Бывший псих - это больное сердце.

После вчерашнего скандала с матерью. Мы сильно посрались. Как всегда в каждом скандале были применены упрёки, и в этом без них не обошлось. Было больно слышать от такого единственного родного мне человека подобные слова. Не думал я, что был обузой для них с самого рождения. Что я был внеплановым ребёнком. Как она сказала хотели подняться, открыть свой бизнес, а тут я. Сами виноваты. Я никого не просил, чтобы меня рожали. Надо было предохраняться и башкой думать, прежде чем ебаться! Потом она сказала, что хоть я и был сюрпризом для них, они поняли, что любят меня. Круто, я как собака. Подобрали приютили, ну а потом уже полюбили. То , что я тяжёлый ребёнок, это я знал, и что ей со мной трудно тоже. Как никак отец свалил с семьи из-за моего дурного характера. Да, а то, что она мне говорила сплошная ложь или что? «Проститутку себе нашёл вот и бросил нас с тобой!» Это ложь да? Хотя наверное это тоже правда. Зачем она тогда решила свалить с Воронежа, так как постоянно талдычила, что всё там напоминает о нём. Бросила бы меня, раз я такой хуевый, сдала бы в детдом! Почему нет? А нет, любит она меня, оно и видно. Из-за потока такой информации, я взбесился, сказав что ненавижу её, и она самая хуёвая мать на свете. А потом закрылся у себя в комнате. Конечно это надо было не говорить, но бля я ведь не железный, чтобы держать всё в себе. Она просила прощения, говорила, что любит меня и все эти розовые сопли. Очень убедительно, после всего, что она наговорила прежде. Я так и не открыл ей дверь. Сегодня было тихое утро, я уж думал, что она решила проспать весь день. Но оповестила меня, что сегодня её вызвали на работу и ей нужно поехать, несмотря на то, что сегодня выходной. Если я проголодаюсь завтрак на плите, а всё что мне нужно выпить от простуды написано на висевшей на холодильнике записке. Я не сказал не слова, но она знала, что я не сплю. После того как она ушла прошёл примерно час, я подумал, что пора бы встать с пола и переодеться в что-то более сухое. Я поставил телефон на подзарядку, переоделся и решил выйти из своей комнаты. Нашёл ту самую записку там же где она и говорила Приняв все лекарства, которые были нужны для выздоровления, я пошёл в свою комнату не померив даже температуру. Телефон завибрировал, я потянулся до него и увидел исходящий звонок от Димки. — Привет Шаст, ну как ты там, здоров? — с сарказмом спросил он. — Я бы так не сказал. — прохрипел я в трубку. — Ты чего? Заболел чтоль? — как-то притих мой друг. — Да, наверное. Ну не сильно. — Так ты скорее всего не прийдёшь сегодня к семи часам? Лечится будешь, правильно ведь? — с грустью в голосе спросил Поз. — Нет, я приду. Всё нормально будет. Вполне хорошо себя чувствую. — соврал я ему. — Точно? — с подозрением спросил он. — Да, всё отлично. В семь ты сказал? — Ага. Ну значит до вечера? Нет блять до утра. Пытался я поднять себе настроение. — До вечера. — недосужив даже попрощаться с ним я просто сбросил звонок и бессильно упал на кровать. Тело болело от ушибов, да и вообще от гриппа. Голова раскалывалась, а таблетки, как по мне не помогали вообще. Я померил температуру. Тридцать восемь и один. Заебись не встать, хотя встать я смог. Снял с зарядки телефон с неполной стопроцентной батареей и включил музыку в наушниках. Из рюкзака достал ещё вчера не докуриную пачку сигарет, а в карман спортивных штанов засунул новую. Полностью открыв окно я сел на подоконник и закурил. В лицо дул сентябрьский ветер, и срывал с деревьев разноцветные листья, выбрасывая их на мокрый асфальт. Восходящее солнце обдавало своими тёплыми лучами сонные многоэтажки. Оставляя в тени только переулки. На улицах стали появляться люди, спешащие кто куда. Музыка в наушниках приглушала шум автомобилей, которые тоже куда-то спешили. Только я сидел и никуда не торопился, ждал вечера, хотел развеяться и в какой-то степени забыться. Целый день провёл в кровати дожидаясь вечера. И вот уже через двадцать минут стукнет семь. Мать ещё не пришла, задерживается наверное. Где же эти грёбаные джинсы?! Вот блять идиот, они же мокрые. Совсем из башки вылетело. Ладно, одену те черные, вроде бы они не в обтяжку и не выглядят поуёбски. Это футболка прекрасно подойдёт для моего настроения. — Suck the dick, bitches! — прочёл я надпись на черной ткани. Помню как мама не хотела мне её покупать, опасаясь, что здесь написано, что-то не приличное, так и есть. Я не заметил как стою и улыбаюсь. Блядские воспоминания! Выкинь эту дурь из головы, она тебе не нужна! Нет в ней ничего хорошего, только разочарование и боль. Накинув на последок ещё не высохшую ветровку я вышел из квартиры, заперев её на ключ. Волноваться о том, что родительница могла не попасть в квартиру не было на это никаких причин. Запасные ключи есть? Есть, вот и ладушки, а теперь отъебитесь от меня, и попрошу не доёбываться до меня через мой мобильник. Проходя парк, я заметил, что сегодня, что-то уж слишком быстро темнело и фонари включили раньше обычного времени. Наверное всё виной хмурая погода. Я опоздал на пять