Его гордость, её предубеждение

      Драко вовсе не нравилось все, чем он занимался. Казалось, однажды дела, что стопкой громоздились на рабочем столе, по высоте переплюнут легендарную Вавилонскую башню и достанут-таки до небес. С каждым днем нераскрытых преступлений становилось все больше: кровавые фото с мест происшествий больше его не тревожили, а вот что действительно занимало мысли, так это новые фотографии на доске с пропавшими без вести и огромный разрыв в количестве с фото с доски с подозреваемыми. Каждый день Драко проводил в душном кабинете инспектора полиции и всеми силами пытался сократить разрыв между двумя досками. Временами успешно, и тогда они всем отделом заваливались в ближайший бар, чтобы как следует отметить очередную победу добра над злом, но иногда зло праздновало свои победы, оставаясь непойманным. В такие дни каждый уходил домой с надеждой на новый день и новые достижения, а главный инспектор Малфой засиживался в кабинете допоздна. Его надежды на собственное светлое будущее давно остались позади, оставив после себя горькое послевкусие разочарования. Сегодня был один из тех дней, когда ему особенно хотелось почувствовать свободу полёта, отключиться от тревожных мыслей и просто парить над землёй. Как бывало, он делал, когда ещё был непослушными мальчишкой: сбегал от строгих нравоучений отца и улетал на новенькой метле в ночное небо. Оставляя за собой ярко освещенные окна мэнора, Малфой младший устремлялся ввысь. Звезды и месяц ждали его, как близкого друга. Этим вечером, мчась на мотоцикле по Лондонскому мосту, освещенному светом фонарей, Драко снова бежал от своих проблем. Наигранное чаепитие с матерью, приносившее Нарциссе так много радости, уже давно стало для него вымученной необходимостью. Еще и тяжёлый разговор с Трэверсом, его постоянные угрозы и желание поскорее завершить начатое. Всё это тревожило и не давало расслабиться. Драко увеличил скорость и помчался еще быстрее. Свет фонарей сливался в жёлтые полосы по бокам, а редкие автомобили мелькали мимо, словно вспышки. Несмотря на бешеную скорость и очевидную опасность такой езды, даже адреналин был не в силах заглушить рой тревожных мыслей. Стоило признать, вариант с побегом от проблем, так хорошо помогающий в детстве, больше не работал. Малфою пришлось уяснить это ещё во времена Волан-де-морта, а Трэверс оказался значительно коварнее. Ещё один поворот, и вдали замаячили неоновые огни вывески клуба. Небольшая группка празднично одетых молодых девушек толпилась у парадного входа. Рев мотора мотоцикла привлёк всеобщее внимание. Драко припарковался и заглушил мотор. Затем уверенной походкой прошёл сквозь толпу прямо к входу, приветственно кивнул огромному амбалу у двери, и тот, без лишних вопросов, впустил Малфоя. Толпа возмущённо загудела, но Драко не обратил на это никакого внимания. Как только тяжёлая металлическая дверь закрылась за его спиной, Малфой погрузился в полутьму, освещенную парой разноцветных софитов, устремленных на танцпол. В клубе было тихо, хотя до открытия оставалось каких-то полчаса. Несколько мускулистых официантов расставляли стулья вокруг сцены. Ещё двое суетились за барной стойкой. Этим вечером персонал клуба составляли исключительно мужчины. Драко приветственно махнул паре знакомых ребят в зале и последовал к винтовой лестнице. Пройдя по коридору, он остановился у массивной дубовой двери и постучал. — Да, — послышалось из комнаты. — Привет, — Драко вошёл в комнату. — Привет, — раздражённо бросил Блейз. Он сидел за столом в углу комнаты, склонившись над бумагами. — Отчёты? — спросил Драко, указывая взглядом на кипу бумаг на столе. — Да, немного запустил это дело, — не отрываясь от документов, протянул Забини. Драко снова глянул на кипу бумаг, вряд ли это было «немного» запущенным делом, но вслух он ничего не сказал. Знал, что друг ненавидит любую бумажную работу. Забини с большим удовольствием согласился бы обслуживать клиентов (а ещё лучше клиенток) в баре ночь напролёт, чем сидеть здесь за скучными сведениями дебетов с кредитами. Но, по всей видимости, наступил самый настоящий дедлайн, раз Блейз с особым раздражением перекладывал бумажку за бумажкой, выписывая что-то в расчетную книгу. — «Ему бы сейчас очень пригодилось прытко пишущее перо», — мысль невольно мелькнула у Драко. В который раз за эти годы Малфой пожалел, что в маггловской части Лондона им обоим нельзя пользоваться магией: Драко — потому что таково его наказание за неправильный выбор стороны