cold rain

— Сначала я не обратил внимания, но от этого духа исходит сильная аура, что трудно не заметить или игнорировать. Как ты думаешь, Лань Чжань, это может быть давно почившая невеста Сяо Мэя? Лань Ванцзы, мягко кивнув, подтвердил: — Это она. — Верно. Но вот о чем я думаю, почему она не вошла на круг перерождения? Здесь есть два варианта событий. — Вэй Усянь, играючи начал крутить Чэньцин между пальцев. — Первое. Душа повреждена. А второе… — Темный заклинатель остановился, и выжидающе посмотрел на партнера, в надежде, что тот продолжит. — Она привязана и не может этого сделать. — Продолжил Лань Ванцзы, безэмоционально посмотрев на омегу. Вэй Усянь радостно хлопнул в ладоши, все еще держа в руках черную флейту, и продолжив путь, воскликнул: — Верно! Мой муж даже в призрачных делах сведущ. — Поддразнивающее закончил он, выбивая этим из партнера еле заметный судорожный вдох, что не могло не радовать. — Но Лань Чжань, как ты думаешь, что именно держит здесь душу? Лань Ванцзы ответил: — Не могу быть уверен. Вэй Усянь убрал Чэньцин за спину и продолжил: — Все же это кажется немного странным, поэтому я бы хотел узнать побольше. Лань Ванцзы ответил: — Хорошо. Взгляд Второго Молодого Господина Лань остановился, на опасном музыкальном инструменте, с которым так неосторожно обращался Вэй Усянь. Он замер, серьезно осматривая омегу. Вэй Усянь, заметив это, спросил: — Лань Чжань? — Вэй Ин, где Суйбянь? Явно не ожидая такого вопроса, Вэй Усянь замешкался, но все же произнес: — Забыл. Лань Ванцзы строго посмотрел на него: — Вэй Ин. Поняв, что врать и отговариваться незачем, Вэй Усянь, вздохнув, произнес: — Он у Вэнь Нина. Я оставил меч ему. И не смотри на меня так. Я могу справиться и без меча, а Вэнь Нин сможет использовать меч, если это будет необходимо. Взгляд Лань Ванцзы стал еще тяжелее. Сжав Бичэнь в руке, альфа на мгновение потерял контроль и в воздухе послышались нотки сандала, в котором можно было почувствовать толику тревоги. Вэй Усянь просто проигнорировал это, сказав: — Путь, по которому я иду, не связан с путем меча, поэтому мне ни к чему таскать лишний груз. Лань Ванцзы напряженно произнес: — Вэй Усянь. — Лань Чжань, мы ведь это уже обсуждали и не раз. Зачем портить настроение и себе и мне? Тебе меня все равно не переубедить. — Старейшина Илина холодно улыбнулся, и продолжил шаг. — Пойдем, в первую очередь решим это дело, затем, обещаю, мы поговорим. Вэй Усянь понимал, что это обещание он никогда не выполнит. Он никогда не расскажет Лань Ванцзы правды. Даже если они теперь связаны до конца жизни. Лань Ванцзы какое-то время смотрел вслед заклинателю в темных одеждах. Его лицо ничего не выражало, но плечи опустились, а ладонь разжала Бичэнь, безвольно упав вдоль тела. *** Заклинатели миновали город А, приблизившись к соседствующему с ним кладбищу. Множество надгробных плит заполняли огромную территорию. Старые полуразрушенные могилы и совсем свежие, с еще не дотлевшими палочками благовоний, все они представляли поистине гнетущею и тяжелую атмосферу. От непривычного вида Лань Ванцзы чуть нахмурился, когда Вэй Усянь спокойно разглядывал местность. Ранее ему приходилось раскапывать могилы с Вэнь Нином, так что чувствовал себя более чем комфортно. В один момент до Вэй Усяня донеслось эхо. Он остановился, закрыв глаза, и пытался, сосредоточившись, понять, обрывки фраз, что звучали в его голове. Но как ни старался Темный заклинатель, ему этого не удавалось, вдобавок голова начала просто гудеть от тысяч голосов. Он больше не мог терпеть, замерев, потирая виски. Лань Ванцзы обернулся и спросил: — Что случилось? Вэй Усянь ответил: — Слишком шумно. Заклинателей окружал многоголосый галдеж, захороненных здесь людей. Смех, плач, крики, шепот и слова звучали бесперебойным гулом в голове Темного заклинателя, когда, он, используя все свои силы, чуть заглушил шум. Втянув холодный воздух сквозь зубы, Вэй Усянь, поднял взгляд и произнес: — Пойдем, я знаю, где они. На вершине холма, цвела прекрасная яблоня. Медленно кружа