Над ночным полем васильков

Любой, кто бы раз пообщался с Гию, без сомнений назвал парня самым сдержанным человеком на своей памяти. И это были отнюдь не пустые слова — Столп воды одним взглядом мог заставить замолчать раздражающего собеседника, а острой фразой закончить любой спор. Это умение помогало ему как в повседневной жизни, так и на работе истребителем. Демоны никогда не упускали возможности расшатать моральные устои охотников, срывая их в первозданный гнев, но именно с Томиокой такие фокусы не работали. Кто-то мог назвать его нелюдимым, кто-то странным и пугающим, но сам Гию думал об этом всегда одно — некоторые люди слишком много думают о чужих жизнях. Томиока не стремился понравиться как можно большему количеству случайных зрителей, или просто покрасоваться имеющимися у него качествами. Сам он не видел ничего особого в своей грязной работе и уже тем более не считал её тем, чем можно гордиться. Многие люди до сих пор воспринимали их как группу с обширными проблемами по части серого вещества. Демоны для них, как и истребители, были лишь затёртой до дыр сказочкой на ночь. Именно поэтому Гию никогда не понимал взглядов своих коллег, которые, кажется, старались наполнить каждую секунду своей жизни новыми событиями. Самому же Томиоке хватало еженедельных заданий и растущей цифре на личном счётчике убитых демонов. Его руки более не дрожали перед отсечением очередной головы, а во взгляде отражалась лишь вселенская усталость. Жизнь стала однообразной и ясной в своей цикличной простоте. До одного момента. В ничем не примечательный день Гию получил странное задание, которое включало в себя далеко не убийство демона. Конечно, иногда истребители занимались и чем-то более мирным и деликатным, будь то доставка документов в другие штабы или защита цели от демонов, но подобное было скорее исключением, нежели привычной практикой. Так что к небольшому конверту в своих руках мечник отнёсся с большим недоверием — Убуяшики-сама редко пользовался таким способом передачи данных, а демоны тоже не отставали в технологическом плане развития. Однако, тонкий шлейф знакомых благовоний заставил успокоиться затрепетавшее на затворках разума напряжение. Гию с лёгкостью раскрыл конверт и быстро пробежался взглядом по ровным строчкам письма. С каждым прочитанным словом его брови опускались всё ниже, а между ними залегла еле заметная морщинка. Что ж, если бы не передача через личного ворона главы и соответствующий аромат, то Томиока всерьёз бы подумал о подмене и вражеской игре, ведь не может это абсурдное на вид задание быть правдой. И всё же, охотник не мог отвергнуть его, направляясь в указанное место, где его ждёт столь необычная миссия. Серые стены лабораторного комплекса встретили его звенящей тишиной — сегодня был выходной и все работники проводили его в своё личное удовольствие. Именно поэтому ничто не помешало Гию тихо проникнуть в здание на нужный этаж и напряжённо замереть в длинном темнеющем коридоре. Здесь всё имело странно-домашний вид, будто Томиока ошибся местом и проник в жилой комплекс, а не лабораторное пространство, однако, он быстро успокоил себя тем, что важные бумаги находились в сейфе личного кабинета и такие располагались на отдельных этажах для покоя руководящих слоёв. По краткому списку информации выходило, что некий известный учёный, занимающийся разработкой лекарств на основе редких растений, привлёк ненужное внимание со стороны демонов. Мужчина предполагал, что это связано с голубой паучьей лилией, которую воспевали многие великие умы прошедших лет — будто у цветка есть какие-то невероятные особенности. Именно это стало катализатором для его волнений, которые обострились на фоне недавних открытий. Учёный слёзно просил задержать демонов, что обязательно попытаются забрать нужные бумаги в эти выходные — они уже прислали ему краткие письма угрозы, в которых предлагали лаконичный выбор: смерть или результаты экспериментов. — Кажется, демоны не отличаются пунктуальностью, — устало вздохнул Гию, пристроившись к одной из стен и рассматривая тёмный коридор, вытягивающийся на всю длину обширного здания. Истребитель знал лишь примерные данные о предполагаемом нападении, поэтому эти скудные крупицы информации буквально вынуждали его работать охраной для ценных бумаг. Не думал, не гадал, никак не ожидал Гию такой участи для своей карьеры охотником — скатиться со сложнейших заданий на свирепых демонов до отстаивания возле чужого кабинета в ожидании «воров» макулатуры. Так бы и стоял заскучавший Томиока, подпирая тёмную стенку, если бы из-за той самой двери, что хранила драгоценные секреты, не послышался оглушающий грохот. Истребитель мигом среагировал, кладя ладонь