на Войне, а Блейзу — потому что таковым было одно из условий возможности ведения бизнеса с маглами — «никакой магии на их территории». — Ты чего пришёл? — Блейз бросил беглый взгляд на друга. — Ого, как ты рад меня видеть, — саркастично заметил Драко, плюхнувшись в мягкое кресло у окна. Блейз слегка улыбнулся, выводя очередную закорючку в своих записях. — Просто не знал, куда ещё пойти, — неожиданно даже для себя, честно признался Драко. Забини мгновенно оторвался от работы и удивлённо поднял взгляд на друга. Тот продолжил: — Трэверс спешит, хочет все закончить как можно быстрее. — А ты? — Блез встал из-за стола и подошёл к другу. — А что я? Ты же знаешь, аврорату нужны будут доказательства, а их нет. Дезмонд не такой глупый, как им хотелось бы. — Это мы уже поняли, — вставил Забини. — Так вот, — продолжил Драко, — из-за особого интереса аврората, я предложил Трэверсу залечь на дно, но он припомнил мне детали нашей сделки и… — Драко уставился в окно, так и не договорив фразу. Блейз подошёл к столу с алкоголем и плеснул немного в два бокала, один напиток для себя, а второй протянул Малфою. — Я был у неё сегодня, — продолжил Драко, — Она не справляется. Блейз, ты же знаешь, ей перестанут оказывать помощь, если я нарушу условия, — он посмотрел мулату прямо в глаза. Забини едва слышно чертыхнулся. Он хорошо знал этот взгляд — отчаяние и страх. Блейз никогда и ни при каких обстоятельствах не назвал бы Драко трусом. И все же казалось, существовал один общий вид страха для всей семьи Малфоев, сродни родовому проклятью — страх поддаться эмоциям и разрешить себе чувствовать. Участвуя в такой опасной игре, в которой Малфой существовал последние несколько лет, чувства и эмоции могли только помешать здраво принимать решения на холодную голову. — И что ты намерен делать? — Блейз прислонился к стене напротив. Драко сделал глоток, взъерошил волосы и подошел к окну. Снизу доносился гомон весёлых голосов, до открытия клуба оставалась пара минут. Ди-джей проверял микрофон и настраивал звук. Драко перевёл взгляд на небо, из-за яркого света фонарей на парковке звёзды не видны. Он неосознанно потянулся к цепочке на шее. — Выполню свои обязательства и будь, что будет, — бесцветным голосом произнёс Драко. — Будь, что будет, говоришь? Тогда давай поговорим о будущем, — Блейз бокалом в руке указал на Драко. — О чем? — Малфой повернулся к другу и проследил за его жестом. Забини указывал на серебряную цепочку, которую Драко все перебирал в пальцах. Малфой тут же отпустил цепь и опустил руку. — Не о чем тут говорить. Это скорее прошлое, чем будущее, — отрезал Драко, возвращаясь на свое место в комфортном кресле. — О, я так не думаю, — протянул Забини. Малфой залпом осушил бокал. — Думать не запрещается, так что думай. — А ты часто о ней думаешь? — Блейз хорошо знал, куда надавить. — Забини! — предостерегающе рыкнул Малфой, — вообще не думаю, — отрезал он. — Да ну? — Хорошо. Хочешь честно? — Блейз кивнул, — в последнее время иногда всплывает в мыслях, но исключительно потому что эта дура влезла в дело, в котором ей не место! Блейз поджал губы: — Ничего необычного. Водится за ней такая особенность — лезть, куда не просят. И? Что ты чувствуешь? — он присел на кресло напротив, поставил свой бокал на стол и наклонился к другу. — Ты что мозгоправом заделался? — возмутился Драко, — ничего я не чувствую! И не думаю я о Грейнджер! Сдалась она мне! Просто нужно убрать её с дороги и все. А это, — он достал кулон из-под футболки. Свет настольной лампы отразился в прозрачной сфере, которую держала когтистая лапа дракона. — Ты же знаешь, Нарцисса отдала мне его, когда ещё верила, что я… В общем, давно. — Но ты не носил его. Давно. — заметил мулат. — Просто перебирал вещи, нашел его и надел. — равнодушно отмахнулся Малфой. Блейз недоверчиво поднял бровь. — Перебирал вещи, значит? — Драко кивнул, — До или после встречи с Грейнджер? — Черт, Забини! Это допрос? — Хорошо, хорошо, — примирительно проговорил Блейз и откинулся на спинку кресла, — просто, если ты намерен убрать Грейнджер с дороги, не будет ли это, — он указал взглядом на кулон, — помехой? Драко молча, посмотрел на блестящую когтистую лапу и сферу в ней. В стекле отражалась перевернутая комната в миниатюре. — Ты проверял его? Я имею в виду, рядом с… — Я понял, что ты имеешь в виду, — перебил его Драко, — и да, проверял. — Ну и? — с нетерпением спросил мулат. — Ничего, — равнодушно ответил Малфой, — абсолютно ничего. Я ничего не почувствовал, — словно