Red Rabbits // Красные Кролики

[Пианино. Вой сирен]

//Человек, что был рядом, в мгновение ока может просто исчезнуть.//

//Теперь мы попросим вас внимательно посмотреть на ваши экраны. Полиция Порт-Сент-Луси нуждается в вашей помощи, чтобы найти эту пропавшую мать и её восьмилетнего сына.//

[Беги, Маленький Кролик, Беги, Беги]

//Он прятался за той… Он думал, что сможет спрятаться за той дверью. Это была хорошая дверь. Дорогая дверь.//

//Шокирующая часть множества этих дел заключается в том, как различные обстоятельства и ситуации могут привести к тому, что кто-то просто-напросто исчезает. Одна секунда — и они испарились… не оставив никаких следов того, что с ними случилось.//

[Оркестровая музыка]

//Если вы не хотите, чтобы что-то нашли, вы можете отвезти это куда-нибудь. Вы можете закопать это. Положить это в багажник машины и уничтожить её.//

//На данный момент полиция Балтимора опасается самого худшего.//

//Мы не говорим о Беглецах, мы говорим о ситуациях, когда знаем, что люди находятся в значительном риске причинения вреда здоровью.//

//Детективы сейчас работают с властями в Парклэнде, и они нигде не видели там этих двоих.//

____

— Ты действительно думаешь, что я могу быть Нилом Джостеном? Они сидели на краю крыши Башни, прижавшись бедром к бедру и глядя на кампус. Это было прекрасно. Правда — в том смысле, в каком прекрасны обыденные, привычные вещи. Парковка, зеленая трава, учебные корпуса из кирпича и свежевымытые колонны. Солнце еще не достигло зенита, и, после грозы, прошедшей рано утром, обычная изнуряющая жара сменилась мягким днем. Было хорошо. Или было бы, если бы Нил не был так озабочен. На «Мы договорились» агента Харриса они решили не отвечать до утра. Можно было ответить сразу, прямо там, где их застало сообщение, но они хотели заставить его немного попотеть. Подержать в напряжении и все такое. Теперь, однако, они здесь и ожидают встречи, которая должна была решить или разрушить все это дело. — Ты уже Нил Джостен. Натаниэль Веснински мертв и похоронен. Оставь его там. Нил вздохнул и оглядел кампус. Почему? Потому что думал, что это поможет успокоить бушующие нервы. В нем теплилась надежда, что все получится. Надежда, что он сможет наконец оставить свое прошлое позади — надежда, что у них с Эндрю здесь будет жизнь. Он надеялся. А надежда была опасной вещью. — Хорошо… — пробормотал он, затем глубоко вдохнул и слегка прикусил губу. — Тогда, если все получится, что будет дальше? Эндрю откинулся назад, опираясь на руки. До этого они дергались между его коленями почти десять минут, а его зубы скрежетали друг о друга. Туда-сюда, туда-сюда. И ему очень хотелось закурить, заметил Нил. Может, эти вопросы отвлекут и его. — Что ты имеешь в виду? — ответил Эндрю, и, посмотрев на него краем глаза, кивнул. — Ты смотришь на нее. Теперь это твоя жизнь, Нил Джостен. На лице Нила вспыхнула улыбка, и он не стал ее скрывать, выпустил тихий смешок и тоже откинулся назад. — Нет, серьезно. — Он покачал головой и слегка пнул ногу Эндрю. — Я знаю, что теперь я якобы часть команды, но что это на самом деле значит? — Когда Эндрю лишь поднял на него бровь, Нил продолжил. — Этот подкаст, по сути, завершен. Еще один эпизод, и все. Ты нашел меня, достиг цели, и что? Что дальше? Что ты будешь делать? Вернешься к писательству или будешь продолжать делать подкасты? Эндрю не ответил, но Нил мог точно сказать, что он думает об этом. Он перевел взгляд на кампус, на деревья, здания и студентов-спортсменов, которые приехали месяц назад, чтобы тренироваться. Скоро, с началом осеннего семестра, здесь будут тысячи людей, которые заполнят пустующие комнаты в Башне. Внутри что-то сжалось от того, что он никогда не сможет этого получить. Он подумал, каково это — быть студентом и гулять, исследовать интересы, в которые он смог окунуться только в старших классах. Увы. Телефон Эндрю завибрировал, и, пока он доставал его, сердце Нила билось сильнее. Когда Эндрю поднял на него глаза, летнее солнце отразилось в них, превратив лесной орех в мед, а то, что было пасмурным и задумчивым, — в яркое и ясное. Надежда нарастала. — Он здесь, — сказал Эндрю. Он встал и протянул обе руки, а Нил протянул свою, почти зажившую, и позволил Эндрю помочь ему подняться. Однако тот потянул сильнее, чем нужно, и Нил в итоге налетел на него. Он так и остался стоять, прислонившись всем телом к Эндрю и наслаждаясь ощущением того, что его держат. Что его поддерживают. — Что бы ни случилось, мы разберемся. — Эндрю смотрел ему в глаза, лицо было серьезным, а голос ровным. Нил, сглотнув, кивнул. Они одновременно повернулись и пошли вниз, вниз, вниз по лестнице, чтобы получить ответы на вопросы о своем будущем.

____

Эндрю:

Это Эндрю Миньярд, ведущий подкаста «Красные Кролики». Добро пожаловать в пятый и последний эпизод.

Как большинство из вас, должно быть, знает, у нас на сайте появился новый человек. Этот же человек появился в последних «Аудиозаметках», которые, как я знаю, были… Я не думаю, что мне действительно нужно подбирать слова для этого. Вы все слышали, и мы расскажем подробности позже. Но сейчас, я, наверное, должен официально представить Нила Джостена. Моего несчастного интервьюируемого на этот вечер.

Нил:

Странно это слышать.

Эндрю:

Интервьюируемый?

Нил:

Да, это. Но также, ну. Сколько времени я бегал от этого дерьма, а теперь сижу напротив тебя, как будто мы на гребаном ток-шоу или типа того [смеется].

Эндрю:

Никто не может устоять перед моими тонкими и вежливыми вопросами.

Итак, Нил Джостен, ранее Натаниэль Веснински и еще много других имен, включая то, под которым я впервые узнал тебя. Алекс. Ты — причина всего этого подкаста, и теперь ты здесь, чтобы дать нам концовку.

Нил:

Наверное, да.

Эндрю:

Расскажи, каково это для тебя?

Нил:

[пауза]

Я думаю, это немного… сюрреалистично. Я провел всю свою жизнь, убегая и прячась, а теперь оказаться здесь… быть настолько открытым для всех? Это немного странно. Но я рад быть здесь. Мы действительно получили наилучший возможный результат.

Эндрю:

Да… Получилось, не так ли?

[пауза]

Точно. Ладно, давайте вернемся назад, прежде чем перейти к этому. К самому к началу. Звучит хорошо?

Нил:

Да.

