Соглашение о неразглашении

      На пол с глухим стуком опустилась жестяная банка газировки, благо, почти опустевшая, иначе её владелец был бы уже весь покрыт сладким и очень липким соком. Накахара уже в который раз проиграл Дазаю, причём игра была не такой уж замысловатой — обычные карты, но увы, либо Осаму так хорошо мухлевал, либо у Чуи сегодня был просто не самый удачный день.       — Засучи свои рукава, ублюдок! — тут же рыкнул Накахара, начиная перемешивать заново карты, как и полагается всем проигравшим.       Дазай лишь удовлетворённо хмыкнул, отставляя свою банку с газировкой в сторону и послушно приподнял длинные рукава до локтей. Сегодня они немного задержались в Доме Озаки, так как девушка была сильно занята на протяжение всего дня без возможности выслушать их доклад, на что работницы Дома решили запихать их в комнату Чуи, чтобы те не вертелись под ногами. Накахара, конечно же, был не в восторге от такой продолжительной компании Осаму, да и от глаз не укрылись краснеющие лица девушек с хитрыми улыбками, чего лично Чуя не понимал. Ну а Дазай… либо не заметил, либо сделал вид, никак не уделяя внимание такому поведению.       — Ну-ну, Чуя, разве мог я тебя обмануть?       — Ещё как! — тут же отрезал Накахара, недовольно косясь на чужую ухмылку. Кажется, Осаму уже давно потерял весь азарт игры, хотя бы из-за слишком большого количества раундов, что иногда его подводило, давая Чуе неплохую фору. — Честность и ты просто не могут стоять в одном предложении, понимаешь?       Дазай тут же наигранно расстроился, надув щёки:       — Бу, какой ты грубый! Я, между прочим, довольно часто говорю правду, просто не все это замечают, — когда Чуя начал раскладывать карты специально ближе к себе, Осаму пришлось вытянуться, перебирая руками по полу, чтобы дотянуться, из-за чего голос перешёл из обиды в недовольное кряхтение. — Или не хотят замечать, чтобы не признавать свои проигрыши. Как ты, например!       Чуя, успешно проигнорировав его слова, уже было вновь потянулся за газировкой, но за дверью неожиданно послышался какой-то грохот, из-за которого рука невольно дёрнулась, и весь оставшийся напиток вылился на пол. Недовольно тц-кнув, Накахара тут же подскочил, чтобы не испачкать одежду, и поспешно разыскал тряпку, вытирая пол.       — Да ты не только дурачок, но ещё и с кривыми руками, — Осаму поднялся следом, но уже направляясь в сторону двери, причём без какого-либо стеснения, будучи в юкате! Когда девушки их только запихали в комнату, Осаму буквально разнылся, говоря, как же в Доме душно, а из-за пасмурной погоды и скорого дождя окна, к сожалению, не открывались, и чтобы всё-таки успокоить этого неугомонного ребёнка, ему решили выдать халат. — Что случилось? — уже выглядывая из-за двери, поинтересовался Осаму.       — Юан! — завопил чей-то женский голос. — Из-за тебя всё пролилось, дурёха! Под ноги лучше смотреть не учили?       — Прости-прости, Минами, я ведь не специально!       Дазай с интересом наблюдал за спором двух девушек, лишь хлопая глазами, и только было открыл рот, чтобы как-то это прокомментировать, как выросший из-за спины Накахара лишь заставил его дёрнуться, испуганно ойкнув.       — Нужна помощь? — сухо поинтересовался Чуя, недовольно приподняв одну бровь. Девушка по имени Минами посмотрела в ответ так же грозно и даже раздражённо, будто готовая вот-вот осыпать юношей всеми возможными колкостями, но на удивление лишь спокойно выдала:       — Ну уж будь добр не стоять столбом! Хоть так отработаешь свой ужин! — опустив свой взгляд на растерянную Юан, которая лихорадочно собирала чудом уцелевший сервиз с пола, она добавила. — Как соберёшь всё, быстро ко мне!       Осаму аж воздухом подавился от этой сцены и, подождав пару секунд, прежде чем эта Минами удалится из виду, наконец произнёс:       — Змеюка какая. Ужас!       