жёлтый
30 мая 2022 г., 20:15
чонвон подходит к лестнице, сжимая в своих маленьких ладонях толстую тетрадку по математике, и, на самом-то деле, таская все свои учебники и тетради из кабинета в кабинет, он чувствует себя лучше, чем тогда, когда он сидел дома вдали от школы целую неделю. после того инцидента с пак чонсоном чонвону на самом деле было страшно выходить на учёбу, однако, немного отдохнув и подуспокоившись, он, поразмыслив, решил вернуться к одноклассникам и сону, по которому соскучился больше всего.
чонвону всё ещё было страшно, но уже не настолько сильно.
к тому же, насколько он понял, чонсон никому ничего не разболтал. чонвон благодарил высшие силы за это, ведь для всей остальной школы он остался парнем, который хочет, чтобы к нему обращались в женском роде, только и всего, а так как окружающие его обучающиеся были нормальными людьми, им не было до чонвона и его «пристрастий» никакого дела. это было единственное, чем чонвон остался вполне себе доволен за последние несколько дней.
неожиданно до его ушей доносятся знакомые голоса, и они же заставляют чонвона остановиться. он различает тэхёна в слегка обиженном тоне и его двоюродного брата по имени бомгю, учащегося в классе, предшествующем выпускному. чонвон и сам не знает, почему, но прижимается к стене, чтобы его не было видно в дыры перил, и прислушивается.
— «хюнин-и» то, «хюнин-и» сё, — ворчит бомгю зачем-то на тэхёна, на что тот раздосадованно восклицает:
— ты же мой брат, почему ты не можешь просто послушать о человеке, которого я люблю?!
— потому что он мне не нравится.
— но я люблю его, почему он тебе не нравится?
— ну, не знаю. лицо у него такое, отсутствуют какие-то… интеллект.
— бомгю!
— ладно-ладно, — хохочет бомгю, а чонвон смеётся в кулак вместе с ним, тихо, насколько это возможно, чтоб не выдать себя. — давай не об этом придурке, — тэхён снизу возмущённо фырчит, но, кажется, уже понимает, что спорить с братом бесполезно. — ты мне вроде хотел что-то о сону рассказать? покрысятничать?
— нет! — чонвон буквально видит, как тэхён мотает головой. — я просто хотел показать тебе, что ему написал его краш.
улыбка пропадает с лица чонвона. он даже отрывается от стены и спускается на пару ступенек ниже, чтобы было лучше слышно.
нишимура рики написал сону? они переписывались? вот чёрт. сону даже не рассказывал чонвону об этом! чонвон не догадывался, что в жизни его лучшего друга произошло что-то важное, и он не поделился этим с ним, и прямо сейчас чонвон искренне не понимает, как сону мог утаить от него такую важную деталь, тем временем как тэхёну всё рассказать.
— а кто его краш? — любопытствует бомгю, на что тэхён хмыкает мрачно:
— та шпала на год младше из японии, ни-ки его вроде обзывают… ну, ты понял, не суть. короче, это не то чтобы прям мерзость, но меня так триггернуло с этого. как вспомню… фу, боже.
— покажешь хоть?
глаза чонвона ошарашенно распахиваются, и он рассеянно оглядывается по сторонам. сону на самом деле утаил от него что-то, так много для кима значащее! конечно, он не обязан делиться с ним каждым своим шагом, но чонвон всё равно искренне удивлён.
сегодня вечером они вновь собираются у сону дома, и чонвон напрямую спросит о том, что случилось. захочет сону говорить или нет — это уже дело его.
оправившись от оцепенения, чонвон не улавливает, как разговор двоих, похоже, перешёл уже на другую тему. сжав тетрадку в руке покрепче, он склоняет голову в сторону перил, но сейчас просто ради интереса.
— слышал, что на эту неделю предсказывают землетрясение? — интересуется у брата бомгю, на что тэхён стонет разочарованно, однако в его последующих словах чонвон слышит лёгкий испуг.
— землетрясение? как это, опять?! боже, а когда оно в последний раз вообще было?