____

Они встретились с агентом Харрисом в той же комнате, что и в первый раз. Он снова был «инкогнито»: гражданская одежда, шляпа и солнцезащитные очки. С ним также был рюкзак, и, прежде чем заговорить, он достал из него папку. Раскрыв ее на столе, он придвинул ее в сторону Нила и Эндрю. — Все необходимое, чтобы легально стать Нилом Джостеном. Вам выдадут карту социального страхования, свидетельство о рождении, паспорт и удостоверение личности штата Южная Каролина, — Харрис постукивал ладонью по столу в такт. Нервничает. — Вам придется сдать экзамен на получение водительских прав. Я не был уверен, умеете ли вы водить. Нил поднял на него глаза, и Эндрю почувствовал легкое волнение в животе. Что-то язвительное собиралось вырваться из этих полных губ. Эндрю знал это и уже сдерживал улыбку, которая, как он чувствовал, вот-вот появится. — Я вожу машину с 11 лет. Знаете, в то время, как моя мама прикрывала наши задницы, отстреливаясь? Я должен был уметь водить. Чтобы мы не погибли, и все такое. — Он опустил взгляд на бумаги, потом снова поднял. — Я уверен, что мне удастся сдать экзамен. Вот оно. Эндрю плотнее сжал губы и опустился на свое место. Агент Харрис не был впечатлен. Глубоко вдохнув, он указал на документы. — Заполните. У меня также есть то, что должны подписать вы оба. — Он потянулся через стол, достал бумагу из нижней части стопки и положил ее перед Эндрю. — Это, — он сел обратно, — освобождает вас от любой ответственности за смерть Лолы Малкольм. Там говорится, что вы действовали в порядке самообороны, и что вы не можете быть привлечены к ответственности ФБР или любым другим правоохранительным органом. Эндрю потянул бумагу к себе и начал внимательно читать. Ведь никогда не знаешь, какой мелкий шрифт попытаются подсунуть туда Свиньи или Костюмы. Тем временем Харрис указал Нилу, перебирающему документы, на другую бумагу. — Это, — объяснил Харрис, — освобождает вас от всех преступлений, которые вы могли совершить до этого дня. Я понятия не имею, что вам приходилось делать, пока вы были в бегах, поэтому считайте, что это просто соглашение. Все незаконное с этого дня — уже на вас. То, что было до вчерашнего дня — прощено. — Хах, — сказал Нил, подтягивая лист к себе. — Надо было вчера ограбить банк. Эндрю насмешливо хмыкнул и с досадой покачал головой. — Отлично, Джостен. Мы могли быть уже на полпути к Гавайям. Нил засмеялся. Харрис — нет. — Мне кажется, я обязан повторить еще раз, что считаю это ошибкой. — Началось. — В Защите свидетелей вы были бы лучше защищены. Вас бы защищали правоохранительные органы… Отличная работа, которую они проделывают до сих пор. Эндрю закатил глаза. — …Вас было бы почти невозможно найти. Я уверен, что Морияма не узнают о вашем участии, но, когда дело касается их, даже я не знаю насколько глубоко проникла коррупция. Что знаю точно, так это то, что я могу предотвратить неприятности из-за этих вещей, — он постучал пальцем по столу. — Но не смогу помешать им убить вас, если они этого хотят. Эндрю наконец заговорил. — Думаете, Программа остановит их? — спросил он, подняв бровь. — Ага. — Он медленно покивал и посмотрел на лист перед собой, затем снова на тупое лицо Харриса. — Вы не знаете, как далеко это зашло, так что, блядь, не имеет значения, что вы делаете. Если они захотят нас убить, они это сделают. — Он взял ручку и щелкнул пальцами. — А теперь, если вы не возражаете, дайте нам прочитать и подписать это дерьмо, чтобы мы не торчали здесь весь чертов день. Агент Харрис вздохнул, и, в конце концов замолчав, откинулся в кресле. Нил и Эндрю читали соглашения, и, как только закончили со своими, поменялись и прочитали соглашения друг друга. Наконец, они снова поменялись и поставили свои подписи на пунктирных линиях, после чего остались только бланки, чтобы сделать Нила Джостена законным. Настоящим. Нил написал имя и фамилию, а затем уставился на страницу, жуя кончик ручки, которую держал. — Проблемы? — спросил Эндрю, и вдруг его охватило… беспокойство? Страх Ожидание? Что, если он сомневается во всем этом? Эндрю в равной степени винил и не винил его. Нил с усилием сглотнул. — Здесь есть вопросы, на которые я не знаю, как ответить, — пробормотал Нил. — Например… — Его брови сошлись на переносице, образовав небольшую складку. Голубые глаза были обращены вниз, а затем посмотрели на него. — Что мне выбрать в качестве второго имени? О… — Все, что захочешь. — Эндрю покачал головой, притворяясь невозмутимым, отмахиваясь от любого беспокойства, любого негатива. — Назови себя Нил Умник Джостен. Нил Я-в-порядке Джостен. Нил Саркастичный-Сукин-сын Джо… — Я понял, понял, — вздохнул Нил, махнув рукой. Затем, после секундного колебания, он поднес ручку к бумаге, и Эндрю смог разобрать «Абрам», нацарапанное через пробел.

//Остановитесь со мной на мгновение. Это, пожалуй, самая важная информация, которую мы услышали от Сары. Боб повторил ее позже, как и все остальное из нашего интервью с Сарой, но это был первый раз, когда мы услышали об использовании этого имени.

Мэри и Натаниэль Абрам. Не Веснински. Абрам.

Это привлекло наше внимание. Почему?

Потому что полное имя Натаниэля — Натаниэль Абрам Веснински.

Это был способ замести следы? Попытка спрятаться у всех на виду? Или это было имя, данное полиции? //

— Абрам, — Нил беззвучно произнес это имя, затем кивнул сам себе и продолжил смотреть дальше. Теперь все кажется другим… по какой-то причине. Он перешел к следующим вопросам, но снова остановился, оглянулся на Эндрю сбоку и сказал: — Тут спрашивается адрес… — Да? — ответил Эндрю, сбитый с толку. В конце концов, у них был адрес. — Я просто… — Нил замешкался и постучал концом ручки по столу. — Мне написать твой? Эндрю видел, как розовый цвет расцветает вокруг его ушей и ползет к ожогу на щеке. Он хотел рассмеяться, назвать его идиотом, еще что-то — потому что, какого хрена они делали последние несколько недель? Но даже он сам не знал, верно? Собственные слова шокировали его самого: — Да. Ты должен написать наш. Наш. Так Нил и сделал. Они заполнили бланки, заставили Дэн заверить их нотариально, скопировали в трех экземплярах и пожелали агенту Харрису счастливой жизни, с надеждой никогда больше не видеться.

____

Эндрю:

Мы с Рене начали этот подкаст с поездки в Балтимор, в дом Веснински.

Нил:

Да… какого хрена ты вообще надеялся там найти? Думал, я буду замурован в стены или что-то в этом роде?

Эндрю:

Ты говоришь это так, будто это не было реальной возможностью.

Нил:

Это означало бы, что тебе пришлось бы расцарапывать стены, а я что-то не вижу, чтобы ты рисковал вогнать занозу или испортить маникюр.

Эндрю:

[смеется]

Нет, умник. Мы просто хотели прочувствовать обстановку. Немного пошарить вокруг, я думаю. Мне все равно нужно было попытаться получить полицейские отчеты, пока мы там, так что… И нет, мы не нашли ничего полезного. Но мы нашли одну вещь.

Нил:

не Будь Плохим.

Эндрю:

не Будь Плохим.

[глубокий вдох]

Итак, слушатели, я просто хочу, чтобы вы знали: Нил очень красочно рассказал мне, как он относится к тому, что я все это находил, фотографировал и публиковал.

Нил:

Нехорошо.

Эндрю:

Да, совсем нехорошо. Так что, хотя в то время это казалось хорошей идеей, я бы вернул все назад, и сделал бы по-другому, если бы мог. Но я не могу. Хочешь что-нибудь добавить к этому? Объяснить своими словами?

Нил:

Ну… Я думаю, это не требует объяснений. Я уверен, для большинства людей не будет сюрпризом, что Натан Веснински был плохим человеком, который делал плохие вещи, и эти вещи распространялись на его жену и сына. Мне было, кажется, 5 лет, когда я это написал? [пауза] Я не хочу вдаваться в подробности того, что произошло. Достаточно сказать, что я был маленьким и думал, что это моя вина.

Эндрю:

Думаю, этого более чем достаточно. В тот день мы с Рене вышли из дома, и мне было невероятно трудно не чувствовать себя виноватым. Я понимал, что ничего не мог сделать, и я был в таком же положении больше раз, чем хотел бы признать.

Я уже рассказывал слушателям и, конечно, тебе, что рос в приемных семьях. Это было нелегко, невесело, и я много раз прятался в шкафах и под кроватями, задаваясь вопросом, что со мной не так.

Нил:

Ты прав, чувство вины было бесполезным. Но я также думаю, что наша общая травма и является причиной того, что мы так быстро нашли общий язык. Мы оба знаем, каково это. Что-то действительно печальное и действительно чертовски ужасное, и что, я уверен, разделяют все дети, которым приходится проходить через подобное дерьмо.

Эндрю:

К сожалению, ты прав.

Я чувствую, что нам стоит вернуться еще дальше, раз уж мы об этом заговорили.

Нил:

Ты же не имеешь в виду…

Эндрю:

Да, Нил. Большой Каньон.

Нил:

О, мне нравится эта история. Ты так хорошо ее рассказываешь.

Эндрю:

Спасибо, Нил. [язвительно] Но я бы хотел услышать это с твоей точки зрения.

Нил:

Почему? Это же твое шоу.

Эндрю:

Уже нет.