на прохладную рукоять катаны — он не знал, каким образом кто-то мог проникнуть в закрытое помещение без окон, но этот «кто-то» явно не скрывал своего присутствия. И в ту же секунду, как Гию решил всё же проверить затихший источник шума, дверь с грохотом распахнулась, являя удивлённому взору охотника странного человека с головой кабана вместо привычной человеческой. — Стоять! — резко выдохнул Гию, решая потом подумать о странном виде неожиданного визитёра. Всё же, у него важное задание, и прямо сейчас его цель была грубо сжата в чужой ладони. — А?! Решили ослепить меня и напасть?! — неожиданно дёрнулся неизвестный, безошибочно разворачивая голову кабана в сторону застывшего в напряжении Столпа. Создавалось ощущение, будто толстый слой чучела на голове абсолютно не мешал парню видеть или даже чувствовать оппонента. — Меня так просто не возьмёшь, ведь я всегда иду НАПРОЛОМ! — Э?! — только и успевает воскликнуть Томиока, как неизвестный наклоняет кабанье чучело на манер бычьих рогов и бездумно срывается в его направлении. Будь этот коридор чуть пошире, а Гию менее удивлённым, то Столп без проблем смог бы избежать этого странного приёма. Сейчас же он только и смог, что встретить лезвием катаны грубую кожу кабана, который без колебаний снёс его с ног, кидая в сторону огромного окна, с треском разбивая его и вылетая следом за стремительно падающим Томиокой. Благо, Гию смог вовремя среагировать, перегруппировавшись в полёте и, пусть и немного смазано, приземлиться на землю. Им повезло, что окно выходило на небольшой кусочек леса на окраине городка и их падение никто не смог бы увидеть с ближайшей площади. Истребитель тихо выругался, ощущая, как болью потянутых связок отдаются собственные ноги. Всё же, даже тренированное тело обычного человека не могло вынести полёта с третьего этажа и приземления в боевую стойку. В то время, пока Гию пытался справиться со своими конечностями, неизвестный одолел, наконец, коварное чучело кабана и скинул его со своей головы. Теперь Столпу открылось перекошенное яростью контрастно-миловидное лицо парня с пушистыми ресницами, что обрамляли бездонные зелёные глаза и спадающими волнами иссиня-чёрных волос. На нём была лёгкая белая рубашка, явно взятая ради галочки, а мощные ноги обматывали чёрные бинты, которые, кажется, замещали нормальную одежду. — Эй! Какого хрена ты расставляешь свои дурацкие ловушки?! — неожиданно ткнул пальцем в сторону Томиоки неизвестный демон. В последнем истребитель ни на секунду не сомневался — текст задания и так ясно выражал личности воров, а неубиваемость парня и пара удлинённых клыков отбивали все спорные вопросы. — Лучше отдай мне эти бумаги, — твёрдо сказал Гию, с тихим лязгом обнажая свой клинок и наставляя на чересчур эмоционального демона. Он мало что мог понять из его агрессивной речи, но сейчас большую важность имели смятые в сильном захвате документы, так что о чужих словах можно подумать и позже. — Ха?! Ты думаешь, что можешь так нагло поймать меня этой дешёвкой и требовать эти бумажки? — выразительно выгнул бровь демон, показательно заталкивая бумаги под один из мотков чёрной материи на своих ногах. Гию еле сдержал гримасу отвращения от мыслей о том, что ему ещё придётся как-то доставать эти документы и вообще брать в руки. Этот демон был поистине отвратителен в своих манерах. — Не тебе говорить о дешёвых трюках, демон, — понизил голос Томиока, понимая, что его оппонент настроен только на один ход их диалога — драку. Что ж, Гию как раз давно мечтал размять задеревеневшие за время мучительного ожидания мышцы. — Если не хочешь отдавать, то мне придётся их забрать силой. — А кишка не тонка?! — насмешка так и сочиться из чужого грубого баса, что вибрацией отдаётся даже в горле Томиоки. Истребитель на секунду мешкает, ощущая столь противоречивое подрагивание кончиков пальцев от этих интонаций, но быстро берёт контроль над своим телом. Сейчас не время останавливаться на таких мелочах. Гию больше не намерен играть в переговоры с этим демоном, поэтому поудобнее перехватывает клинок, готовясь нанести решительный удар по чужой шеи. Так как неизвестный пока не использовал техник демонической крови, а в его глазах плескался лишь огонь азарта, то он явно не дотягивал даже до уровня Двенадцати Лун. Это значительно упрощало работу охотника. Именно так думал Томиока, когда успокаивающей симфонией зажурчала вода на кончике его клинка — дыхание и движение давно отточены до идеала, поэтому он ни на секунду не сомневается, занося лезвие над чужой шеей. Кажется, именно это лёгкое действие стало точкой невозврата. Гию знал, что многие демоны могли отражать удары клинка ничирин с помощью голых рук, не боясь потери конечностей