убеждая друга, добавил он. — А кулон? — не унимался Забини. Они оба одновременно посмотрели на маленькую безделушку на шее у Драко. — Ничего, — солгал Малфой. — Может это и к лучшему. Я считаю, тебе стоит просто положить это обратно куда-то вглубь своего шкафа. До следующей уборки, например, через пару лет, — предложил Блейз. — Ты что серьёзно думаешь, что он что-то значит для меня? До сих пор? Забирай, хоть выбрось! — Драко резко сорвал кулон с шеи и протянул другу. — Выбросить? — недоверчиво переспросил Забини. Драко жестом указал на балкон. — Ну же, давай! Блейз залпом осушил бокал и направился к балконной двери. Резкий порыв ветра покачнул тяжёлые занавески. Гомон голосов сменил шум проезжающих мимо машин, а толпа перед входом рассосалась: большинство девушек уже зашли в клуб, остальные, не прошедшие фейс-контроль, отправились по домам. Мгновение спустя Блейз уже стоял на балконе у самых перил, держа кулон над землёй. — Уверен? — уточнил он у Драко. Тот беспечно откинулся в кресле и даже закинул ногу на ногу, намеренно демонстрируя свое равнодушие. Блейз перевёл взгляд на кулон, теперь в сфере отражался свет неоновой вывески на парковке, и стекло переливалось розово-фиолетовым мерцанием. Забини слегка разжал кулак, и цепочка выскользнула на пару сантиметров, устремляясь вниз. Драко сам удивился скорости своей реакции: и секунды не прошло, как он уже держал кулон в зажатой ладони, а Блейз громко смеялся, удерживая в руке другой край цепочки. — По крайней мере, теперь нам точно известны два факта, — все ещё улыбаясь, начал Блейз, — Во-первых, содержимое этого стеклянного шарика все еще важно для тебя. — Пошёл ты! — буркнул Драко, пряча цепочку в карман. В ответ снова раздался заливистый смех мулата. — И что за второй факт? — недовольно спросил Малфой. — О, второй. Этот тебе точно понравится, — Забини хитро подмигнул и продолжил, — У тебя прекрасная реакция, так что ты сможешь быть ловцом, как прежде, когда все это закончится. — Серьезно, да пошёл ты! Блейз покачал головой: — Придумай что-то другое, а то повторяешься, — с улыбкой произнёс он. — Это все ничего не значит, — задумчиво произнес Малфой. — Конечно, как скажешь, — ответил Блейз из глубины комнаты. Драко вдохнул полной грудью прохладный ночной воздух. Эти дружеские посиделки были именно тем, что ему было так нужно сегодня вечером. Слишком много всего навалилось, а здесь, с Блейзом, чувствовалась какая-то лёгкость. Словно Забини своими шуточками разрядил слишком напряжённую атмосферу вокруг. — Может, теперь расскажешь о ночи с Грейнджер, — Блейз протянул другу новую порцию напитков. С Забини было действительно легко, пока он не начинал копать слишком глубоко. Зачастую за его шуточками, которыми он располагал к себе собеседника, скрывалась настоящая глубина последующего разговора. Теперь они оба стояли на балконе, опираясь на перила и наблюдая за опустевшей улицей. Приглушенная музыка, вместе с весёлым женским визгом и смехом, доносилась из клуба. — Не было никакой ночи, — сделав глоток, ответил Малфой, — У Пэнси слишком бурная фантазия, а ещё длинный язык. Грейнджер просто… — Драко неожиданно умолк. — Что такое? Вспомнил язык Пэнси? Или Грейнджер? — мулат явно хотел пошутить, но, не получив ответа, сначала встревоженно посмотрел на друга, а затем проследил за взглядом Малфоя. К клубу подъехал розовый лимузин, из которого с шумом вылезли девушки в платьях, одно короче другого. У одной из девушек к волосам была прикреплена крошечная фата, а на груди красовалась лента с надписью «Невеста». — «Очередной девичник в клубе», подумал Блейз. — «Ничего необычного, но что так привлекло внимание Драко?» Но Драко смотрел куда-то дальше. Приглядевшись, Блейз наконец увидел старенький серый бьюик, припаркованный сразу за розовым лимузином. Вдруг из кабины водителя появилась кудрявая голова. — Грейнджер? — удивлённо спросил Блейз и перевёл взгляд на Драко. — Что она здесь делает? — едва слышно произнёс Малфой. — Может просто с подружками на девичник приехала? — предположил Забини. Все девушки шутили и смеялись, но только невеста время от времени бросала какие-то реплики Грейнджер, на что та смущённо улыбалась. — Вряд ли это её подруги, — заметил Малфой. — Надеюсь, ты не пойдёшь туда, — Блейз даже не успел закончить, как Малфой схватил куртку с кресла и направился к двери, — ну конечно пойдешь, — обречённо закончил свою фразу мулат. Забини закрыл дверь на балкон, поставил бокал на стол и пошёл за Драко.

