Решительность меняет всё

Мелодия флейты медленно эхом раздавалась по всей опушке этого леса. Музыка ласкала слух листьям, которые под такт слегка качались, будто танцуя вальс. Игра была никому незнакомой, но такой умиротворяющей, страстной и романтичной, будто признание в любви, в преданности и в сокровенном. Увы, музыка прервалась, а сам виновник обрыва эстетического удовольствия сладко зевнул, удобнее устраиваясь на ветке чуть более высокого дуба. Тёмному заклинателю Вэй Усяню уже привычно было спать в подобном месте. С детства он частенько сбегал из своего ордена Юньмэна Цзян, ночуя на ветках деревьев. В молодом, незрелом возрасте, за несколько лет до трагических событий хотел, чтобы на высоком, могучем дубе построили домик. Жаль, но мечта не исполнилась. Вэй Усяню пришлось повзрослеть, хотя с шиди и шицзе впадал в ребячество. Вспоминая только весёлые деньки, когда своими выходками раздражал Цзян Чэна и его покойную мать, а его покойный отец Цзян Фэньмянь с Цзян Яньли качали головой, слегка посмеиваясь, Вэй Усянь наконец впал в глубокую дрёму. Густая листва хорошо скрывала дремлющую фигуру, не пропускала солнечный свет. Никто не сможет его потревожить, никто не увидит его. Осталось только дождаться долгожданного гудка о завершении облавы горы Байфэн. Прошло несколько мгновений, как краем уха своим чутким слухом услышал лёгкий шелест травы чей-то фигуры. Он не видел, так как поспорил с одним из адептов Цзинь, Цзинь Цзысюнем, что он до конца соревнований пробудет в полной темноте, то есть с завязанными глазами. Тёмная повязка чуть сдавливала глаза, но неприятных ощущений не было. Только это шло на руку, ведь всем известно, что при отсутствии одного из органов чувств, другие становятся более восприимчивыми. Слегка очнувшись, Вэй Ин повернул голову в сторону, откуда-то шёл какой-то человек. Походка была то ли лёгкая, то ли тяжёлая, будто сомневалась в чём-то. Даже замер, когда услышал его голос. - Ты пришёл поучаствовать в облаве? В ответ молодой заклинатель в белых одеждах, судорожно, стараясь не раскрыть свою личность, выдохнул. Его источник обожаний, страсти и мук лежал перед ним, наверху. Вэй Усянь не услышал в ответ ничего, слегка приподнялся, с чёрной лентой на глазах "посмотрел" на незваного гостя. - Рядом со мной тебе не удастся раздобыть ничего достойного. Заклинатель со светлыми и благородными глазами посмотрел на него в ответ, скрывая свои вздохи, уже решительнее приближаясь к дереву. Вэй Усянь слегка насторожился, потому что его частенько избегали из-за того, что он использовал Тёмный Путь. И эта личность немного даже заставила приподняться полностью. Он чувствовал, что у человека отнюдь не плохие намерения, уже улыбнувшись хотел снять повязку и спокойно поговорить, как вдруг фигура довольно неожиданно появилась перед ним. Чужая рука толкнула в плечо, заставляя Вэй Усяня прижаться к стволу дерева. Заклинатель хотел быстро снять повязку с глаз и достать амулет с заклинанием, но его опередили, охватив его кисти рук, прижали к дереву. Вэй Усянь хотел уже возмутиться за такие действия, как вдруг на своих губах ощутил мягкое и влажное прикосновение. Губы, чуть дрожа, слились с губами Вэй Усяня. Это было настоящим ударом. Юноша сопротивлялся, пытался вырваться, оторваться от прикосновений. Кто это? Кто решился над ним так поиздеваться? Но хватка стала чуть больной, что Вэй Усянь подал голос в атакующий рот, задрожал. Он никогда не целовался, слишком интимно, неловко и даже мельком страшно. Резко поцелуй стал чрезмерно настойчив, что сам Вэй Усянь растерялся. Проникающий язык ласкал нёбо, щекотал, проходился по его языку, словно изучая его. Мысли у Вэй Усяня были разные: "Что за девушка с нечеловеческой силой с ним творит?", "Почему тело не слушается?", "Она дрожит?". От ласк тело, с нарастающим возбуждением, будто стало словно