Бывший псих - это больное сердце.

Наконец-то выходной! Теперь можно отдохнуть от нотаций мамы и пройтись по окрестностям. За эту неделю я успел хорошо потрепать себе нервы из-за неё и школы. Чтобы не ходить к этой голубоглазой крысе, я решил походить в школу, чем  к нему. Нашёл себе друга, Димка вроде нормальный пацан. Он позвал меня на тусу завтра к себе на хату. Крутой вообщем. — Ало Дим, ты там когда собираешься показывать мне город? — валяясь на кровати спросил я. — Прости Тох, я сегодня не смогу, шнурки сегодня вечером уезжают. Хотят тип, чтобы я с ними день провёл. Сорян, правда не хотел. Блять ну спасибо! Ты конечно не виноват, но сука виноват. Хоть и винить тебя не за что. Ну и хер с тобой. — Ничего, развлекайтесь там. — сказал я и грустно улыбнулся. — Не обижайся, завтра ещё много успеешь узнать и увидеть. Оторвёмся по полной. Покеда. — попрощавшись со мной он сбросил трубку. Ну и ладно, просто и замечательно! Поваляюсь ещё в кровати, всё равно выходной. После минутного лежания я встал, ну слишком уж скучно было просто валяться. Мама уже встала и готовила завтрак на кухне. Это я определил по запаху еды. Такс, нужно слинять пока она не заподозрила, что я уже встал. А то заставит меня есть, не люблю я эту процедуру. Выходить из комнаты и красться к двери было уж слишком опасно. Поэтому я решил как и в прошлый раз спрыгнуть с окна. Только тогда было случайностью, а сейчас нет. Я взял портфель, вытряхнул из него все учебники на кровать. Бросил в него сигареты, телефон и запутанные чёрные наушники. Вроде бы всё. Вроде бы ничего не забыл. Я тихо открыл окно. Хорошо, что мама не захотела ставить в мою комнату горшки с цветами на подоконник. Интересно почему? Наверное подумала, что они у меня засохнут и помрут или чего ещё хуже я в них насу ночью. Вот смехотень. Ладно пора двигать своими булками. Хотя, я бы их так не назвал, они больше похожи на тонкие сосиски. Это получается сосисками двигать надо, ну пусть так, ладно. Я выглянул на ружу. Сетка так и покоилась внизу никто не додумался притащить её обратно ну или стащить. Может это даже лучше. Мягче будет когда ёбнусь. Я хватанул рюкзак и решил не медлить и спрыгнул. Нихуя! Не помогла это сетка сраная. Даже больнее чем в прошлый раз. Хорошо, что хоть ничего не сломал. А я то думал, что всё нога прошла. Хер блять, не прошла нихуя! Болит, как раньше. Каких люлей я отхвачу, когда вернусь домой. Ну ничего, прорвёмся! Энтузиазм хлыстал из всех дыр каких можно было. Оптимистом родился, оптимистом и помру. Раз все заняты, никому до меня дела нет, то могу и прогуляться. Взрослый уже. Шестнадцать лет не маленький возраст. Теряться я не собирался, поэтому старался запоминать дорогу обратно. Побродив по городу до того, как начало темнеть. Как и ожидалось я потерялся. Даже если бы мне дали компас и карту, где подробно расписаны все пути и дороги, я бы всё равно забрёл туда, куда не следовало и застрял бы там. Человек-сущая задница. Вот кто я. Ну и ладно. В наушниках давно не играла музыка. Мобильник сдох ещё утром. Я же не знаю как пользоваться подзарядкой. В пачке осталась только одна сигарета. Полная жопа вообщем. Чтобы искать дорогу домой пока ещё не полностью стемнело, я как последний придурок пошёл искать заброшенную многоэтажку, чтобы залесть на крышу и спрыгнуть. Что за бред я несу!? Рано мне помирать, меня ещё мама не убила, чтобы я сам себя убивал. Попробую обознать знакомую мне местность и всё-таки добраться домой. Хоть и в потёмках, но добраться. Всё-таки тучи надвигаются , не очень так и хотелось попасть под дождь и ночевать на улице как бомж какой-то в переулке. Ага а потом, ещё и заболеть, хлюпать носом, кашлять и принимать всякую гадость, чтобы выздороветь. Ну уж нет, мне ещё к Димке завтра идти. Хотя мама может не пустить, если приду поздно, да и вообще если приду. А это не беда, сбегу так сказать, мне не впервой. Улыбнулся я своим мыслям и вроде бы нашёл, то что искал. Вот и она, одна стоит тут, тоскует. Все остальные