***

Крепкие мужские руки скользили по её талии, опускаясь все ниже. И вот руки уже по-свойски расстегивали молнию на юбке. Как это все привычно. Гермиона знала каждый следующий шаг до мельчайших подробностей. Дальше Рон поднимет её на руки и отнесет в их спальню, аккуратно опустит на огромную кровать и продолжит раздеваться. Сначала снимет свои брюки и свитер, предоставив время Гермионе самой разобраться с бюстгальтером и колготками. А ещё он обязательно оставит носки и выключит свет, перед тем как ляжет рядом и продолжит предварительные ласки. Всё это так обыденно. Когда-то Гермионе нравилась эта надёжность и постоянство, но теперь она каждый раз норовила изменить привычный порядок вещей. Недавно ей пришло в голову оставить свет включённым, а в прошлый раз Грейнджер даже завела тему про носки. Ну, в самом деле, зачем он их оставлял? Реальность оказалась банальнее некуда — у Рона мёрзли ноги. Гермиона неожиданно хихикнула, вспоминая об этом. Не самое лучшее время для смеха: Рон уже избавился от одежды и целовал ее обнаженную грудь. — Щекотно? — спросил он, поднимая голову. — Эмм, да, — ложь далась Гермионе слишком легко. Рон удовлетворенно улыбнулся, ведь он был уверен, что Гермиона обожала щекотку — ещё одна ее скрытая неправда со сроком давности в несколько лет. На самом деле, Гермиона ненавидела щекотку, но Рон свято верил, что щекотка — это «их штука», и ей не хотелось его разочаровывать. Стоило просто перетерпеть немного и всё. Крепкие руки парня продолжили скользить по её телу, а Гермиона уставилась в потолок, всеми силами пытаясь настроиться на удовольствие, которое должна была испытывать.

***

Спустя несколько часов, все ещё лёжа без сна бок о бок с довольно посапывающим Роном, Гермиона задавалась вопросом о будущем. И нет, она не строила радужных планов и не мечтала провести всю жизнь с парнем в её постели. Наоборот, она с ужасом представляла себе ещё тысячу подобных ночей, в которых ей снова и снова придётся притворяться, чтобы просто не расстроить близкого человека. Рон Уизли был самым надёжным и предсказуем, тёплым и домашним, на самом деле кем-то уже сродни родственнику. Он однозначно был одним из самых важных людей в жизни Гермионы, но проблема заключалась в том, что она будто переросла его и не хотела в этом признаваться. Даже самой себе, не то, что ему. Разговор с Роном о своих мыслях и чувствах вполне мог бы стать для нее очередным боггартом. А если добавить к этому неизбежные проблемы с Джинни и объяснения с Гарри… Гермиона повернулась на другой бок. Она просто никогда на это не решится. И где её хваленая решительность, когда она так нужна? Когда она перестала мыслить рационально и растворилась в предпочтениях другого человека, пусть даже некогда любимого? Звучало так, словно она полностью потеряла себя. Подобные мысли уже не впервые появлялись в её голове, но каждый раз Грейнджер успешно прогоняла их, заглушая чем-то. Бесшумно поднявшись с постели и накинув халат, Гермиона вышла из комнаты. Прикрывая за собой дверь, она бросила взгляд на то, как Рон удовлетворенно занял опустевшую часть кровати. Гермиона была хороша в умственной работе, не зря её называли умнейшей ведьмой столетия, но было ещё кое-что, в чем она достигла совершенства — заглушение собственного внутреннего голоса. О, это ей удавалось просто мастерски! У неё на это был целый арсенал способов, от чтения интересной книги ночь напролёт, до побега в родительский дом, пока мысли не улягутся. Сегодня пригодилось бы особое средство «номер один» в списке. Ночная прогулка по Лондону — самый действенный способ отвлечься, особенно если сесть за руль отцовского бьюика и бесцельно кружить по ночным улицам любимого города. Наспех накинув кофту, она вышла из квартиры, спустилась вниз и завела мотор и уже через пару минут колесила по ночному городу. Ветер врывался в кабину через открытое окно, нещадно запутывая волосы и выметая всякий хлам из головы. Единственное, что могло разрушить идиллию в такой поездке — это мигающая красная лампочка на приборной панели. С нескрываемым раздражением, Гермиона заехала на ближайшую придорожную заправку и столкнулась с очередным разочарованием, у единственной бензоколонки стоял розовый лимузин. Откровенно разодетая группа девушек окружили молоденького работника заправки, они поочередно флиртовали с ним, отчего бедный парень краснел все гуще. Гермиона вздохнула и закатила глаза. Казалось, у этой компании никогда не дойдёт дело до самой заправки автомобиля. Все участники явно наслаждались обществом друг друга, даже не думая заниматься делом, для которого собрались. Присмотревшись, Гермиона заметила, заправщик даже не вставил шланг в лимузин. Грейнджер выглянула из окошка: — Здравствуйте! Не могли бы вы поторопиться, — она мягко улыбнулась, — я спешу.       