Его гордость, её предубеждение

      — Может эту? — широкополая соломенная шляпа с пышным синим бантом опустилась на диван рядом с Грейнджер. Джинни в очередной раз затащила подругу на совместный шоппинг. Гермиона скептически покосилась на головной убор.       — И куда я буду в ней ходить?       — Например, я бы надела такую в отпуске на море, но сама знаешь… — Джинни грустно вздохнула. — Теперь похоже придётся искать чепец домохозяйки.       — Джинни, — начала Гермиона, но подруга лишь отмахнулась:       — Да ладно, неважно.       Гермиона очень хотела развеселить подругу, ведь именно для этого они сегодня собрались, и схватила первую попавшуюся вещь с полки,        — Вот, — она накинула аккуратную шляпку поверх пышной копны кудрей, — что насчёт этой?       — Тебе ещё плаща не хватает! — хихикнула Джинни.       — Плаща?       — Ну да, знаешь, такого, как у сыщиков во всяких детективах. О! — она закружилась вокруг своей оси, в поисках чего-то, — И еще нужны тёмные очки в придачу.       Гермиона повернулась к зеркалу и поправила шляпку.       — Думаешь, я похожа на сыщика? — задумчиво произнесла она.       — Однозначно. — уверенно ответила Джинни, — Ты так много всего знаешь, замечаешь не очевидные мелочи, и ты не раз помогала Аврорату с поимкой особо опасных преступников. Ты точно была бы классным сыщиком! До сих пор не могу понять, почему ты не пошла в Аврорат вместе с Гарри?       — Джинни, ты же знаешь, Кингсли лично попросил меня занять должность… .       — Да, да, Кингсли. Лично. Помню, помню. — отмахнулась от неё подруга, — Но ты ведь явно чахнешь за всем этим устройством баллов и корпоративных встреч. Работа «в поле» тебе больше по душе, разве не так?       Гермиона сокрушенно вздохнула и стянула шляпу с пышной копны кудрей.       — Ты права, — она повертела головной убор в руках и повернулась к подруге лицом, — отчасти, именно поэтому я не могу задерживаться сегодня.       — Ох, да ладно тебе! — возмущенно воскликнула Джинни, — неужели какая-то встреча с одной из пострадавших важнее шоппинга с подругой? — пока Джинни говорила, Гермиона надела чёрные очки на пол лица и теперь придирчиво рассматривала себя в зеркале.        — Понятно! Тогда так и иди! — Джинни обиженно фыркнула, подхватила выбранные ранее наряды и направилась в другой отдел.       — Шутишь? — вдогонку ей крикнула Гермиона.       Администратор магазина осуждающе шикнул на Гермиону, и она сразу же извинилась, незамедлительно поспешив вслед за подругой. Наконец, Джинни остановилась.       — Если серьёзно, — она повернулась к подруге, — Тебе действительно идёт. Поиграй в детектива, если это тебе так нравится. Мы все имеем право проводить отпуск, как нам вздумается. — игриво подмигнула она.       Гермиона улыбнулась в ответ и вернулась за шляпой, крепко сжимая в другой руке очки.       «А почему бы и нет?».       Когда Гермиона снова отыскала Джинни среди рядов различной одежды, та уже вовсю рассматривала детские свитера и штанишки. Гермиона смотрела на то, как Джинни с любовью разглаживает складочки на миниатюрных рубашках и футболках. Грейнджер сама всегда любила детей, но исключительно чужих, на мысли о своём собственном малыше постоянно не хватало времени.       — Кстати, как там продвигается дело? — Джинни вдруг бросила беглый взгляд на подругу и продолжила перебирать детские вещи.       — О, это дело… — запнулась Грейнджер, — честно? Пока не очень. Слишком много разрозненных фактов, которые никак не клеятся между собой и, ты удивишься, но мне кажется, к этому всему как-то причастен Малфой.       — Опять Малфой? В последнее время я слишком часто слышу о нем. — пробормотала Джинни и задумчиво добавила, — кажется, Гарри тоже что-то упоминал о нем.       — Гарри? Хм. Ты уверена? — Джинни утвердительно кивнула в ответ, — странно. Кстати, как он?       — С каждым днем все напряженнее. Ему бы очень пошёл отдых на море, но… — она перевела взгляд на подругу и многозначительно поджала губы.       — Знаешь что? Вернись и возьми ту шляпу! — скомандовала Грейнджер.       — Что? Зачем? Гермиона, я…       — Возьми! Пусть хоть шляпа тебя порадует! Ты просто обязана. Да, тебя лишили отдыха у моря, но мы все ещё можем отдохнуть где-нибудь у бассейна, и шляпа там точно пригодится, — с улыбкой провозгласила Гермиона. Довольная улыбка засияла на лице молодой миссис Поттер.       — Тогда ты обязана купить эту шляпу! И еще обязательно плащ. Вон тот, например. Давай! Примерь!       Гермиона рассмеялась, но все же плащ померяла. На выходе из раздевалки её встретили бурные овации.       — Да! Супер! — довольная Джинни сидела в новой широкополой шляпе и радостно хлопала в ладоши, — А ещё очки. Вот так. Гермиона, с такой маскировкой ты была бы самым лучшим сыщиком!       — А может, это и неплохая идея! — воскликнула Гермиона и снова наткнулась на осуждающий взгляд администратора за стойкой. Она нагнулась ближе к подруге и чуть тише добавила,        — Может, мне и правда слежку установить?       — За кем? — растерянно прошептала Джинни.       — За Малфоем, конечно.       — Да что с тобой? — Джинни отодвинулась назад и посмотрела подруге прямо в глаза, — Ты сейчас подозрительно напоминаешь мне Гарри в Хогвартсе. Помнишь времена, когда он винил Малфоя во всех грехах. Но сейчас… Не знаю, мне кажется, Гарри на самом деле верит, что Малфой изменился с тех пор. Знаешь, я спрашивала его про ту их встречу пару лет назад, Гарри мало чего рассказал, но подчеркнул, что они нормально пообщались. Может, ты сейчас слишком предвзята и зря его подозреваешь в чем-то?       Гермиона неловко переступила с ноги на ногу под пристальным взглядом Джинни.       — Может, ты права. Я пока не знаю. Просто чувствую, что что-то здесь нечисто. Нам потребуется хороший сыщик, — улыбнулась Гермиона. Она надвинула шляпу на глаза и подняла воротник плаща. Весёлый смех Джинни в очередной раз заставил администратора раздражённо шикнуть на двух подруг.       