или глубоких порезов. Однако, почти все каты пробивали эту хлипкую защиту, достигая заветной цели в виде шеи нечисти. И всё же, Томиока никак не ожидал того, что произошло прямо на его глазах — резко извернувшись, демон без колебания поймал искрящийся синевой клинок… зубами. Гию был настолько поражён этим действием, а так же резким столкновением с твёрдостью чужого захвата, что техника распалась водными брызгами, обливая обоих участников схватки. Так и стояли они: оба мокрые, ошарашенные и в шоке смотрящие друг на друга посреди поляны. — Д-да ты!.. Да как ты посмел!!! — первым очнулся демон, закипая ранее невиданной яростью и смотря на свою некогда помятую белую рубашку, что сейчас тоскливо свисала мокрой тряпкой на его теле. — Да ты хоть знаешь, сколько я эту дрянь застёгивал?! Да Моницу и Монджиро с меня три шкуры снимут за эту хрень!!! — А? — вырывается совсем несвойственный вздох удивление из Гию, который так и застыл с поднятой катаной напротив что-то активно кричащего демона. Винтики в его голове наотрез отказывались составляться в цельный механизм и продолжать прерванную работу. — Б! Да я ща сломаю эту твою ковырялку! — неожиданно взревел демон, наступая на сбросившего оцепенение истребителя и хватаясь за тонкий клинок руками. — Не смей трогать её! — не ожидая от самого себя подобной эмоциональности, Гию кричит на сумасбродного демона и совсем по-детски тянет захваченную катану на себя. Он понимал, что нельзя позволить забрать его единственное оружие, без которого итог этой битвы ожидался весьма плачевный. — Отпусти, кабанья рожа! — ЧТО?! Да я тебе сиськи оторву за такое обращение! — пусть угроза звучит до ужаса абсурдной, но демон вполне серьёзно наваливается на истребителя и тот, не удержавшись на дрогнувших после растяжения ногах, рухнул на землю, поднимая клубы пыли. — Следи за словами, грязное животное! — Гию, не желая оставаться в проигравших, тянет катану в бок и заставляет их пару раз поменяться позициями, перетягивая несчастный клинок, что заметно позвякивал и поскрипывал от такого давления. Так бы они и продолжили свою непонятную битву на земле, если бы не громогласные оклики знакомых голосов: — Иноске! — Гию! В следующее мгновение истребитель и демон напряжённо замирают, слыша возле себя топот нескольких пар ног. Первым оттаскивают Иноске, который не перестаёт громко ругаться и выбиваться из захвата друзей. Гию же лишь быстро оглядывается на своих коллег, наконец, убирая катану в ножны и с сожалением рассматривая тот беспорядок, в который превратилась его форма. — Так что же, вы всё ещё будете утверждать, что пришли сюда ради прогулки? — слышит насмешливый голос Узуя Томиока и не может понять, почему остальные Столпы так спокойно ведут себя в компании демонов. Мужчины стояли в шаге от него и смотрели на шумную троицу, что быстро пыталась уладить все свои вопросы. — Собственно, как и вы, — усмехнулся Зеницу, чувствуя себя более уверенно в ситуации, что повисла на грани сражения. Всё же, демон прошёл огонь и воду, поэтому битвы стали родными просторами, нежели хитрые разговоры со странными людьми. — Хватит, — неожиданно вмешался Танджиро, глубоко вздыхая и выходя вперёд, прямо к ожидающим хоть каких-то объяснений мужчинам. — Мы и вправду находились здесь не ради отдыха среди толпы — наша цель состояла в получении обещанных бумаг. — Так значит, вот как вы сейчас называете воровство документов? — громко фыркнул Томиока, поднимаясь на ноги и стряхивая с себя хотя бы часть прилипчивой к мокрой ткани грязи. Всё же, было немного неудобно вести переговоры в таком виде, но тот демон тоже был измазан в земле и данный факт отдавался теплящимся самодовольством. — Моё задание было в том, чтобы защитить важные результаты эксперимента от демонов. — Задание? — искренне удивился Камадо, быстро всматриваясь в глаза других Столпов, но, кажется, те даже не подозревали о таких подробностях своего нахождения здесь. — Кто же попросил защитить вас давно купленные сведенья? — Что? — теперь настала очередь Гию удивлённо замирать, неверяще смотря на демонов. Он всё ещё не понимал, почему продолжал разговаривать со своей целью, но отчего-то спокойный голос парня успокаивал и внушал доверие. Возможно, то было влиянием демонической техники, но сейчас охотник мало задумывался о подобном. — Заказчиком выступает Господин Терука, глава исследовательской группы этой лаборатории. — Господин Терука? Вы уверены, может, в информации есть какая-то ошибка? — настаивает на своём Танджиро и поднимает правую ладонь, разжигая на ней алый огонь. Столпы мигом напряглись, но, увидев как по магии проявляющуюся бумагу, немного придержали дрогнувшие ладони на рукоятях катан. — Потому что