минут, но отчитывать и ругать меня никто не собирался, вот это открытие. Народу здесь было дохрена, и я понял только одно: Димас у нас тут главный тусер, раз у него навалом людей. — Вечер в хату! — поприветствовал я друга снимая кроссовки. — Часик в радость. Ого, ты знаешь, круто! — Чифир в сладость. — закончил я наше приветствие. — Пошли, что стоишь как столб. — повёл он меня вглубь своей квартиры. Хочу и стою, сарказнул я про себя. — Пить будешь? — озадаченно спросил меня Позов. — А что? — тупанул я. — Ну коктейли размешанные с алкоголем, не тормози, Тох. Вообще-то я болею, можно как то и повежлевее? Мозги не так быстро работают когда простудился. — Да можно, что терять то?! — протискиваясь сквозь толпу скопившихся компашке на пути к кухне. — Вот именно! Ни-че-го. — выделял он каждый слог на последнем слове. Разлив по двум бокалам напиток, мы тут же его выпили. Напиваться в хлам, что-то перехотелось, и я решил что уйду от сюда не слишком уж пьяным. Я прихватил свой бокал снова налитым как и в первый раз до кроёв сел на диванчик располагавшийся не далеко от стола. Дима покинул меня, объяснив, что нужно проверить не сломали ли чего его бухие друзья. Возле меня зависла влюблённая парочка, хотя может они только трахались друг с другом, а вовсе не любили. Да, скорее всего. Как никак, но мне было до тошноты противно смотреть на всю эту затраханую обилию. Я отправил напиток себе в желудок, и на ватных ногах поплёлся, куда-нибудь скрыться от громкого шума музыки, бесячих парочек и их до смерти раздражительного смеха. Да, не думал, что алкоголь в таких малых количествах так действует на организм. К десяти часам большинство ребят разашлись по домам, кто-то ещё остался тусить, но уже без музыки. Соседи Димки, прегразили если мы сейчас же не вырубим музыку, вызовут ментов. Мне поплохело, нет вовсе не от алкоголя. Я больше не пил. Температура поднялась, бошка болела, насморк стал сильнее и кашель. — Шаст, ты телефон на диване забыл. У тебя три пропущенных от мамы. — вручил мне моё «сокровище» друг. — Ну и пусть, похуй чисто. Даже если десять будет, поебать! — откинул я мобильник от себя подальше. — Так нельзя, Тох. Слышишь? Ну, да. После того, что я тебе рассказал, теперь будешь меня жизни учить?! — Не слышу, мне наплевать на неё, как и ей на меня! — повысил я голос на друга. — Если позвонит ещё раз, чтоб взял, она как никак твоя мать. Всё равно волнуется, какой бы она не была. А ты не будь эгоистом. — с обидой сказал он и вышел из комнаты. Да и мне пора бы идти, я попрощался с ним и вышел на свежий воздух. Долго ждать не пришлось. Спасибо тебе Дим. Помог как друг, а я ведь тебе рассказал, чтобы ты меня поддержал. Ахуеная поддержка конечно! — Ало. — произнёс я со злостью. Но заместо маминого голоса, послышался совсем чужеродный мне. — Здравствуйте, это Антон? Ну конечно он, кто же блять ещё! Что вообще происходит? Кто вы? Откуда у вас телефон мамы? Тысяча вопросов лезла мне в голову, а вместе с вопросами нарастала паника. — Да… — тихо произнес я. — Малец, у меня к тебе не очень приятная новость… — мужчина на той стороне провода замешкался. — Да? — нервно сглотнул я. — Ты только посторайся сильно не убиваться, знаю тебе будет сложно, но всё-таки. Да что твою мать творится?! Говорите! — Твою мать сбила машина, было слишком темно и она скончалась. Не бойся, за тобой завтра приедет опека, и заберёт. Переночуешь одну ночь один, хорошо? Нет… Я не верю! Этого просто не может быть! Она не могла умереть… К горлу подступил огромный ком, не давая мне нормально дышать. — Мама… — тихо прошептал я, глотая слёзы. — Нет, малец. Твои мамы больше нет к твоему сожалению. Теперь ты должен быть взрослым и самостоя… Я бросил об асфальт свой мобильник, не всилах больше слушать этого гондона. Погода ухудшалось, а вместе с ней и моё самочувствие. Ненавижу всё! Этот грёбаный мир, эту невыносимую школу, этот ебаный город, эту блядскую простуду. Сука, того слепого водителя, и ненавижу себя! Как же я себя ненавижу! Почему я такой долбаёб, думаю только о себе. Какой дурак, вот же эгоист. Сколько дерьма я принёс людям, когда появился на свет. Маме… Почему я не мог переступить через себя и простить её, извиниться. Она наверное спешила домой, чтобы меня обрадовать своими покупками, прямо как в раннем детстве. Всегда так делала, и до этого времени. А я стал отдаляться от неё, придурок потому что! Я спустился на колени, и яростно стал избивать асфальт. Как будто всему виной был он. Костяшки пальцев болели, возможно я какие-то выбил, рука в крови, но мне было наплевать. Если бы не я, ничего бы не произошло! Лучше будет если меня не станет. Да, так будет лучше! На разбитом телефоне высветился незнакомый абонент. Я поднял мокрый гаджет и нажал на вызов. — Да? Кто это. — с охрипшим голосом спросил я. — Антон, где ты? Я тебя сейчас заберу. — прозвучал знакомый голос психолога. Что? Откуда у него мой номер?! Пошёл он! Ни к чему проблем ему ещё со мной. — Отъебитесь от меня, Арсений Сергеевич. Живите своей жизнью, и не лезьте в мою! — прохрипел я и сбросил звонок.