***

      После встречи с Джинни, мысль о том, чтобы стать эдаким «сыщиком под прикрытием», захватила Гермиону. После нескольких часов прокручивания её в голове, идея больше не казалась такой уж глупой. Раздумывая над тем, как лучше всего изображать из себя частного детектива, Гермиона даже не заметила, как с тренировки вернулся Рон. Он сразу же направился на кухню и что-то возбужденно рассказывал, а потом вдруг умолк, тупо уставившись на пустующие полки в холодильнике. Рон, кажется, спрашивал что-то об ужине, но Гермиона лишь промычала что-то нечленораздельное в ответ, на что парень издал крайне раздраженный вздох. Позже Уизли предлагал ей еду из доставки, но она отказалась, по уши увязнув в изучении показаний потерпевших.       Как оказалось, всего было обнаружено пять девушек, и все они утверждали одно и то же: каждая из них весело отмечала девичник перед предстоящей собственной свадьбой. В самый разгар праздника они перебирали с алкоголем, из-за чего приходилось выходить на улицу или в уборную, после чего их больше не видели на вечеринках, а сами девушки с этого момента ничего не помнили. Следующим чётким воспоминанием для них была встреча с родными, которые находили их на порогах своих поместий спустя сутки после девичников.       — Хм, странно, — промычала Гермиона.       — Странно?! — тут же послышалось из-за угла. — И это все, что ты на это скажешь?       Гермиона удивлённо уставилась в стену. Из комнаты доносились приглушенные звуки разговоров. Видимо, Рон переместился в спальню и включил телевизор, а она даже не заметила.       Не успела она как следует поразмыслить над ответом, как Рон продолжил:       — Можешь себе такое представить? — она все ещё недоумевающе смотрела на стену, разделяющую гостиную, где она сидела, обложившись материалами дела, и спальню, в которой, по всей видимости, на кровати лежал Рон. Его рыжая голова выглянула из-за угла, — Невозможно было просто взять и проиграть! Это же Манчестер Юнайтед! Как такое возможно? А ты говоришь «странно». Это не просто странно, это… это…       Наконец смысл его слов стал доходить до неё. Скорее всего Рон что-то рассказывал ей и принял её слова за осознанный ответ на свои слова. На самом же деле, Гермиона понятия не имела, о чем говорил её парень, и это было одновременно стыдно и неловко, но ещё больше указывало на явную пропасть между ними.       — О, Рон, я не… — начала было Грейнджер, но Уизли тут же оборвал её.       — Тшш! Реклама закончилась. Продолжим потом, ладно? — его голова снова спряталась за стеной, и звук телевизора стал громче.       — Да, конечно, продолжим потом, — проговорила сама себе Гермиона. Но вдруг из-за стены раздался разочарованный стон.       — Что такое? — Гермиона поднялась и прошла к дверному проему спальни. Рон лежал на кровати с огромной миской с чипсами на груди и явно раздраженно указывал пультом прямо в экран телевизора. Грейнджер приготовилась выслушать от своего парня очередную порцию спортивных новостей, но ее внимание привлекла огромная фотография молодой девушки на весь экран, и через секунду под ней появилась бегущая строка «Новая пропавшая».       — И как им только хватает наглости прерывать матч века?! — взорвался Рон, дернувшись так резко, что несколько пластинок чипсов выпало из миски прямо на кровать. Гермиона не придала этому никакого значения, все ее внимание было приковано к голубому экрану. Футбольный матч действительно прервали ради срочных новостей, вчера вечером пропала еще одна будущая невеста, и ее до сих пор не нашли. Девушка репортер в прямом эфире направлялась к полицейскому участку, чтобы услышать последние новости по расследованию напрямую от хранителей правопорядка.       — Как вы прокомментируете последнее исчезновение? И есть ли у полиции уже какие-то зацепки? — Молодая девушка в строгом костюме слегка повернулась и поднесла микрофон к «старшему инспектору Малфорду», так гласила подпись в углу экрана.       — Да это же! — вскрикнул Рон.       — Малфой, — закончила за него Гермиона.       — Я думал его вышвырнули из этого мира — с нескрываемым отвращением произнес Рон. Гермиона только бросила на него укоризненный взгляд и, перехватив пульт управления, сделала громче.       — Э! А что? Было бы неплохо отправить его на другую сторону Луны, например. — недовольно пробурчал Уизли, складывая руки на груди.       — На данном этапе, все силы наших отделов, а также неравнодушных волонтерских организаций, направлены на поиски пропавшей девушки. Полиция делает все возможное для расследования этих довольно загадочных исчезновений.       — У вас есть подозреваемые?       — Пока мы не нашли достаточно подтверждений участия третьей стороны и потому не исключаем возможности стечения обстоятельств, в которых не замешаны никакие похитители.       — Хотите сказать, что девушки сами виноваты в своих исчезновениях?       — Мы не исключаем такой возможности.       — Да ладно, Малфой, ты не настолько глуп, — едва слышно прошептала Гермиона. И ослу было понятно, что кто-то этих девушек похищает и зачем-то стирает им память, но вот кто и зачем? Это было загадкой, которую наверняка хотел разгадать и сам Малфой, но почему тогда играл роль такого незаинтересованного? Для этого должны были быть особые причины. Как же Гермиону разбирало любопытство узнать, какие именно.       — А как потерпевшие отнеслись к такой теории? Вы ведь опросили всех? — не унималась репортерша.       — Да, к этому часу у нас есть полные показания почти всех девушек, замешанных в этом загадочном деле.       — Я не ослышалась, Вы сказали почти всех?       — Да, — Малфой явно не хотел, чтобы репортерша уточняла этот момент. Он небрежно поправил упавшие на лицо пряди волос. Рон громко фыркнул, а Гермиона неожиданно отметила про себя, что хорошо знает этот жест — Малфой нервничал. — Нам не удалось допросить Мисс Рошальд. Она является подданной США и имеет право отказаться давать какие-либо показания, если нет состава дела. Мисс Рошальд не выдвигала обвинений и не заявляла о себе, как о потерпевшей, поэтому ее показания нам недоступны.       — Что ж, спасибо, старший инспектор Малфорд. А с вами была Марджа Спенсер с новостями к этому часу и, обращаясь к телезрителям, хотелось бы предостеречь девушек от устройства девичников в это неспокойное время, хотя весна в Лондоне по праву считается горячей порой свадеб.       Гермиона протянула Рону пульт и вернулась в гостиную. Ее радовал тот факт, что похоже она оказалась на шаг впереди, потому что успела договориться о личной встрече с Матильдой Рошальд, а значит получила надежду на эксклюзивные подробности, в отличие от Малфоя.        По телевизору началась очередная реклама, и Рональд, громко чертыхнувшись, бросил пульт на кровать, а сам направился на кухню с полупустой миской.       — Значит «старший инспектор Малфорд», а? Ты знала? — он обернулся к Гермионе, она отрицательно покачала головой. Конечно, она помнила как Малфой упоминал, что работает в Скотланд Ярде в тот вечер в его квартире, но тогда она и подумать не могла, что он — старший инспектор по тому же самому делу. Её делу. Да и краткие газетные статьи не раскрыли полной картины.       — Небось и тут не обошлось без связей и денег папочки. Ха, даже интересно, что теперь сказал бы его отец, узнай он об этом? — продолжил Рон с ухмылкой.       — Сомневаюсь, что тут замешаны связи или тем более деньги Малфоев. — подала голос Гермиона, — а Люциус умер в Азкабане пару лет назад, и тебе это известно, — чуть строже продолжила она.       — А, ну да, — беспечно отозвался Рон и выпил стакан воды залпом.       — Рон!       — А?       — Он когда-нибудь присылал тебе приглашение встретиться?       — Кто? Люциус Малфой?       — Да нет же. Драко. — с нотками раздражения в голосе уточнила девушка.       — Инспектор Малфорд? — насмешливо произнес Рон, Гермиона лишь вздохнула и кивнула, — Ты имеешь ввиду Сейчас?       — Нет, Рональд! Раньше. Пару лет назад, может чуть больше.       — Неа. Хотя, подожди… — казалось, он задумался на мгновение, — нет, точно нет. Да и с чего бы?       — А ты знал, что Гарри как-то однажды встречался с ним? — Гермиона хорошо знала, чем вернуть интерес парня к этому разговору.       — Чего? Гарри и Малфой? Ну да!       — Гарри сам сказал. Я думала, ты знал. Джинни знала.       — Погоди, что? Джинни знала? — его явно задело это уточнение. Рону всегда хотелось чувствовать себя лучшим другом Поттера и узнавать обо всем первым. К сожалению, после свадьбы Гарри и Джинни, Рон часто оказывался на втором месте после своей сестры.       Гермиона утвердительно кивнула.       — Но зачем? — поморщился Рон. Гермиона пожала плечами.       — Точно не знаю. Вроде, чтобы забыть старое. Гарри сказал, они неплохо посидели. Обсудили прошлое и разошлись на дружеской ноте, что-то типа того.       — Ты сейчас говоришь про нашего Гарри и Малфоя?       — Рон! Да что с тобой?! Да, и Гарри даже сказал, что Драко изменился.       — Пф! Ага, изменился. Разве что мучается теперь без магии и квиддича в маггловском мире.       — В маггловском мире не обязательно мучаться! — вскипела Грейнджер. Её всегда бесило, что Рон считал маггловский мир чуть хуже магического. Они то и дело спорили о комфортном проживании в обоих мирах.       — Миона, ты ведь понимаешь, я не это хотел сказать. — примирительно начал Рон, — В смысле, Малфой и без магии, без своего состояния, без связей и денег папочки в маггловском мире, который так ненавидел. Это ли не ирония судьбы?       — Возможно, ты прав. — согласилась Грейнджер, задвинув раздражение поглубже. — Но посмотри, он чего-то все же добился сам. Стал инспектором, а это не так и легко.       — Ну может, — буркнул Уизли, — но квиддич. Теперь ему приходиться жить без любимой игры. И не то, чтобы играть не может, даже одним глазком посмотреть не удастся. — не без удовольствия закончил Рон.       — Перестань, Квиддич — это еще не все. — заметив изменившегося в лице Рона, Гермиона поспешила исправиться, — Я имею ввиду, он и без квиддича в нормальной форме. — предательница-память услужливо подкинула воспоминания Малфоя в черной обтягивающей футболке. Да, он точно был в хорошей форме.       Рон пристально посмотрел на Гермиону, от чего жар смущения стал подниматься вверх по шее, угрожая вскоре захватить ее щеки.       — Мерлина ради, ну я же не слепая, Рональд! Ты же сам видел его еще пару минут назад и тем более, уверена, у полицейских тоже есть множество способов поддерживать себя в форме.       — Ты что сейчас защищаешь этого хорька?       — Нет, конечно, просто… знаешь, я наверное немного устала и вообще… — она устала вздохнула и провела рукой по лбу. Рон шагнул к Гермионе и нежно взял ее за руку.       — Кстати, об отдыхе. Я надеялся, теперь когда ты в отпуске, мы будем больше времени проводить вместе, но это расследование…       — Прости, но все эти девушки! Я просто хочу помочь.       — Да, я понимаю. — он слегка сжал ее руки в своих. — Миона, я соскучился.       В голубых глазах плескалась нежность и преданность. Гермиона смотрела в эту глубину горных озер и чувствовала то же. Она ужасно соскучилась по своему другу, одному из самых близких людей на всей планете, но почему-то она так и не смогла отыскать в себе романтических чувств. В следующее мгновение Рон одним рывком притянул девушку к себе и крепко обнял.       — И, кстати, надеюсь, ты не забыла о сюрпризе. Я его уже готовлю. — Уизли наклонился ниже и заговорщически поиграл бровями. Затем он аккуратно чмокнул Гермиону в губы и направился в спальню.       — Оу, конечно, жду с нетерпением. — протянула Гермиона и тут же воодушевленно добавила, — Знаешь, наверное, ты прав, и я слишком мало времени уделяю тебе. И пока я жду твой мега-сюрприз, мы могли бы пойти вместе на выставку или на литературный вечер. Я видела в газете, что в Альберт-Холле сейчас как раз проходит…       — А, да, да, обязательно, давай как-нибудь. — послышалось из спальни, прежде чем голос Рона практически потонул в шуме футбольного матча. Последнее, что услышала Гермиона:        — Я сейчас. Только. — и оглушительное «Гол!» под всеобщий рев толпы.       

***

            На самом деле, Гермиона любила приходить заранее, чтобы у неё оставалось ещё несколько минут на раздумья. Поэтому, она сидела в машине уже добрых пятнадцать минут и ждала, когда придорожное кафе откроется, и официант перевернет вывеску на двери другой стороной. Гриффиндорка нетерпеливо стучала пальцами по рулю и то и дело поправляла аккуратно уложенные кудри. Наконец её внимание привлекло какое-то движение в кафе. Наконец парень в белом фартуке подошёл к двери с внутренней стороны и повернул вывеску. Наконец белый клочок бумаги торжественно оповестил будущих посетителей об открытии.        Гермиона машинально поправила волосы, сгребла в охапку папки с переднего сидения и вышла из машины.       Грейнджер пересекла парковку и подошла к двери. Над её головой приветственно зазвенели колокольчики. Девушка вошла и осмотрелась, ей показался необычным выбор места. Кафе выглядело ни больше и ни меньше, чем обычная придорожная забегаловка. Такие обычно стояли у заправок. Несколько рядов кожаных диванчиков с металлическими столиками между ними, барная стойка с высокими круглыми стульями, а в утреннем меню конечно же оладьи. Ещё одно из американских заимствований, которыми теперь пестрела британская культура.       Гермиона приветственно кивнула парню за стойкой и прошла вглубь, выбрав самый дальний столик у окна. Она как раз успела расположиться и мельком заглянуть в меню, когда колокольчики весело оповестили о новом посетителе. Высокая девушка с рыжими кудрями и ярко красной помадой на полных губах. Она взглядом просканировала помещение и остановились на Гермионе, после чего уверенной походкой направилась к ней, успев по пути игриво подмигнуть бармену за стойкой.       — Добрый день! — учтиво начала Гермиона, но тут же была перервана.       — Давайте поскорее покончим с этим. Я же Вам говорила, что у меня здесь назначена встреча, и у меня есть буквально пара минут на ваши вопросы.       — Да, конечно, как будет угодно. — поспешила заверить её Гермиона, — Во-первых, спасибо, что согласились со мной побеседовать. Это очень важно для меня.       — Важно для Вас? Мисс Грейнджер, во всей магической Британии едва ли найдется кто-то, кто не знает о Вас. Героиня Войны, умнейшая ведьма столетия, девушка из Золотого Трио, почетный работник Министерства — я ничего не забыла? — с насмешкой произнесла Матильда.       — Да, все верно. Но я не понимаю, к чему это все? — растерянно спросила Грейнджер.       — Все просто. — мисс Рошальд наклонилась вперед, складывая руки на столике, при этом пристально разглядывая Гермиону. — Вы — практически достояние страны, мисс Грейнджер, разве могла я отказать Вам.       — Уверяю Вас, мисс Рошальд, все эти регалии и статусы мало меня волнуют. Но меня действительно заинтересовали детали дела, в котором Вы фигурируете. Более того, в первую очередь я такая же магглорожденная, как Вы и как все остальные пострадавшие.       Матильда Рошальд поерзала на месте.       Гермиона внимательно посмотрела на собеседницу,       — И я хочу добиться справедливости для всех жертв этих похищений. И для вас тоже.       — Ха! Уверена, Ричард не согласился бы с вашим определением. — мисс Рошальд беспечно откинулась на спинку кожаного диванчика.       — Что простите?       — Вы назвали меня «жертвой». По его мнению, единственная жертва — это он сам. Вы не против? — она покрутила в руках сигарету. Гермиона кивнула.       — Ричард — это Ваш жених? — уточнила она, заглядывая в свои записи.       — Бывший. — резко бросила мисс Рошальд.       — Прошу прощения, я не знала.       — Уже не важно. — отмахнулась та, выпуская густое облако дыма. — Мисс Грейнджер, мне жаль Вас разочаровывать, но Вы действительно зря настояли на этой встрече. На самом деле, у меня нет никаких причин держать все в секрете по собственной воле, и гражданство другой страны здесь вовсе ни при чем. Я не даю никаких официальных показаний лишь из-за одного маленького обстоятельства. Ричард — единственный наследник древнейшей семьи, и они заставили меня подписать акт о неразглашении всего, что касается их семьи. Мои руки связаны, или, лучше сказать, мой рот заклеен скотчем, — грустно хмыкнула она.       Мысли вихрем закружились в гриффиндорской голове. Грейнджер была уверена, что именно в этих показаниях должна быть какая-то мелочь, которой не хватает для полной картины, и за которую можно будет ухватиться. Теперь ей предстояло придумать, как эти показания добыть.       — А если не под запись?       На пару секунд повисло тягучее молчание со вкусом горьких ментоловых сигарет, дым которых медленно наполнял пространство между девушками. С очередным выдохом мисс Рошальд спросила:       — Не официально?       — Да, исключительно между нами. — заверила её Грейнджер.       — Что ж… но я буду всячески отрицать что-либо, связанное со мной или Ричардом, при любой официальной огласке.       — Не волнуйтесь, все сказанное мне в этом кафе останется моей личной информацией.       Рыжеволосая красотка встряхнула кудрями и принялась теребить золотой браслет на руке, видимо собираясь с мыслями.       — Должна Вас расстроить, никаких особенных подробностей я не помню, но есть одна маленькая деталь, которую еще не обнародовали. — Гермиона вся превратилась в слух, — Раньше я не хотела ничего говорить, но разве в этом гребаном Лондоне возможно что-то скрыть? Кроме того, в скором времени моя скрытность окажется абсолютно бессмысленной. — и после короткой паузы мисс Рошальд продолжила, — Я думала, они сделали это только со мной, но нет. Оказывается, каждая похищенная девушка пережила тоже самое.       — Что вы имеете ввиду? — встревожилась Гермиона, — я не совсем понимаю, о чем вы?       — Вы ведь точно не сольете все в газеты? — мисс Рошальд прищурилась и посмотрела на Грейнджер. Но не успела та ответить, как рыжеволосая красотка вдруг решительно махнула рукой, — Впрочем, уже наверное не важно. Скоро все будут знать.       — Мисс Рошальд, я взялась помочь Аврорату потому что действительно хочу узнать правду и найти виновных, чтобы они смогли предстать перед Визенгамотом и понести наказание. Но у нас слишком мало зацепок для поисков, да и мы до конца не понимаем, что именно…       — Бесплодие. — это слово моментально повисло в воздухе. Гермиона смотрела на девушку широко раскрытыми глазами, не успев скрыть удивления, а та продолжала перебирать пальцами звенья золотого браслета. С явным отвращением она продолжила, — Эти мрази не просто похитили меня. Они что-то сделали со мной. Теперь я никогда не смогу иметь детей.       — О, мне так жаль, я не…       — Да, Вы не знали. И никто не знал. Мы с остальными девушками договорились скрывать эту информацию. — мисс Рошальд нервно сглотнула и перевела дыхание. — Дело в том, что…       — Вы уже определились с выбором? — откуда ни возьмись прямо перед их столиком появился официант.       — Кофе и оладьи. — не глядя на официанта, бросила мисс Рошальд.       Гермионе потребовалось пару секунд, чтобы сконцентрироваться на собственном заказе, в конце концов она попросила кофе.       — Мисс Рошальд, не могли бы Вы продолжить… — Грейнджер попыталась возобновить разговор, как только официант отошёл от их стола на достаточное расстояние.       — Матильда. Можете звать меня Матильда. И нет, мне больше нечего добавить, ничего кроме того, что уже скорее всего значится в ваших отчётах, — Девушка указала рукой на папки на столе возле Гермионы. — я ничего не помню с момента, когда вышла из бара подышать. Знаете, девичники могут быть довольно утомительными и… как бы это сказать… В общем-то, мне нужно было подышать свежим воздухом и… после этого ничего. Пустота. Строго до того момента, когда я оказалась на пороге родительского дома спустя пару дней.       — Простите, если это слишком личное, но мне нужно понять, как Вы поняли, что… — Гермиона замялась, не договорив.       — Бесплодна?       Гермиона смущённо кивнула.       — О, всё очень просто. На самом деле, я была первой из всех девушек, кто заметил это. Видите ли, так как Ричард один из немногих чистокровных волшебников, у них есть традиционный обряд проверки невест перед свадьбой. — мисс Рошальд достала еще одну сигарету из позолоченного портсигара, — хотите? — Гермиона снова отрицательно покачала головой. Тем временем Матильда Рошальд зажала сигарету между наманикюренными пальчиками и изящно прикурила от зажигалки. — Так вот, — продолжила она после затяжки, — такие семьи всегда хотят быть уверенными в продолжении рода и потому проводят подобные проверки для всех невест. Я не была исключением. Вообще, моя кандидатура всегда вызывала сомнения, — Гермиона удивлённо изогнула бровь, и это микровыражение не скрылось от Матильды, она лишь грустно улыбнулась и продолжила, — Вы должны меня понять, ведь мы обе магглорожденные, и Вы, как никто другой, должны знать об отношении к нам со стороны этих «священных чистых».       — Честно говоря, я думала, все это осталось в прошлом после победы. — задумчиво протянула Гермиона.       — Ха, — Матильда стряхнула пепел в пепельницу, а затем и вовсе потушила сигарету, — Вы конечно можете думать, как хотите, но надеюсь, мне не придётся объяснять, какими снобами могут быть эти чистокровные, ведь так? — Гермиона невольно вспомнила Малфоя с его обзывательствами в школьные годы и коротко кивнула, — что ж, после моего чудесного возвращения, семейный лекарь устроил осмотр, во время которого неожиданно оказалось, что я бесплодна и не способна обеспечить семейство драгоценным наследником. — Матильда откинула роскошные рыжие волосы за плечо и продолжила, — после этого все отношения между мной и Ричардом были разорваны, и мне предложили кругленькую сумму отступных, чтобы я никому не говорила причину отмены свадьбы и «не позорила себя». На самом деле, я уверена, они не хотели, чтобы я предавала огласке, насколько им важна возможность иметь наследника, и насколько Ричарду чужды настоящие чувства.       Гермиона и до этого момента не особенно уважала всех чистокровных толстосумов с их закоренелыми устаревшими взглядами на чистоту крови, но после такого рассказа возмущение в ней разгорелось новым пламенем. Грейнджер одновременно захотелось плюнуть в лицо всем членам этой семьи и особенно какому-то Ричарду, а также — сильно обнять Матильду Рошальд. Но когда она протянула руку через стол, чтобы участливо прикоснуться к девушке, та резко отстранилась.       — Не стоит жалости. Меня незачем жалеть. — с вызовом отрезала мисс Рошальд, — я взяла деньги, — на этих словах она задрала подбородок повыше, — и кроме того, бесплодие — не так ужасно, если не планируешь производить на свет никаких наследников. Теперь у меня есть полная свобода в свиданиях. Можно сказать, я обезопасила себя от неожиданных побочных эффектов.       Грейнджер понимала глубину раны, нанесённой Матильде, но ей все же было тяжело слышать, как кто-то называет детей «побочными эффектами». И как только она прокашлялась и захотела вернуть разговор в нужное русло, Матильда Рошальд посмотрела на изящные часы на руке:       — Что ж, на этом заканчивается мой рассказа, и, как я говорила ранее, через пару минут у меня назначена другая встреча, так что, было приятно поболтать, мисс Грейнджер.        Гермиона свела брови на переносице и уже хотела возразить, что на самом деле у неё осталось множество вопросов, но мисс Рошальд не дала ей такой возможности, завершив свою речь словами:       — Удачи Вам в поиске этих подонков.       Затем она быстро пожала руку Гермионе и нетерпеливо повернулась ко входу. Гермиона уткнулась в свои записи в поисках самых важных вопросов, на которые возможно все-таки осталось время.       Вдруг колокольчики над входной дверью весело зазвенели, и Матильда оживленно помахала кому-то рукой.       Новый посетитель в считанные секунды преодолел расстояние от входной двери до их столика.       — Ты?! — ошарашено пискнула Гермиона едва подняла взгляд на новоприбывшего.       — Грейнджер, — вполне спокойно ответил тот и даже кивнул в знак приветствия. — Мисс Рошальд, я полагаю? — высокий мужчина в белой футболке и чёрной кожаной куртке очаровательно улыбнулся.       — Старший инспектор Малфорд! Рада познакомиться. — вмешалась Матильда, протягивая ему руку, которую он галантно поцеловал едва прикоснувшись губами. Матильда засветилась ярче своего золотого портсигара, лежащего на столе. — Не знала, что вы знакомы, — заметила она, переведя взгляд на застывшую Грейнджер.       — Едва ли, — Малфой мазнул взглядом по Гермионе.       Мисс Рошальд уставилась на Грейнджер, и выражение её лица вмиг приобрело не такой дружелюбный вид, с которым она ещё секунду назад смотрела на Малфоя.       — Я же говорила Вам, что у меня встреча, — сквозь зубы процедила она.       — Да, я… я уже… конечно… — засуетилась Гермиона. Она сгребла в охапку все свои бумаги и поспешно встала из-за стола. Малфой отошёл в сторону, пропуская её, и в следующее мгновение уже занял её место напротив Матильды.       Снова откуда ни возьмись будто из-под земли вырос официант, на этот раз с тарелкой дымящихся оладий и двумя чашками кофе.       — Сюда, пожалуйста, — Матильда направила официанта.       Гермиона все ещё стояла в проходе между столиками, прижимая груду бумаг к груди, и чувствовала себя максимально лишней во всей этой картине. Ещё пару минут назад она узнала новые подробности по делу, которые предстояло как следует обдумать, и ей бы направиться к машине, а потом домой, но она словно приросла к полу. Появление Малфоя действительно глубоко потрясло её. Точнее «инспектора Малфорда». И все же, какова вероятность, что это просто совпадение, спустя столько лет вдруг встретиться за одним расследованием? Грейнджер наконец смогла оторвать ноги от пола и с трудом двинулась к выходу, когда её бушующий поток мыслей был прерван вопросом официанта.       — Ваш кофе, мисс. С собой или…?       — С собой. Я спешу, — отстраненно пробормотала Гермиона, но стоило ей вернуться взглядом к Малфою и девушке, которые уже оживленно что-то обсуждали, как она поспешно переменила решение, — пожалуй, у меня ещё есть время на чашечку кофе, — мягко улыбнулась Гермиона. Официант, оставив её наедине с кофе, поспешил вернуться на кухню. А Гермиона практически бесшумно опустилась на диванчик за спиной Малфоя.       В глубине души, Гермиона знала, что подслушивать нехорошо, но видимо в данный момент это знание утонуло где-то слишком глубоко, потому что искушение узнать, о чем разговаривают Малфой и мисс Рошальд, пересилило. Она пыталась расслышать обрывки фраз, и настолько старалась не издавать лишних звуков, что временами забывала вовремя дышать. Кофе был забыт и медленно остывал нетронутым.       — О, инспектор, вы мне льстите! — громко хихикала Матильда.       — Даже не думал, — галантно отвечал ей Малфой.       Гермиона скривилась от ещё парочки лже учтивых реплик от этих двоих. Было необычно и как-то неловко слушать, как кто-то на самом деле флиртует с Малфоем. Конечно, Гермиона не была слепа и могла предположить, что Малфой считался симпатичным для некоторых незнакомых с ним девушек, для неё же самой, в силу их совместной учёбы и, мягко говоря, не самых дружеских отношений в прошлом, Малфой оставался заносчивым индюком, как и всегда. Возможно, симпатичным, но все же индюком. Гермиона несколько раз растерянно моргнула от того, что ещё секунду назад на самом деле раздумывала над привлекательностью Драко Малфоя. Она постаралась отогнать ненужные мысли и прислушаться к приглушенному разговору за спиной, но все что ей удавалось расслышать — лишь обрывки каких-то разрозненных между собой фраз: «цветочный аромат», «мотор», «всплеск воды». Гермиона естественно записала все это в свой блокнот, но что ей это дало? Уставившись на страницу со словами, она пыталась связать их каким-то единым смыслом, но безрезультатно. Возможно, если бы официант за стойкой шумел чуть тише, она бы услышала больше. Сейчас ей бы очень пригодились удлинители ушей Уизли.       В один из неожиданных моментов тишины Гермиона впервые четко расслышала слова Малфоя:       — Спасибо, мисс Рошальд. Вот. Дайте знать, если что-то ещё вспомните.       — О, я обязательно позвоню, — с явной улыбкой ответила девушка.       Ещё через мгновение мимо неё словно проплыла счастливая Матильда Рошальд и широко улыбаясь покинула кафе. Гермиона изо всех сил вжалась в диван, так как это значило, что Малфой сейчас тоже последует тем же путем к выходу, и что он подумает, увидев её здесь, сидящей прямо за его спиной. И хотя, она по сути не услышала ничего важного, все же подслушивать не хорошо, и теперь она это отчётливо осознавала.              — Грейнджер, ты разлюбила кофе? — раздалось прямо над её головой, когда она всеми силами изображала крайнюю заинтересованность видом за окном.       — А? Что? — она оторвалась от разглядывания незатейливого пейзажа придорожной парковки и посмотрела прямо на Малфоя, а он указал на её нетронутый остывший напиток.       — О, — только смогла вымолвить Грейнджер. Вмиг расстояние между ними сократилось. Малфой неожиданно навис над ней, опираясь руками на стол по обе стороны от неё.       — Зачем тебе Матильда? — едва слышно прошипел он в паре сантиметров над её лицом.       — За тем же, зачем и Вам, инспектор Малфорд, — она особенно выделила последние слова, но ни один мускул на его лице не дрогнул. Абсолютно никакой реакции.       В следующее мгновение Малфой выровнялся и сложил руки на груди:       — Подалась в детективы от безделья, значит? — насмешливо хмыкнул он, — в таком случае, надеюсь, ты все расслышала или может отдать тебе мои записи?       Он явно насмехался. И как бы Гермиону не распирало любопытство хотя бы одним глазком заглянуть в записи Малфоя, она решила не показывать своей заинтересованности.       — О чем ты? Я просто решила допить кофе. — она тут же отпила глоток остывшего напитка и невольно скривилась.       — Давай не будем играть в эти игры. Я слишком хорошо тебя знаю. — Малфой ехидно посмотрел на гриффиндорку.       — Да, ну. А мисс Рошальд ты сказал, что мы едва ли знакомы, — ехидно парировала Грейнджер.       — Что ты здесь разнюхиваешь? — чёткий вопрос, и снова никакой реакции на её реплику. Малфой казался слишком отстраненным, словно между ними не существовало никакого общего прошлого, но при этом некоторые его эмоциональные реплики будто вырывались сами собой, выдавая истинные чувства.       «Так я тебе и сказала, самоуверенный индюк!», — подумала Гермиона, но вслух сказала:       — Ничего такого. Просто пообщалась со старой знакомой и выпила чашку кофе с утра. Это преступление?       — Старой знакомой, говоришь?       — Угу, — кивнула Гермиона и снова скривилась, после того как отпила глоток чёрной жижи из своей чашки.       — Да Бога ради, закажи себе новый кофе! — бросил Малфой, закатив глаза. Он быстро повернулся и решительно направился к выходу. Сначала Гермиона планировала досидеть в кафе до тех пор, пока он не скроется из виду, но вдруг одно слово из подслушанных обрывков показалось ей очень важным. Она сорвалась с места, оставив деньги за кофе, и выскочила из кафе вслед за Малфоем. Он успел пересечь парковку и стоял рядом с огромным чёрным мотоциклом. Тем же, на котором подвозил Пэнси пару дней назад. Гермионе нужно было срочно остановить Малфоя и уточнить кое-что, пока он не уехал.       — Банда! — слово, что крутилось на повторе в её голове само собой вырвалось и прогремело в утренней тишине. Малфой повернулся и в замешательстве уставился прямо на Гермиону. Гриффиндорка поспешно сократила расстояние между ними.       — Банда, — уже тише повторила она, — я расслышала это слово. Матильда говорила тебе что-то о банде.       — Всё же расслышала, — кривая ухмылка заняла свое законное место на его лице.       У Гермионы внезапно появилась одна шальная идея:       — Скажи честно, это может быть как-то связано с той бандой, что тогда… ну знаешь, избили тебя?       Малфой провел рукой по волосам.       «Снова волнуется», — отметила она.       Холодные серые глаза уставились на нее.       — Не лезь в это, Грейнджер, — практически прорычал он. Гермиона набрала в лёгкие побольше воздуха, чтобы возразить, но он вдруг удивил её резкой переменой, — и вообще, кто в здравом уме будет заниматься расследованиями в отпуске?       Гриффиндорка шумно выдохнула. Заготовленные фразы мгновенно спутались. Откуда он знал, что она в отпуске?       — Что, прости?       Малфой повертел в руках блестящий черный шлем и уверенно произнес:       — Ты в отпуске.       — Я, да, — подтвердила Гермиона и тут же задала воспрос, — но откуда ты…?       Малфой беспечно пожал плечами и надел шлем. Он ловко вскочил на мотоцикл, завел мотор и произнёс.       — Слышал где-то.       — Малфой, где ты мог об этом слышать? — Гермиона пыталась перекричать рев мотора, но ей не слишком хорошо это удавалось.       — К сожалению, в отличие от тебя, я при исполнении, нет времени на бессмысленные разговоры, и мне уже пора. Если у тебя есть вопросы, запишись на приём и приходи в полицейский участок. — с этими словами он опустил стекло на шлеме и резко рванул с места, оставляя за собой чёрные следы на асфальте.       От прорыва ветра ещё недавно аккуратно собранные кудри Гермионы хаотично рассыпались по плечам. Она крепче сжала свои записи в руках.        И вот опять. Эта утренняя встреча должна была помочь ей найти ответы на вопросы, а в итоге только добавила новые. Гриффиндорка сердито посмотрела вслед скрывшемуся из виду мотоциклу, и поспешила к своей машине.