Чуя же предпочёл оставить этот момент без комментариев, послушно опустившись на корточки и удачно прихватив тряпку, которой ранее вытирал пролитый сок, стал убирать весь пролитый чай. Девушка лишь смогла благодарно кивнуть, стыдливо поджав губы, попутно пересчитывая все упавшие чаши из сервиза, и только обеспокоенно начала вертеть головой, в поисках недостающего блюдца, как Дазай поспешно указал за её спину.       — Оно там, осторожнее, — устало опершись о дверной косяк, Осаму внимательно осмотрел растерянную девушку, подмечая для себя необычную деталь — та была молодой, даже очень, можно сказать, их ровесница… И она уже работает в Доме? Нет, это же бред. — Кхм, ты ведь здесь просто помогаешь, да?       Юан удивлённо похлопала глазами, собирая весь грязный сервиз на поднос, и тут же кивнула:       — Да… Коё-сан дала мне самую лёгкую работу — бегать да чай разливать, — кажется, девушка хотела добавить что-то ещё, но тут же запнулась, не решаясь выразить мысли вслух, и чтобы не создавать неловкую паузу, она перевела взгляд на Чую. — Благодарю за помощь. И… простите за те слова, Минами чересчур груба с вами.       Накахара успел только удивлённо вскинуть брови, пока Юан уже собиралась подняться с подносом и уйти, но благо, он успел вовремя собрать мысли и с довольной улыбкой кивнуть:       — Не тебе извиняться за то, что сказала та змеюка. К тому же, мне не трудно помочь, обращайся.       Осаму был явно рад, что его мнение хоть кто-то поддержал, но не подал виду, глядя на смущённое лицо девушки. Та вновь поджала губы, но уже в попытке сдержать появляющуюся улыбку — увы, в Доме всегда была строгость, и лишний раз улыбаться было непозволительно, впрочем, как и открыто высказываться в сторону старших, так что Юан хоть и всем своим видом показывала, что согласна с юношами, всё равно должна была промолчать.       — Ладно, пойдём, Чуя, а то задержишь бедную Юан-чан, и ей снова влетит, — девушка вновь благодарно кивнула, молча удаляясь вслед за Минами, пока Накахару в очередной раз так бессовестно утянули за руку назад в комнату, захлопывая дверь. — Так-так, малыш Чуя уже заглядывается на девушек в Доме, а? — протянул Осаму с гаденькой ухмылкой на лице.       Как только они казались за закрытой дверью, Накахару сразу же прижали к стенке, и едва тот успел осознать, что вообще происходит, как брови сразу же поползли к переносице, а взгляд стал острее, выражая всё недовольство юноши к этой ситуации.       — Сколько можно меня постоянно хватать и куда-то тянуть? И ни на кого я не заглядывался! — в попытке вырваться Чуя резко дёрнулся вперёд, и не успевший как-то среагировать Дазай получил чужой макушкой по лбу, но хватку не ослабил, только болезненно зашипев:       — Ай-яй…! Чуя! — помотав головой в попытке согнать боль, Осаму вновь с усмешкой посмотрел на Чую, продолжая радостным голосом растягивать слова. — Не прикидывайся, ты ведь тоже видел, как Юан тебе глазки строила?       — Для тебя вежливость приравнивается к заигрыванию? Извращенец! Хватит меня уже держать! — вновь забрыкавшись, на этот раз Чуя попытался поставить Дазаю подножку и вполне успешно, ведь после очередного толчка тот, не удержав равновесие, отскочил на пол, недовольно сморщившись и потирая поясницу, злобно покосился на Накахару.       — Пф, да и пожалуйста. — уже более спокойно заявил Дазай, моментально посерьёзнев. — Ты и вправду идиот, раз не замечаешь таких простых вещей — будто бы девушку так легко смутить какой-то помощью, — Чуя в ответ лишь непонимающе выгнул одну бровь, и Осаму, разочарованно закатив глаза, всё же решил пояснить. — Будь ей всё равно, она бы даже не посмотрела на тебя, а лишь скромно поблагодарила и ушла. Но тут была целая гамма красок на лице! Цени это, Чуя.       — Что за глупости ты несёшь? — пожалуй, в голосе уже не было той уверенности в своей правоте, и попробовав вспомнить детально лицо девушки, которое было перед ним всего минуту назад, Накахара всё же предпочёл перевести тему. — Да и с каких пор ты спец в понимании девушек?       — Ну… — Осаму тут же натянул кошачью улыбку, гордо приподняв голову. — Опыт имеется!       — У девственника-то? — Чуя выразительно усмехнулся, сталкиваясь с чужим осуждающе-недовольным взглядом — что поделать, Дазай в данной ситуации, доверия ну совсем не вызывал.       — И это я слышу от мальчика, живущего в Доме? — с такой же усмешкой ответил Дазай. Чуя непонимающе похлопал глазами, уже собираясь спросить, что Осаму имеет в виду, но тот его опередил. — Разве ты не знаешь? Раньше всех девушек в Домах приобретали, буквально покупали за деньги нетронутых красавиц. Для каждого знатного господина было чуть ли не долгом заполучить себе «чистую» девушку, и чтобы тех не одурачили, девицам запрещали видеться с мужчинами, будь то даже братья или отцы.       — …И на что ты намекаешь? — Чуя слегка понизил голос, словно готовился вот-вот вцепиться Осаму в глотку за любое лишнее слово, но тот даже несмотря на риски всё равно продолжал гаденько улыбаться.       — А на то, что совсем оградить этих девушек от мужчин не получалось, и если те проживали рядом с ними в Доме, то их лишали их достоинства, — наконец победно закончил Дазай, изобразив руками ножницы, глядя на застывшего Накахару. Тот явно был ни жив, ни мёртв, и сам ещё не до конца осознавал, что ему больше хочется сделать с Дазаем: связать и избить или просто убить.       Благо, этот ступор не продлился больше нескольких секунд, и уже в следующее мгновение Осаму в затылок с помощью гравитации прилетела подушка, причём с такой силой, что тот аж согнулся. Не теряя времени, Чуя подлетел сверху, повалившись на него всем телом и прижав противника к полу, пока тот болезненно содрогался от чужого веса на себе.       — Ты сам подписал для себя смертный приговор, идиота кусок! А ведь мог вовремя включить мозги и промолчать!       — Кхе… Чуя! Тебе… тебе пора садиться на диету! Слезь, ты ведь мне все рёбра так переломаешь!       — Вот и замечательно! У мафии будет меньше проблем со всякими сотрудниками-идиотами, — фыркнул Накахара, но на пол всё-таки слез — труп ведь потом ему выносить придётся, а это лишняя морока. — И что мне делать со своим весом я уж и сам прекрасно решу! По крайней мере, я не доходяга, которого ветром сдувает, как ты.       — Э-э? Я вообще-то тоже не кожа да кости! Уверен, даже такой коротышка как ты мне не соперник, столько раз проигрываешь, — Осаму деловито улёгся на полу, подвинув кинутую в него подушку под голову, и с вызовом посмотрел на Чую. Тот просто молча сидел, повёрнутый боком к нему, и смотрел куда-то вперёд, о чём-то раздумывая, пока наконец не выставил локоть над чужим животом, резко двинув им вниз.       Дазай моментально содрогнулся всем телом, только болезненно открыв рот и застыв в позе креветки, больше не смел даже шелохнуться. Казалось, в этот самый момент из него медленно вытекала жизнь, заставив лицо побледнеть, а взгляд застыть от боли, на что Чуя спокойно подметил:       — Больше выёбываешься, чем побеждаешь.       Ответа не последовало. Ещё пару секунд просидев в скрюченном положении, Осаму замертво свалился обратно на пол, уже болезненно сверля потолок, пока Накахара, решив не терять времени зря, собирал разбросанные карты с пола.       — Так что, сыграем ещё или ты угомонился?       Ответ вновь последовал не сразу, Дазаю понадобилось чуть больше минуты, чтобы наконец-то прийти в себя и болезненно прохрипеть:       — …Я пожалуй… откажусь…       — Мудрое решение, — с усмешкой кивнул Чуя.

