Ванна, пена и тд.

— Коль, что ты делаешь? — Всего лишь помогаю тебе принять ванную. Но Роме не кажется, что быстрые движения рукой по основанию его члена под водой – помощь в принятии ванны. Некоглай поплотнее обхватывает вставший орган, всё ещё улыбаясь так, будто бы ничего не происходит, и продолжает дальше дрочить, с жадным удовлетворением ловя первый тяжёлый вздох, что тихо издал Мокривский, недовольно смотря своему извратителю в довольное лицо. Но скоро Коля изменит этот взгляд. Пошлые хлюпанья звучали ещё отчётливее из-за воды, и у стримера начали краснеть уши и щёки – но приходилось слушать. Лебедев от своей любимой цели пошалить никогда не отступится. Рома мог лишь отвернуться к стенке, и тихо сдерживать всхлипы, глуша их тыльной стороной руки, да плыть от приятных ощущений.

***

Тело Мокривского давно уже расслабилось, отдавая тело приятной, ленивой истомой и негой, склоняя сознание в сон да покой. И он бы так и уснул в этой мягкой, успокоительной пене, если бы не… — Привет, что делаешь здесь? У Некоглая всегда были тупые вопросы насчёт того, чем Мокрица занимается, хотя клоун прекрасно видел всё, что его парень делал или каким образом проводил своё время. Но нет же, спросить и докопаться тому обязательно надо. Именно поэтому он влезает сейчас в его обитель спокойствия, садиться рядом и начинает заёбывать ненужными вопросами, а Рома устало отвечать. — Слушай, а ты какую пену кладёшь? — Которую ты всегда покупаешь. — Вода тёплая или холодная? — Нормальная. А ты что, никогда в ванне не мылся? Коля, че за тупые вопросы? — Неа. Не мылся. Поэтому и спросил. – Лебедев фыркнул, поудобнее усаживаясь на стуле. Кажется, он и на край ванны может сесть, если его отсюда не выпереть. — Ой, можно не мешать мне, иди своими тиктокерскими делами занимайся, накручивай там, а меня в покое оставь. – шлёпнув рукой по водной глади, Рома тем самым пустил лёгкую волну и отвернулся к стене. Коля как-то подозрительно притих. Может, тихо ушёл просто? Но ведь этот клоун тихо не умеет, ему надо громко, видите ли. — Коль, ты уш-... Резко парень почувствовал, как по его коже прошёлся чей-то длинный, шаловливый пальчик, что медленно очертил линию на плече. Мокривский дёрнулся всем телом, а затем обернулся, встречаясь взглядом с чужими, более выразительными. Всё таки придвинув стул поближе, Некоглай наклонился, вытянув левую руку к расслабленной коже своего парня, дабы просто… Ну, поиграть. А ещё у стримера было очень забавное выражение лица, кое тот сейчас демонстрировал. Роме явно не нравилось, что его таким наглым образом сбивают с любимой процедуры, ну а Шоумену просто нравилось его дразнить, лапая в самых неподходящих местах. — Ты очень тёплый, Ромаш… — Блять, ну не холодный труп. Я же лежу в ванной. – боже мой, нервы сейчас на пределе будут. Мокрица сейчас сбежит, кажется. — Чего ты такой злой то? – теснее обхватывая рукой мягкую кожу, Николай обиженно надул губы, круговым движения проводя по плечу. – Я же как можно лучше хочу. — Лучше будет, если ты мне не будешь мешать, солнышко. Извини. Но я не настроен сейчас на твои шуточки. — А если так? – и Лебедев юрким движением скользнул с плеча и вниз, глубже под воду. Ну а дальше вы и так знаете. — Коля, убери ты руку, блять. — Да подожди! — Что подождать? Подождать, когда я конч-... Рома сильнее свёл брови к переносице, жмурясь от того, что чужие ногти оцарапали его плоть и зло кинул взгляд на накрутчика. Кажется, кого-то сейчас убьют. — Некоглай, ты надо мной специально издеваешься? — М? – уж больно увлёкшись делом, тиктокер не заметил, каким красноречивым да раздражённым взглядом одарил его Мокрица. Лишь мог наблюдать, как чужой член в его тёплом кулаке с хлюпаньем скользит в воде, да возбуждённо