именно Господин Терука являлся нашим исполнителем и обязывался отдать сведения за иную помощь со стороны демонов. Камадо подхватил возникший из пламени документ и со всполохом демонического огня направил его в руки ближайшего Томиоки. Гию настороженно посмотрел на зависший в воздухе листок, но, спустя пару напряжённых секунд раздумья, подхватил его, чувствуя приятное тепло, что растеклось по ладоням. Столп незамедлительно пробежался взглядом по строчкам и с удивлением осознал, что это был подлинный договор об этих самых результатах, с подписями обеих сторон. — Ошибки быть не может — Господин Терука вложил личное прошение о защите в моё письмо с заданием, — нахмурился Гию, начиная подозревать, что всё это было очень странным, но продуманным планом того старика. Тот явно решил не только заручиться поддержкой демонов, но и оставить у себя ценные бумаги. Учёный просчитался лишь в том, что обе стороны отнесутся к этому заданию с особой серьёзностью. — Ха-ха-ха! — неожиданно залился смехом Тенген, сгибаясь в три погибели и заставляя всех участников странной беседы обратить своё внимание на мужчину. — Да нас всех блестяще обвели вокруг пальца! Натравили друг на друга, будто бездомных собак! — Тенген-сан, на самом деле здесь мало чего весёлого, — неловко заметил Танджиро, чувствуя себя жутко неуютно от чужих эмоций по данному случаю. — Будь на нашем месте другие, то жертв было бы не избежать. — Думаю, Ояката-сама и Кибуцуджи Мудзан предвидели такой исход и послали сюда именно нас с одной единственной целью — вывести предателя на чистую воду, — вступился Кёджуро, складывая руки на груди и оглядывая всех участников событий этого странного дня. — Хотите сказать, что Мудзан-сама и Убуяшики-сама уже были в… сговоре? — с сомнением нахмурился Танджиро, мысленно перепроверяя все имеющиеся факты и с волнением замечая, что всё идеально сходится для простой череды случайностей. — Ха-а, а я ведь изначально подумал, что не спроста нас троих отправили на это странное задание. — Так что нам теперь делать с этими бумажками? — задал единственный нерешённый вопрос Зеницу, выхватывая смятые документы из рук всё ещё взвинченного друга. Они были полезны Мудзану-сама, но так же являлись частью задания охотников и те явно не захотят так просто с ними расставаться. — За-да-ча, — протянул по слогам Узуй, рассматривая своих коллег, что явно не были готовы к громогласной битве, да и демоны напротив них представляли реальную опасность. Начинать сражение вблизи гремящей толпы было нельзя, но и уходить никто им не позволит. Неожиданно, тишину ночного леса разрезало карканье до боли знакомого ворона: — Кар! Кар! Гию Томиока, Кёджуро Ренгоку и Тенген Узуй! Кар! Задание было отменено главой организации! Кар! Отменено! — в это мгновение у всех будто гора с плеч упала. Теперь решение этой проблемы было уже не ума Столпов. — Отлично, теперь вы, демонята, можете с чистой совестью забрать эти бумажки, — ухмыльнулся Узуй, поправляя чуть растрепавшиеся за время бега и прыжков волосы. — И без твоего разрешения бы справились, — недовольно фыркнул Зеницу, встречая умоляющий придержать колкости взгляд Танджиро. Только из-за него Агацума не добавил ещё парочку язвительных замечаний в сторону слишком горделивого Столпа. — Ладно, кабанья бошка, пошли хоть выпрямим то, что ты смял в комок. Господи, как нам это отдавать Мудзану-сама… — Хэй, я ещё не закончил с этой Мокрицей! — неожиданно встрепенулся долгое время игнорируемый Иноске и собирался рвануть в сторону дёрнувшегося Гию, но точный удар в область шеи заставил его тело с грохотом приземлиться на землю. — М-монджиро… — Извините за него — Иноске очень любит хорошие драки и ему явно понравилось сражаться с вами, Томиока-сан, — примирительно хлопнул в ладоши Камадо, светло улыбаясь и буквально излучая позитив. В противовес его внешнему виду, демоническая энергия вокруг душила каждого участника этой перепалки. Демон был страшен в гневе, поэтому Зеницу поспешно подхватил горемычного друга и перенёсся в Крепость. — Надеюсь, он не сильно потрепал вас. — Ничего, просто грязь, — хмыкнул Томиока, опуская руку с рукояти и отворачиваясь от демона. На душе бушевали океаны различных чувств, но ни одно из них не отразилось на бесстрастном лице мужчины. Эта троица заставила в мгновенье ока рухнуть все устои Столпа о демонах и усомниться в некогда произнесённых словах. Всего на секунду, но сомнения неприятным червячком раздора поселились в голове Гию. — Тенген-сан, Кёджуро-сан, — неожиданно окликнул собравшихся уходить Столпов Танджиро. Камадо ощутил непреодолимое желание сказать парочку приятных слов на прощание. — Спасибо вам за эту приятную прогулку — мы и вправду не