____

Прошло несколько дней, прежде чем Нил получил документы. В TFN их доставил курьер, и как только папки оказались в руках, Нил и Эндрю закрылись в кабинете Эндрю. Когда Нил открывал папку, его руки тряслись. Ты делал это столько раз… Вынимал документы из манильских конвертов и смотрел на поддельные имена, поддельные дни рождения, поддельные фотографии. Но это? Это было по-другому. Теперь он официально был Нилом Абрамом Джостеном. Адрес 1212 Болдуин Драйв. Квартира номер 203 — которую он делил со своим… кем бы он ни был и двумя кошками. Теперь он был настоящим человеком. Его ждала работа в TFN и жизнь. Он не осознавал, что смотрит на все, что раскинулось перед ним, стоя на коленях, пока Эндрю не оказался на полу рядом с ним, в такой же позе. Его руки появились в поле зрения Нила, он взял документы, а Нил позволил ему. Эндрю просмотрел их, задерживаясь то тут, то там на новеньком свидетельстве о рождении. В конце концов, все документы прошли проверку, и Эндрю отложил их в сторону, чтобы посмотреть на Нила, положив руки ему на бедра. — Добро пожаловать в этот мир, Нил Джостен. Он все еще дерьмо. Нил рассмеялся и провел рукой по волосам Эндрю, погладив его по челюсти. — Не знаю, — сказал он, пожав плечами и изучая глаза, нос, рот, шрамы Эндрю. — Кажется, все не так уж плохо. Эндрю наклонился ближе для быстрого поцелуя, затем поднялся и сел в свое кресло. Кинг автоматически запрыгнула к нему на колени, и Нил перевел взгляд с них на вершину кошачьего дерева и Сэр, наблюдавшую за комнатой с видом очень скучающей горгульи. Он смотрел на нее, удивляясь тому, что так старался не привязаться к ней. К нескольким вещам. Глубоко вздохнув, Нил опустил взгляд на свои бумаги: — Итак, теперь, когда все, — он неопределенно помахал рукой, — официально, ты собираешься мне ответить? — Он поднял глаза на Эндрю и понял, что ожидал, что Эндрю будет смущен — притворится, что не понимает, о чем именно говорит Нил. Но Эндрю просто погрузил руку в шерсть Кинг и поднял глаза на Нила. — Я хочу продолжить. Нил занял свои руки тем, что собирал документы, чтобы положить их обратно в конверт. Он не поднял глаз, когда спрашивал: — Продолжить что? — Подкаст. — И все-таки сделал это. О чем, черт возьми, он говорит? — Но… все кончено, не так ли? — Нил наклонил голову. — Я здесь. Что еще остается сделать? Эндрю встал, и Кинг спрыгнула с его колен, чтобы присоединиться к Сэр на дереве. Они вместе устроились там, наблюдая, как Эндрю вышагивает из стороны в сторону, теребя зубами кольцо на губе, а Нил молчит, давая ему собраться с мыслями. Наконец Эндрю прислонился к стене, засунув руки в карманы. — Что, если мы сделаем это вместе? — опустив взгляд в пол, начал он, а затем поднял на него. — Сохранив тему? Поиск красных кроликов, поиск ответов в делах, которые еще не раскрыты? Мы можем сосредоточиться на детях — найти замороженные дела о пропавших детях, на которые никто не обратил внимания. Цветных детях, которые не получают такого же освещения, как белые дети. Бедных детях. — Эндрю остановился и посмотрел на свою обувь. Это были побитые черные конверсы, поскольку полицейские забрали его ботинки, а другой пары у него не было. В конце концов, он снова поднял глаза на Нила, и Нил затаил дыхание, ожидая, что будет дальше. — Приемных детях. А. Нил не знал, что и думать. Он колебался, пытаясь разобраться в своих спутанных мыслях, прежде чем произнести их вслух. Эндрю продолжил раньше, чем он успел. — Нам нужно оставаться в фокусе. Быть публичными, за нами должны следить, и мы должны сделать это в ближайшее время. Я не хочу промедления, потому что если этот план сработает — если мы действительно собираемся держать Морияма подальше — мы не можем колебаться, Нил. Мы не можем позволить людям забыть о нас. Но… Нил встал и инстинктивно взял Сэр с верхушки кошачьего дерева. Его руки начали дрожать, поэтому он прижал ее к груди и поцеловал в макушку, пытаясь понять, что хочет сказать. Очевидно, его рот зашевелился раньше, чем это успел осознать разум, и он услышал свой голос: — Это причина, почему ты хочешь это сделать? — Он поднял глаза на Эндрю. — Чтобы держать Морияма подальше? Ответ был незамедлительным: — Отчасти да. Нил покачал головой и положил подбородок на голову Сэр, чувствуя, как ее размеренное мурлыканье наполняет его грудь. Это успокаивало и помогало понять, чего именно он хочет и не хочет, и почему. — Я чертовски не хочу этого для тебя, — тихо начал он. — И не хочу, чтобы ты делал что-то только ради меня. Я просто… — Он глубоко вдохнул. — Мне это, блядь, не нравится. Особенно после всего, через что тебе пришлось пройти ради меня… Эндрю внезапно оттолкнулся от стены и подошел к Нилу. Он вынул руки из карманов и прислонился своим телом к телу Нила, остановившись на полпути: — Что, черт возьми, ты только что сказал? — Ты слышал, что я сказал, — ответил Нил, разворачиваясь и позволяя Сэр запрыгнуть обратно на дерево. — Ты чуть не умер из-за меня, Эндрю, — сказал он через плечо. Эндрю насмешливо хмыкнул. — Из-за тебя? Ты что, блядь, издеваешься? Как будто не я привел их прямо к тебе? Как будто это не из-за меня Морияма обратили внимание на тебя, когда ты был в Нью-Йорке? Как будто не я разоблачил дерьмо, на которое не имел права… Нил оказался в другом конце комнаты, нежно взял Эндрю за челюсть и поцеловал его, чтобы заткнуть. Реакция была мгновенной — Эндрю поцеловал его в ответ, и это было похоже на драку. Он толкал и тянул, запустив руки в волосы и целуя так сильно, что Нил был уверен, что порежет губы о собственные зубы. Каким-то образом Эндрю оказался в белом кресле с Нилом на коленях, и Нил отстранился первым, потому что это так чертовски глупо. Он прикоснулся лбом ко лбу Эндрю, смеясь, и произнес это вслух. — Это так глупо. — Ты такой глупый, — пробормотал Эндрю. Нил в отместку потрепал его по волосам и отстранился, чтобы посмотреть в лицо. Медленно вздохнув, он покачал головой. — Мы должны прекратить это делать… — пробормотал он. — Нас обоих так гложет чувство вины из-за дерьма, которое, вероятно, не имеет никакого отношения ни к одному из нас… — Как будто ты меня совсем не знаешь. Нил закатил глаза. — Слушай, — он хотел встать, но Эндрю сжал его бедра, и он воспринял это как знак остаться. Вместо этого он переместил руки на его плечи и постукивал по ним пальцами в такт своим словам. — Я уже надрал тебе задницу за то, что ты сделал. Я все еще думаю, что это был мудацкий поступок — выложить все то дерьмо — но, честно говоря? Отсюда это не кажется таким уж плохим. — Он покачал головой. — Посмотри, где мы сейчас… Раньше мне было все равно, я никогда не думал, что у меня вообще может быть жизнь. Но ты заставил меня думать об этом. Ты заставляешь меня хотеть этого, и я чертовски рад, что ты нашел меня. — Прекратив постукивание, он провел по челюсти Эндрю большим пальцем. — Я никогда не буду винить тебя или жалеть об этом. Он искал ответ на лице Эндрю, но увидел перед собой практически чистый лист. Он слишком хорошо умел скрывать дерьмо. — Я никогда не буду винить тебя за это, — в конце концов, тихо сказал Эндрю. — Никогда, — покачал он головой. Затем: — Я мог бы умереть сотню раз в том лесу с ножом Лолы в груди, и я все равно никогда не винил бы тебя. Нил еще раз провел большими пальцами по челюсти Эндрю, затем наклонился вперед так, что их лбы снова соприкоснулись. — Нет, наверное, не стал бы, — атмосфера вдруг стала тяжелой и тихой. — Потому что ты был бы мертв, и мне пришлось бы отомстить за тебя. Кивок Эндрю был серьезным, взгляд жестким, но на грани игривости: — Я не соглашусь на меньшее, чем полноценный мститель — с трагической предысторией и большим количеством подводки для глаз. Договорились? Нил почувствовал, как улыбка расцветает на его губах и поцеловал Эндрю в лоб. — Договорились.

____

Нил:

[вздох]

Ладно, ладно. Мы говорили об этом в «Аудиозаметках», так что, думаю, большую часть они в любом случае знают. В общем, мы с Эндрю встретились в Большом Каньоне, когда мне было 12, а ему 13. Он оттащил меня от…

Эндрю:

Кого-то, кого я знал как склонного к жестокости человека.

Нил:

Точно. Огромного мешка с дерьмом, в общем. Так вот, Эндрю оттащил меня, и мы спрятались в той крошечной закусочной, закрытой на ремонт. Под спрятались я имею в виду, что он взломал замок и затащил меня туда.

Потом мы просто… сидели и разговаривали. Эндрю дал мне Скиттлс, потому что я сказал, что люблю фрукты, и делал вид, что это одно и то же.

Эндрю:

[перебивает]

Очень близко.

Нил:

И мы просто разговаривали. В конце концов, я думаю, мы как бы… признали наши общие несчастья? Мы сблизились, потому что оба знали, каково это — чувствовать

Эндрю:

Разрушение самых незначительных вещей.

Нил:

Да…

Эндрю:

Перед тем, как расстаться, мы дали обещание.

Нил:

Даже на мизинцах. Нерушимое… Что мы поможем друг другу выбраться. Если когда-нибудь сможем.

Эндрю:

Точно. Позволь мне сказать предисловие: я понятия не имел, что парень, которого я встретил в Аризоне, был Натаниэлем Веснински. Я понял это, только когда вышел документальный фильм и я начал серьезно изучать ситуацию. Во время своих исследований я нашел семейную фотографию и… Если бы я знал раньше…

Нил:

[перебивает]

Прекрати это. Ты не знал, и я не знал, и никто не знал. В этом был весь смысл моего существования, Эндрю. Оставаться неизвестным.

Эндрю:

Ты хорошо справлялся.

Нил:

Пока ты, сующий нос не в свое дело ребенок, все не испортил.

Эндрю:

Такова моя работа.