тряпичная кукла. Силы на сопротивления испарились. Этот поцелуй настолько приятен, что Вэй Ин попробовал отвечать, уже довольно задыхаясь. Но вдруг "девушка" укусила за губу и быстро отстранилась. Вэй Усянь не сразу пришёл в себя, и хотел уже наконец снять повязку, как перехватили руку. Раздался тихий и неспокойный шёпот. - Не надо... - знакомый бархатный голос невозможно не узнать. - Лань Чжань? - сбившее дыхание Вэй Усяня украсило имя одного из одарённых заклинателей сексуальной изюминкой. Его это очень удивило, хотя ведь можно выложить логическую паузу. Грубая и стальная хватка, резкий выплеск чувств, неожиданная приятная ласка. Щёки краснели моментально, что закрыл их своей свободной дрожащей рукой. Ведь... Лань Ванцзи его ненавидит? Да? Вэй Ин ничего не понимает. Он лишь ощутил как его руку подвинули, пока рука не прикоснулась к складкам ханьфу и других одежд. Он не мог увидеть, он лишь чувствовал, как это место будто стучало гулом изнутри. Сердцебиение... быстрое... Брови сведены к переносице, а покрасневшие блестящие губы приоткрылись. Кажется он ощутил, как Лань Чжаню становится совсем стыдно, что ему лучше упасть на колени перед дядей и понести наказание в виде дисциплинарного кнута или пожизненного заключения. Лань Чжань молчал. - Лань Чжань... - позвал его Вэй Ин, перехватывая его руку. Он повторил действия светлого заклинателя, теперь рука Лань Чжаня лежала на полуоткрытой груди (от сопротивления ханьфу и одежды расправились). Теперь Лань Ванцзи чувствовал отчётливую и очень быструю атаку сердца на чувства. Большой палец его руки погладил ожог от тавра, который теперь до конца дней не сойдёт с него. Ванцзи увидел ту самую улыбку, ту улыбку, которую видел, когда они впервые познакомились. В порывах своих юных чувств обнял Вэй Ина, шумно дыша. - Не могу без тебя, не отталкивай меня снова... - снова шёпот, снова ласка, снова чувство потери сопротивления. - Вэй Ин... Тихий зов Лань Чжаня и губы были захвачены его возлюбленным. Вэй Ин с точностью попал в цель, и чуть наклонил голову, для углубления. Второй поцелуй вышел даже лучше, чем первый. Вэй Усянь даже не знал, что при поцелуях издаются достаточно громкие смакованные звуки, это немного смущало. Внутри двоих разливалось мягкое тепло, а внизу возбуждало. Хотелось любить. Хотелось повиноваться. Хотелось, чтобы Лань Чжань ласкал его. Кажется, Лань Ванцзи умел читать его мысли. Его руки заскользили на едва разгорячённое от поцелуев тело. Руки сжимали, гладили, легонько щипали или просто прижимали. Вэй Ина эти действия приводили в неописуемый восторг. Они замерли, не отрываясь от друг друга, восстанавливали дыхание и потом снова заводили чувства по новой. Вэй Усянь то гладил пальцем макушку, то за ухом Лань Чжаня, часто сжимал крепко завязанные одежды. Поцелуй углубился, только языки писали историю любви, жарко обмениваясь накопленной слюной. Они вместе тихо стонали, и чуть дёргались, когда язык одного или другого касался нёба. Наигравшись друг с другом, с жаркими выдохами оторвались. Вэй Ин будто видел Лань Чжаня через черную повязку. Зацелованный вид Усяня значительно соблазнял его на большее. Он слегка отвернулся от него, переживая о случившемся. Вэй Ин с обучения в Облачных Глубинах был заинтересован в Лань Чжане. Пытался о нём узнать побольше. Что-то притягивало к нему. Казался интересным человеком, а вёл себя как монах, которому больше века. То нельзя, это нельзя, тут нельзя. Зануда, одним словом. Лань Чжань всегда был немногословен и Усянь это понимал. А когда они стали взрослее, когда прошла война против Вэней, они словно лёд и пламя отталкивались, когда они нуждались друг в друге. Вэй Ин не девица, чтобы стесняться, но возникали много вопросов, много противоречий. - Лань Чжань, а как давно... - Вэй Усянь подбирал слова. - Ты испытываешь ко мне чувства? - После твоего появления