Парень вздрогнул, и смущенная улыбка озарила его лицо. — Да, мисс, конечно, извините. — после чего он поправил свою бейсболку и поспешил к бензоколонке, чтобы наконец заправить лимузин. Гермиона залезла назад в кабину и уставилась прямо перед собой. Девушки, хотя и заметно расстроились, лишившись собеседника, вскоре продолжили разговаривать и смеяться. — А вы случайно не Гермиона Грейнджер? — одна из девушек наклонилась, заглядывая прямо в салон старенького бьюика. Грейнджер вздрогнула от неожиданности: — А? Да, это я, — растерянно ответила она. — О! Девчонки! — закричала девушка в сторону своих подруг, — это же сама Гермиона Грейнджер! Гермиона свела брови на переносице, силясь понять, что же в этом такого сенсационного. В следующее мгновение ещё пара девушек подошли поближе, заглядывая в кабину с вцепившейся в руль Грейнджер. — Мисс Грейнджер, какая честь! — воскликнула блондинка с коротенькой фатой, прикреплённой к волосам. — Я видела Вас только в газетных вырезках. Я Ваша самая преданная фанатка. — Фанатка? — удивлённо повторила Гермиона. — Да, конечно! Вы ведь героиня войны! Неужели мне и правда посчастливилось сегодня встретиться с Вами здесь, — девушка жестом обвела периметр парковки, — это же неимоверная удача! — её голос перешёл на писк. Гермиона попыталась вежливо улыбнуться. — Что ж, я рада, что принесла вам столько радости в этот вечер. — Вы даже представить себе не можете, насколько я сейчас счастлива! А ведь сегодня ещё и мой девичник, представляете?! Такая удача в самый весёлый вечер моей жизни! — воодушевленно тараторила блондинка. — О, мисс Грейнджер, пожалуйста, окажите честь и присоединитесь к моему празднику сегодня! — она вдруг сложила руки в молитвенном жесте. — Я… Э-э-э. Спасибо, — замямлила Гермиона. — Бридж, — одна из подружек легонько толкнула будущую невесту локтем в бок, — у мисс Грейнджер наверняка есть свои планы, — она многозначительно посмотрела на подругу. — Да, на самом деле, я… У меня действительно есть планы, — вклинилась Гермиона. — О-о-о, — разочарованно протянула блондинка с фатой. — Ваша машина готова! — послышался крик заправщика. — Пойдём, Бридж, — подружка потащила будущую невесту обратно к лимузину, — приятно было познакомиться, мисс Грейнджер, — обратилась она напоследок к Гермионе. — И мне тоже, — с рвением ответила Гермиона. — И все же, если передумаете, мы будем в клубе «Freedom» в Сохо! — крикнула блондинка через плечо, пока подруга почти что волокла её подальше от бьюика. Гермиона только улыбнулась и помахала вслед удаляющимся девичьим фигурам, вспоминая милые посиделки в Норе на импровизированном девичнике у Джинни. В те времена пышные праздники в клубах ещё не были так популярны. Наверное, у неё самой будет что-то подобное на собственном девичнике. Если они с Роном когда-то… — Мисс, можете подъезжать! — крикнул заправщик и помахал Гермионе. Мысли тотчас развеялись, и она подъехала ближе. — Полный бак, пожалуйста, — обратилась она к парню. Он явно все ещё смущался и потому лишь неловко кивнул в ответ. Гермиона опустила зеркало и посмотрела на свое отражение. Растрепанные волосы непослушными прядями рассыпались по плечам, лёгкие тени пролегли под глазами, а на носу и щеках выделялись неизменные веснушки. — «М-да, заявиться в таком виде в ночной клуб — то ещё приключение!», — хмыкнула про себя Гермиона. Как вдруг название клуба ещё раз промелькнуло в сознании. «Freedom» — это же клуб Блейза Забини, который фигурировал в деле о похищениях. Девушки праздновали свои девичники именно там, перед тем как пропали на несколько дней. А эта группа девушек тоже едет на девичник. Словно яркая лампочка зажглась в голове у Гермионы. — Все готово, — заправщик заглянул в кабину. Гермиона молча сунула ему в руки купюру и резко вдавила педаль газа в пол, оставив растерянного парня на парковке заправки.