____

Эндрю ждал. Ждал любого признака того, что в отношении Морияма ведется расследование. Но ничего не было. Ни слова. Ни одной подозрительной статьи. Даже о Ромеро ничего. Каждый день была лишь тишина, и это все больше и больше нервировало. —Если нет новостей — это хорошие новости, верно? — спросил Сет. Они все еще приходили в офис, и Эндрю даже не знал, зачем. У Сета, Дэн и Рене, по крайней мере, были дела — другие подкасты и текущая работа. У Эндрю их не было. Элисон даже на время вернулась в Майами, и единственная причина, по которой это хоть как-то повлияло на Эндрю, заключалась в том, что: 1. Она забрала Диона с собой, слава богу, и 2. Рене также отсутствовала в офисе больше обычного. Эндрю предполагал, что это была попытка занять себя, чтобы не скучать по ней, но, признаться, без нее было скучно. Даже с Нилом. Он как бы скучал по возможности посмотреть на Рене после того, как Нил говорил что-то особенно глупое, чтобы она на это лишь улыбнулась и покачала головой. Все это говорило о том, что Эндрю нужно было найти чем заполнить свое время. Это было несложно. Он занимался исследованиями, охотился за зацепками. Копал. И никому не говорил. Тем временем то один, то другой человек показывал Нилу азы работы в студии. Черт, он даже сидел несколько раз с Кевином, пока тот записывал «Дэйли экси». Оказывается, ему нравилось изучать звуковую плату и ее особенности. Ему также нравилось сидеть с Дэн и разбираться в планировании, наблюдая за ней. На самом деле, ему, вероятно, просто нравится чувствовать себя полезным. Как и мне. Эндрю не отрывал глаз от ноутбука, подбородок лежал на руке, а нога подпрыгивала. У него голова ходила кругом от размышлений. Что-то, что-то, что-то. Я должен что-то найти. Что-то, что мы можем разорвать по швам. Что-то… — Хей. Эндрю вздрогнул и развернулся на своем стуле. Нил со скрещенными на груди руками стоял, прислонившись к дверной раме и хмуро наблюдал за Эндрю. — Ты в порядке…? Эндрю только кивнул и вернулся к своему компьютеру. — Просто провожу некоторые исследования. — Ммм, — хмыкнул Нил. — Ну, что бы это ни было, отложи это на потом. Пойдем пообедаем, я умираю с голоду. Эндрю без жалоб выключил ноутбук и встал, чтобы последовать за Нилом. Под ярким летним солнцем они шли по парковке, направляясь к Мазерати, когда к ним подъехал элегантный черный лимузин с тонированными стеклами. Эндрю немедленно остановился и вытянул руку так, что грудь Нила уперлась в нее. — Кто, блядь… Да ты, наверное, издеваешься надо мной. Машина остановилась, и с места водителя вышел молодой японец, чтобы открыть заднюю дверь. Эндрю ждал, пока оттуда кто-то появится, и только когда Нил ткнул его в спину, он понял, что это они должны были сесть. — Ты, блядь, шутишь, да? — обратился Эндрю к мужчине. — Ты же не можешь всерьез думать, что мы собираемся это сделать? — Эндрю, — прошипел Нил прямо ему в спину. — Просто садись. Кто-то еще может выйти сюда и увидеть. — Он снова ткнул его в спину, на этот раз сильнее. — Садись. Эндрю повернулся и посмотрел на него, расширив глаза и сжав челюсть. Он не в себе? Садиться в эту машину было последним делом… Послышался щелчок. Эндрю повернул голову назад и, хотя ничего не увидел, он знал, что это звук взводимого курка. Он понимал — крайне мало шансов, что их застрелят прямо на парковке, но этого было достаточно, чтобы заставить его наконец сдвинуться с места. Они шли вместе, Нил крепко держался за рубашку Эндрю. Он посмотрел на мужчину, державшего дверь открытой, как будто это могло что-то ему дать, и скользнул на заднее сиденье, а Нил следом за ним. Там был еще один японец, около тридцати лет на вид. Он сидел на сиденье напротив и внимательно их рассматривал. У него были длинные волосы, завязанные в хвост, и хотя, по мнению Эндрю, это должно было сделать его лицо более мягким, поскольку волосы зачесывались от острых щек, оно наоборот выглядело только более суровым — как будто он специально затягивал волосы назад, чтобы не испачкать их кровью. Отлично. Водитель вернулся на переднее сиденье, и прежде чем Эндрю успел что-то сделать или сказать, машина тронулась. Он уже открыл рот, чтобы возразить, но Нил положил руку ему на ногу и схватил прямо над коленом, чтобы заткнуть. Эндрю прикусил язык, что было подвигом для него самого. Пока лимузин вывозил их с парковки на дорогу, он выглянул в окно, чтобы посмотреть на проплывающие мимо деревья, и практически услышал, как в его ушах зазвенело не только его сердцебиение, а и Нила — как будто он был ответственен за обоих. Мужчина не сводил с них глаз всю дорогу, взгляд был жестким, холодным и неподвижным. Прошло совсем немного времени, прежде чем они въехали на один из новых строительных участков для здания для кино и искусств, над которым Университет Пальметто работал уже почти два года. Оно возвышалось над горизонтом как безмолвный скелет. Не видно было ни одной бригады, в воздухе не слышно звуков электроинструмента. Место будто вымерло, коротко подумал Эндрю. Идеальное место, чтобы выбросить тело. Разве не так делали в «Карателе»? Вдавливают парня в цемент и… Стоп. — Вы знаете, кто я? Голос мужчины резко прервал его размышления и направил внимание Эндрю прямо на него. Его брови нахмурились, потому что нет, Эндрю ни хрена не знал. Очевидно, он был кем-то, связанным с Морияма, но… — Лорд Ичиро, — сказал Нил. — Конечно. Вы что, блядь… Эндрю захотелось рассмеяться. Это было чертовски смешно. Конечно же, это был даже не гребаный лакей. Это был сам Ичиро. Глава всей гребаной семьи, прямо здесь, в Пальметто. В машине. С ними. — Да, — сказал Ичиро, полез в куртку и достал пистолет. На этот раз рука Эндрю сразу же нашла бедро Нила, и в его мозгу пронесся миллион сценариев. Каждый из них заканчивался пулей в голове Нила. — Вы оба вызвали у меня слишком много раздражения, — сказал он, доставая белую ткань и начиная чистить пистолет. Что, по правде говоря, казалось чертовски бессмысленным, поскольку Эндрю был уверен, что уже видит собственное отражение в этом проклятом стволе. — В то время я решил убрать тебя, пока ты не стал чем-то большим, чем просто мелкий вредитель. Вот почему я послал за тобой женщину. Очевидно, — вздохнул он, — она оказалась некомпетентной, поскольку вы оба здесь, а не где-то в яме… как следовало бы. — Он говорил медленно, словно каждое произнесенное слово имело вес. Этого не произошло. — Простите, что помешал вашим планам, Лорд, — сказал Эндрю. Он ничего не мог с собой поделать. Он чертовски ненавидел этого парня. Он ненавидел любого, кто считал себя лучше других, и что Ичиро делал? Чистил свой гребаный пистолет, словно собирался пристрелить их прямо здесь. Честно говоря, Эндрю был на грани между «Сделай это» и «Не делай этого», Господи, блядь. Ичиро как будто услышал его мысли. Он поднял свои темные, каменные глаза на Эндрю. Лицо оставалось бесстрастным. — Вы за словом в карман не лезете. Очень… громко, — сказал он с отвращением. Эндрю открыл этот громкий рот, чтобы поблагодарить, но Нил его перебил. — Мы никогда не собирались вовлекать вашу семью ни во что из этого. Мы не знали, что Лола была послана вами, до самой ее смерти. — А если бы вы знали? Нил промолчал, потому что правда была очевидна. Это ничего бы не изменило, и они, вероятно, все равно догадались бы об этом. Ичиро вздохнул и положил ткань обратно в карман пиджака. Он откинулся на сиденье и скрестил ноги, но держал пистолет на колене. — Знаете, — медленно кивнув, начал он, — я восхищен вашей решимостью. И идиотизмом, — он наклонил голову, словно пытаясь подобрать другое слово. — Как бы вы сами это ни называли. — Он сделал неопределенный жест рукой, и Эндрю проследил за движением пистолета в воздухе, пока он не лег обратно на колено. — Дать ФБР ваши записи, чтобы обвинить нас в вашем убийстве и планах этой женщины, — покачал он головой. — Для этого требуется много идиотизма. Черт. Черт, черт, черт. Они сделали ставку на то, что Морияма не догадаются об их причастности. Теперь, когда он сидел перед всемогущим Лордом, он не знал — почему. Но все пропало. Они потеряли свою единственную карту. И Нил, очевидно, тоже это понял. Эндрю услышал, как он втянул воздух. — Судя по вашим лицам, вы не хотели, чтобы я узнал, — сказал Ичиро, и в его голосе сквозило издевательское сочувствие. — Вы действительно недооцениваете меня и мои возможности. — Он пожал плечами. — Но, должен признать: кажется, я тоже недооценил вас. Вы были умны, — он посмотрел в пространство между ними. — О вас теперь знают все, а мы находимся под наблюдением федерального правительства и за каждым нашим шагом пристально следят. Это просто гениально. — Его глаза немного расширились, но Эндрю знал, что все это было притворством. Очевидно. — Если бы я убил вас сейчас, как мне этого хочется, это повлекло бы за собой целое расследование, на которое у меня нет ни времени, ни терпения. И бумажную волокиту. А я ненавижу бумажную волокиту. Он был как чертов голливудский злодей. Тонкий драматизм, который сливается во что-то реальное и ужасающее. Тот тип злодея, который выходит за пределы экрана и преследует тебя всю дорогу домой. Это реальность. Они с Нилом молчали. Тогда Ичиро поднял пистолет и секунду изучал его. Затем наклонился вперед, и Эндрю будто в замедленной съемке наблюдал, как он приставил его ко лбу Нила. Прямо между глаз. И, нахмурившись, наклонил голову. — Или все-таки да?.. Думаю, это было бы очень просто. Сделать это и пострадать от последствий. Потребуется ужасно много денег, чтобы это скрыть, — сказал он будничным тоном, как бы беседуя с ними или с самим собой. Рука Эндрю все еще лежала на ноге Нила, и он сжал ее еще крепче. В голове проносились возможные варианты, но он ничего не мог сделать. Он не мог пошевелиться — не мог дышать. Нил, в свою очередь, даже не моргнул. Он смотрел Ичиро прямо в лицо, словно бросая вызов. Чертов идиот — Мы не проблема для тебя, — сказал Нил. Голос был твердым и ровным. — У нас нет намерений впутывать вашу семью еще больше. — Он сделал паузу. Не потому, что испугался, понял Эндрю, а потому, что давал обдумать свои слова. По позвоночнику Эндрю пробежала дрожь. — Нас заставили отдать федералам запись в обмен на снятие обвинений, которые могли быть выдвинуты против нас. Нам сказали, что они собираются повесить все на Ромеро, и мы даже не знали, что они запланировали для Вас. — Он увидел, как бровь Нила дернулась, как будто хотела подняться. Но вместо этого его глаза стали еще строже. — Мы полагаем, Вы неуязвимы. Лжец, лжец, лжец. Эндрю почти подумал, что произнес это вслух, когда Ичиро повернулся к нему и переместил пистолет с головы Нила на шею Эндрю. Отлично. Значит, это не будет даже мгновенной, черт возьми, смертью. — А что насчет вас, мистер Миньярд? Мне все еще придется иметь дело с твоим ртом? — спросил он. — Мне нужно будет посылать своего никчемного братца пообщаться с прессой о том, какие помои выходят из этого рта? — Уголок его губ слегка приподнялся. — Это, конечно, все, на что он способен, но мне нравится держать его на коротком поводке. Эндрю тяжело сглотнул и встретил взгляд мужчины. — Мне нечего сказать о Вас или Вашей семье. Ичиро еще секунду наблюдал за ним, затем откинулся назад и вернул пистолет в кобуру, спрятанную под пиджаком. — Ну вот и все, я полагаю, — это не звучало легкомысленно. В его словах чувствовалась… угрожающая решимость. — Мы будем присматривать за вами, — пояснил он. — Вы проделали впечатляющую работу. Вас теперь трудно убить, но, — выражение его лица снова стало жестким. — Будьте уверены, это не невозможно. Я все еще могу сделать так, чтобы это выглядело как передозировка… или как самоубийство. Или как будто двое очень милых влюбленных сбежали вместе, чтобы никогда не вернуться к своей скучной жизни. — Он бросил взгляд на руку, которую Эндрю все еще держал на бедре Нила. — Спасибо, — сдавленно сказал Нил. — Вам не о чем беспокоиться. — Я знаю, что не о чем. Ичиро постучал по крыше, и дверь рядом с Нилом снова открылась. Эндрю прищурился от яркого света солнца, заполнившего машину. Он переместил руку с бедра Нила на плечо и начал осторожно выталкивать его наружу, когда: — О, и джентльмены? — Они остановились и оглянулись. — Если вы мне когда-нибудь понадобитесь, я позвоню. Держите свои телефоны включенными. Почему-то от этого стало еще хуже. Словно камень, тянущий ко дну, в желудке Эндрю тяжело осело что-то, и он подтолкнул Нила, лишь бы убраться подальше от этого гребаного человека. Как только они оказались на грунтовой площадке, дверь с последним резким хлопком закрылась за ними.