в моей жизни. - тот же шёпот и слегка смущённый голос. - Я хотел, чтобы эти чувства исчезли, а стали лишь крепче. Вэй Ин покачал головой. - Ты же не статуя, Лань Чжань, испытывать чувства к кому-то - это нормально. - он прижался лбом к шее Лань Чжаня. - Ты мне нравишься тоже... Они молчали и горели от накопленных чувств. Спустя некоторые минуты, ощутил влажное прикосновение за ухом, которое покрылось в ответ жаром. С тихими поцелуями Лань Чжань опустился на ключицы, чуть царапая небольшими клычками. Спина Вэй Усяня прогнулась навстречу, каждый сантиметр чувствительно проникалось раскалённым жаром и возбуждением. Судорожный вдох, и голова прижалась к дереву. Ставшие мгновенно прохладными руки Лань Чжаня, ласкали рёбра, вызывая у того мурашки. Зрения нет, слуха нет, только ощущения и прикосновения. Власть над телом Вэй Ина отдана Лань Чжаню. Волосы Второго Нефрита мягко прикасались к разгорячённой коже, а лёгкий осенний ветер будто специально щекотал слабые места. Дыхание сбилось, а прикосновения и ласка стала слегка жёсткой и активной, но это не сбивало все ощущения - стали только ярче. О, Всевышний, это великолепно! Великолепный Лань Чжань опускал руки ниже и пробирался сквозь развязанный пояс к кромке нижних одежд, запуская руку ближе к плоти, Вэй Ин вздрогнул. От резкой реакции Лань Ванцзи остановился, думая, что он что-то не так сделал или позволил себе слишком много лишних действий. Вэй Ин приподнялся с застывшими руками Ванцзи и подвинулся вплотную к нему. Медленно приблизился к его уху, опаляя достаточно неузнаваемым голосом. - Лань-Гэгэ... - вдох, руки оказались на крепких плечах. - продолжай. Чуть отстранившись, Вэй Усянь показал указательным пальцем руки на губы, желая получить двойную порцию удовольствия. Получив то, что Вэй хотел, прошёлся руками по крепкому телу, расправив одеяния Лань Чжаня. В этот момент рука Лань Ванцзи сжала ягодицу любимого и слушая сквозь свои губы его тихий и первый стон. Тело Вэй Ина резко наклонилось в сторону, что их поцелуй разорвался внезапно. - Вэй Ин! - неожиданно Лань Чжань потерял от перевеса равновесие и вместе с Вэй Ином упал с ветки. Быстро переместив руки на его макушку и талию, чуть неудачно приземлился на траву. Теперь на нём лежал испуганный Вэй Ин. Повязка на глаза ослабла и открыла наконец его светлые, цветом грозы глаза. Свет ослепил его, заставив крепко зажмурится от резких лучей солнца. - Вэй Ин, ты... - начал Лань Чжань, глубоко беспокоясь за возлюбленного, который неожиданно впал в странное состояние. - Я-я. - передразнил он с привычным насмешливым и родным тоном. Всё же даже за несколько лет Вэй Ин не менялся, он всё тот же мальчишка. Привыкшие к свету глаза прошлись наконец по лицу Лань Чжаня. Какой же он красивый, когда лежит под тобой: светящиеся необычно глаза, лёгкое покраснение щёк, носа и ушей, взлохмаченные волосы после падения, небрежно расправленные одежды. Если бы увидел себя юный Лань Чжань, то наверное бы сбежал отсюда или позвал бы своего дядю. Лань Ванцзи от смущённого взгляда отвернулся в сторону, надеясь, что его чёлка скроет его смущение, не свойственное для такого человека, как он. Сейчас Вэй Ин без повязки, которой её владелец сейчас выглядит намного лучше и намного возбуждающе, чем до этого. А возбуждение в нижних одеждах не скроешь. Они оба это понимали и особо не знали, что нужно делать дальше. Они одни в лесу, под тенью дуба, которого окружают другие деревья и различные кустарники. Лань Чжань знает, что идёт дальше в процессе у мужчин, но готов ли к этому Вэй Ин? Вряд ли он об этом думал? - Лань Чжань. - позвал его шёпотом Вэй Усянь, после чего получил в ответ молчание. - Лань Ванцзи. - снова молчание, - Лань-гэгэ! Казалось, что уши того только сильнее покраснели. - Не называй меня так! - возразил Лань Чжань, поворачивая голову обратно, и получил короткий