***

— Ура! Девичник начинается! — закричала блондинка, выскакивая из лимузина. Сразу за ней на улицу вышли все остальные подруги. Гермиона заглушила мотор и тоже вышла из машины. Девичьи пестрые наряды контрастировали с повседневной одеждой Гермионы. «Возможно, удастся разузнать какие-то подробности, которые ускользнули от внимания Авроров», — так думала Грейнджер, решаясь на эту авантюру. Свет неоновых вывесок отражался в лужах только что закончившегося дождя. Девушки ровным строем уверенной походкой направлялись к дверям клуба. Грейнджер поспешила за ними, желая как можно сильнее слиться с толпой. Она не была уверена, нужно ли особое приглашение на такие вечеринки или пропускают просто так. А ещё сомневалась, подойдет ли её обычный наряд для подобного мероприятия. К сожалению, спонтанным надеждам Грейнджер не суждено было сбыться, и как только она хотела было прошмыгнуть незамеченной мимо огромного амбала на входе, мужчина тут же развернул её. Оказалось, что приглашение не нужно, а вот удостоверение личности — обязательно. К тому же, оценив наряд Гермионы строгим взглядом с ног до головы, был вынесен вердикт — «не пригодна для такого статусного места». И никакие уговоры девушек не подействовали, двери клуба закрылись прямо перед её носом. Ничего не оставалось, как только разочарованно вздохнуть, развернуться и уехать восвояси. Но Гермиона Грейнджер не была бы самой собой, если бы не попыталась найти другой вход. Обойдя здание со всех сторон, она заметила другую дверь и небольшую гору окурков около неё. Оставалось только подождать, пока кто-то выйдет, и прошмыгнуть вовнутрь или хотя бы побеседовать с заядлыми курильщиками, кем бы они не оказались. К счастью, Гермионе не пришлось слишком долго ждать. Дверь распахнулась, выпуская клубы цветного дыма и звуки музыки вперемешку с женским смехом. На улицу вышли двое парней. Гермиона открыла рот от удивления. Да, конечно, она и раньше видела работников клубов. Всяких. Разных. Но эти… Галстук-бабочка у них на шеях точно указывал на то, что клуб — место статусное, но ведь кроме галстука на парнях были только коротенькие облегающие черные шорты. И о чем говорил этот факт? Ошарашенная Гермиона все никак не могла понять. Парни переговаривались, казалось, вовсе не замечая Гермиону. Наконец, один парень кивнул другому, указывая на Грейнджер, и тот умолк, глядя на неё в упор. Гермиона прокашлялась. — Вышла покурить? — спросил один из парней. Высокий, плечистый, с тёмными кудрями, он выглядел как модель из какого-то модного журнала. — Что-то вроде того, — быстро ответила Грейнджер, — Гермиона, — она протянула руку парню. — Теренс. Приятно познакомиться, — парень прикоснулся губами к девичьей руке. Затем он вытащил из кармана шорт пачку сигарет и протянул Гермионе. — Честно говоря, я не курю. Но с удовольствием постою тут с вами, если вы, конечно, не против. А вы давно здесь работаете? — оба парня слегка кивнули, — Здесь очень шумно по пятницам, да? Теренс отступил на шаг и щёлкнул зажигалкой. — Вообще, да, — ответил он, прикурив сигарету, — А ты для чего интересуешься? — Хочешь узнать о похищениях, верно? — второй парень пристально посмотрел на Грейнджер. Гермиона честно кивнула. — Я так и думал, — парень расплылся в удовлетворённости улыбке. — Я веду собственное расследование. — Разве этим не занимается Скотланд-Ярд? — спросил он. — Да, конечно, но я же говорю, собственное расследование. — Журналистка? — Теренс присел на выступ в кирпичной стене. — Угу, — Гермиона не хотела лгать, но и не собиралась говорить правду. Клуб был в маггловский части Лондона, и персонал вполне мог оказаться обычными магглами, ничего не знающим о магии, тем более о Министерстве. Рисковать и раскрывать подробности ее интереса к делу было ни к чему. — Так что? — настаивала она, — знаете что-то? Бывает что-то необычное по пятницам? — На самом деле сказать нечего, — равнодушно ответил Теренс. — Обычные вечера, девушки, желающие отдохнуть на полную катушку, алкоголь рекой, приватные заказы… — Приватные заказы? — Да, некоторые постоянные клиентки заказывают приватное время с полюбившимися официантами, — уточнил он. — То есть… — Гермиона широко распахнутыми глазами смотрела на Теренса. Тот потушил сигарету и выбросил окурок в ближайшую лужу. — Никакой проституции, можно смотреть, — он развёл руки в стороны, демонстрируя свое идеальное тело, — но не трогать. Гермиона смущенно отвела взгляд. — Жаль, тебя расстраивать, но тебе тут нечего искать. Тем более, мы все уже рассказали инспектору Малфорду, а мистер Забини просил особо не трепаться об этом. О, а вот и он сам! — Какие люди! — воскликнул Блейз, улыбаясь во все тридцать два. Он шагнул за порог, пропуская парней обратно в помещение, и закрыл за ними дверь. — Грейнджер собственной персоной. Неожиданно! — продолжил он, оказавшись с Гермионой наедине. — Интересно, я несколько раз пыталась записаться к тебе на встречу, но твоя секретарша каждый раз отвечала, что ты очень занят и вот, какая удача! — притворно радостно