_

Они там застряли. Что было прекрасно. Обратный путь был долгим и это было похоже на заземление. Только противоположное тому, каким оно должно быть. Камень словно втягивал его в асфальт дороги, напоминая, что один неверный шаг может отправить максимально глубоко в грязь. За всю дорогу до Башни никто из них не произнес ни слова. Обед был забыт, и только когда они оказались за закрытой дверью кабинета Эндрю, Нил в начавшемся приступе паники рухнул на пол и Эндрю опустился рядом с ним.

____

Эндрю:

Ладно. Теперь, когда мы разъяснили это, я чувствую, что дальнейшее будет иметь больше смысла. Итак, мы ездили в Балтимор. Во Флориду. Ты сказал, что помнишь Рейнольдс?

Нил:

Да. Она была первым ребенком, который заговорил со мной за год или около того. Мы были в Ки-Уэсте всего день или два, я думаю? Но из того времени именно ее я помню наиболее четко.

Эндрю:

Во время той поездки мы узнали, что твоя мать посещала кого-то, кто специализировался на подделке документов. Удостоверения личности, деньги и все такое.

Нил:

Все, что нужно, чтобы перестать существовать, да. Их было несколько, я думаю. Она старалась держать меня в стороне от этого, но чем старше я становился, тем сложнее ей удавалось. В тот раз она купила для нас документы, и мы уехали в Европу на пару лет.

Эндрю:

Где вы жили в Европе?

Нил:

Давай посмотрим…

[пауза]

Австрия, Германия, Франция, Швейцария… Мы были в Германии, когда нас настигли люди Натана, и сразу после этого вернулись в США…

Знаешь, я вообще-то не знал имени Анаис до того, как вы взяли у нее интервью. Но я помню тот день. Мне редко удавалось побегать и повеселиться… Карла я тоже запомнил, но я не играл с ним или что-то в этом роде. Он был просто ребенком, с которым я сидел рядом, когда притворялся, что мне интересно в школе.

Эндрю:

Одна вещь, которую мы слышали от многих людей, и которую я бы очень хотел дать тебе шанс объяснить, это то, как, по рассказам, Мэри всегда обращалась с тобой. Свидетели из Европы утверждали, что она была груба с тобой, и несколько слушателей прислали вопросы по этому поводу. Я не решался лезть в это, потому что у меня просто не было убедительных доказательств, которые, как мне казалось, были необходимы, чтобы назвать это жестоким обращением.

Нил:

[пауза]

Я уже давно живу самостоятельно, и теперь, когда я уже взрослый, я могу признать, что это было на грани насилия.

Но вот что касается моей матери.

Она сделала абсолютно все возможное, чтобы защитить меня. Она могла оставить меня там, с ним, чтобы я либо погиб, либо стал убийцей. Она сделала трудный выбор и принимала помощь извне только в случае крайней необходимости — и даже тогда она никому не говорила, где мы находимся. Она была… напугана. Я был напуган. Я думаю, это была просто очень плохая ситуация, и если честно? Я не родитель. Я не могу представить, что творилось у нее в голове каждый раз, когда нас нагоняли и пытались убить.

Эндрю:

То есть ты не винишь свою мать за грубость?

Нил:

[пауза]

Не то чтобы я не винил ее, я просто понимаю, почему это происходило. Страх заставляет людей действовать иррационально. Если говорить начистоту, то больше всего я благодарен ей за то, что она вытащила меня оттуда и все те годы сохраняла мне жизнь.