приходили сюда за ней, но, получив, остались лишь приятно удивлены. Зеницу сказал бы то же самое, поэтому считайте это нашей общей благодарностью. — Ха-ха, не стоит таких блестящих слов, — самодовольно усмехнулся Узуй, смотря на нежную улыбку демона. Что ж, теперь он мог понять своего друга, который с первого взгляда запел соловьём о пылкой любви. — Только передай Блёсточке, чтобы в следующий раз он не бегал от меня, как от прокаженного. — Обязательно, — тихий смешок невольно вырвался из Танджиро, что явно заметил странные искры вокруг своего друга и этого Столпа. Они всю прогулку показывали взаимное раздражение, но всё же не отходили слишком далеко, первым делом утаскивая партнёра к прилавку с заинтересовавшими вещами. Это было странно и забавно, поэтому Камадо сделал себе отметку попозже обязательно поговорить с другом на данную тему. — Думаю, это была одна из лучших прогулок в моей жизни, — широко улыбнулся Ренгоку, неотрывно смотря в багровые бездны демонических глаз. И всё же, даже с информацией об истинной сущности этого парнишки, мужчина не мог сдержать теплящихся в его груди чувств. — Надеюсь, судьба позволит повторить нам этот прекрасный вечер. — Я тоже, — Танджиро завороженно смотрел в пылающие неизведанной нежностью глаза и чувствовал, как у самого перехватывает дыхание и сердце сбивается с обычного ритма. Это было странно и необычно, но до ужаса приятно, будто скинутая ранее мантия неприкосновенности позволила расцвести запрятанным глубоко в душе цветам. С этими словами демон окунулся в звуки бивы и растворился в прохладе ночи, оставляя Столпов в одиночестве. — Гию, — неожиданно окликнул Столпа воды Узуй. Его взгляд вмиг потерял всю ту радость, которой пылал секунду назад. — М? — с лёгким недоверием откликнулся Томиока, всё ещё не понимая столь фривольного общения с демонами. Два Столпа явно скрывали множество тайн, и прямо сейчас он стал их невольным свидетелем. Хотелось верить, что связь с Оякатой-сан гарантировала чистоту чужих намерений и сейчас не произойдёт расправа за получение информации таким компрометирующим путём. — Не стоит распространяться об этом случае другим, — твёрдо обозначил новые границы Тенген, — за ответами на свои вопросы ты сможешь обратиться к Оякате-сан. — Хорошо, — коротко кивнул Гию, желая как можно быстрее покинуть эту поляну и оказаться в родном доме, где его явно заждались.

***

Дорога до дома заняла намного больше времени, нежели обычно. Всё же, Гию понимал, что полученное в ходе странной потасовки растяжение может перерасти в полноценную травму, если он будет давать ногам обычную нагрузку. Именно поэтому приходилось останавливаться, притормаживать и даже иногда заходить в ближайшие забегаловки, чтобы посидеть и дать мышцам отдых. Так, с небольшими перерывами и медленными шагами по бескрайним незаселённым просторам Томиока, наконец, дошёл до заветного поселения. Тут, на окраине, скрытый множеством деревьев сакуры, находился его дом. Столп долгое время искал место, подобное этому — дом и право на землю удалось выкупить почти за бесценок, ведь прошлые хозяева хотели как можно быстрее покинуть пустеющую деревеньку. Однако, с приходом истребителя, который зачистил все ближайшие леса от безумных демонов, всё стало спокойнее и люди невольно возвращались в покинутые дома. Ещё петляя между старых деревьев, Томиока заметил родную фигуру, что скромно сидела на ступенях дома. От одного вида такой картины с души мигом спали все тяжёлые мысли и где-то внутри затрепетал долгожданный покой. — Сабито! — не сдерживает облечённого выдоха Гию, смотря, как дёргается заждавшийся его друг и, мигом заметив прихрамывающего охотника, буквально слетает со ступеней, бросаясь к нему. — Извини-извини, в этот раз пришлось задержаться. Кажется, только теперь Томиока может спокойно выдохнуть и отпустить всё то напряжение, что нёс с собой всю дорогу до дома. Сабито с разбегу врезается в него с объятьями, и усталые мышцы неприятно натягиваются в крепком захвате — даже дома тот не позволял себе расслабляться, оставляя минимальные тренировки тела. Закончив с медвежьими нежностями, парень отступает на шаг и недовольно буравит взглядом друга, что сейчас выглядел как побитая собака в грязной форме и с растрёпанными волосами. — Да-да, знаю, что ты устал заказывать новую форму после каждого моего задания, — смеётся Гию, уже безошибочно понимая то, что хочет выразить взглядом его друг, — но в этот раз она полностью целая. Только грязь и ни одной дырки. Сабито с сомнением осматривает истребителя, который показательно расставляет руки в стороны, показывая целостность тканей. Тяжело вздохнув, парень всё же кивает и теперь обращает внимание на странную стойку