поцелуй в край губ. - Как? - улыбка украшала лицо. Лань Чжань снова не ответил, только встал вместе с Вэй Ином и за секунду поменялись местами. Теперь под ним лежал Вэй Усянь, который удивленно раскрыл глаза, но в миг расслабил веки, что взгляд становится более горячим и желанным. Снаружи становится тесно. - Вэй Ин, ты знаешь? - Ванцзи неловко поднимать этот вопрос. - О чём ты? - Что идёт дальше? - Не знаю, не углублялся. - просто ответил Вэй Усянь, который через секунду приподнялся на локтях, находясь в трёх сантиметрах от Лань Чжаня. - А ты знаешь? - Мгм. Лицо Вэй Ина охватило пламенем, когда подхватили под колени и подвинули тело, тазовой частью ближе к его паху. Они находились в одной из поз из порнографических сборников. Они были всё ещё в одеждах, но реакция организма на ложную любовную атаку отреагировала остро. Через слой одежды Вэй Усянь понимал, как его хотел Лань Ванцзи и что нужно будет делать. Он не глупый, и конечно же знал о сборниках Лунъяна, но он не думал, что Лань Чжань настолько... Опытен в подобном. - Лань-гэгэ, признайся, ты хочешь меня давно, да? - тихий вопрос прозвучал дерзко для Лань Чжаня, который в свою очередь гладил внутренние части бедра, часто задевая чувствительное и запретное для других место. Локти, держащие тело задрожали. - Мгм. - он аккуратно развязал верхние и нижние одежды Вэй Ин, а ханьфу лежало словно покрывало. Лёгкий ветер трепал чёлку, а тело покрыться мурашками. - Лань Чжань, ты совсем меня не жалеешь! Насильно поцеловал, возродил во мне огонь, раздел, а ты всё равно продолжаешь моё лицо пылать, как у девчонки. Куда же это годится? Лань-гэ... А-а! Ты что делаешь? - Вэй Усяню стало резко неприятно и некомфортно, когда ниже спины ощутил что-то очень тонкое и прохладное. Проникновение в нежное нутро отдавалось по всем нервным окончаниям, хотелось за что-то ухватиться, но руки не слушались его, только и сжимали ханьфу под ним. Палец Лань Ванцзи задвигался. Ощущения внутри были разными: была и боль, и жжение, и приятная искра, которая возникала при определённом глубине и месте - это всё смешалось. Во рту стало сухо. Тихо вдохнув, Вэй Ин приподнялся с прикрытыми глазами, чтобы найти поддержку в губах Лань Ванцзи. Не так всё просто оказалось, чем Вэй Усянь думал. Губы слились, во внутрь вошёл ещё один палец, который, как ни странно, причинял чуть меньше привычной боли. Стало жарко и тесно, что Вэй Усянь издал приглушённый поцелуем стон. Через следующую секунду дыхание снова сбилось, и хотелось лишь ощутить более ясную глубину приятного ощущения, словно едва пальцы доставали до этого заметного места. - Лань Чжань... прошу... - язык заплетался от чувств. Вэй Ину нравились эти чувства, эти движения, эти пальцы. Лань Чжань нравились эти мольбы, они определённо значили о желании кое-чего большего. Но Вэй Ин плохо подготовлен и вряд ли потом он будет доволен этим. Растягивать было тяжело, хотелось бросить это занятие и взять возлюбленного прямо этом этапе, но это было бы слишком грубо и эгоистично. Взгляд медовых глаз метался по его телу, пригревая каждую его частичку любовью и теплом. Он не кусал его кожу, старался не оставлять следы, но будто бы тело его Вэй Ина выдавало все легко покрасневшие места от ласк. Подпуская третий палец к остальным двум, он прикоснулся к его возбуждённому члену. Реакция Вэй Ина не застала долго ждать: его глаза зажмурились, чуть прикусанные губы сжались, а руки хаотично двигались, теряясь в чувствах: касались своего же тела, мягкой травы, своих одежд, Лань Чжаня. - Вэй Ин... - ласково и тихо позвал его Лань Чжань. В ответ получил лишь сдержанное от громких стонов мычание. Движения рук стали медленнее, от чего Вэй Ин наконец смог открыть глаза и посмотреть на него. Его рот был соблазнительно приоткрыт, грудь хаотично вздымалась, а глаза, покрытые дымкой, слезились. Ему было не