воскликнула Гермиона, указывая на мулата. — Ага, повезло тебе! — подтвердил Забини. — Не видел тебя здесь раньше. Наконец решила оттянуться по-настоящему? Парни пришлись по вкусу? — каждую фразу он сопровождал хитрой улыбкой. Гермиона фыркнула: — Уверена, ты догадываешься, зачем я здесь. — О, да. Только ты не учла того факта, что у тебя нет прав допрашивать кого бы то ни было. Или ты вдруг перевелась в Аврорат? — Нет, не перевелась. — процедила Грейнджер, — и я никого не допрашивала, так, поболтали о том, о сем. — А, ну тогда, лады. Может, и мы поболтаем? — Давай. Тебе не кажется странным, что дело о похищениях в твоём клубе ведёт твой старый друг Малфой? Вам обоим не надоело постоянно скрывать свои темные дела за деньгами и статусом? — Не-а, — легко бросил Блейз, — А тебе не кажется странным, что главный Аврор — Поттер, но его висяки до сих пор раскрываешь ты? Не надоело подчищать за другими? — Гермиона сжала кулаки — так сильно хотелось врезать этому самодовольному нахалу, — кстати, о других, как там дела в раю? Гермиона непонимающе уставилась на Блейза. — Ну, в вашем с Уизли раю? Как дела? Пироги пекутся, свитера вяжутся? — ехидная улыбка не сходила с его уст. — Да пошёл ты, Забини! Я думала, ты вырос, была о тебе лучшего мнения, но ты, видимо, со своими шуточками застрял где-то в коридорах Хогвартса. — зло бросила Гермиона и уже почти повернулась, чтобы уйти, но дверь снова хлопнула, а значит кто-то вышел. — Грейнджер, тебе не удастся что-то здесь разузнать, тем более время позднее. Добрый совет — поезжай домой. О, этот голос! Она бы наверняка узнала его из тысячи. И если еще пару секунд назад Гермиона сама собиралась отправиться домой, то теперь, хотя бы только из-за этого «доброго совета», точно должна была остаться. Даже если ничего нового не узнает. Даже если зря. Грейнджер обязана остаться. Хотя бы просто назло! — Спасибо за совет, конечно. Так волнуешься за меня, — язвительно ответила Гермиона. Она развернулась и сразу же встретилась с прямым взглядом серых глаз. Драко стоял, прислонившись к косяку двери. Черная футболка и джинсы в цвет контрастировали с белыми прядями и бледным цветом кожи. Гермиона до сих пор не могла привыкнуть, что Малфой носил маггловскую одежду и некогда наследник великого магического рода теперь мало чем отличался от магглов. — Просто не хочу раскрывать новое похищение с тобой в качестве жертвы, — Малфой развёл руками. — Со мной в качестве жертвы? — Гермиона повторила, чтобы понять, о чем он, — Ах, ну конечно! Жертвы не будет. Девичника нет, а я даже не помолвлена, — сердито ответила она. Брови Драко на долю секунды взлетели вверх, а затем на лице заиграла самодовольная улыбка. — Видимо, Уизли ещё не накопил на колечко, — Блейз явно озвучил мысли друга. — Да какое ты имеешь право так говорить? Идите к черту оба! — она шагнула назад и запнулась. В следующее мгновение Гермиона смачно плюхнулась в лужу. — Да чтоб тебя! — вскрикнула она. Малфой молниеносно оказался в шаге от Гермионы, протягивая ей руку. На удивление, он не смеялся, даже не улыбался, возможно, ей даже удалось рассмотреть некоторую обеспокоенность на его лице. А возможно, ей только показалось. — Давай же, не упрямься, — Драко все ещё протягивал руку. Вода из лужи стремительно проникала сквозь одежду, И Гермионе ничего не оставалось, как только воспользоваться предложенной помощью. Драко взял её за локоть и потянул на себя. Гермиону это прикосновение удивило, и она не могла понять почему. Он был теплый. А она ожидала чего-то… другого. Вся его наружность словно кричала о холоде внутри, о ледяном сердце и острых краях его души, о которые можно порезаться. Но он был теплым, и это ощущалось странно. Оказавшись в паре сантиметров от Малфоя, она растерянно пролепетала: — Спасибо за помощь. Драко тут же отдернул руку и отошёл на шаг. Гермиона переключилась на свою промокшую одежду, безуспешно пытаясь стряхнуть грязь с брюк и отжимая полы кофты. Малфой, казалось, топтался на месте. — Вот это ты, конечно, вляпалась, — с нескрываемым задором проговорил Блейз. — если нужно, я могу впустить тебя в клуб, — Гермиона подумала, что не зря угодила в лужу и, возможно, поездка не окажется безрезультатной, но Забини вдруг передумал, — или лучше вызову такси. Мало ли что ты там еще будешь делать? Пристанешь к моим парням или вообще залезешь на стол танцевать. Кто тебя знает. В тихом омуте, как говорится… — казалось, Блейз проговаривал мысли вслух, упорно не замечая ярости, закипавшей в Гермионе. — Спасибо, — процедила она сквозь зубы, — я на машине. Как-нибудь доберусь сама. — Я провожу, — вдруг вклинился Малфой, — Обеспечение безопасности — моя работа, — холодно добавил он. Конечно, Гермиона сразу придумала пару-тройку колких ответов о том, что ей плевать на его работу, и о том, что он с ней явно не очень хорошо справляется, если вспомнить все эти похищения, и что она в состоянии сама о себе позаботиться, но по какой-то неведомой ей самой причине ни один из этих вариантов не был высказан вслух. Гермиона