Побочные эффекты

Под аккомпанемент тревожных криков Гуамоко Урфин тщетно пытался найти выход из сложившейся неприглядной ситуации. Он, будущий король всей Волшебной страны, стоял почти по колено в холодной воде и не мог поделать с этим совершенно ничего. Пару раз он пробовал произнести новое заклинание, но все без толку. К тому же —, а вдруг после этого еще и град с неба посыплется в придачу? Взяв злополучную книгу под мышку, а с ней еще кое-какой ценный скарб, он решительно направился к выходу из пещеры. — Пошли, Гуам. Нужно найти какое-нибудь возвышение, пока нас не затопило. Я все исправлю, когда меня перестанет отвлекать эта проклятая вода под ногами. Но и оказавшись на ближайшем холме, Джюс не смог исправить положение. — Мне всегда казалось, что эта старуха безответственна, — буркнул он, захлопывая том, из которого немедленно поднялось маленькое облачко пыли. Решив сохранять хладнокровие во что бы то ни стало, столяр устроился поудобнее и подпер голову руками в надежде, что так в нее придут нужные идеи. Идеи не приходили. Подумать только, его вторая попытка, еще недавно казавшаяся такой многообещающей, оказалась провальной. И если в первый раз он сумел даже занять на какое-то время трон, то сейчас он добился только того, что вот-вот Голубая страна утонет в грязи. Кажется, он потерял хватку, иначе не допустил бы такого промаха. — Хозяин, — звал филин, описывающий над его головой широкие круги, — что вы планируете делать? — Думать, — отрезал Урфин, но мысли ворочались с трудом, почти болезненно. Джюс, наконец, понял, как сильно устал: от работы, от долгой дороги из Изумрудного города обратно, от бессонных ночей, полных блестящих замыслов… которые, возможно, больше не осуществятся. Наверное, ему стоило взять паузу и обратить внимание на все детали – так, как он обычно и делал, но похоже, что жажда власти даже его сумела превратить в недалекого правителя. Вернее, несостоявшегося правителя. Но пока еще столяр не собирался сдаваться и потому усиленно размышлял над тем, как выпутаться прежде, чем ему придется обзавестись лодкой. — Гуамоко, — протянул он, — насколько я знаю, люди и раньше пытались учиться волшебству по книгам, но у них ничего не выходило. Или выходило, но гораздо хуже, чем они рассчитывали. — Это так. Даже за то время, пока я служил Гингеме, объявилось несколько смельчаков, но все они только воздух почем зря сотрясали, а кого-то из них хозяйка, разозлившись, превратила в летучую мышь. Правда, ходили слухи об одном умельце, который-таки смог овладеть некоторыми колдовскими приемами, но он тоже плохо кончил. Урфин кивнул. — Я списал все это на недостаток усердия, на слишком короткую практику, на глупость, в конце концов. На то, что мне удастся это сразу, я не рассчитывал и, честно говоря, тут же начал опасаться… как видишь, не напрасно. Все, что легко приходит, обычно не приносит пользы, скорее уж, наоборот. Столяр обвел взглядом деревеньку. Зрелище было неутешительное: жители потихоньку выносили свои самые ценные вещи на крыши. Впрочем, домики их были так невысоки, что становилось ясно: не пройдет и дня, прежде чем вода доберется и туда. Ни один жевун так и не пришел просить пощады. — Скоро им придется совсем туго, хозяин, — заметил Гуамоко. — Думаешь, я этого не знаю? — мгновенно вспылил Урфин. — Будь у меня такая возможность, я бы все исправил! — показавшись самому себе излишне сентиментальным, он спохватился. — Какой мне прок от того, что мои земли… мои будущие земли превратятся в болото. Виски у него снова обожгло болью, и он поморщился. — Вы в порядке, хозяин? — тут же осведомился филин, и Джюс снова скривился — на этот раз от раздражения. — Да, если не считать того, что я устроил вечный дождь и теперь не могу его остановить, скоро жители потребуют расправы, а у меня даже нет армии, чтобы защититься, и, ко всему прочему, у меня чудовищно болит голова. Может статься, в темнице ему и правда было бы лучше. По крайней мере, у него оказалось бы достаточно времени, чтобы разработать более надежный план.