по воздуху, прекрасные белые цветки, представляли поистине завораживающую картину. Это место могло бы стать популярным местом у влюбленных парочек, если бы под яблоней не находились свежие, аккуратные могилы с цветущими на них белыми лилиями. Данное место было фамильным склепом семейства Ян, из которого происходила первая жертва. Изначально, она покоилась здесь одна. Родители заботливо, выделили своей любимой дочурке самое красивое место, чтобы душа девушки была спокойна и могла переродиться без сожалений. Но когда убийства продолжились, глава Ян, понимая потерю и горе безутешных родителей, предложил сделать данных холм пристанищем для всех безвинно убитых омег. Городское кладбище было переполнено и выглядело не лучшим образом, поэтому именно здесь обрели вечный покой убитые. Над каждой могилой была белая надгробная плита. Всего их было 10. Вэй Усянь подошел к одной из них, внимательно рассматривая, буквы выведенные на ней. На каждой из плит были выведены разные фразы, говорящие о скорби, о прекрасной невесте, что навсегда останется в сердцах любящих ее людей. Эта картина веяла печалью и болью. Тряхнув головой, Вэй Усянь обернулся и посмотрел на Лань Ванцзы. Тот на секунду задумался, затем достал гуцинь и занес руку над струнами. Из-под его пальцев полилась мелодия. Он проиграл небольшой отрывок и убрал руки с инструмента, в ожидании. Но ничего не произошло. Вэй Усянь наблюдал какое-то время за Лань Ванцзы, а затем спросил: — Расспрос? — Мгм. Лань Ванцзы снова занес руку над гуцинем, но и в этот раз ничего не произошло. Одолеваемый беспокойными мыслями, он убрал музыкальный инструмент. Увидев нахмуренные брови Лань Ванцзы, Вэй Усянь взял Чэньцин и сыграл короткую мелодию призыва, но снова ничего не вышло. Тогда он, задумавшись, произнес: — Сколько не старайся, мы не сможем узнать ровным счетом ничего. Душ здесь нет. Лань Ванцзы напряженно поджал губы. Вэй Усянь продолжил: — Души были разбиты. Пойдем, здесь мы только время потеряем. Спускаясь с холма оба молчали. Каждый думал о своем, но один вопрос беспокоил каждого. «Как так произошло, что даже и осколка души не осталось?» В городе было как обычно шумно. Торговцы пытались заинтересовать потенциальных покупателей и продать подороже. А покупатели делали все, чтобы скинуть цену. Жизнь кипела и шла своим чередом. Вэй Усянь задумавшись, случайно столкнулся с человеком, что шел навстречу заклинателям. Омега почтительно поклонился, извиняясь, но мужчина, которого задел Вэй Усянь, будто бы не обратил на него внимания, совершенно никак не среагировав. Его походка казалась ровной, но иногда тот оступался, чуть качаясь из стороны в сторону, будто был пьян. Вэй Усянь, взглядом проследил за мужчиной, чувствуя, что что-то не так. Но как ни пытался понять, в голову ничего не приходило. Будто бы нутром он что-то чувствовал, но разум ничего не замечал. Краем уха он услышал фразу от торговца, обращенную к этому человеку: «Эй, немой, и долго ты будешь прохлаждаться? Пора отрабатывать свой хлеб!» Лань Ванцзы обернулся и спросил: — Что такое? Вэй Усянь ответил: — Ничего. Просто у него невероятно ледяные руки. *** День подходил к концу. Ярко оранжевый закат освещал улочки города, медленно заходя за линию горизонта. Все население города А поспешно заканчивало свой рабочий день, убирая все с прилавков и закрывая ставни. Никто не решался выходить из дома после заката, ведь так они могли столкнуться с демоном, забравшим столько невинных жизней. Никто не хотел подвергать опасности себя и своих близких. Вэй Усянь и Лань Ванцзы остановились в одной из таверн, что предоставляла услуги ночлега. Они немного обсудили, то, что смогли узнать за ужином. Затем Вэй Усянь, в привычной манере, заказал немного вина, пытаясь вынудить Лань Чжаня выпить с ним, но тот был непреклонен. Время близилось к девяти, когда Лань Ванцзы встал из-за стола и обратился к хозяину трактира, убирающему столы. Тот кивнул, и наскоро вытерев руки о тряпку, подошел к жене и взял два ключа от комнат для гостей. Наблюдавший