больно, слишком всё ярко ощущалось, что причиняло в глазах чувство дыма и искр в глазах. - Всё хорошо? - Вэй Ин прекрасен под ним, как он красиво двигался от прикосновений, от движений, от чувств. Наконец придя в себя, он кивнул, слегка криво улыбнулся. Его возлюбленный протянул руку к вороту одежд клана Лань, притянул к себе, чтобы Лань Чжань почти лёг на него и поцеловал, сразу требовав, чтобы поцелуй был непрерывен. Лань Чжань часто задышал, когда Вэй Ин начал медленно и слепо раздевать его. Всё-таки это было не честно, что только Вэй Усянь лежал под ним голым под лёгким и теплым осенним ветерком, а Лань Чжань в своих многослойных одеждах. Лань Ванцзи не был против, аккуратно вытащив пальцы из нутра и отпустив естество любимого, послушно снял свои одежды. Поцелуй пришлось прервать, когда Лань Чжань захотел снять свои нижние одежды. Красота тела одарённого и второго в списке красивейших господ оправдывала своё заслуженное место. Хоть тело украшало несколько шрамов, оставшиеся после войны, но всё равно хотелось потрогать, ощупать каждый мышечный рельеф натренированного тела, странное желание лизнуть все выпирающие кости на белоснежной, девственной коже. Взгляд Вэй Ина невольно опустился вниз, зависнув на одном из интимных мест. Хоть он и мужчина, но никогда касался эти места у других. А размер, на удивление, нисколько не смущал. Ведь сразу было понятно, что он не только искусствами Правильного Пути был одарён. Им обоим по 20 лет, стали совершеннолетними, но оба никогда не были в отношениях. Они у друг друга первые и желанные. Одинаковые мысли обоих приводили в голове одну команду: "любить". Они не опытны в любовных делах, но это было неважно. Вэй Ин, приподнявшись, коснулся члена Лань Ванцзи, услышав в ответ тихий судорожный выдох. Они оба смутились, краснели, хотели. - Лань Чжань, - раздался шепот у его уха . - я хочу тебя. - Ты уверен, что готов к этому? - всё-таки беспокойство за здоровье Вэй Ина одолело словно волной. - Вероятно, что тебе будет больно, но я не хочу этого. - Не капризничай, Второй Господин Лань. - Вэй Усянь поцеловал в горячую щёку. - Просто будь помедленнее с "этим". После словом "этим" рука Вэй Ина прошлась вниз по члену партнёра, размазывая выделившую прозрачную, чуть вязкую жидкость. Вэй Ину очень нравится реакция его Лань-гэгэ, хоть очень сдержанное в голосе, но лицо говорило об обратном: глаза покраснели и прикрылись, рот тихо хватал прохладный воздух, а его руки мягко гладили по чужой спине и ягодицам, одобряя все его действия. Лань Ванцзи, чуть прихватывая за голову и за талию возлюбленного, положил обратно на остывшее ханьфу. Руки встрепенулись и обхватились за руки Вэй Ина, зная, что тому будет поддержка. Пальцы переплелись, чуть не удобно, но сейчас это не важно. - Лань Чжань, - голос Вэй Ина был тихим и взволнованным. - что мне делать? - Расслабиться и довериться. - почувствовав как пальцы Лань Чжаня погладили по его ладоням, а губы были коротко завлечены, ему хотелось рассмеяться. И Вэй Ин не удержался от короткого смешка. Ведь не каждый день увидишь чрезмерную заботливость от юноши, поведение которого можно было сравнивать монаха с вековым опытом. - Дыши со мной. - прошептал в губы Лань Ванцзи. Вэй Ин вздрогнул, когда почувствовал, как головка члена коснулась к расслабленному и растянутому входу. Глоток воздуха, и ощущения инородного и медленно проникающего тела стали не выносимой мукой. В глазах собралась пелена из слёз. А руки обняли Лань Чжаня за шею. - Сильно больно? - этой реакции Лань Ванцзи боялся больше всего, он никогда не видел Вэй Ина со слезами в глазах. Но картина, которая разворачивалась под ним, сильно трогала его многострадальное сердце. - Нет-нет! - поспешил ответить Вэй Ин. - Просто слишком непривычно, слишком чувствительно внутри, ты тоже внутри. Мне нужна ласка, Лань Чжань! Лань Ванцзи