Его гордость, её предубеждение

— Гермиона? — заспанным голосом спросила Джинни. На пороге дома на Гриммо действительно стояла Гермиона, в помятом пальто и с растрепанной косой. Внешний вид Гермионы вмиг разбудил Джинни. Выглядела она так, будто сбежала из дома.  — Что-то случилось? — взволнованно спросила девушка.  — Нет, Джин, все… Нормально, наверное, — рассеянно произнесла Гермиона.  — Ты как-то странно говоришь и вообще выглядишь… Эмм… Как бы это. Гермиона устало посмотрела исподлобья  — Ладно, чего мы стоим на пороге. Проходи скорее, — Джинни пропустила подругу в квартиру, выглянула за дверь, посмотреть не гонится ли кто за Гермионой, и только потом заперла дверь на замок.  — Проходи на кухню. Я требую объяснений! В доме Поттеров всегда царила теплая семейная атмосфера. Всё вокруг напоминало уютное гнездышко, которое обустроила Джинни своими умелыми ручками. Она с любовью подбирала каждую мелочь: от солонки и перечницы до обивки мебели в мелкий цветочек. Все здесь было гармонично и, будто излучало добрую энергию. И хотя предметы не были как-то по особенному заколдованы, все же от каждого словно исходила магия любви и принятия. У Поттеров все чувствовали себя хорошо. Гермионе часто не хотелось возвращаться от них к себе домой. Она, в отличии от Джинни, никогда не предавала внимание мелочам, а потому в их с Роном квартире было много функциональных и полезных вещей, но мало тех, которые были приятны глазу или особо дороги сердцу. У неё просто не было времени все это подбирать, это было ее личным оправданием, чтобы не признавать, что в действительности желания обустраивать собственное гнездышко у неё так и не появилось. Сидя в кухне Джинни, ощущая первые солнечные лучи проникающие сквозь жёлтые занавески и глядя на чайник с маленькой желтой розочкой, которая волшебно расцветала, когда вода в нем закипит, Гермиона думала, что чувствует себя здесь, как дома. Джинни хлопотала у открытого кухонного шкафчика: доставала чашки, чай, варенье, мед и всякие сладости, попутно рассказывая, как сложно сейчас с Джеймсом, потому что у малыша режутся зубки. А Гермиона слушала и улыбалась, даже немного завидуя подруге, что не смотря на все сложности с малышом и хозяйством, та выглядела такой безмерно счастливой. Иногда Гермиона невольно задумывалась, чего же ей самой не хватает для собственного счастья и почему ей не достаточно просто Рона. Наконец, роза на чайнике распустилась, засвистел свисток, и Джинни разлила чай по чашкам, сняла передник, поправила прическу и присела на стульчик напротив Гермионы.  — Ну? Что стряслось? — Джинни была не из тех, кто долго ходил вокруг да около. — Опять мой брат накосячил?  — Нет! С Роном все в порядке! — быстро заверила подругу Гермиона, — насколько я знаю, он должен был отправиться на сборы сегодня утром. А, кстати, который час? Джинни обернулась, чтобы посмотреть на маленькие часики с волшебной кукушкой над столом.  — Уже почти… Подожди-ка, в смысле «Должен был»? Вы живете вместе и не виделись утром? Я ничего не понимаю, — озадаченно произнесла Джинни, прищурившись она спросила, — ты что, опять уснула в Министерстве? «Если бы», — подумала Гермиона, а вслух сказала:  — Нет. Я просто… Ох, Джинни, на самом деле все так сложно объяснить. Я даже не знаю, с чего начать. Джинни только отпила горячего чаю и потянулась к кусочку пирога, а затем резко одернула руку. Она вспомнила про очередную придуманную диету после рождения Джеймса. Из-за осложненных родов (ребенок был слишком крупным) ей запретили заниматься какими либо физическими нагрузкам и ей казалось, что из-за этого она только толстеет. Хотя все вокруг только удивлялись тому, как хорошо она выглядит и как ей идет материнство. Не смотря на это, Джинни решила не есть мучное и сладкое. Только в крайнем случае! И пока было неясно, будет ли история Гермионы таким крайним случаем. Джинни взглядом пригласила Гермиону продолжать, и та начала свой непростой рассказ.  — Короче говоря, вчера я встретила Рона, мы поужинали, он как обычно прилег посмотреть спортивные новости, а я вышла за мороженым и… в общем… потом…  — Ну! Не томи! — молодая миссис Поттер даже наклонилась поближе от нетерпения.  — Оказалась в квартире у Малфоя, — выпалила Гермиона и зажмурилась в ожидании реакции. Джинни застыла, потом слишком резко отпила горячего чаю, поперхнулась, закашлялась, и когда Гермиона хотела постучать её по спине, так резко соскочила со стула, что опрокинула вазочку с вареньем. Все это произвело изрядный шум и окончательно рассеяло утреннюю негу в жилище Поттеров. На шум прибежал Гарри. Он был в пижаме в полосочку, и одна щека была в пене для бритья, а другая уже гладко выбритая. Он ворвался на кухню с палочкой наготове, но увидев жену, обмахивающую язык полотенцем, и ошарашенную Гермиону, сидящую на стуле, немного успокоился и опустил палочку.  — Гермиона? Что ты здесь делаешь так рано? — спросил Гарри, а затем поспешно добавил: — Что-то случилось?  — Нет. Ничего такого. Извини за переполох. Я просто хотела поговорить с Джинни. Гарри перевёл взгляд с Гермионы на Джинни.  — Так он уже? — он многозначительно кивнул в сторону Гермионы. Джинни закатила глаза и вздохнула.  — Нет. Дело не в этом. И даже не пытайся угадать, в чем именно дело, все равно не получится. Из глубины дома послышался детский плач, и Поттер сразу бросилась к источнику звука. Видимо, из-за их шумной возни проснулся Джеймс. Гарри снова вопросительно посмотрел на Гермиону:  — Так что стряслось-то?  — Гарри, ты давно видел Малфоя? — ответила вопросом на вопрос Гермиона.  — Эмм. Ну, давненько. Точно уже не помню, — Гарри почесал затылок и отвел взгляд. Гермиона слишком хорошо его знала, Поттер точно что-то скрывал. Она не успела даже открыть рот, чтоб расспросить его подробнее, когда на кухню вернулась Джинни с ребёнком на руках. Розовощекий малыш тянул её за волосы и хихикал. Она не без усилий усадила его в детский стульчик и вручила несколько ложек и мисок разного размера. Джеймс сразу переключился на новое исследование и с легкостью отпустил мамины волосы, которые так цепко держал в руках ещё пару секунд назад. Наконец Джинни повернулась к Гермионе. Она уперла руки в бока и смотрела в упор. Грейнджер нервно сглотнула  — Так, я требую подробностей, и что вообще значит «оказалась в квартире Малфоя»? — громко спросила Джинни. Брови Гарри взметнулись вверх, но он хорошо знал, что когда его жена в таком грозном виде, лучше не встревать и потому только удивлённо посмотрел на Гермиону.  — Ох. Все так запутанно. Если честно я сама ничего не поняла. — начала Гермиона. Она села на стул и опустила голову. Джинни все еще пристально смотрела на подругу. Гермиона вздохнула и начала рассказ о своих вчерашних приключениях. Через добрых полчаса история наконец подходила к концу, а Джеймса пришлось достать из стульчика, потому что ему уже надоело изучать кухонную утварь, которую беспрестанно подсовывала ему Джинни на протяжении всего рассказа. В завершение Гермиона проговорила:  — Когда я проснулась сегодня утром, в квартире будто никого не было. Я не стала медлить, вышла и захлопнула дверь. Дошла до остановки, а через пять минут уехала на первом автобусе. По счастливой случайности этот номер автобуса проезжал через площадь Гриммо, поэтому я вышла на ближайшей остановке и дошла до вашего дома. И вот я здесь. — наконец она умолкла Повисло напряженное молчание. Гермиона окинула взглядом встревоженных Поттеров. Джинни вопросительно посмотрела на Гарри, но тот, казалось, был увлечен игрой с Джеймсом. Малыш сбрасывал на пол все, до чего могли дотянутся его пухлые ручонки, а Гарри все подсовывал ему новые предметы. Через мгновение он проговорил:  — Честно говоря, я знал, что Малфой живёт где-то в маггловской части Лондона. Ну и мы все изменились с тех пор, так что… Пожалуй, из всего рассказа мое удивление вызвала только его профессия. На несколько секунд на кухне снова все затихло, было слышно только причмокивание Джеймса и доносившийся с улицы шум. — То есть тебя только это удивляет? — нарушила тишину Джинни. — А то, как он отнесся к Гермионе? Где именно он живет? Это не важно? Совсем не интересно? — не унималась она. Гарри безразлично пожал плечами и продолжил свою игру с сыном.  — И давайте не забывать про то, что кто-то разбил ему нос, — вставила Гермиона.  — Хорошо, я не исключаю, что все это весьма занятно для вас, но лично я считаю, нам не стоит лезть в дела Малфоя. Тем более, если он так изменился, отказался от магии и теперь живёт совсем новой жизнью. Пора оставить прошлое в прошлом. Гарри поднял Джеймса на руки и повернулся к Гермионе.  — Может, этот заносчивый аристократ опять кого-то достал. Временами в школе я сама хотела ему врезать, — с улыбкой произнесла Джинни. Она, похоже, полностью проигнорировала реплику мужа. Гарри только хмыкнул. Похоже, на этом для него разговор был окончен. Он уже собирался уходить, но задержался на секунду и строго посмотрел на Гермиону.  — Гермиона, я серьезно думаю, что тебе не стоит копать там, где нечего копать.  — Я не… Что? Да я даже не собиралась! — возмущенно воскликнула она. — И вообще, с каких это пор ты воспринимаешь Малфоя, как какого-то безобидного человека? Мне помнится совсем другая реакция. Не ты ли ещё не так давно ходил за ним по пятам и во всем подозревал? — Гермиона сделала много значительную паузу и сложила руки на груди. — Или все изменилось после того, как вы с ним мило посидели и пообщались? — язвительно заметила она и повернулась к подруге.  — Джинни! Представляешь, Малфой сказал, что… — вдруг Гермиона заметила, что Джинни усиленно рассматривает пол. — Джинни?  — Да! — она виновато подняла глаза на Гермиону.  — Ты знала! — не вопрос, утверждение. — Ты знала и ничего мне не сказала?  — Ну, я… Не то чтобы. — запнулась Джинни. — Да, хорошо, я знала и я пыталась сказать, — сдалась она.  — Когда? — воскликнула Гермиона.  — Помнишь? После того официального письма. На лице Гермионы явно читалось недоумение, но Джинни продолжила:  — Когда он хотел извиниться, и ты отбросила эту возможность. Помнишь, я потом говорила, что…  — Ах, да, этот твой бред про теорию, — Гермиона драматично закатила глаза и взмахнула рукой.  — Да, именно тогда, когда я говорила про свою теорию, — Джинни с усилием выделила последние слова. — Но там не было и слова про Гарри! — возмущалась Гермиона. — Ах, я говорила, ты просто не слушала, — оправдывалась Джинни.  — Так, дамы, не хочу вас прерывать, но мне уже пора — Гарри наклонился и мягко чмокнул жену в макушку. Джинни мягко улыбнулась и забрала у него из рук малыша. А у Гермионы неожиданно снова защемило где-то в груди от вида этой идеальной семейной картинки. Мысли сами по себе пронеслись в голове: «Они с Роном тоже выглядели такими безмерно счастливыми со стороны? А если нет, то почему?» Гарри попрощался и покинул кухню, сегодня у него ещё были неотложные дела в штабе подготовки молодых авроров. Недавно аврорату доверили новое дело повышенной секретности, и теперь они усиленно готовили новых бойцов для плана захвата. Гермиона краем уха слышала об этом на одном из многочисленных заседаний совета в Министерстве. Как только Гарри исчез за поворотом кухни, Джинни уже была готова вернуться к обсуждению своей теории. Она снова усадила Джеймса в стульчик и поставила перед ним мисочку, из которой зачарованная ложка черпала кашу и направляла прямо в рот жизнерадостному малышу.  — Между прочим, моя теория не лишена здравого смысла, — после небольшой паузы, заговорщически произнесла Джинни.  — О, нет, Джин, только не опять. Я думала, мы благополучно забыли о ней ещё пару лет назад, — простонала Гермиона.  — Но тогда ты не видела Малфоя, и он не предлагал провести ночь в его кровати, — она многозначительно поиграла бровями.  — Не в его кровати! Джинни, ты вообще меня не слушаешь?! — возмутилась Гермиона. — Он предложил мне выбор: лечь на диван или на кровать. ИЛИ на кровать! Понимаешь?! — игривое выражение лица Джинни говорило красноречивее любых слов. Гермиона всплеснула руками. — Впрочем. Неважно.  — Вот именно, такие мелочи не важны. Я действительно считаю, что от ненависти до любви один шаг, — Джинни как обычно стояла на своем.  — Нет, нет, нет, я тебя не слушаю, — Гермиона, как маленький ребенок, закрыла уши руками.  — А я все же считаю, ты нравилась ему в школе, Гермиона. Ну сама подумай. Он постоянно придирался к тебе. Что, было мало магглорожденных в Хогвартсе? А он выбрал именно тебя для своих насмешек!  — Да уж, хороша любовь! Это все потому, что я дружила с Гарри, а он хотел его задеть или потому что была умнее его, или может… Может… Ну не знаю. Наверняка, найдется еще тысяча разных вариантов, — отнекивалась Гермиона. Сама мысль о симпатии к ней со стороны Малфоя, во времена совместного обучения, была верхом абсурда.  — Вот именно! И один из них самый вероятный — ты нравилась ему! — победно заключила Джинни.  — Хорошо, сдаюсь. Какая разница? Мне много кто нравился в школе и что? — Гермионе просто хотелось поскорее завершить этот глупый спор.  — На самом деле, тебе нравился только Рон, — спокойно произнесла Джинни. — Хотя, я не против, ведь теперь вы вместе и …  — Рон! — Гермиона соскочила со стула.  — Что Рон? — уставилась на нее подруга.  — Мне нужно к Рону! И Гермиона растворилась в воздухе с громким хлопком. «Пожалуй, можно съесть кусочек пирога.» — подумала Джинни. Вернувшись на кухню и немного поразмыслив, она решила, что съест даже два.