Грейнджер просто промолчала. Кивнула. И пошла вслед за Драко Малфоем. Блейз остался стоять у входа. До машины было не так далеко, но тишина между Драко и Гермионой сегодня по-особенному ужасно давила на обоих. — Тем утром, — начала Гермиона, — мисс Рошальд дала тебе показания? Драко остановился на мгновение и посмотрел на Грейнджер. Казалось, он мысленно решал, что лучше, сказать правду или уйти от ответа. — Нет, мы просто пообщались. Обсудили некоторые детали, так сказать, — наконец ответил Малфой. — Детали? Какие детали? Малфой молчал. — Ладно, не хочешь — не отвечай, — недовольно буркнула Грейнджер. — Но как ты добился встречи с ней? Она ведь ни с кем не хотела говорить? — Между чистокровными волшебниками свои договоренности, — нехотя ответил он. Гермиона задумалась: — Матильда Рошальд — не чистокровна, и нам обоим это известно. — Она — да, а ее жених — чистокровнее некуда. — Бывший, — тихо вставила Гермиона. Малфой бросил заинтересованный взгляд на девушку. — Да, бывший жених. Они расстались. Странно, что ты не знал. Видимо, в ваши «особенные чистокровные договорённости» входит пункт о наследниках, — этот пункт взбесил Гермиону еще при разговоре с Матильдой. — Выбираете будущую жену как породистую лошадь, а когда в ней оказывается изъян, отказываетесь от неё. Словно и не было никаких искренних чувств. Сплошной холодный расчёт. — Уверен, ты это все знаешь не понаслышке? — уточнил Малфой, — А еще, бьюсь об заклад, у тебя изъянов не найдено, сплошные достоинства. — О чем ты вообще? — Сколько ты сама обещаешь наследников для Уизли? Спорю, они ожидают не меньше дюжины? — хмыкнул Драко. — Причем здесь Уизли?! И хотя это к делу абсолютно не относится, все же уточню, мы с Роном ещё не обсуждали детей. Несомненно, его родители будут рады внукам, но и одинаково спокойно примут наше решение не иметь детей вовсе, если нам так захочется. И я уверена, его семья не такая расчетливая! — Уверена? А вот я сомневаюсь. Грейнджер, все чистокровные одинаковые. Я так и вижу, как Молли уже вяжет чепчики для своих будущих внучат. Гермиона стиснула зубы и решила, во что бы то ни стало промолчать. Ведь в споре побеждает тот, кто замолкает первым — так ее отец учил, и ей очень хотелось из этого спора выйти победителем. Наконец, они подошли к старенькому бьюику. Грейнджер с особым усердием попыталась открыть дверцу автомобиля, но та, как назло, именно сейчас заклинила. Такое уже случалось раньше, и Гермиона точно знала, что ближайшие пять минут проведет в попытках открыть злосчастную дверь. В два шага Драко обогнал Гермиону и, резко дернув, открыл дверь. Гермиона удивлённо подняла на него глаза. Ей показалось странным, что он не стал посмеиваться над ней, как тогда в полицейском участке. Возможно, шутка про Молли и чепчики показалась ему достаточно унизительной, или грязная и мокрая Грейнджер и так выглядела жалкой. В любом случае, ее гордость была уязвлена, и это подогревало жар в груди. Как только все эти мысли пронеслись в ее голове, Малфой вдруг сделал ещё кое-что, чего она никак не ожидала. Он снова подал ей руку. В отличие от недавнего случая с лужей, тут она точно могла справиться сама, но все же. Драко Люциус Малфой уже дважды за один вечер подал ей руку. А дальше, Гермиона сама не могла себе объяснить, почему, но она вложила свою ладонь в его. И все так же молча и не разрывая зрительного контакта, Гермиона села в машину, а Драко захлопнул дверь. Все еще под впечатлением от поведения Малфоя, Грейнджер машинально завела мотор и начала сдавать назад, выезжая с парковочного места. Когда она снова посмотрела сквозь лобовое стекло, фигура Драко стремительно удалялась по дороге к клубу. Гермиона застыла на пару мгновений, пытаясь понять, что такого произошло, и отчего так гулко стучит сердце.

***

Наконец автомобиль Грейнджер скрылся за поворотом, и Драко бросил беглый взгляд на шоссе. Ладонь до сих пор едва заметно пульсировала, словно после легкого удара током. Он все сжимал и разжимал кулак на обратном пути к клубу. На пороге запасного входа по-прежнему стоял Забини. Мулат вальяжно прислонился к стене, его белозубая улыбка, словно неоновая вывеска, выделялась из темноты. — Чего ты скалишься? — грубо бросил Малфой, подходя ближе. — Да так, наблюдаю, насколько у тебя все под контролем, — с неугасающим весельем парировал Блейз. Драко спрятал руки в карманы и фыркнул в ответ. — Ничего не забыл? — крикнул в спину уходящего друга Забини. Драко в недоумении уставился на Блейза. В руке у мулата что-то блеснуло. Некогда прозрачная сфера в когтистой лапе, теперь светилась ярко красным, отбрасывая рубиновые отблески на все вокруг. — Когда ты успел? Карманник хренов. Дай сюда! — рыкнул Малфой и потянулся к кулону. Блейз дёрнул рукой, отодвигая кулон в сторону. Улыбка вмиг улетучилась, и он серьёзно произнес: — Чувак, как другу говорю, нет у тебя никакого контроля. И с этим срочно нужно что-то делать! Малфой выхватил цепочку и засунул в карман куртки: — Как другу говорю, свали на хрен! Без тебя разберусь.