— пятнадцатого февраля?.. просто все тогда сидели дома, и мне лично, ну, было как-то не страшно. а сейчас не слышал, чтобы директор чхве давал распоряжение о том, что мы сидим по домам ближайшую неделю, — бомгю встревоженно вздыхает в попытке успокоиться. — знаешь, иногда я забываю о том, что корея — всё ещё полуостровное государство, и такие приколы, как цунами и землетрясения, нас точно не обойдут…
— хён, замолчи! слушать страшно.
— тэ, солнце, не паникуй раньше времени…
— так ты меня сам на эту панику навёл, дурак!
тут чонвон понимает, что если он продолжит слушать, то и сам откинется раньше времени. он, сделав вид, будто только пришёл, быстро спускается по лестнице, делая вид, что этих двоих лишь сейчас заметил. бомгю, сложив руки на груди, кивает ему с улыбкой, на что чонвон машет рукой и скрывается за поворотом.
это известие подкинуло дров в огонь его нервозных ожиданий будущего. какое к чёрту землетрясение? чонвон и так чертовски боится практически всего, как в школе, так и за её пределами. к тому же, директор чхве на самом деле не объявлял ни о каких изменениях посещаемости школы на ближайшую неделю. вопросы наваливаются на чонвона лавиной.
но пока чонвон решает об этом не думать и сегодня найти ответ хотя бы на один из них.
у обоих них. если, конечно, рики вновь всё не угробит.
— ты сегодня опять пропустишь занятия из-за работы?
— не, просто не приду на первый урок, у меня сегодня другой график. к тому же, третьим биология, я дурак что ли её пропускать?
— а, кстати про это, — спохватившись, любопытствует рики, скосив глаза на сонхуна. — как твои попытки отбить у своего коллеги нашего препода по биологии?
сонхун, в свою очередь, воровато бросает взгляд на дверь позади себя, и, только лишь его уши улавливают шуршание, означающее, что джеюн всё ещё занят погромом, который устроил, он наклоняется чуть ближе к рики, складывая заказанные им цветы так, чтобы они сочетались между собой, и понижает голос на пару тонов:
— пока что так себе, я бы сказал, эти попытки можно назвать скорее потугами. но у меня есть план.
— расскажешь?
— джейк очень глупый и наивный, — пускается в объяснения сонхун так, будто не сказал об этом уже бесконечное количество раз, но рики всё равно его не перебивает. — на днях я залез в его телефон, пока он разбирался с огромным потоком клиентов в тот день — им будто шило в жопы засадили, и они разом попёрли — ну, а я просто заперся в туалете минут на семь. и я узнал, что у него даже пароля на телефоне нет!
— нихуя себе, — удивлённо усмехается младший, на что юноша коротко кивает головой, а затем продолжает:
— так вот, я покопался в его «kakaotalk» и узнал, что он недавно прекратил общение с одной девушкой, которая в него влюблена, объяснил ей, короче, мол, так и так, у меня уже есть дырка, которую я ебу, сорян, леди. ну, не так, конечно! — хохочет сонхун, уловив ошарашенный взгляд распахнувшихся от шока глаз рики. — это я в двух словах. в общем, этим я и планирую воспользоваться.
— хочешь подставить коллегу и спалить его «на горячем» перед его пассией? — догадавшись, — ну, хисын же на все сто процентов иногда заходит на работу к своему парню — рики усмехается снисходительно, сложив руки на груди, на что сонхун в ответ улыбается хитро, что выдаёт его с головой:
— да ты гений. планирую осуществить это в ближайшие три дня, кстати. правда, сам хисын меня не особо жалует. в первый раз он конечно удивился, когда увидел меня здесь, но потом награждал только взглядами, полными отвращения. блять, так хочется его выебать, чтобы не строил из себя…
на это рики лишь глаза закатывает и высовывает язык, намекая на то, чтобы старший уволил его от тошнотворных подробностей, отчего сонхун не выдерживает, рассмеявшись в голос.
на самом деле, сейчас, пока в наступившем молчании сонхун обрезает стебельки цветам, рики одолевают смешанные эмоции: с одной стороны, сонхуну ожидаемо плевать на партнёра того человека, в которого он влюблён, но с другой… рики сторонник того, что на чужом счастье своего не построишь. для него не понятно то, зачем его друг хочет настолько подло поступить. неужели он думает, что после как минимум ссоры с джеюном и очевидного недопонимания между ними после такой ситуации хисын в слезах побежит в объятия сонхуна? нет, слёзы-то будут, но точно не от счастья, да и раскрытые руки сонхуна не покажутся ему безопасным местом.
