Дисфония, как состояние души

Атсуму не чувствует кислорода. Лëгкие горят. Сердце бьется очень медленно, Атсуму этого даже не чувствует. Он весь холодный, но одновременно он весь горит. Снова ужасный визг аппаратов смешивается с диким кашлем. Его куда-то везут. Глаза открывать очень лень, очень лень шевелиться. Атсуму очень надеется, что его везут в морг.

***

Просыпается он там же. В своей палате. А таком же обмундировании: на лице намордник из ингалятора, в венах капельница и куча подключенных аппаратов, контролирующих его жизнь. До середины дня Мия был полностью один. И реально чуть не свихнулся. Он думал, что по-любому убьет Сакусу, когда тот заявится, но это потом. Сейчас он ловит себя на желании сходить в туалет, искупаться и поесть. Кароче, вернуться к обычной жизни, а не лежать как инвалид, пристëгнутый к койке. В палату зашел врач. Но это был не Сакуса. Высокий шатен, с карими глазами, в очках с синей оправой, в белом халате, коричневых штанах, а на шее у него висел стетоскоп. — Привет. — сладко пропел тот. — Итак, Атсуму Мия. Я твой лечащий врач — Ойкава Тоору, заменяю Сакусу-сана на время. — он что-то записал у себя в тетради. — Итаааак. — протянул он. Он подошел к Атсуму и отключил ингалятор с несколькими аппаратами. — Они тебе не пригодяться. — наводя порядок сказал парень. — Ты должен был уже восстановиться. Хотя ночка у тебя была тяжелая. Ты знал, что побывал в аперационной? — Господи, этот мужчина когда-нибудь затыкается? Ну да, Атсуму нужен был диалог, но не настолько же многословный. — Ты ведь мог умереть. — Как раз на это и был нацелен. — Такс. — когда все аппраты были отключены и всë было разложенно по местам, Ойкава начал разбираться в медикаментах. — Так, так, так. Это после обеда, это перед сном, это после сна. — он раскладывал таблетки и сиропы в последовательности. Атсуму очень заинтересованно наблюдал за действиями врача и пытался читать названия лекарств. — Сейчас тебе сироп для горла, и вот эти таблетки. — два маленьких стаканчика Тоору поставил на тумбочку возле кушетки. — Открой рот, мне надо посмотреть твое горло. — он достал маленькое зеркальце для осмотра горла. Благо у Мии не было рвотного рефлекса. Он не знает, куда Ойкава хотел просунуть ему это зеркало и что там смотреть, но это было явно дальше гортани. — Мда. Выпей сначала сироп. Но готовься к тому, что глотать будет очень больно. — он протянул парню маленький стаканчик. Атсуму принял сироп от доктора и сразу же выпил. Сглотнул, покривился и откашлялся. — Воды? — Тоору сразу протянул ему стакан вскипяченной воды. Мия кивнул и начал аккуратно отхлëбывать воду из стакана. И опять покорчился. — Таблетки. — он протянул ему второй стаканчик, в котором лежали две беленькие таблетки. Атсуму закинул их в рот и сразу же запил водой, сглотнув. Опять откашлялся. — Пока что не рекомендую тебе разговаривать. — он сложил стаканчики опять на медицинскую тележку. — Хотя бы два-три раза тебе прополоскать горло и тогда можно будет разговаривать, но очень тихо. Атсуму кивнул. — Сейчас пойдем. Мне кажется тебе надо умыться и остальные дела сделать. — он чуть-чуть спустил очки. — Пошли. Мия обул тапочки, которые стояли возле кушетки. Чьи они и откуда там он не знал, но его это и не интересовало. Он еле как поднялся на ноги и сделал первые шаги, Ойкава даже благородно держал его под локоть, что бы блондин не свалился. Когда они вышли из палаты у Атсуму начала кружиться голова, над чем врач посмеялся. Они аккуратно шли по длинным коридорам и у Атсуму было настолько мутно в глазах, что он не мог четко разглядеть лица людей, которые носились по коридорам. — Здравствуйте, Ойкава-сан. — послышался голос какой-то девушки. Судя по всему — медсестры. — Поступил новый пациент, куда его? — А что у него? — Парень, 16 лет, перелом ноги. По первым показателям поперечный и раздорбленный. — Его в 550 палату. Проверьте, что бы он оставался в сознании, позовите травматолога, что бы он точно осмотрел повреждения. Я зайду где-то через час. — сказал Ойкава и они с Атсуму продолжили путь. — Ива-чан! Приветики! — Ойкава помахал рукой какому-то санитару. Тот нахмурился и, ничего не ответив, ушел. По лицу врача было видно, что он явно расстроился. Атсуму стало даже жаль его. Когда они зашли в уборную, первым же делом блондин направился в кабинку туалета. Ойкава покорно ждал. После Мию умыли и сделали ещё пару дел. Дорога до палаты оказалась такой же скучной неинтересной и с ещё несколькими «приветиками» от Ойкавы каким-то врачам, пациенткам и медсëстрам. — Сейчас лежи, я приду, когда будет следующий приём лекарств. — по приходу в палату сказал Тоору. — Ойкава-сан! — в палату забежала медсестра, та же, что и была в коридоре. — Мудзуки стало хуже, он потерял сознание! — лицо врача исказилось в гримассе ужаса и он пулей выбежал из палаты. Атсуму закатил глаза. И тут он заметил кушетку напротив. Нет, она там и стояла до этого, но на тумбе возле не было чужих вещей, а рядом не стояло сумок. Господи, кого же к нему принесло…