достроены, ровные правильные такие, в окнах горит свет, фигуры людей. Незнаю как всем, а мне больше нравится заброшки. Разбитые, нежилые, пустые, с побитыми окнами, а то и без них. Может быть я от бомжа от какого-то родился? Вроде бы нет. Мой отец вроде как не бомж никакой, но козлом останется навсегда. От раздумий меня оживила большая холодная капля, которая упала на мой нос. Я поспешил внутрь. Забравшись на крышу, я стал осматриваться. Из-за тучь быстро стемнело. Дождь уже начал играть свою барабанную игру. Я надел капюшон, чтобы полностью не промокнуть и посмотрел в ту сторону, от куда по моим предположениям должна и начинаться моя улица. Вдалеке виднелся парк, фонари освещали его своим тусклым светом. Через несколько гигантов многоэтажек была видна вывеска большого супермаркета, не далеко от него и находился и мой дом, а там и моя квартира. На глаз набросив как мне нужно идти, я спустился вниз и пошёл этой дорогой. Через несколько попыток я всё-таки вышел на людное место, а не шарахался по безлюдным переулкам. Хотя я бы и не назвал это место людным, так как людей я здесь не обнаружил. Пройдя парк я уже промок до нитки. Капюшон не помог. Появились сопли, горло неприятно першило. Я остановился возле маленького ларька где всегда покупал сигареты. Ну , как всегда. После того, как приехал сюда. Я подошёл к ларьку, на моё счастье он ещё работал. Нарыв в кармане джинсов мелочи, я отдал продавщице и забрал драгоценную пачку. Да уж, как тебя ещё не посадили тётя, за то, что продаешь всякую дрянь несовершеннолетним. Хотя мне это на руку, поэтому хорошо, что не посадили. Я поплёлся к своей многоэтажке. Пройдя несколько кварталов и супермаркет, я уже вовсю чихал, шмыгал носом и кашлял. Ну молодец, а разве нет?! Ну хорошо, что хоть дошёл до неё. Такая маленькая, но такая уютная и любимая моя многоэтажка. Да, да, да, пиздел ещё несколько часов, что мне больше по душе заброшки. Теперь полностью промокший и озябший считаю, что я нёс какую-то херотень. Всё может быть, что и сейчас несу. Сетки не было, окно закрыто. Пизда мне. Чтож как никак мне придётся идти, не стану ведь я здесь ночевать. Я зашёл в многоэтажку и пошёл к лифту. — Стойте, подождите меня. — кричал я охрипшим голосом, пытаясь остановить закрывающиеся двери лифта. Я подскочил к почти закрывшимся дверям, но они тут же начали открываться. — Антон! — ты бы видел свои глаза, ну и умора конечно. — Драсте. — коротко бросил я и зашёл в лифт. — Ты почему не дома, и весь мокрый? Ты что, на улице был? Ну да и что, тебе то какое до меня дело? Был и был тебя это не должно ебать. — А вам то что? — сказал я ему и повернулся к нему спиной. — Твою мать, Антон. Это не смешно. — Мою мать не трогайте. — огрызнулся я. — Да это просто, я никого не трогаю. — Меня трогаете, чё лезите ко мне? — посмотрел я на него из-за капюшона. — Твой этаж? — Что? Где? — я взглянул на плотно закрытые двери лифта. Он что издевается! Какой мой этаж?! Двери закрыты, лошара! — Да нигде, а какой твой этаж? Номер скажи. — Аааа, блять. Вот нельзя было так сразу. — Ваш, блять. — пошутил я вслух, и понял это только тогда, когда наверху высветилось число три. Твою мать! Да почему я такой дебил!? Будет вообще прекрасно, если он спросит какая у тебя квартира и я ляпну в шутку "ваша". Слава боженьке, что такое не произошло. Он вышел первый, а я как приличный мальчик попрощался с ним. Пришлось выйти из лифта и для полного убеждения, что я живу на том же этаже, что и он. Я подошёл к квартире шестьдесят четвертой и позвонил. — Оказывается мы с тобой соседи. — с улыбкой на лице произнес Арсений. — Ага, соседи. — сквозь зубы процедил я. Это ебнуться надо, чтобы твоим соседом быть. После этого он зашёл в свою квартиру, а я на всех парах летел вниз по лестнице. Позабыв даже про боль в ноге. Отхватить пюздюлей от какого-то дяди или тёти, которые проживали в шестьдесят четвертой, не очень то и хотелось. Но, от кого-то я всё равно отхвачу пиздюлей. Мама как раз претендовала на эту роль.