Часть 2
20 сентября 2013 г., 23:49
Чтобы подобраться к бывшему жилищу Гингемы, Урфину пришлось пересечь почти всю Голубую страну. Ночевал он недалеко от дороги, под каким-нибудь деревом, питался найденными ягодами и грибами, а однажды с голодухи даже проглотил живого червя, припоминая, как еще недавно сидел за столом в Изумрудном городе и ел червей из теста, пытаясь убедить жителей в том, что он — настоящий злой колдун.
Однако его все равно назвали самозванцем, и даже ожившие деревянные солдаты не помогли ему удержать победу.
На этот раз все будет по-другому.
Но даже у Урфина Джюса мрачные мысли не задерживались в голове: уж слишком приветливы были домики, выкрашенные в небесно-голубой цвет, аккуратные клумбы вокруг них и деревца, ветви которых буквально ломились от фруктов.
Однажды он настолько отвлекся от своей цели, что его челюсти вдруг начали шевелиться сами по себе, несмотря на то, что он давно отучил себя от этой привычки. Ужаснувшись, Джюс зажал их руками и крепко держал, пока они не перестали двигаться, словно смирившись со своей участью.
Но на этом все не закончилось. На другой день, проснувшись, он обнаружил возле себя кулек с провизией — очевидно, какой-то сердобольный фермер решил покормить бывшего преступника. Урфин с жадностью засунул себе в рот пирожное, следом — кусок мяса, и только потом опомнился и раздосадовано пнул злосчастную корзинку.
Тем же утром он встретил маленькую девочку: та стояла неподалеку и смотрела на него во все глаза. Должно быть, он казался ей очень странным: высокий, худой, с грубой щетиной, так непохожий на остальных жевунов. И уж конечно, она ничего не знала о его злодеяниях и потому смотрела без страха, с одним только любопытством.
Урфин впервые в жизни растерялся, не зная, что ему делать: прогонять не хотелось, улыбаться в ответ — тоже. Впрочем, очень скоро малышку увела в дом заботливая хозяйка. Не пристало ее дочери общаться с преступником.
Пещера казалось еще более неприветливой, чем всегда. Брезгливо смахивая паутину, Урфин протиснулся внутрь. Скарб ведьмы изрядно запылился, но никуда не исчез. Столяр огляделся, раздумывая, с чего бы начать, и тут прямо над его головой зажглись два желтых глаза.
— Гуамоколатокинт! — воскликнул Джюс. Он был так рад видеть своего помощника, что не поскупился произнести его полное имя.
Филин пронзительно ухнул и опустился ему на плечо.
— Я так и знал, что вы вернетесь сюда, хозяин, — сказал он.
Урфин нетерпеливо кивнул, перекладывая вещи Гингемы с места на место.
— Могу я спросить, что вы собираетесь делать? — осторожно задал вопрос Гуамоко.
— Я собираюсь забрать себе силу этой старухи, — огрызнулся тот, закатывая рукава. – Она, конечно, была неплоха в своем деле, но под конец жизни выжила из ума, раз позволила этой девчонке так глупо себя убить.
— Хозяин, — встревоженно ухая, филин несколько раз облетел тесную пещеру, — это очень опасно. Темная магия таит в себе зло.
— Сейчас ты больше похож на наседку, чем на мудрого советчика, Гуам, — перебил его Урфин, с ожесточением листавший какую-то книгу с пожелтевшими от старости страницами.
— Но волшебниками рождаются… — снова попытался образумить его Гуамоко, и на этот раз Джюс по-настоящему разозлился.
— Я столяр, я делал разные предметы из куска дерева, — прошипел он. — Я создал дуболомов практически из ничего. Можно поменять сущность любой вещи. Все можно сотворить. Все.
Урфин достал из стопки самую увесистую на вид книгу.
— Ну что, Гуам, не утратил еще веры в меня? Хочешь посмотреть на кое-что более занимательное, чем кучка ходячих поленьев?
— Я думал, вы гордились дуболомами, хозяин, — неуверенно отозвался тот, и Джюс хмыкнул.
— Гордился, да… пока они не превратились в садовников и дворников. Но если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам. Больше никаких генералов и капралов. Я справлюсь в одиночку, — столяр провел пальцем по растрескавшемуся корешку. — Пожалуй, на это мне хватит ровно три дня.