погладил по его щеке, вытирая быстро остывающие слёзы, а тот прильнул к ней, крепко сжимая свои кисти рук. Шумное дыхание Вэй Ина почти синхронизировалась с дыханием Лань Чжаня. Они смотрели на друг друга, это успокаивало. Переместив руку с пылающей огнём щеки на подбородок, своим большим пальцем слегка надавил, тем самым приоткрыл рот Вэй Ину. Прильнув к губам, приласкал чужой рот, вылизывая крайне чувствительный внутренний контур губ, щекоча нёбо, соприкасаясь с чужим и активным языком. Лань Чжань отпустил подбородок, позволяя своим рукам блуждать по молодому телу, приглаживая грудь с мягкими двумя бугорками. Прощупал каждую косточку тонких рёбер, сделал лёгкий массаж в виде поглаживаний на пояснице, а его ноги устроил поудобнее, чтобы тому было комфортно. Благодаря этим усилиям давление внутри снизилось, тело расслабилось, что позволило немного покинуть и снова толкнуться. Вэй Ин случайно прикусил верхнюю губу Лань Ванцзи, не до крови, словно в последнюю секунду осознав свои действия. Руки Вэй Ина переместились с шеи на спину, ощущая напряжённые мышцы над лопатками и ниже их. Поцелуй помогал быть достаточно тихими, незаметными. Стоны обоих приглушались, только ближайшие травинки могли их услышать. Снова толчок, сдерживать себя уже было трудно. Снова толчок, и Вэй Ин отвернул голову от поцелуя и простонал в ухо своему партнёру. Как же он прекрасен вблизи, как приятна реакция Лань Чжаня. Словно невинная, на первый взгляд, нефритовая кукла и сколько страсти и огня в нём скрыто. Лань Ванцзи замер в нём, осознавая только сейчас, что он максимально в него проник, а Вэй Ин следил за его дыханием, старательно выполняя его наставление. - Второй Господин Лань, кто бы мог подумать, что ты настолько пылок в подобном. - искреннее и с лёгкой издёвкой восхищался Вэй Ин. Хоть тяжело во время "этого" говорить, но язык ему дан, чтобы говорить. - Какие ещё скрытые тёмные омуты в тебе живут? Может продемонстрируешь? Кто же знал, что Лань Чжань воспримет его слова всерьёз. Лань Ванцзи положил на свои плечи его ноги, поднимая таз так, чтобы сильно не прогибался, придерживая. - Стой-стой! Только не надо яростно, прошу! - Вэй Ин стал очень не уверенным, когда он лежал в такой смущающей позе. Мольбы успокаивали буйное сердце светлого заклинателя. И по послушанию Вэй Ина начал двигаться, проникая нежно и без резких движений. Его возлюбленному не за что хвататься руками; они снова хаотично искали что-то надёжное. Слух ласкали сдержанные и тихие стоны, которые так и соблазняли на ускорение, чтобы услышать истинные. Лань Чжаню сильно рябили в глаза его руки, что даже не удержался от идеи связать ему руки. Сняв с себя налобную ленту своего ордена, словив запястья, крепко обвязал их и положил их над его головой. Чёрт! Он будто играл роль влюблённого хищника, который спустя долгое время получил своё желаемое и громкое на весь мир лакомство. Фантазия бушевала, а движение стали быстрыми. Внутри жарко, влажно и желаемо, хотелось его без остатка. Вэй Ин был восхищён его удивительно грязным желаниям. Так прекрасно ощущать чувство повинности, что не мог удержаться от громкого и звонкого стона. Слишком тяжело держать свой голос в узде. Как же Лань Чжаню удаётся быть серьёзным даже в подобной ситуации? Удивительный мужчина. Движения ускорились, истома накатывает словно цунами на маленькое домишко. - Лань-гэгэ, умоляю тебя, - Вэй Ин откинул голову назад, стараясь совладать с разумом и языком. - не останавливайся... А! Лань Чжань... Сли-шком! быс-тро! Тот будто оглох, увлечённый процессом, мольбы не помогали. В глазах появились искры, и ощутил, как его накатывает волна неизвестного, но божественного наслаждения. Он жалко простонал, содрогаясь всем телом, Ванцзи ощутил, как сжимают член изнутри. Дыхание прервалось, сделалось поспешным. А движения стали резкими, что вызывали