* * *

      Практически всю ночь лил проливной дождь, что сильно ухудшало обстоятельства. Когда Осаму с Накахарой наконец-то встретились с Коё, доложив ей обо всех результатах «разговора» с пленным, первого сразу же выставили за дверь, скромно поблагодарив за помощь, в которой, в общем-то, никто не нуждался. Ну и пожалуйста! Будто бы после такого отношения к себе Дазай ещё станет им как-то помогать.       Основная цель его визита в Дом, формально, была выполнена — пообщаться насчёт слухов с Коё и забрать Накахару. Вот только Озаки в этот раз лишь с улыбкой пожала плечами, издевательски подметив: «Ты ведь вчера говорил, что никакая помощь не требуется», а Чуя же предпочёл остаться под крылышком у Исполнительницы, где его никто посреди ночи за дверь не выставит и без сытной пищи не оставит. Пожалуй, Осаму и сам был бы не прочь остаться на пару ночей в Доме — кто в своём уме откажется от компании красивых женщин, которые за тобой ещё и ухаживают? — но к сожалению, это желание явно не разделяют с ним остальные.       Теперь же, снова появившись на коврике у Огая, Дазай с детским интересом разглядывал различные медикаменты на полках, выискивая среди них таблетки с летальной дозой. Мужчина молча записывал непонятно что, непонятно в чью медкарту, что откровенно не интересовало Осаму, который сидел так же молча. Тишину разбавляли настенные часы, которые довольно раздражающе тикали в медкабинете, пока со стороны Мори не послышался глухой звук перелистывания листов.       — Дазай, — в ответ юноша никак не отреагировал, продолжая читать описание лекарств. — Не мог бы ты снова чуть-чуть поработать?       — М-м, — неохотно отозвавшись, Осаму взял с полки небольшой бутылёк, с интересом его рассматривая, и повернулся к мужчине с недовольным взглядом. — Чего вам?       Мори выразительно выгнул брови — спасибо, что Осаму ещё соизволил обращаться к нему уважительно, однако его тон оставлял желать лучшего.       — Сегодня будет многообещающая ночь, так что положи препарат для повышения артериального давления на место, — устало хмыкнув, мужчина отбросил медкарту к краю стола, потерев переносицу. По окнам всё продолжали стучать капли дождя, хоть тот уже и поливал не так охотно, как пару часов до этого, но он всё равно мешал сосредоточиться в этой полной тишине на своих мыслях. — Ты ведь помнишь наш вчерашний разговор?       Дазай тут же закатил глаза: от таких вопросов складывалось впечатление, будто бы к нему относятся как к какому-то ребёнку. «Эй, Дазай-кун, а ты не забыл сегодня поесть? А помнишь, я просил тебя сменить рубашку? Ты уже сделал уроки?», к чему все эти уточнения? Огай иногда сильно раздражал своей навязчивой осторожностью, хоть делалось это не с пустого места. Процветай бы сейчас мафия, ошибки были бы простительны, но увы, сейчас их допущение могло считаться фатальным.       — Вы про коротышку? Да-да, всё я помню, — недовольно пробубнил Дазай. — «С королём Овец стоит быть начеку», это я знаю. И то, что он хочет сегодня вытащить своего дружка — тоже. Не беспокойтесь, я встречу их как полагается.       — Уж будь любезен и сам не пострадать. Потерю такого ценного сотрудника мафия просто не вынесет, — едва сдержав усмешку, Мори получил в свой адрес самый недовольный взгляд из всех, что были в арсенале Дазая, решив его успешно проигнорировать. — Ты ведь уже получил наркотик, не так ли?       — Да, ещё утром. Но Чуя вёл себя вполне спокойно при разговоре с Ширасе, так что он не понадобился, — приподняв край плаща, Осаму наглядно потряс им. — Шприц всё ещё тут.       Огай шокировано похлопал глазами, едва ли борясь с желанием прямо сейчас подняться и дать Дазаю хороший подзатыльник, чтобы тот бережнее относился к вещам!       — Осторожно, не разбей! — наконец отойдя от ступора довольно резко произнёс Мори, недовольно нахмурившись. — Относись к моему труду хотя бы с каплей уважения, а не просто запихай стеклянный шприц в карман! Хотя бы в футляр его убрал для приличия.       — Э? Как вы себе это представляете? — тут же усмехнулся Дазай. — Вот Чуя на меня нападёт, мы начнём драться не на жизнь, а насмерть, и я посреди боя говорю: «Стой! Подожди минутку, я достану для тебя шприц со специальной инъекцией, аккуратно убранный в футляр, вколю его тебе, и мы продолжим драться, хорошо?». Да он же мне челюсть сломает быстрее, чем я вообще рот открою!       — Зато разовьёшь у себя навык переговоров, — с усталой улыбкой пожал плечами Огай. — В любом случае, будь осторожнее с этой инъекцией. Если вдруг разобьёшь, Чуя-кун, вероятно, не станет убивать тебя без предварительных пыток. Хотя в любом случае-       — «Действуй, исходя из обстоятельств», — монотонным голосом перебил Дазай. — Да-да, я всё прекрасно помню. И раз уж на этом всё, значит, я могу идти? — состроив незаинтересованно-вопросительный взгляд и убирая лекарство на место, Осаму покосился на мужчину, медленно поднимаясь на ноги.       Мори так же незаинтересованно глянул на настенные часы, что продолжали так надоедливо тикать, и согласно кивнул.

* * *

      — Быстрее, быстрее! Кажется, они пошли туда! — крикнул какой-то мужчина небольшой толпе. Все люди были вооружены и одеты по чёткому дресс-коду в чёрные классические костюмы с белыми рубашками. На лицах каждого отчётливо различались гнев и недовольство, у кого-то даже откровенное раздражение, что им приходилось гоняться в дождь непойми за кем и почему.       В одном из самых тихих районов города сейчас было до непривычного шумно, хотя, казалось бы, точно ли шумиха поднимется здесь? В районе, полностью принадлежащем мафии, да ещё и посреди ночи? Кому настолько недорога его жизнь, что он решил самым наглым образом вторгнуться сюда, при этом ещё и бессовестно разрушив часть одного из зданий и кое-что украв. Вернее кое-кого, а именно одного из пленных вражеской группировки, который сейчас спасался бегством, едва ли не спотыкаясь из-за любой неровности на земле и не имея возможности даже перевести дыхание.       — Чуя! — наконец взмолился Ширасе, тяжело дыша после такого протяжного забега. Накахара молча завернул в небольшой переулок, в конце которого дорогу перекрывал железный забор, а чуть ближе к ним стояло несколько мусорок.       — Пошли, тут ты сможешь перелезть, — вновь схватив Ширасе за руку, Чуя потянул его вперёд, что оказалось неожиданностью для юноши, и тот чуть ли не свалился на мокрую землю — благо, он был вовремя подхвачен гравитацией. — Да что с тобой? Если не поторопимся, тебя снова будут пытать!       — Тише, мы ведь уже далеко ушли, Чуя, — сипло прошептал Ширасе буквально на одном дыхании. Плечи лихорадочно вздымались, а взгляд не мог чётко сфокусироваться на одном месте, пока в ушах надоедливо звенело, то ли из-за шума дождя, то ли из-за общего гула улицы. — Почему ты… ох, почему просто не убьёшь их? Мы ведь всё равно собрались уничтожить мафию.       — Потому что тогда все поймут, кто он на самом деле, — когда юноши услышали чужой голос, оба одновременно обернулись, и от увиденного их словно прошиб ток: Осаму стоял прямо перед ними, нацепив довольную ухмылку, а в руке виднелся пистолет, направленный прямо на них. Вторую руку он держал в кармане, что тоже слегка напрягло Чую, но он не стал акцентировать на этом особого внимания, сразу же поспешив закрыть собою Ширасе. — Ох, точно! Все ведь и так в курсе, Чуя! Ха-ха, я ведь говорил, что твои стратегии и планы сильно хромают! — довольно прищурив глаза, видя, как соперник с каждым словом уже готов взорваться, и кинуться прямо на него, Осаму чуть понизил голос. — Мат вашему королю.       — Чуя, что ты стоишь! — тут же заорал Ширасе, прячась за его спиной. Сознание едва могло трезво оценить всю сложившуюся ситуацию, но радовало лишь то, что Дазай был здесь абсолютно один. Отлично. Прекрасно! Этот идиот не догадался рассказать, где они остальным, а значит, они всё ещё могут сбежать! — Просто убей его, что ты тянешь?! Нам нужно ведь быстрее уходить!       — Нет, — тут же отрезал Накахара, не сводя взгляда с противника. Ширасе явно не ожидал подобного ответа и даже невольно подался назад, шокировано глядя на Чую, но тот поспешил его успокоить. — Его способность не позволит просто переломать ему шею и уйти. А если я подойду ближе…       — Я выстрелю, и сюда тут же сбегутся все мафиози, правильно, — всё с такой же довольной ухмылкой кивнул Дазай. — А ты всё же не так глуп, как я предполагал. Умеешь думать в критической ситуации, в отличие от твоего дружка, молодец.       Чуя даже глазом не моргнул, а вот Ширасе явно был оскорблён подобной речью, уже вновь готовый плеваться ядом в сторону мафиози, будучи вновь уверенным в своём превосходстве:       — Закрой пасть! Сами будто бы умнее, хотя к вам спокойно влился предатель!       — Ха? Ты про коротышку, что ли? — Накахара тут же в разы помрачнел, взглядом уже выискивая камень, да потяжелее, чтобы можно было кинуть его в самодовольную рожу Дазая, которого будто лишь веселила вся эта ситуация. — Ха-ха, ты что, шутишь так? Мори ведь с самого начала прекрасно знал, кем является Чуя на самом деле! Думаешь, Коё бы просто так начала любезно беседовать с первым встречным и сразу бы допустила тебя к одному из Овец? Смешные такие!       Внутри Накахару всё же прошиб ток уже второй раз, но внешне он старался этого не показывать. Где же он прокололся? Что сделал не так? Почему? Почему его сразу раскрыли? Ответа на все эти вопросы просто не было, а издевательский смех Дазая раздражал с каждой секундой всё сильнее и сильнее, заставляя Чую буквально пылать внутри, пока в голове не всплыла мысль — «Он знает ответы». Значит, прежде чем его убивать, стоит сначала хорошенько допросить и вытянуть всю возможную информацию! Осаму ведь сам говорил, что боится боли.       Решив не терять больше времени попусту, Накахара, так и не отводя взгляда от мафиози, подхватил Ширасе с помощью гравитации, резво перекинув того через забор. Юноша с болезненным айканьем свалился на землю, непонимающе глядя на Чую, пока тот наконец не глянул на него через плечо: — Беги, — Ширасе мог бы возразить и даже хотел, но тон Накахары просто не приемлел возражений, вынуждая молча подчиниться.       Осаму даже не стал никак возражать, всё с той же улыбкой глядя на Чую, лицо которого не выражало никаких эмоций, кроме ненависти. Казалось, по отношению к Дазаю это была уже привычная мина, но сейчас эта ненависть чётко давала понять — в живых тут останется только один.       Сделав несколько шагов навстречу, Осаму всё же поднял руку с пистолетом вверх, чуть ослабляя хватку. Казалось даже, что оружие вот-вот соскользнёт из его пальцев и с глухим стуком упадёт в какую-то лужу, но этого почему-то не происходило. Чуя решил тоже не стоять на месте, ответно приближаясь к противнику, и когда расстояние между ними сократилось до одного метра, Дазай первым нарушил тишину:       — Знаешь, когда я только впервые услышал об этих Овцах, и так называемом Короле… Мне всё было любопытно спросить, почему?       — Что почему? — недовольно выгнув брови, Чуя спрятал руки в карманы, с открытым высокомерием глядя на Дазая. — Хоть твоя способность и создаёт некоторые проблемы, я даже без использования гравитации с лёгкостью смогу сломать тебе шею! Так что не тяни время, и говори наконец прямо!       Осаму с интересом наклонил голову в бок, словно любопытный кот, наблюдавший за своей добычей. Даже странно, с учётом того, что именно он как раз сложил оружие.       — Почему ты им помогаешь, Чуя? — наконец спросил Дазай. — Когда говорил Ширасе, он говорил так, словно эта способность принадлежит ему.       — …Потому что Овцы помогли мне, когда это требовалось, — в этот раз голос был слегка притихшим, а сам Накахара потерял былой пыл ненависти, перейдя к отвращению. — Кому помогать и что мне делать — не твоё собачье дело!       Осаму с интересом понаблюдал ещё несколько секунд на весь спектр этих меняющихся эмоций, разочарованно покачав головой. Казалось, что он хотел сказать что-то ещё или спросить, но вместо этого, лишь снова натянул улыбку и неожиданно-радостным голосом произнёс:       — Ха-ха, прости, прости, просто это так жалко выглядит!       Вновь ухватив пистолет покрепче, мафиози тут же нажал на курок, выстрелив вверх, и буквально на секунду вся улица словно замолкла. Даже капли дождя будто бы притормозили в воздухе, а глаза Накахары успели меньше чем за секунду принять форму блюдца. Он этого не ожидал, это правда, чем и воспользовался Дазай, вынимая из кармана руку с шприцем, но Чуя, словно на автомате, тут же отстранился назад, перехватывая Осаму под локтем.       Один точный удар, после которого послышался хруст костей. Дазай даже не пискнул, однако, явно потеряв своё превосходство в бою, с ужасом выронил шприц, откатившийся на несколько сантиметров. Тот лишь чудом не разбился и не угодил в какую-то лужу, и пока мафиози мысленно превозносил за это всех богов, последовал второй удар, но уже в живот.       Болезненно скрючившись, Осаму прижал сломанную руку к груди, попытавшись отступить на пару шагов назад, но Чуя тут же подставил ему подножку, попутно надавив на чужое горло, из-за чего мафиози рухнул прямо спиной в лужу, ударившись затылком о землю. Боль тут же прошибла всё тело, и Накахара, явно не планирующий на этом заканчивать, вновь наступил на больную руку, всё-таки вызвав недовольное шипение у юноши, который безуспешно попытался скинуть с себя чужую ногу.       — Всё, всё, я ведь повержен! — едва Осаму это сказал, давление на руку ослабло, но не успев даже перевести дыхание, он почувствовал новый удар по челюсти, болезненно прикусив язык. Накахара явно был зол настолько, что простой победы над противником ему было мало — он хотел избить Дазая до такого состояния, чтобы тот сам умирал медленно и в муках.       — Эй, быстрее, там какой-то шум! — со стороны послышались чьи-то голоса, что на секунду заставило Чую отвлечься от чужого избиения, чем и воспользовался Осаму, быстро вытянув здоровую руку в сторону шприца и схватив его, после чего он моментально вонзил иглу в ногу противника, вводя инъекцию.       Накахара тут же дёрнулся назад, опустив взгляд на мафиози, и когда он вновь увидел на его лице эту надоедливую усмешку, по телу прокатилась очередная волна гнева, и он тут же пнул Осаму в бедро, заставив того отлететь аж на несколько метров. Тот перевернулся на живот, не в силах даже поднять головы. Казалось, этот удар был для него последним, и перед Чуей теперь лежит труп, но болезненное кряхтение Дазая всё ещё было слышно.       Пока сзади доносились голоса других мафиози, Чуя хотел было добить противника, но не смог даже сделать и одного шага. Всё тело словно парализовало, резко стало невыносимо жарко, а взгляд словно затуманился. Видимо, Осаму ввёл ему какой-то яд или вроде того, так как в следующую секунду Чуя повалился на землю.       Где-то вдалеке слышались шаги вместе с болезненным звоном в ушах, пока всё тело буквально горело непонятно от чего. Перед глазами замелькали чьи-то фигуры, казалось, его даже подняли с земли, но чужие прикосновения просто не чувствовались, а зрение словно терялось, погружаясь в какую-то пустоту. Ужасное и самое отвратительное чувство тут же посетило его — беззащитность.