— кстати, я залез и в их с хисыном переписку, и знаешь что? пару интересных фоток я себе тоже перекинул, потом сохранил и удалил переписку просто, ну, не долбаёб же. просто знаешь, — сонхун мечтательно вздыхает, в наслаждении прикрывая глаза. — у хисына такая тонкая талия. она так изгибается…
— прекрати! — визжит рики, замахав руками, чтоб его до сих пор увольняли от подробностей. — фу, боже, какой трэш…
— ага, трэш! — весело качает головой сонхун. — а то, с чем ты забурился в личку того пацанёнка — прям кладезь этикета.
этот чёртов хён.
хотя, это поромантичней будет, чем то, что пак чонсон устроил чонвону в туалете тогда
— хочешь мой номер? — сону хмыкает, вытянув руку перед рики, сжатую в кулак, вперёд, чтобы начать разгибать пальцы. — записывай: и-ди-на-хрен! четыре цифры.
рики ведёт челюстью, нахмурив брови, и сону понимает, что тот, кажется, начинает непроизвольно раздражаться, однако понимает, что причиной такого поведения сону служит он сам. ну, хотя бы какие-то шестерёнки в его мозгах крутятся, уже радует.
но они оба замирают, когда слышат быстрые шаги по направлении к туалету откуда-то из коридора, и, наверное, оба понимают, что если они продолжат так стоять, то ничем хорошим это не закончится. сону прислушивается, прежде чем его глаза широко распахнутся, и рот приоткроется в страхе:
— это чонвон, — шепчет он рики — эту походку он узнает из тысячи.
рики же, в свою очередь, не стремясь получить по первое число, удивлённо косится на него в ответ, прежде чем небрежно схватить сону за рукав и затащить в первую попавшуюся кабинку. захватив цветы второй ладонью, он стремглав впихивает их куда-то за ту фигуру, которую образуют их с сону прижавшиеся друг ко другу тела, и захлопывает дверь прямо перед тем, как раздаётся уже знакомый скрип.
— сону?
рики слышит неуверенный вопрос лучшего друга сону извне и прикладывает палец к губам, глядя в глаза сону, притискивая его за талию к себе другой ладонью, чтобы тот ненароком не упал, и весь их мир не рухнул, но сону едва ли в состоянии сейчас дышать, не то что издать хоть какой-то звук; огромное по сравнению с его собственным тело рики прижимается к нему, большая ладонь на его талии, как он и представлял, сжимает и будто захватывает себе без остатка. губы, правда, далековато… чёртов нишимура выше сону на голову.
— только наша кабинка закрыта, — шепчет он рики, на что глаза того расширяются. чонвон, кстати, тоже это понимает, поэтому стук, испугавший их обоих, раздаётся снаружи:
— идиот, я знаю, что вы с сону там!
— это он мне? — с возмущением спрашивает рики, несмотря на своё положение, отчего сону изо всех сил сдерживает рвущиеся изо рта смешки.
ни один из них не отвечает, поэтому чонвон стучит ещё раз, но сильнее, что пугает потерявшего дар речи сону. рики это не нравится, поэтому юноша, соображая выход из безвыходного сейчас положения, прикусывает губу обречённо:
— закрыто! я здесь обсираюсь!..
стук прекращается — видимо, ответ удивляет чонвона, но рики мысленно бьёт себя по лбу после того, как осознаёт, что только что сказал (его бы тоже такое удивило). сону же в свою очередь больше не может сдерживать смех и начинает тихо хохотать в кулак. его щёки краснеют, рики находит это милым.
— ага, а сону следит за тем, чтобы ты не задохнулся? — фыркает чонвон. «сделай с этим что-нибудь», — умоляет взгляд рики, на что сону отвечает сквозь смех:
— чонвон-и, дорогой, со мной всё в порядке, правда! он испугался твоего гнева, и мы спрятались здесь. всё хорошо! я в порядке, — повторяет он, кажется, уже больше для себя, убеждаясь самолично, что он действительно в порядке, и никакой нишимура рики сейчас не прижимается к нему спереди. не получается, кстати.