пришедшего. Рыжие брови сразу же хмурятся, выражая всю настороженность и недовольство Сабито. — Да ладно, всего лишь небольшое растяжение, — пытается отмахнуться от чужой заботы Гию, но стоит ему сделать ещё шаг и измученные долгой дорогой связки не выдерживают, заставляя ноги подкоситься. Благо, Сабито быстро заметил, как дрогнул Столп и без колебаний подхватил его, в следующее мгновение безапелляционно поднимая на руки. — Сабито-о-о, ну не надо. Ответом ему послужил лишь приглушённый фырк, который ясно дал понять, что сейчас спорить бесполезно. — Иногда я думаю о том, что даже рад тому, что ты вечно молчишь, — легко усмехается Гию, когда его с лёгкостью вносят в дом и с щемящей сердце аккуратностью укладывают на диван. Правда, после этих слов по его макушке прилетает не сильный удар. — Ай-ай, да ладно тебе, ты бы точно уже читал мне пятый круг своих нотаций, а так хоть только фыркаешь, да смотришь зверем. Сабито недовольно скривил губы, показывая своё отношение к подобным «шуткам». Вкупе с широким шрамом вышло очень даже выразительно и лаконично. После этого парень вновь вздохнул, оставляя друга на диване и уходя в сторону ванной комнаты. — Сабито, не стоит, я сам справлюсь с этим, — чувствуя некоторое смущение от обилия чужой заботы, попытался привстать Гию, но хмурый взгляд друга заставил смиренно замереть. — Это всего лишь небольшое растяжение — я получал травмы и похуже этого. Сабито, не на секунду не прекращая активные подготовки ванной комнаты, лишь недовольно фыркнул, признавая чужую правоту. Иной раз Томиока был просто невыносим — пока остальные Столпы соглашались посетить лазарет после заданий, он всегда первым делом ломился домой. Сабито до сих пор не может забыть тот день, когда Гию буквально свалился на пороге, заливая пол кровью. Кажется, именно тогда они впервые серьёзно поругались. — Так, а вот уж помыться я смогу сам, — встал с дивана Томиока, когда друг закончил приготовления и явно собирался точно таким же образом доставить его в ванную комнату. Конечно, Гию научился уже принимать чужую помощь, но он не был настолько беспомощным, чтобы пользоваться добротой Сабито. Парень на секунду задумался, а после, видно посчитав внешнее состояние истребителя удовлетворительным, кивнул. Пусть Сабито и был иной раз слишком заботливым, но он понимал личные границы друга, который всё же пережил немало жизненных трудностей и имел своих внутренних демонов. Пока в ванной зажурчала вода, Сабито решил подготовить поздний ужин. Для Гию он как всегда приготовил тушёный лосось с редисом, который истребитель любил, но его готовка занимала слишком много времени в порывистой жизни. Себе же парень решил сделать привычный крем-суп, но в этот раз порцией поменьше, чтобы не растягивать приём пищи на полчаса. — Ох, я будто заново родился, — довольно потянулся Томиока, выходя из ванной комнаты и вытягивая за собой полупрозрачные облачка пара. В противовес своему нраву Гию любил посидеть в горячей воде и расслабить мышцы. — О, ты уже всё приготовил? Да ты прям хозяюшка, — мягко улыбнулся истребитель, заметив друга, что откинулся на спинку дивана и две тарелки ещё горячего ужина. На эту заезженную шутку Сабито только приподнял одну бровь, быстро оглядывая закрытое белым халатом тело друга. Не обнаружив на нём новых ран, тот отодвинулся в сторону, приглашающе хлопая по месту рядом с собой. — М-м-м, как всегда восхитительно, — с еле сдерживаемым удовольствием протянул Гию, чувствуя, как вкусная еда согревает изнутри и придаёт сил. Пусть после ванной и было ленно, но истребитель чувствовал, что готов хоть сейчас отправиться на новое задание. Сабито обычно предпочитал есть отдельно, но сегодня сам воздух напитался странным настроением обоих жильцов дома, поэтому парень старался как можно аккуратнее есть свой крем-суп. Правда, иногда он всё же проливал часть, но никто не обращал на это внимания — всё было ясно и так, поэтому бесполезные слова лишь повредят воцарившемуся покою. — Ах, точно, ты, наверное, хочешь узнать о задании, — встрепенулся Гию, когда почувствовал внимательный взгляд друга на себе. Сабито уже закончил со своей порцией и терпеливо ждал, пока и Томиока отложил тарелку со столовыми приборами в сторону. — На самом деле, думаю, это первый раз, когда я не знаю, как именно тебе описать то, что произошло. Сабито вмиг нахмурился, показывая возникшее в груди волнение — даже после сражения с сильным демоном друг находил яркие слова для описания произошедшего. Теперь же он напрямую признавался в таком. — Да-да, вот такое тоже бывает, — выдавил из себя неловкий смешок Гию, отводя взгляд в сторону. Истребитель не знал, с чего стоит начать этот странный рассказ, который закончиться