за этим Вэй Усянь, немного растерялся, подумав: «Разве мы не должны спать в одной постели?» После первой брачной ночи, в которую Вэй Усянь так нагло и бесцеремонно залез в постель Второго Молодого Господина Ланя, они не провели ни одной ночи раздельно. Возможно, Лань Ванцзы все же задело, то, что произошло после посещения резиденции главы города, и таким образом он пытался показать свое недовольство от использования Вэй Ином Темной энергии. Глубоко вздохнув, Вэй Усянь все же взял второй ключ у подошедшего к нему Лань Ванцзы, и, прихватив с собой кувшин вина, направился в комнату. В выделенной комнате не было ничего лишнего. Немного затхлая кровать, рядом стоящая тумбочка, стол, стул и окно, выходящее на одну из улиц. Просто и без излишеств. Вэй Усянь уселся на кровать, скинул сапоги и откинулся назад. Его одолевали тревожные мысли и сомнения, а меж бровей показалась морщинка, из-за чрезмерного напряжённого размышления. Он думал обо всем. О Лань Чжане. О том, как там клан Вэнь без него. О том, что же происходит в городе А. На самом деле, все казалось куда сложнее, чем можно подумать на первый взгляд. Убийства, возможно, не имеющие мотива, разбитые души, и показавшаяся душа умершей, когда-то невесты. Закинув руки за голову, Вэй Усянь уставился в потолок. Прошло довольно много времени, а он все лежал, глядя перед собой, не в силах спокойно уснуть. И потому не мог удержаться от переживаний. Темная энергия бушевала в нем. Медленно закрыв глаза, он уже было провалился в беспокойный сон, когда почувствовал, что находится в комнате не один. Вэй Усянь приподнялся, опершись на локоть, наблюдая перед собой невесту в красном платье. Какое-то время дух просто стоял посреди комнаты, но в один момент он сделал шаг вперед, так, что его полностью осветила полночная луна. Вэй Усянь выжидающе, с интересом наблюдал за происходящим. Призрак поднял полупрозрачную руку и откинул красную вуаль, до этого момента скрывающую лицо. Вэй Усянь был удивлен. Перед ним предстал красивый, молодой омега в самом расцвете сил. Перед глазами сразу встала картина, как при жизни его никогда не обделяли вниманием и заботой окружающие люди. Маленькое прекрасное личико, большие глаза, светлая кожа, длинные каштановые волосы и пухлые губы. Все в нем было прекрасно. Можно было бы подумать, что это ангел, божество, что спустилось с небес, если бы это маленькое прекрасное личико не перекосила гримаса печали и ужаса, большие голубые глаза не были бы наполнены непролитыми слезами, светлая кожа не была бы окроплена кровью, а пухлые губы не были бы так грубо зашиты нитками. Вэй Усянь достал Чэньцин, и хотел было сыграть пару нот расспроса, когда дух дернулся и попытался схватить Темного заклинателя, призывая его идти за ним. Вэй Усянь понимал, что оставаться сейчас здесь было неразумно, ведь так он мог потерять возможность получить информацию. Но и будить Лань Ванцзы он не станет. Распахнув окно, он прыгнул на подоконник и подобно кошке, выпрыгнул наружу, бесшумно последовав за призраком невесты. *** Лань Ванцзы резко проснулся. Что-то разбудило его, так внезапно, что тело била сильная дрожь. Чувство тревоги нарастало, а необъяснимый страх не отпускал, а лишь сильнее распалял инстинкты. Что-то не так. Он сел в кровати, стирая тыльной стороной ладони выступивший холодный пот, пока его взгляд не остановился на человеке, стоявшем напротив. Человек тяжело дышал будто бы от безостановочного бега. Его плечи судорожно то поднимались, то отпускались, а ноги, подкосившись, заставляли держаться о тумбочку, как за опору. В темноте не было видно лица, но даже, так, Лань Ванцзы всегда узнает такой родной запах свежескошенной травы. Вэй Ин. Лань Ванцзы уже было, облегченно вздохнул, увидев, что с Вэй Усянем все в порядке. Пока не услышал звук, того будто бы что-то капает в комнате на старый бревенчатый пол. Его взгляд упал на руку Вэй Усяня, что он так сильно прижал к животу, но через которую все же просачивалась бордовая жидкость. Воздух заполнил запах свежей крови.