Ух ты ж бля

24 мая. Вечер, около 18:00 показывают часы. На мне олимпийка, футболка, растянутые штаны и до безумия счастливая улыбка. Мы с Лёшей, видимо, помирились.та мелкая, но такая важная мне информация грела душу, заставляла сиять и чуть ли не порхать. Мы договорились встретиться в парке, что не так далеко от моей квартиры. Самое лучшее место, чтобы решать личные проблемы. Но мой приятель сказал, что хочет провести время не там, поведёт меня куда-то. Да и я был ничуть не против, с радостью пошёл бы с ним хоть на край света! На выходе схватил пачку сигарет, мобильник, зажигалку и вылетел обуваться в грязные кроссовки. Да, они были в комках земли, каплях крови и спиртных напитков, но я не торопился стирать их, просто ленился. Затянул шнурки потуже, выбежал за дверь квартиры и понял, что ключи-то не взял. Быстро справился, схватил металл с ключницы, вновь вышел за дверь. Поворот против часовой, лестница, пролёт и я уже выбегаю из своей потрёпанной хрущёвки. Вылетел из подъезда и... врезался в Лёшку, что встречал меня прямиком у дверей. Я был приятно удивлён и еле сдержал свой порыв обнять его, решив ограничиться рукопожатием. — Ой, Лёша... а ты чего это тут? – действительно непонимающе прозвучало от меня. Я ведь вышел вовремя, как договорились, а тут он уже стоит у меня под окнами. Думаю, мне стоило ожидать причитаний, мол, от чего так долго. — Решил сразу к тебе прийти, чтобы времени не терять. А ты против? – с дружелюбной усмешкой сказал блондинчик, видя мой полнейший ступор в этой ситуации. А что я? Я и не против. Мы довольно быстро зацепились за другую тему и под эти разговоры он повёл меня в непонятном направлении через дворы, сказав, что для меня будет сюрпризом наше место пребывания на сегодня. Даже не стали других звать. Странно романтично это ощущалось. — Вова, а ты о Мишустиных знал? — О Женьке с Катей? А чего ты их обобщил так? — Катя же залетела, вот, жениться собираются. Не, ну, как я считаю, Катя вообще шалава. Ей нужно было думать. — Им двоим нужно было думать, а проще – не спать. Вот Женя, сам идиот, и дети у него такие же будут. Чуть меньше двадцати минут пешком под обсуждения всех и вся и мы пришли к многоэтажке. Такая же хрущёвка, как и то место, где находится моя квартира. Мы прошли с помощью ключей ёжика, как я начал называть его про себя. Медленно стали подниматься наверх. В этот момент я понял, что мы идём на крышу. Да уж, романтика. Пришли, а там оказалось действительно неплохо. Говорю от имени главного любителя прогулок на высоте, что тут было эффектно, причём даже очень. Уселись мы сразу так, на бетон, причём недалеко от края крыши, буквально пара метров нас отделяло от полёта. Сидели мы так прилично. Скажу смело, не тая, часа четыре где-то. И никому не надоело. Мы оба наслаждались. Прикрыли глаза, опёрлись на руки, что даже чуть соприкасались. Эти касания, казалось, были самыми приятными из всех. В животе словно порхали бабочки, я забавно ёжился и шмыгал, пока не почувствовал чужую голову на своём плече. Это Лёша. И он даже не спал, делал всё осознанно и умудрялся что-то бубнить себе под нос. Казалось, сейчас я порвусь от эмоций и чувств. Хотелось крепко обнять его и завалить на крышу, чтобы полностью подчинить себе и не позволить ему оставить меня. И вот мы сидим уже минут пять, а то и десять, и двадцать. Лёшка всё так же мирно лежит на моём плече. Молчим, а по всему телу разбегается мелкая дрожь. Честно, сам не понял от чего. Ёж поднял на меня глаза, глядя несколько вопросительно и непонятливо. — Ты чего? Замёрз что ли? – прозвучало от него толи с насмешкой, толи с заботой. По итогу же, я почувствовал некие объятия. О боже, да он прижался ко мне! Лёша не только лежал головой на моём плече, а конкретно обнимал и прижимал. Казалось, что от этого колотило ещё сильнее. Я не мог свести с него глаз, да и он на меня смотрел так пристально... Почувствовал тёплое дыхание и бабочек в животе. Заметил прикрывшиеся глаза, а за ними и мои словно под гипнозом закрылись. Теперь тёплое дыхание сковало губы нас двоих. Мы слишком сблизились..