на столь неоднозначной ноте. — Итак, в этот раз меня отправили в качестве охранника важных документов, которые попытаются выкрасть демоны. Сабито, кажется, даже подавился от такого заявления, но после перешёл на хрипящий смех, смотря на нахмурившегося друга. — Да, и такую работку нам выдают, — закатил глаза Гию, вспоминая свою первую реакцию на содержание миссии. — И мне пришлось отправиться в ту лабораторию. Около двух часов ничего не происходило, однако, потом, будто из неоткуда появился странный демон с чучелом кабана на голове. И вновь Сабито заливается смехом, только представив эту уморительную картину: демон в кабаньей голове и его ошарашенный друг-охранник с катаной наперевес. — А потом этот идиот решил идти «напролом» и вынес меня через окно в конце коридора, — фыркнул Гию, вспоминая своё абсолютное замешательство в этот момент. — Потом он всё же снял свою кабанью голову и отчего-то решил сразу же переключиться на мой клинок. Я тогда мало что понимал, поэтому он смог меня опрокинуть и… Господи, какой стыд… мы продолжили бороться на земле. Именно поэтому я вернулся, будто меня вываляли в грязи — в принципе, она так и было. В это время Сабито уже задыхался от непрерывно смеха, корчась на диване и вытирая выступившие слёзы. Конечно, иной раз челюсть отдавалась болью от слишком активного раскрытия, но парень готов был перенести это ради прилива таких эмоций. — Однако потом пришли Кёджуро и Тенген, — еле сдерживая улыбку от такого не в меру весёлого друга, Гию всё же решил продолжить свой рассказ, — однако, вместе с ними подоспели ещё два демона. Сабито резко замолчал, поднимая напряжённый взгляд на спокойного истребителя. — И всё же, они лишь оттащили от меня своего товарища, а позже даже попросили прощение, — видя, как брови друга стремительно ползут вверх, Гию полностью понимает его неверие. Всё это и вправду больше похоже на странный анекдот — встретились как-то три охотника и три демона, поговорили о своих жизнях и разбежались как добрые друзья. — Как выяснилось в ходе диалога, человек, что заказал у нас охрану бумаг, продал их же демонам на добровольной основе. Однако, кажется, он не хотел останавливаться на полученном и решил ввязать в это дело нас, охотников. Таким образом, забрав деньги и настоящие документы он оставил нас всех сражаться за пустой воздух. Сабито в шоке распахивает глаза, неотрывно смотря на друга и, кажется, до конца не верит, что опасная драка с демонами обернулась человеческим мухлежом и мирным решением с обеих сторон. — На самом деле я и сам не понял, что случилось, но, кажется, и Тенген и Кёджуро в курсе этих демонов, как и Ояката-сама, поэтому завтра я отправлюсь к нему, — вздохнул Гию, откидываясь на спинку дивана и тем самым показывая конец своего рассказа и мыслей в целом. После этого между ними воцарилось молчание — каждый думал о своём, переваривая всю ту информацию, что им преподнёс день. Сабито явно требовалось больше времени, чтобы осознать столь простое разрешение ситуации с демонами и, кажется, первым осознанным «сговором» с ними. Гию знал, что друг всё ещё не мог спокойно смотреть на демонов и любые разговоры о их сознательности могли вызвать непрерывную цепочку внутренних метаний. Взгляд невольно падает на кривой шрам, что покрывает половину лица Сабито. Томиока вновь окунается в те вводящие в дрожь воспоминания. То было днём начала их отборочных на полноценное звание истребителем. Гию, Сабито и Макомо пообещали друг другу держаться вместе, так как никакими правилами это не запрещалось, ведь тогда главным было выжить неделю в суровых условиях леса, под завязку наполненного демонами. Ещё детьми, они могли с уверенностью поднимать клинок на подобных им существ и без сожаления отрубать их головы. Жестокость вынуждает зародиться безжалостность даже в столь чистых существах, как дети. В последний день их пребывания в лесу вся троица уже представляла гордость в глазах наставника, а так же свою форму и клинки ничирин. Особенно активно об этом судачил Сабито, чья катана покрылась зазубринами от частого использования. В отличие от Макомо или Гию, паренёк рвался в бой с каждым встреченным демоном и без проблем расправлялся с ним. Всё же, не зря Урокодаки считал его своим выдающимся учеником, который с самого первого дня гордо объявил о цели стать следующим Столпом воды. Друзья же поддержали его начинания, нисколько не завидуя и не обижаясь. И всё же, тот лес был не простым парком для прогулок, и это ребята осознали слишком поздно — на их пути возник странный демон с множеством рук. Он явно отличался от всех остальных, ведь его энергия буквально забивала все чувства охотников, вынуждая иной раз сбиваться с дыхания. Гию