____

Нил втянул воздух. Или попытался. Он не мог вдохнуть. Сэр нервно кружила вокруг. Сначала попыталась забраться к нему на колени, но когда у нее не получилось, она решила прижаться к его бедру так тесно, как только могла. Эндрю взял его за руки и легонько встряхнул. — Нил. Нил. Посмотри на меня. — Его голос был близко, но так далеко. Как будто Нил был на одной стороне туннеля, а Эндрю — в дальнем конце. Он был там, до него нельзя было дотянуться. Но он пытался. Действительно пытался. Но его глаза были затуманены, а комната кружилась. Там был пистолет. Он был приставлен к шее Эндрю, и, и, и… Эндрю потянул Нила вперед так, что тот упал ему на грудь. Это было похоже на то, когда они сидели на заднем сиденье Порше во время бегства от Лолы. Тогда Эндрю так же держал его во время приступа. Он делал это и сейчас, но на этот раз прикосновение было более твердым, более уверенным, более устойчивым, заземляющим и необходимым. Нил закрыл глаза и позволил себе расслабиться. Он зарылся лицом в шею Эндрю и вдохнул его запах. Шампунь, гель для душа, остаточный запах сигарет, который они еще не успели смыть со своей одежды… Нил вцепился в его футболку и, наконец, набрал в легкие воздуха. Эндрю обхватил руками плечи Нила и положил подбородок ему на макушку. — Это ничего не меняет, — тихо сказал Эндрю. — Это лучший сценарий. Мы хотели сделать так, чтобы им было слишком трудно преследовать нас, верно? — Нил почувствовал, как пальцы Эндрю зарылись в его волосы и прижался крепче. — Мы сделали это. Каким-то образом Нил нашел голос, чтобы ответить: — Я знаю это. — Голос был хриплым, как будто до этого он кричал. Но он не кричал. Возможно, это было потому, что он снова задержал дыхание. Он глубоко вдохнул и продолжил. — Просто… — Просто, дело было не в этом. — Появление Ичиро Морияма здесь, в этом месте… — произошло. Нил покачал головой. Я неправильно объясняю. — Это наше пространство, — сказал он более четко. — Наше, Эндрю. И он приехал сюда, приставил гребаный пистолет к твоей шее и… Эндрю отстранился достаточно, чтобы увидеть его лицо. Его брови были нахмурены, в глазах недоверие. — Он приставил пистолет к твоей голове, Нил, — сказал он просто. — Прямо между твоих гребаных глаз. — Теперь он смотрел между ними. — Ты думаешь, я не чувствовал того же? Наблюдая за этим? Нил промолчал. В тот момент он решил не показывать слабость, не показывать, что он боится за Эндрю. Не было ни малейшего беспокойства или мысли о себе. Ведь это был не первый раз, когда к его голове приставили пистолет. И он думал, что не последний. Эндрю еще больше отстранился, чтобы лучше видеть лицо Нила. — Вот почему, Нил, — Он провел рукой по затылку Нила, спускаясь к шее, и сжал ее. Нил тяжело сглотнул. — Вот почему нам нужно продолжать с подкастом. Нам нужно еще одно дело, и мы должны начать расследования. Как можно скорее. Но… Нил открыл рот, чтобы возразить. Эндрю не позволил ему. Потому что Эндрю точно знал, что он собирался сказать. — Нет, — твердо сказал он. — Они — не единственная причина, по которой я хочу это сделать. Я хочу помочь большему количеству детей, забытых системой. Я хочу изменить ситуацию для таких детей, как мы. У которых не было такого шанса. Но, — он провел большим пальцем по коже Нила. — Я также хочу оставаться на виду, чтобы Морияма пришлось дважды подумать о том, что они могут захотеть сделать с нами. Он был прав, конечно. Нил знал, что он прав. Но все же… — Я не могу участвовать в шоу, Эндрю. Я могу помочь тебе в исследованиях, могу путешествовать с тобой, но я не умею все это… — Он покачал головой. — Разговаривать с людьми, писать сценарии и все остальное. Черт, — усмехнулся он. Что было хорошим знаком. — Я едва могу общаться с людьми в этом здании, и я выставляю себя на посмешище каждый раз, когда пытаюсь отвечать на вопросы на сайте, потому что в половине случаев я понятия не имею, о чем, черт возьми, говорят. — Он посмотрел вниз между ними. — Я могу помочь, но только ты будешь в центре внимания… Эндрю покачал головой. Нил поднял свою, и Боже, этот человек был чертовски упрям. Надеюсь, он никогда не изменится. — Мы справимся, — уверенно сказал Эндрю. Или, по крайней мере, он казался уверенным. — Ты думаешь, это я тот, кто должен регулярно общаться с людьми? Нил издал небольшой смешок. Еще один хороший знак. Напряжение между ними рассеивалось, и дышать стало немного легче. — Нет, не думаю. Эндрю кивнул. — И я не думаю. — Его глаза немного расширились за стеклами очков. — Тем не менее, мне приходится, и я прекрасно справляюсь. То, что ты никогда раньше этого не делал, не значит, что этого не следует делать. — Но… Эндрю легонько встряхнул его и другой рукой отодвинул волосы Нила со лба. Нил практически мог видеть его мысли в этот момент. Дурацкий гребаный локон повис между ними, молчаливо, но громко. Это почти заставило улыбнуться. — Нет, — сказал Эндрю. — Просто… послушай меня. — Затем Нил глубоко вдохнул, когда эти золотые глаза встретились с его. — Гарри Поттер не произнес ни одного успешного заклинания за всю первую книгу. — Его глаза снова расширились, умоляя Нила понять. Нил не думал, что когда-либо видел его таким взволнованным или решительным. И все же он ни хрена не понимал, о чем он говорит. — Что… черт возьми, это значит?.. — Ни одного гребаного заклинания, Нил, — продолжал Эндрю. — И к концу серии он был великим, блядь, волшебником, всего лишь используя гребаный здравый смысл, защищаясь от дерьма, из-за которого его должны были убить. И все это произошло благодаря мужеству, удаче и друзьям. — Я не читал… — Это неважно. Просто послушай, — он встал и потянул Нила за собой, держа за руки. — В конце концов, он все равно выиграл. Все это? Это твоя первая книга, Нил. Вот и все. Теперь ты можешь либо начать вторую со мной, прямо сейчас, и мы вместе произнесем все эти чертовы заклинания, либо можешь сидеть и бояться. Но я знаю, что мы можем это сделать. И знаю, что можем помочь кому-то в процессе. Пропавшие дети, Нил. Ты тоже когда-то был пропавшим ребенком. Мы вместе произнесем все эти чертовы заклинания. Вот что с ним сделала смерть, подкравшаяся так близко? Вызвала поэта? Он, блядь, шутит? Даже если нет, как Нил мог отказаться? Когда внутренности плавились прямо тут, в кабинете Эндрю, а возбуждение Эндрю после их второго почти смертельного опыта за месяц с небольшим начинало захватывать его целиком и… — Я… — Эндрю просто уставился на него, а Нил? Ну… — Ладно, — кивнул он. — Если это заставит тебя перестать говорить о Гарри Поттере, то я согласен. Мы можем сделать это вместе, но, — он поднял палец. — Никаких обещаний, я не собираюсь все это испортить. Давай произнесем все заклинания вместе.

____

Нил:

Итак, вот о чем я хочу поговорить. Шоу Кэти Фердинанд. Как, черт возьми, кто-то вообще смог убедить Эндрю, мать его, Миньярда участвовать в этом?

Эндрю:

А, мой телевизионный дебют. Это было впечатляюще, не так ли?

Нил:

Полноценное зрелище, если ты об этом.

Эндрю:

Именно об этом. Короче говоря, мне обещали кое-что в обмен на мое участие. Кое-что, что касалось дела, чего я очень-очень хотел, и что я никогда не смог бы организовать самостоятельно.

Нил:

Это было интервью, не так ли?

Эндрю:

Это секреты индустрии.

Нил:

Это да?

Эндрю:

Как бы то ни было, на том шоу ты впервые увидел мое лицо. Опиши свое удивление, если можешь.

Нил:

На самом деле это забавная история.

[смех]

Итак, я был со своим… другом. Я остановился у него в Нью-Йорке, пытаясь спрятаться от тебя и твоих приспешников. Он понятия не имел, кто я такой, и почему я все время такой дерганый, но мы завтракали, болтали, и он включил шоу. И я сижу там, пытаясь сдерживать паническую атаку, чтобы слушать, что происходит, чтобы, знаешь… быть в курсе, и тут вижу твое чертово лицо.

Эндрю:

И ты услышал, как поют ангелы?

Нил:

Я услышал смех Сатаны.

Эндрю:

Достаточно близко. И тогда ты узнал меня?

Нил:

Да. И это, блядь, было похоже на удар в живот. Я… увидел тебя и просто… охренел. Мой друг понятия не имел, в чем проблема. Я буквально пошел в свою комнату, залез в душ и просто смеялся над тем, насколько это все хуево. Думаю, это потому, что я никогда не забывал тот день в Большом Каньоне. Не забывал тебя, ни на одну гребаную секунду. Но я никак не ожидал, что он — это ты.

Эндрю:

[пауза]

Я почти жалею, что не сказал раньше, что мы встречались. Чтобы ты знал.

Нил:

Нет. Я понимаю, почему ты этого не сделал. Ты не хотел, чтобы доверие к тебе или доводы в пользу всего этого подвергались сомнению. Это бы отвлекало. Но, да. Я бы сделал все это гораздо быстрее.

Эндрю:

Век живи — век учись, думаю.