в теле и в голосе дрожь. Бледные и обжигающе жаркие капли украсили пик удовольствия на животе Вэй Усяня. Чувство эйфории настолько сильным было, что глаза не желали открываться, тело обмякло от перенапряжения, а удовлетворение и приятная боль снизу вызывали сонливость. Лань Ванцзи тоже настиг блаженного порога почти в тот момент, когда Вэй Ин, словно молясь, простонал. Ноги дрожали и затекли. Из-за жаркой осени, прекрасный, светлый заклинатель вспотел, да и не только он один. Вэй Ин был прекрасен, когда он, насладившись чувствами и Лань Чжанем, потихоньку засыпал. Так хотелось по голове, по щеке нежно погладить, сказать на ушко приятные слова, тихонечко и едва ощутимо поцеловать в облюбленные губы. Но надо было привести их обоих в порядок, и Лань Ванцзи знал об одном месте, где их никто не найдёт. Поглаживая одной рукой по вспотевшей щеке, другой Лань Ванцзи развязал ленту на его руках. Красные полосы украсили бледные запястья его возлюбленного. С помощью ханьфу Ванцзи аккуратно прикрыл тело обессиленного Вэй Ина, оставляя открытыми только босые ступни ног. А сам тоже прикрылся ханьфу, особенно не стесняясь окружающего мира. Остальные вещи были подобраны, аккуратно размещенные в огромные карманы подвязанного верхнего одеяния. Взяв Вэй Ина на руки, услышал, что тот что-то пробурчал, от чего в сердце Лань Ванцзи стало спокойно и тепло. Он пошëл вниз по склону, где их встретила горная речка, довольно широкая. Как раз возле реки удобно расположилось крупное дерево, где можно было укрыться от солнца и от чужих глаз. Аккуратно расположив своего любимого под деревом, Лань Ванцзи снимал с него ханьфу. А когда одежды были уже разложены, он и Вэй Усянь уже оказались в прохладной воде. От резкой мокрой прохлады Вэй Ин вздрогнул, но так и лежал на Лань Чжане, оказываясь в неглубокой дрëме. Вэй Усянь мог только чувствовать, как на его остро реагирующем теле касались пальцы музыканта, ласкающие каждую клеточку кожи. Вода остужала разгорячëнное, запачканное тело. Сознание постепенно возвращалось, Вэй Усянь чувствовал себя отдохнувшим, облюбленным. Даже не подозревал, что Лань Чжань настолько прекрасный человек, не только плотскими утехами, но и заботливостью, и чувством защиты. Казалось, что их чувства взаимны, всё прекрасно, но оставались секреты. Вэй Усянь, пока приходил в себя, очень много спорил с собой. Рассказать, или не рассказывать? - Лань Чжань, - тихо прохрипел Вэй Ин, открывая глаза. - ты рядом? - Мгм, я рядом. - своими светлыми глазами осмотрел своë чудом не угаснувшее солнце. Вэй Ин оглянулся. Он уже лежал в руках Лань Чжаня, под листвой дерева; рядом журчала речка. Так спокойно, так хотелось, чтобы это не прекращалось, но в сердце стало немного тяжело. - Лань Чжань, я могу доверить свои страхи? - этот вопрос был единственный, который держался на языке. Лань Чжань погладил по плечу, будто знал, что ему нелегко говорить о своих слабостях. - Да, ты можешь мне доверять, Вэй Ин. - его голос звучал тихо, но уверенно. Получив ответ, Вэй Усянь продолжил. - На самом деле, Лань Чжань, я очень боюсь умирать. Я знаю, что Тëмный Путь опасен не только потерей контроля над тëмной энергией, но репутацией заклинателя. Я очень боюсь, что меня могут просто убить, хоть и стойко держусь от плесени в словах. Это довольно тяжëлая ноша. - Я знаю, Вэй Ин. Я всегда на твоей стороне. Если на тебя нападут, то мне правила не важны, и никого не пожалею, если навредят тебе. Я тебя буду защищать, даю слово. Лань Чжань обещал, и это обещание обязательно исполнится в будущем. - Ха-ха-ха, - посмеялся Вэй Усянь, глядя искоса в глаза Лань Ванцзи. - оказывается, что ты достаточно ревнив. Лань Чжань ничего не ответил, только укрыл его и себя своим ханьфу. Да, у Вэй Усяня ещё много секретов остаются за спиной, но он уверен, что поделится ими с тем, кто всегда готов прикрыть её.