и Макомо еле могли увернуться от жёстких атак тяжёлых конечностей — Сабито заметил бедственное положение друзей и решительно приказал им убегать, оставляя демона на него. Всего на секунду Томиока ощутил сковавший страх, но, когда нечисть странно изогнулась, хватая отчаянного Сабито за голову, Гию не смог просто так сбежать. С Макомо они перерубили конечности демона, и под его пронзительные визги поспешили отнести друга подальше. К счастью, им повезло скрыться от внимательного взгляда нечисти и доволочь бессознательного Сабито к саду глициний. Там их уже ждали лекари, которые приняли парнишку с обезображенным ужасными ранами лицом. Когда им предложили выбрать материал для их катан, Макомо неожиданно отказалась — заливаясь горькими слезами, девочка с дрожью призналась, что не сможет стать достойным охотником. После увиденных ужасов и чуть не потерянного друга её руки более не могут держать клинок. Гию с горечью проводил взглядом тонкую фигуру, когда наугад указал на предоставленный камень. После этого он первым же делом поспешил в лазарет, где должен был отдыхать его друг. Челюсть Сабито пришлось собирать почти по кусочкам — именно так сказал один из лекарей. Сам же паренёк ещё долгое время не приходил в себя, а стоило его глазам распахнуться, то Гию увидел то, что никогда не забудет — всепоглощающие печаль и смирение. Только проснувшись Сабито уже понял, что его карьера истребителя закончилась, так и не начавшись — повреждение лицевых нервов не позволяло использовать дыхание. Так же пострадали более привычные функции — парень не мог нормально двигать челюстью, а значит и говорить, жевать и даже улыбаться. Гию до сих пор с дрожью вспоминает первые годы своей работы охотником — каждое задание он не мог выкинуть из головы образ друга. Сабито пытался выглядеть бодрым и даже иногда смотрел почти по-честному радостно, но некогда яркие глаза потухли, потеряли тот азарт и тягу к жизни. Томиока серьёзно считал себя виновным в том, что не мог помочь другу, что именно из-за его слабости он вынужден был пожертвовать собой. Эти мысли съедали его изнутри. И всё же, когда Гию самостоятельно достиг звания Столпа, то он решил во что бы то не стало показать Сабито другую сторону его новой жизни. Он забрал ошарашенного друга из лазарета, где тот буквально поселился после отборочных и привёл в свой собственный дом. Томиока поставил своей целью сделать жизнь дорогого человека радостной — пусть даже в пределах небольшой деревеньки, но он сможет ощутить потерянное в четырёх стенах счастье. Со временем, кажется, Сабито стал просыпаться от своей бесконечной тьмы смирения — взгляд иной раз блестел так же, как и много лет назад. Иногда парень даже мог улыбнуться, чуть дёрнуть уголками губ и Гию каждый раз не мог оторвать взгляд от него. Пусть лицевые нервы было нельзя так просто восстановить, но некоторая практика и вера помогли Сабито найти способ использовать другие для привычных дел. Теперь же парень мог делать почти всё то же самое, что и обычный человек, кроме питания твёрдой пищей и речи. Говорить Сабито так и не стал, но Гию не настаивал — ему хватало одного выразительного взгляда, чтобы в голове пронеслись нужные слова. Кажется, это было похоже на странную мысленную связь, что установилась за годы совместного проживания. Уйдя в свои мысли, Томиока поздно осознал, что прямо сейчас привычным движением перебирает персиковые волосы Сабито, что улёгся на его колени. Иной раз парень не сдерживался и позволял себе такие телячьи нежности. Сам же Гию был не против такого — среди жестокого мира, под завязку набитого кровожадными демонами, эти минуты спокойствия были подобно чистому золоту. — Знаешь, те демоны были такими странными, — сказал в пустоту дома Гию, вспоминая как по-человечески горели глаза того демона, который спорил с ним. — Как будто передо мной был… человек. Сабито еле заметно шевельнулся и Томиока не сдержал мягкой улыбки — таким его друг очень походил на домашнего кота. — Возможно, я схожу с ума, но мне отчего-то было так легко поверить в их слова и я не на секунду не подумал об их сущности, — задумчиво тянет истребитель, аккуратно зарываясь кончиками пальцев в мягкие локоны и еле задевая чувствительную кожу головы. Всё же волосы у Сабито были пышными, нежными, будто у породистых котов, которые жили у богатеев мира сего. — Почему-то мне хочется встретиться с ними вновь… На это Сабито легко обхватил лежащую на коленях руку Гию и в молчаливо поддержке сжал её. Пусть другой демон сломал его жизнь, но сейчас глупо судить всех по одному. Возможно, именно это станет их решающим шагом в светлое будущее. Будущее, где демоны и люди перестанут убивать друг друга ради незримых целей.