____

Через неделю после размещения аудиозаписей команда снова собралась в гостиной на совещание. — Итак, — начал Эндрю, и внимание всех присутствующих было приковано к чему-то другому. Сет, полузакрыв глаза и зажав в ладонях большой кофе со льдом, положил ноги на журнальный столик. Дэн была активна как всегда и постукивала ручкой по блокноту на коленях, а Рене, как обычно невозмутимая, играла с крестиком на шее. Отсутствовала только Рейнольдс. Но она все еще была в Майами, занимаясь тем, чем там занимаются руководители компаний-миллионеров. Именно. — Мы встречались с агентом. — Это все, что требовалось. Сет несколько раз моргнул и сел прямее, Дэн перестала постукивать, а Рене наклонила голову. — Подписали некоторые бумаги, и, я думаю, что должен официально, законно представить вам всем Нила Джостена. — Он посмотрел на Нила, который улыбался, сидя на диване. Внезапно вся усталость и беспокойство исчезли. Команда радостно приветствовала и поздравляла его. Он только кивнул, выглядя ужасно смущенным. Эндрю пришлось отвернуться, чтобы не наделать глупостей на глазах у всех этих людей. — Мы не будем рассказывать подробности, потому что, честно говоря, чем меньше вы знаете, тем лучше, — продолжил он. — Но достаточно сказать, что нам нужно оставаться актуальными. Нужно продолжать вести подкаст и быть на виду у публики как можно чаще. Так что, — он вдохнул, — мы с Нилом решили продолжить работу над «Красными кроликами». Замешательство было ожидаемым. Кто-то хмыкнул. Сет, вероятно. Рене заговорила первой. — В каком качестве? — спокойно спросила она и посмотрела на Нила. — Нил найден. Он в безопасности. Ты сделал то, что намеревался. Эндрю кивнул и почувствовал, как Нил рядом с ним пошевелился. — Да. Но Нил — не единственный пропавший ребенок. Мы хотим продолжить поиски — посмотрим, сможем ли мы помочь раскрыть какие-то старые дела или, может, найти новые коррупционные нити в системе. — И вы собираетесь делать это вместе? — спросил Сет, вздергивая брови. Эндрю закатил глаза, но за него ответил Нил. — Да, Сет, мы собираемся делать это вместе. Как Гарри Поттер. Сет подтянул подбородок, а Дэн нахмурилась. — Как… что? — Ничего, — сказал Эндрю, и ему потребовались все силы, чтобы не сорваться. — Суть в том, — продолжал он, — что мы делаем. Мы собираемся начать собирать информацию в ближайшее время и составим план. — Нам все еще нужно записать последний эпизод, — заметила Дэн. — И поскорее. Люди ждут. Эндрю просто кивнул. Он знал это. И также знал, как он видит этот эпизод. — Я сделаю набросок, но не хочу записывать все по сценарию. — Он посмотрел на Нила. — Я хочу, чтобы Нил взял на себя основную часть работы. Вероятно, стоило поднять этот вопрос раньше. Нил повернул голову, чтобы посмотреть ему в лицо. — Что? Почему я?! Эндрю полностью повернулся, чтобы сидеть к нему лицом. — Потому что это твоя история. Я хочу, чтобы именно ты рассказал ее. Своими словами. Включил в нее все, что считаешь важным, и опустил то, что хочешь сохранить в тайне. Не то чтобы я совсем не буду участвовать, — покачал он головой. — Я тоже буду говорить… Но я хочу, чтобы ты объяснил то, что тебе нужно или хочется, без ограничений сценария. Нил посмотрел на него долгим взглядом. Эндрю увидел, как в его глазах пронеслись мысли от «почему?» до «я не знаю, что сказать» и, возможно, даже «мне страшно». Он знал это и ненавидел. Знал, что это было страшно и неожиданно. Но Эндрю взял его историю и неосознанно превратил ее в медийный цирк — в глобальную «сенсацию», если хотите. Это не было его делом изначально, и он знал, что слишком много требует от Нила. Но он не стал бы поднимать эту тему, если бы не считал, что это к лучшему и… — Хорошо, — согласился Нил. Его глаза не отрывались от Эндрю. — Но я, по крайней мере, хочу набросать план. Понять, что говорить и где. Эндрю кивнул. Он сделал бы все, что хотел Нил. Но пришло время для подкаста. Я уже достаточно долго рассказывал его историю. — Отлично, — сказала Дэн, посмотрела на свой блокнот и что-то записала, затем взяла телефон и начала печатать. — Как думаете, когда вы будете готовы к записи? — Дай нам неделю, — ответил Эндрю, глядя на нее. Он не знал, сколько времени это займет, но он хотел оставить Нилу достаточно пространства для размышлений. — Пока мы будем отвечать на вопросы. Дэн кивнула. — Хорошо. Просто сообщите нам, когда будете готовы.

____

Эндрю:

Двигаемся дальше.

[вздох]

После шоу я должен был взять интервью у Натана. Все уже знают, что, пока я был там, его убили и мое интервью тоже не состоялось. Я не хочу вдаваться в подробности того, как и почему это произошло. Мы знаем, что произошло, и если мы поделимся этой информацией, это только усложнит ситуацию, как и большую часть других вещей в этом деле. Но, ты не против поговорить? Что произошло, когда ты услышал об этом?

Нил:

[пауза]

Все, что я скажу, это то, что я не был ни удивлен, ни опечален. У меня был приступ паники, и тогда я рассказал своему другу, кто я такой.

Эндрю:

Твоему соседу по квартире, верно?

Нил:

Да. К тому моменту уже не было смысла скрывать это. Он знал, что что-то происходит, и знал, что это связано с подкастом. Я просто покончил с неизбежным.

Эндрю:

Как он отреагировал?

Нил:

Как любой хороший друг, я полагаю. Он сказал мне, что все в порядке, что ему все равно, и он хочет помочь. С чего, собственно, и началась его ненависть к тебе. Он перешел от фанатичного слежения за подкастом к страстному презрению к тебе.

Эндрю:

Похоже, я вызываю такие чувства у многих людей… Но я рад, что у тебя был друг, на которого можно опереться, пока я делал твою жизнь невыносимой.

Нил:

Я тоже.

____

На следующий день, в пятницу, Нил и Эндрю в студии не появились. Они называли этот день «Днем работы из дома», что на самом деле было просто поводом валяться и лениться три дня вместо двух. Они просыпались поздно, пили кофе на балконе, читали книги, смотрели netflix, играли с кошками и узнавали все больше и больше о том, что помогает другому исцеляться. Это ничем не отличалось от того, что они делали раньше. Только сейчас все казалось более… устоявшимся, более естественным. Все было улажено, и хотя угроза не была полностью нейтрализована, все было как нельзя лучше. По крайней мере, они могли выдохнуть немного и начать заниматься обычными делами. В субботу вечером они ужинали у Би. Только они. Все остальные уже разъехались по домам, поэтому они пригласили Сэр и Кинг, чтобы те занялись тем, чем занимаются кошки. Было хорошо. На этот раз было тише, и Нил получил возможность узнать Би немного лучше. В силу своего воспитания он с опаской относился к специалистам по психическому здоровью. В нем настолько укоренилась идея никогда никого не впускать в свою жизнь и сознание, никогда не делать себя уязвимым, что он избегал их, как гребаную чуму или мафию. Когда он учился в средней школе, его не раз вызывали в кабинет психолога, чтобы он ответил на вопросы о том, чем занимаются его родители, интересуются ли они его учебой и внеклассными занятиями. Конечно, он врал сквозь зубы, чтобы от него отстали с этими вопросами, но даже до этого он был очень осторожен, стараясь не подавать никаких тревожных сигналов, чтобы они были как можно менее вовлечены. Но даже помимо этого, помимо того, что его поймали, возможно, дело было в том, что разговор с кем-то о своих самых глубоких, темных, самых поганых секретах не казался самой привлекательной вещью в мире. Однако, он должен был признаться себе, что делал это с Эндрю. Он впускал Эндрю внутрь и позволял ему видеть темные, разбитые кусочки своей души… И делал это с тех пор, как они познакомились. Может быть, поэтому я и не могу представить, что буду делать это с кем-то другим. Как бы то ни было. Независимо от его беспокойства, что все, выходящее из его уст, будет подвергнуто психоанализу, он был благодарен ей за все, что, как он знал, она сделала для Эндрю, и за помощь им в больнице. Возможно, ему бы не помешало иметь в детстве Би. Слишком поздно для этого. В любом случае, как бы то ни было. Как бы то ни было, наступил вечер воскресенья, и они снова валялись на диване — Эндрю между ног Нила, и головой лежащий на его животе. Они смотрели повторы «Офиса», и Нил лениво проводил пальцами по волосам Эндрю. Эндрю вздохнул, и Нил посмотрел на него, сонного, сверху и уже собирался сказать, чтобы он шел спать, пока не заснул, но Эндрю заговорил раньше. — Мы должны были начать работу над последним эпизодом в эти выходные. Нил пожал плечами. — Ты сказал Дэн, чтобы она дала нам неделю. У нас полно времени. — Спасибо, что потворствуешь моей лени. Нил улыбнулся и накрутил более длинную прядь волос на палец. — Всегда пожалуйста. Эндрю подпер подбородок рукой и посмотрел на него. Нил знал, что вырвется из его рта, еще до того, как это произошло. — Я нашел несколько дел, которые мы могли бы расследовать. Могу показать тебе… — Не сейчас, — пробормотал Нил, качая головой. Конечно, в конце концов, им придется поговорить об этом. Просто… сейчас все было так спокойно. Так хорошо. Дело не в том, что он не хотел делать еще один подкаст. На самом деле, он думал, что возможность помочь еще одному ребенку — это потрясающе. Но: — Я устал, Эндрю, — объяснил он. — Мы так долго боролись и бежали, и сейчас? В этот момент… Так комфортно. Мне просто нужно немного времени. Эндрю изучал его, подняв голову с его живота. В конце концов, с долгим вздохом он кивнул и пробормотал: — Хорошо. Мы можем сделать перерыв. Только не слишком долго. Нам нужно… Нил осторожно потянул за локон, затем отпустил и махнул рукой, положив другую на затылок. — Оставаться публичными, я помню. Но, — он опустился еще ниже на диван, — давай передохнем. Пойдем куда-нибудь. Эндрю поднял бровь. — Куда-нибудь? Например, куда? — Откуда мне знать? — прищурил он глаза. — Давай просто уедем из города. Возьми настоящий отпуск. Помнишь, когда мы были детьми, я думал, как тебе повезло, потому что ты был там со своей семьей на каникулах? Но на самом деле ты был таким же чертовски несчастным, если не больше, чем я? Так вот, — он наклонил голову. — Давай вместе съездим в настоящий отпуск. — Хорошо, — согласился Эндрю быстрее, чем ожидал. — Скажи мне, куда и я отвезу тебя туда. Я отвезу тебя туда. Нил улыбнулся чуть шире, но на этот раз ему казалось, что это должно остаться в тайне. Эта улыбка была чувствам внутри, и он прикусил губу. Но скрыть ее все-таки не смог… потому что, как он оказался здесь, в этом месте, с этим человеком? — Я тебе так чертовски нравлюсь, — поддразнил Нил. — Должно быть, это так трудно — быть тобой. Глаза Эндрю вспыхнули чем-то игривым и теплым. — Ты даже не представляешь, — пробормотал он, затем опустил взгляд на футболку Нила, и, просунув под нее руку, поднял ровно настолько, чтобы достать до кожи и поцеловать его в бедро. — Жить каждый день, зная, что вот оно, а ты даже не любишь гребанное мороженое… Нил опустил руки. Что вот оно. Он знал это, конечно же. За те недели, что они провели в этой квартире… Нет. До этого. До больницы, Лолы, крыши в Нью-Йорке, где они соединили мизинцы и… Эндрю продолжал свои ласки, и Нил снова прикусил губу, наблюдая, как светловолосая голова медленно движется по его животу и чувствуя его губы, мягкие и теплые, на своей коже. В конце концов, Эндрю добрался до пояса свободных пижамных штанов, и поднял на него глаза. Золото, мед, дом. Нил знал, о чем он спрашивает. Они уже много чего попробовали, но по большей части осторожно, изучая границы, и это ощущалось так, так приятно. Но это…? Этого они еще не делали… Он кивнул, и это не заняло много времени. Его штаны сдвинули, он зарылся руками в мягкие светлые волосы, и при первом прикосновении теплого рта Эндрю пальцы его ног поджались. Это… это был тот момент, когда его сердце не выдержит. Наверняка. Он думал, что момент, когда Эндрю взял их обоих в руку, станет тем самым. Это было так близко, так интимно, и Нил тогда ничего не мог сделать, кроме как держаться и ощущать — осознавать новое и поразительное, когда оно нахлынуло и поглотило его. Но это? Это нечто совсем другое. И оно не могло продлиться долго. Нил вскрикнул с именем Эндрю на губах и, запустив руки в его волосы еще глубже, притянул к себе для поцелуя, прежде чем успел хоть как-то обеспокоиться или почувствовать вкус языка Эндрю. — Спасибо, — прошептал он в губы Эндрю. Потому что его никогда не касались, и он не прикасался сам, не испытывал таких чувств и не терял себя в них. Это было не только о сексе. Конечно, это было потрясающе, и он был почти рад тому, что заинтересовался одним, и только одним, потому что он не мог представить это с кем-то еще, не мог представить, что можно отдавать, получать, заботиться, хотеть и… Нет. Это было что-то другое. Это было нечто… нечто, что возвышалось над плоскостями физического и эмоционального. Это было… Эндрю не ответил, просто поцеловал Нила еще раз, прежде чем снова лечь на него сверху и уткнуться лицом в шею. В конце концов он глубоко вдохнул и прошептал: — Не за что.