— ну так если с тобой всё в порядке, пусть откроет дверь! — чонвон уже громче, он бьёт по двери снаружи двумя кулаками, отчего сону с рики на самом деле всерьёз пугаются. — ублюдок, я был лучшим в своей секции тхэквондо, если ты сейчас не покажешь, что с сону всё в порядке, я тебе башку снесу!
— открой, — умоляет сону, дёрнув юношу за рукав, на что младший хмурится, но повинуется. хоть и немного боязливо, но рики всё же отодвигает засов и толкает дверь кабинки.
перед ними предстаёт тяжело дышащий чонвон, его кулаки слегка покраснели от соприкосновений с деревянными дверьми. он бросает взгляд, полный ненависти и презрения, на рики, отчего у последнего всерьёз мурашки неприятные по спине бегут, а затем оглядывает сону и будто становится чуть мягче. чонвона, кажется, устраивает внешний вид сону, чья рубашка не расстёгнута, штаны не валяются где-то на полу, а по его лицу не текут слёзы, однако, когда в поле зрения лучшего друга кима попадает огромный букет цветов, он морщит нос, скосив взор на нишимуру.
— ты цветами срёшь, что ли?
не выдержав уже второго наплыва нелепого спонтанного юмора за сегодня, сону прыскает от смеха, пока рики, стараясь держаться изо всех сил, придаёт своему тону самое большое количество спокойствия и серьёзности, на которое способен:
— да, его любимыми. не значит ли это, что мы — идеальная пара?
чонвон фыркает скептически, оглядев раскрасневшееся лицо сону пристально, а затем разворачивается на пятках в сторону выхода.
— гандон, — раздражённо и озлобленно вместе с тем бросает он. — если его не будет на математике через три минуты, где я буду сидеть на своём ебучем месте, я иду сюда уже вместе с пак-сонсэннимом. убью тебя нахуй. с тобой, ким сону, мы ещё поговорим.
как только чонвон покидает туалет, громко хлопая дверью, рики облегчённо переводит дыхание. они с сону остаются одни, и это радует; младший склоняет голову вниз, разглядывая сону, который покусывает губы, смотря в ответ на него.
— какой-то нервный у тебя дружок.
— у нас мало времени, — выдыхает он в ответ полушёпотом, на что рики кивает со всей серьёзностью:
— да. так ты больше не обижаешься на меня?
— хуй с тобой, — фырчит сону. — но номер свой не дам. чё тебе ещё там надо было?
— просто разблокируй меня в инстаграм, а там посмотрим, — на лице рики выступает широкая улыбка вновь. — гулять пойдёшь со мной?
— смотря как позовёшь, — сону ухмыляется снисходительно. — и цветы я заберу всё-таки, дома поставлю, красивые очень. зря что ли ты за них платил…
— о, да, забирай! они в любом случае тебе.
рики помогает сону донести тяжёлый внушительный букет, чудом не распотрошившийся, из уборной до класса, а сону, чувствуя лёгкую приятную тяжесть в животе от того, что человек, от которого он без ума, вот так идёт рядом с ним и несёт его подарок, думает о том, что ситуация — полный абсурд. но ему даже понравилась такая… романтика? хоть в туалет он так и не сходил. да даже и не хочется теперь. какой вообще туалет, когда такое происходит?
а на ошарашенное «эм» сонхва после того, как он увидел своего ученика, вернувшегося из туалета с огромным букетом цветов, сону даже не в состоянии ответить.