облизывать свои пересохшие губы, с восторгом наблюдая за этой картиной. Но особенно приятно было, когда недовольный тон Ромы резко сменялся на сладкие стоны, что тот всё ещё пытался прикрыть. Но давайте вспомним, что руки то у разоблачителя мокрые – соответственно, они постоянно сползают с губ. Выходит, что рот тот закрыть себе не может, и просто периодически забывает об этом да громко всхлипывает, тут же жутко стыдясь своей же реакции. — Ёбанный Коля, ты-... Т-так, не перестанешь мне-... Чтобы заткнуть возмущённую тираду, Некоглай ещё чаще начал стимулировать скользкий орган, оддрачивая с такой быстротой, что начала лететь во все стороны вода да попадать тиктокеру на волосы. Но Лебедеву и на это как-то всё равно, потому что ну слишком приятно было видеть такое красное и извращённое лицо, что Мокривский всё это время старался прикрыть руками, одновременно с этим ещё и пытавшись убрать чёртовы пальцы от себя. Результата – ноль. — Вечно играешься со мной, Коля-... — Вечно мешаешь мне, Ромик. Просто наслаждался бы ощущениями, а не отпихивал меня вечно. Глупый. Ещё больше злясь после этих Колиных противных слов, Рома попытался сжать колени и помешать клоуну, но тут же широко распахнул глаза из-за того, что ощущения, блять, ещё ярче стали и острее – всё как-то сжалось, что жуть. Затем глянул размытым, тяжёлым взглядом на тиктокера и заметил, как тот шире начал ухмыляться уголком губ. — Ну что, ошибочка вышла? Здесь стример и понял, что это бесполезно. Но не только бесполезно, а ещё и довольно таки приятно. Да и почему не дать своему парню тебе подрочить, вы же в отношениях? Был только один казус. Если дать Некоглаю волю, он и в других местах так его зажимать станет. И придётся тогда уже больше закупаться салфетками. Ну ничего, Роман и сам сейчас кое-что придумал. Пусть зайка доделает своё дело, и тогда уже посмеётся разоблачитель. Поэтому в дальнейшие секунды стример постарался расслабиться, стараясь сделать взгляд равнодушным и не таким довольным плюс мутным, каким тот был сейчас. Но вот только Лебедев принялся уже нежнее оттягивать кожу на головке, а ещё и вдобавок обводить пальцами какие-то быстрые кружки, что просто так лежать с безразличным, холодным лицом у Мокрицы не получалось ни коем образом. Рот сам собой открывался, предательски ублажая клоуна своими заводящими стонами, срывая Николаю крышу с такой мощью, что тот и сам уже от удовольствия начинал мычать да сладострастно до ручки дрожать. Почему-то эмоции и ощущения стримера часто передавались и ему. Видимо, они слишком похожи. Два клоуна. Слишком тяжёлые, слишком похабные вздохи срывались с чужих губ, что взять и не наклониться для поцелуя у Коли просто не получалось. Больно хотелось поиграться с Роминым бедным дыханием и чуть поиздеваться-помучить, сводя любимого с ума. Ну он ведь так часто делал, не осуждайте… Именно тогда то Мокривский поучаствовал, как тело задрожало сильнее, а рука Шоумена отчего-то рывком сместилась в сторону, заставляя парня окончательно сорвать голос. А затем, всё ещё находясь в лёгком, безсознанном положении, стример воспользоваться моментом, когда его мучитель наклонится достаточно низко, резко схватил того за мягкую ткань толстовки и с силой потянул Колю вниз. — Что ты делаешь?! — Всего лишь помогаю тебе принять ванную! Визжа и отбрыкиваясь, Некоглай с ужасом забарахтался в воде, наблюдая за тем, как вся его одежда склеилась и намокла. — Рома, блять, это новая толстовка, чё ты-... Но Мокрица больше не желал этого двухцветного придурка слушать, поэтому с силой притянул за мокрые, свисающие вниз волосы и, накрутив те на кулак, заткнул возмущённые вскрики поцелуем. А Лебедев только и мог думать о том, какая неприятная эта вещь – пена. Ну, это же точно пена?