоценным подарком. — Вот и познакомились, — радостно улыбнулся Танджиро, ощущая, как с плеч свалился невидимый груз, что появился с самого начала их случайной встречи. Всё же, он не хотел начинать знакомство со столпами с такой неловкой ноты. — Кстати, вы, кажется, хотели купить какие-то сладости? — неожиданно вспомнил Ренгоку те случайные фразы, которые по большей части были для отвлечения от проблем насущных, однако мужчина чувствовал необходимость начать хоть малейший намёк на диалог. Иначе они рисковали в ближайшее время потерять двух вёртких демонов в толпе. — О, на самом деле, я не особо в этом разбираюсь, — Камадо перевёл взгляд на бесконечные ряды лавочек, в которых продавались такие вещи, о которых демон даже и не слышал. Так что было вполне логичным то, что парень не представлял себе возможные покупки для дегустации. После этого, кажется, рухнули последние стены взаимной неловкости Столпов и демонов. Кёджуро с упоением рассказывает о пестрящем ассортименте аляпистых лавок, а Тенген не перестаёт добавлять свои заметки о тех или иных блюдах. На удивление, парни чувствуют неподдельный интерес к рассказам мужчин и внимательно слушают их, вставляя какие-то шуточные комментарии. Атмосфера в компании заметно разрядилась, изменилась на более приветливую и подходящую к царящему вокруг празднику. Спустя пару минут все участники странной группы активно переговаривались на случайные темы, спорили о вкусе тех или иных сладостей, а так же просто обменивались мнением о чудных вещах на прилавках. Так они и бродили среди лавочек, даже иногда забывая о том, что все находили на противоположных по назначению заданиях. И всё же, пока ни от Иноске, ни от Гию не было весточки, компания могла с чистой душой развлекаться. Ни Столпы, ни демоны не врали о том, что эти вылазки были для них драгоценной редкостью, которую нужно было ещё заслужить усердной работой на благо своей стороны. Танджиро впервые за долгое время смог ощутить себя по-настоящему бодрым и живым — все эти годы он будто проживал в туманном вакууме, где события проносились яркими вспышками и тонули в бескрайней бездне жизни. Даже задания не казались уж такими интересными, скорее ежедневным трудом во благо великой цели — с той силой, что обладали демоны, они ни разу не встречали нерешаемые трудности. Так что подобная прогулка наполнила лёгкие каким-то странным трепетом, растекаясь по кровотоку и проникая в каждую клеточку тела. Зеницу же, пусть и не говорил этого вслух, продолжая свои попытки игнорирования громких Столпов, чувствовал то же самое. Это позабытое чувство свободы и радости, переполняющей энергии и желания сворачивать горы ради какой-то мелочи. Сила была дарована им подобно божественному благословению, но её поражающий избыток не вызывал прежней радости, лишь падал неподъёмной ношей ответственности на плечи молодых парней. Теперь же Агацума будто вернулся в то далёкое время, когда мир перед тобой — неизведанные и необъятные просторы, которые и за жизнь не обследовать. И всё же, любая сказка должна иметь свой логический конец. Демоны понимали, что совсем скоро Иноске закончит с поставленной задачей и им придётся покинуть приятную компанию, которая успела доставить целый калейдоскоп новых впечатлений. Столпы чувствовали то же самое, мысленно моля вечно порывистого Гию задержаться хоть минутой дольше, чтобы закончить эту встречу как подобает. Их размышления прервал резкий звук разбитого стекла, что был приглушён из-за шума толпы, поэтому расслышать его могли только Зеницу и Тенген, с рождения обладающие чутким слухом. Оба синхронно развернулись к источнику странного звука, заставляя остальных спутников резко затормозить непонимающе посмотрев на напряжённых товарищей. — Танджиро. — Кёджуро. На выдохе прозвучали имена ошарашенных парня и мужчины, что не могли слышать этот звук, но ясно ощутили причину чужого беспокойства. Сами же Тенген и Зеницу резко обернулись друг к другу и с прищуром посмотрели в лицо напротив: — Так значит, просто гуляли? — с довольной ухмылкой опередил демона Узуй, осознавая причину чужой реакции, что отражала его собственную. — Так же, как и вы, — в тон ему ответит Агацума, замечая игривый блеск на дне темнеющих глаз. — Танджиро, кажется, у Иноске возникли… некоторые проблемы. — А? — вмиг напрягся Камадо, смотря на друга и истребителей, с которых будто на живую содрали всю ту лёгкость, что была минутой ранее. Конечно, демон понимал, что это было недолговечное перемирие, штиль в бескрайнем океане штормов, но неприятная тяжесть в груди от этого понимания не исчезла. — Кёджуро, кажется, Гию встретился с кем-то половчее обычных воров ценных бумажек, — ухмыльнулся Тенген, точно зная, что этого хватит для быстрой реакции Столпа пламени. Он в мгновенье ока забежал за прилавки и напряг ноги, чтобы запрыгнуть на ближайшее одноэтажное здание. И всё же, демоны были быстрее и имели особые способности, поэтому только охотники успели запрыгнуть на одно возвышение, их недавние спутники уже стремительно бежали к источнику звука. Однако истребители не желали отставать так просто, поэтому, как только Ренгоку поравнялся с Узуем, последний использовал свою технику, позволяющую сократить расстояние в один сжатый прыжок. Кёджуро тоже не стал отставать от вёрткого друга, поэтому активировал не боевую кату, которая смогла в мгновенье ока прожечь покрытие крыши. Когда они оказались достаточно близко, то их взглядам открылась наистраннейшая картина — двое нагоняемых демонов замерли на могучей ветке старого дерева, а прямо под ними, мокрые и грязные, по земле катались две до боли знакомые фигуры. Узуй и Ренгоку с грохотом приземлились на соседнее дерево, с еле сдерживаемым шоком рассматривая всё это безобразие. — Иноске? — Гию?