ששששששש
чонвон сидит на кровати сону в позе лотоса, пока тот отвечает на последние вопросы теста по географии за компьютерным столом. в его квартире всегда тепло и уютно, а в комнате царит лёгкий полумрак. правда, жарковато даже зимой, но на этот случай для чонвона подготовлены специальные шорты. на сону, кстати, такие же почти всегда, и чонвон невольно улыбается. для него их с сону статус «слвмп» никогда не обговаривается, но выражается в таких маленьких моментах, греющих душу. — ты закончил? — спрашивает он прямо в тот момент, когда сону завершает тест. на экране красуется отличная оценка, на что сону улыбается с гордостью, а затем крутится в сторону чонвона на кресле. — уже да, — юноша поднимается и в мгновение оказывается на кровати напротив чонвона, который откладывает телефон в сторону. — в школе ты сказал, что хотел поговорить о чём-то, я так понимаю, мы можем сделать это сейчас? чонвон прикусывает губу, нервно ёрзая на кровати. он не сомневается в их с сону прочности взаимоотношений, однако немного не по себе становится от мысли, что они могли бы поссориться после того, как он поднимет эту тему. как бы то ни было… — мне тут птичка напела, — начинает чонвон. — что тебе кое-кто написал, — после этих слов сону не выглядит испуганным, но немного напрягается. — а ты не захотел рассказать мне. я, конечно, не говорю, что ты должен рассказывать мне о каждом разе, когда сходил в туалет и всё такое, но… — чонвон делает вид, будто ему безумно интересны собственные пальцы. — оппа, почему? — о! — сону восклицает взволнованно, всплеснув руками. юноша сразу же догадался, о чём говорит его лучший друг, и на самом деле чувствует себя немного провинившимся. — о!.. чонвон, прости меня! — он приобнимает чонвона за плечо одной рукой, пока второй ладонью гладит его по голове, пытаясь заглянуть в глаза. — я не хотел обижать тебя, просто… знаешь, на тебя столько навалилось в последнее время. я был так взволнован тем, что единственный, кто узнал о втором вторжении тех двоих и пак чонсона… я не хотел тебя беспокоить! клянусь, я хотел бы рассказать тебе, собирался рассказать. чонвон застенчиво водит пальцами по пушистому покрывалу, не поднимая головы: — я никогда не говорил тебе, что если плохо мне, ты не можешь делиться со мной своими переживаниями. теперь я чувствую себя как-то подавленно. — я тоже. чонвон, наконец, поднимает взгляд: его сердце сжимается от опечаленного взгляда лучшего друга. похоже, сону действительно расстроен, но это ведь совсем не то, чего он добивался! чонвон вскоре решает, что хуй с ним. сону ведь хотел как лучше, а значит, чонвон хочет для него того же самого. потянувшись вперёд, он закидывает руки на шею сону, обвив её будто лианами, и обнимает. — прости меня, сону-я… мне жаль, что я тебя расстроил. я не обижаюсь, не расстраивайся, прошу. всхлипнув еле слышно, сону обнимает чонвона в ответ, поглаживая чужую поясницу: — хорошо, я… я всё равно приму всё к сведению, чонвон-а. — лучше покажи мне то, что он написал. — ах, да, сейчас! — сону, встрепенувшись, рывком поднимается с кровати в поисках телефона на столе, пока чонвон ожидающе наблюдает за ним, склонив голову. — а что за птичка-то напела тебе? — тэхён. я… просто подслушал, пока он разговаривал с братом. — а-а, — тянет сону понимающе, падая на кровать вновь. его пальцы уже снимают блокировку с телефона, и старший открывает инстаграм. чонвон, если честно, ожидал, что он разозлится. — да, я разрешал ему рассказать. не смотри на меня так, — он фыркает на скосившего скептически глаза чонвона. — вот. чонвон с неподдельным интересом разглядывает экран переписки… ну, как переписки. на экране телефона красуется лишь одно короткое сообщение, присланное рики несколькими днями ранее прямиком в директ сону: «хей, трахнемся? 👄» чонвону кажется, что его глаза сейчас полезут на лоб, а волосы встанут дыбом и покинут пределы атмосферы. гнев начинает кипеть в его груди и разрастаться всё сильнее, пока он перечитывает донельзя противное сообщение. — сейчас я отношусь к этому уже спокойнее, — убирая телефон, сону неловко чешет затылок. — но когда это только пришло, я охуел. сначала я чуть не потерял сознание от шока, потом обрадовался, но это чувство быстро пропало, ведь радоваться, скажем прямо, нечему. — конечно! — возмущённо восклицает чонвон. — он у тебя не как дела спросил, не погулять позвал. он тебе, блять, потрахаться предложил! сону согласно качает головой: — да… знаешь, я когда думал об этом, у меня в голове созрела такая мысль: неужели ему нравится моё тело? но блять… — чонвон фыркает скептически. — если твоему крашу нравится твоё тело, это прекрасно, но сука, сука, как он меня взбесил! — сону кладёт нежно ладони на щёки чонвона в попытке успокоить, но чонвона не остановить. — он что, совсем не хочет узнать тебя как личность? то, чем ты живёшь, как гадаешь, твою любимую еду. твою любимую марку зубной пасты хотя бы, блять, ну я не знаю! как дела, в конце концов. а то так любезно — предложил тебе поебаться! долбаёб… чонвона на самом деле невероятно сильно разозлило это маленькое сообщение. он, как человек, который уже два года является самым близким для сону и переживает с ним каждую, пусть даже самую маленькую, незначительную радость и печаль, поддерживает и помогает, имеет и хранит кучу совместных радостных моментов, не собирается отдавать сону какому-то сопляку, который просто гонится за низменными желаниями и его телом! конечно, для сону могло бы показаться комплиментом это предложение, но чонвон уверен, что он достоин большего. — в общем, я его просто заблокировал, — бормочет сону. чонвон нервно хихикает: — ты что, гений? — да, блять, я реально просто кинул его в чс! — выдыхает сону нервно и, чонвону кажется, немного разочарованно. — ну вот и отлично. я не позволю этому еблану даже подходить к тебе — уебу нахуй. а если вдруг, и тебя заодно. он не достоин такого, как ты. сону хихикает, ероша волосы чонвона: — хорошо. не беспокойся так сильно, дорогая.ששששששש
перед школой рики залетает в цветочный практически вихрем, — слава богу, магазинчик работает с раннего утра — потому что его больной мозг не придумал идею получше, чем исправить то, насколько сильно он оплошал, огромным букетом цветов. ой, дурак! надо ж было всё испортить, отпугнуть настолько, что даже этот невинный милашка с картами таро кинул его в чёрный список! сначала рики думал о том, что всё написал он вполне нормально. ну, как минимум честно и исходя из своих принципов: сону не сильно привлекал его как возлюбленный из-за того, что рики ещё не знал об особенностях его характера, но тело юноши влекло его так, что теперь невольно лишь оно одно посещало бедную голову подростка во время ночных сеансов дрочки. дело-то в том, что рики до этого никогда не отказывали. и всё-таки, с таким, как сону стоило бы помягче. наверное. ну, ничего, под лежачий камень вода не течёт, так ведь? — здра… о, — рики уже хочет обратиться за помощью к консультанту за стойкой, как резко тормозит, разглядывая представшего неожиданно перед ним сонхуна. старший в свою очередь подпирает голову ладонью и снисходительно улыбается. — ты всё-таки исполнил своё обещание, да? — я — человек слова, вообще-то! — с деланой обидой восклицает рики, на что сонхун качает головой. — ну да, я забыл. — пошёл ты. и где твой ассистент, о котором ты рассказывал? — рики с любопытством вертит головой по сторонам, но натыкается лишь на пустующее место за соседней стойкой. — это он букеты вроде соображает, а где он есть-то? — главное, что его нету, — фыркает сонхун в ответ, на что рики не выдерживает и разражается громким смехом. — шутка. я сейчас его позову. джейк-хён! — кричит юноша куда-то по направлению к соседнему помещению. — ты где там?! у нас клиент! внезапно до них доносится оглушающий грохот скорее всего какой-то стремянки, а затем и донельзя громкая грубая ругань из уст коллеги сонхуна — слава богу, они не уловили треск разбитого стекла. сонхун сконфуженно оборачивается, пока рики вместе с ним вглядывается в открытую дверь, из которой льётся желтоватый свет. — он там убился? — шепчет рики. — не знаю… хён, ты упал или уже тавось там?! — в порядке я! — громко доносится из соседней комнаты. — сонхун, собери, пожалуйста, букет самостоятельно, я потом подойду! что ж, пожав плечами, сонхун принимает рутину на себя, на что рики просит его о букете из ирисов и альстромерий. «побольше и подороже, пожалуйста», — просит он, сложив руки у подбородка, а в голове сонхуна мимолётно проносится весь ужас ситуации, которую учудил его донсэн, и он едва заметно усмехается, пока достаёт из ваз, стоящих в холодильнике, почти все веточки цветов, о которых его попросил младший, аккуратно цепляя пальцами тонкие стебли. рики такой… неловкий, когда дело касается общения с его потенциальным партнёром — он начинает пошло и неуместно шутить, накидывая на себя маску «бэд боя» — как и приметил ким сону в том непонятном на первый взгляд раскладе — и пытаясь казаться круче, чем он есть на самом деле. конечно же, у рики никогда не было серьёзных отношений, как и не мимолётных влюблённостей — лишь флирт и секс (в подходе к отношениям с людьми он, кстати, невероятно похож с джеем), но сонхун будто нутром чувствует, что в этот раз что-то да должно изменитьсяששששששש
отпросившись в туалет на математике, на которой они с чонвоном сидели, на пару во все глаза уставившись на пятиэтажные дроби (собственно, по этой причине и возник диалог: «бля, оппа, понимаю, я тоже не хочу на эту хуйню к доске выходить», «чонвон-а, я просто сейчас обоссусь, я не собирался бросать тебя»), сону спешит быстрее, ведь не в его планах было осуществить то, о чём он говорил чонвону ранее. сону толкает дверь в маленькое помещение, откуда веет прохладой, но стоит ему только заглянуть, завернув за угол, туда, где располагаются двери в кабинки, юноша в прямом смысле теряет дар речи от неожиданности развернувшейся перед ним картины: его предмет воздыхания, нишимура рики, этот чёртов высоченный японец, стоит ровно перед ним, опершись бёдрами на подоконник, занятый разглядыванием стены, а прямо за ним красуется огромнейший величественный букет из красивых розовых ирисов и фиолетовых альстромерий, из-за которых выглядывают маленькие аккуратные голубые цветочки. сделано со вкусом и будто прямо для сону, только вот… что, блять. — о, — рики, чьё внимание привлёк скрип двери, поворачивает на него голову, но стоит только ему увидеть сону, его лицо будто светлеет, и на нём растягивается широкая радостная улыбка. — ты наконец-то здесь. сону впивается в него огромными от удивления глазами. что тут вообще происходит? — …не понял. нишимура рики ждал его? неужели это всё-таки ему? — я ждал, пока ты придёшь сюда, — он подтверждает догадки резко разболевшейся головы сону. — и этот букет — тебе, — младший указывает на цветы за ним кивком головы, однако вручать не спешит — боится, что сону ему их в задницу затолкает и даже ничего слушать не станет? в голове сону же мысли роятся подобно мотылькам ночью возле уличных фонарей лихорадочно. он на самом деле позаботился узнать о том, какие цветы нравятся сону? но у кого он узнал? если только у одноклассников сону, потому что чонвон бы ему точно не сказал — чонвон ненавидит рики всей душой. он обязательно проведёт с одноклассниками небольшую беседу. как бы то ни было, сейчас сону складывает руки на груди и почти невозмутимо ведёт бровью: — и зачем? — я тебя обидел, — рики констатирует факт, потому что чужой ответ его не удивляет. — извини меня, я не хотел писать то… что написал. — именно поэтому твои пальцы стучали по буковкам неосознанно, и в конце даже смайлик добавили? — сону усмехается нервно от наглости паренька. — нет, прости, — это он бы простил! сердце сону кричит простить рики тут же, но здравая часть мозга и гордость не позволяют. — но я правда не хотел!.. хорошо… — рики глубоко вздыхает, потирая переносицу. — я сожалею, но, может, ты дашь мне шанс? — дам шанс? мне казалось, ты уже обозначил все свои желания. — да перестань, ну! — ноет юноша, но с каждой фразой его вид становится всё более понурым, а в душе, вероятно, поселяется чувство безнадёжности. — я хотел сводить тебя на прогулку, узнать поближе, начать общаться… ты мне приглянулся. может, ты всё же дашь мне свой номер? или хотя бы в инсте разблокируешь. сону в шаге от того, чтобы упасть в обморок или согласиться. почти ватные ноги подкашиваются, ведь вот он — человек, от которого ты без ума! он прямо перед тобой, хочет сводить тебя на прогулку. что делать? ёбаная туалетная романтика!