____

Эндрю:

Мы отправились на Западное побережье после той неразберихи.

Честно говоря, я был зол, и мне нужно было что-то солидное для компенсации того, что мы упустили. Поэтому мы встретились с несколькими людьми там и поделились заметками — не всеми, но некоторыми. Мы слышали о перестрелке с Натаном и в конце концов узнали о перестрелке с Лолой Малкольм. К тому времени, как мы добрались до Орегона, я начал получать загадочные текстовые сообщения от одного очень остроумного анонима.

Нил:

Похоже, он умен.

Эндрю:

Э-э. Не совсем, нет. Итак, возвращаясь к нашей встрече в Аризоне, расскажешь о том, что ты мне там показал?

Нил:

То, что я… О. Ты имеешь в виду шрам?

Эндрю:

Да.

Нил:

Думаю, раз уж мы заговорили о Сиэтле… [вздох] Тогда-то Натан и настиг нас. Кто-то, кому моя мать доверяла, нас сдал. Она пошла за документами, деньгами или чем-то еще… Я не знаю — как я уже сказал, она старалась скрывать меня от людей. В любом случае, он связался с людьми Натана. В итоге я получил пулю в плечо, след от которой показал тебе, когда мы были детьми… что-то вроде уличного авторитета, наверное.

Эндрю:

Ну, давай начнем с того, что это было в ответ на мои собственные шрамы. Но да, я думал, что ты действительно крут. Что… Дети такие тупые. Если бы 12-летний подросток показал мне место, где сегодня в них стрелял его отец, это не вызвало бы ничего, кроме ужаса. Но в 13 лет? Я думал, что ты, должно быть… несокрушимый или типа того.

Нил:

Я определенно не был.

____

— Как далеко вы двое продвинулись в работе над сценарием? Эндрю посмотрел на Нила. Тому, по крайней мере, хватило приличия выглядеть смущенным. Эндрю — нет. Дэн перевела взгляд с одного на другого, затем закатила глаза к потолку. — Вы ни хрена не делали в выходные, да? — О, это неправда, — защищаясь, сказал Эндрю. — Мы делали много всего. Просто… ничего из этого не было связано с написанием сценария. — Мммммммм, — промычал Сет, выглядя как некое божество, призванное, когда нужно было сделать намек. — Я уверен, что вы все вытворяли всякое дерьмо в эти выходные. Эндрю перевел на него взгляд. — Сет, в чем дело? Засушливый период? У тебя какая-то подавленная влюбленность в меня, поэтому тебе нравится представлять, чем мы занимаемся? Ухмылка Сета не ослабла, а только усилилась. Он пожал плечами: — У меня все отлично. — А затем вздернул подбородок. — И с чего ты взял, что я влюблен в тебя? — Его взгляд переместился на Нила. — Должен признаться, я люблю рыжих. Нил фыркнул, но Эндрю сузил глаза. — Осторожнее, Гордон. Сет поднял руки: — Оооо, собственник? Не волнуйся, если Нил когда-нибудь посмотрит в мою сторону… — Стоп, — сказала Дэн, вставая из-за стола. Нил и Эндрю сидели на двух стульях напротив нее, а Сет стоял, прислонившись плечом к дверному косяку, все еще игриво ухмыляясь. — Вы оба, — продолжила Дэн. — Прекратите и слушайте. Я понимаю, что вы, ребята, все еще приходите в себя и разбираетесь в ситуации. Отлично. Но, — она указала большим пальцем на свой компьютер, — это нужно сделать. Мы уже так чертовски затянули со всем, и больше не можем ждать. Я хочу, чтобы к концу недели все было готово и выложено. — Мы начнем сегодня, — сказал Нил, кивнув. — И на этой неделе закончим. — Спасибо тебе, Нил, за то, что ты единственный разумный человек в этом офисе. — Она обошла свой стол и прислонилась к его передней части. — Подлиза, — пробормотал Эндрю. Нил, не глядя, отмахнулся от него. — Итак, — продолжила Дэн. — Раз уж вы рассказали нам о своих планах, и теперь у всех есть легальные удостоверения личности, — она многозначительно посмотрела на Нила. — Пришло время официально сделать тебя частью команды, Нил. Это значит, что мы собираемся платить тебе зарплату, оборудовать офис и разместить твою анкету на странице команды. Нил открыл рот, но из него не вырвалось ни звука. Эндрю не находил объяснения этой внезапной потере дара речи, но не смог сдержать рвавшийся наружу смех. Нил снова отмахнулся, но выражение его лица не изменилось. — Это… Я имею в виду, — заикался он, моргая, — ты серьезно…? Офис? Но… зачем? Дэн наклонилась немного вперед, приподняв брови: — Разве вы двое не собираетесь расследовать больше дел? Заниматься вопросами и исследованиями? — Она скрестила руки на груди, а Нил ошеломленно кивнул. — Отлично, тогда тебе нужен офис. Рот Нила снова зашевелился, но он по прежнему не мог говорить. Дэн воспользовалась этим, чтобы вернуться за свой стол и жестом подозвала Сета. — Сет здесь, чтобы сделать твою фотографию для страницы команды. Нам нужно создать твой профиль. Эндрю обернулся на Сета, который ухмылялся, потягивая что-то из соломинки. — Я должен…? — Нил захныкал, как ребенок. — Я ненавижу фотографии. — Да, — ответила Дэн, уже не отрывая глаз от компьютера. — Иди. Прямо сейчас. У меня дела. Нил закинул голову и свозь стон пробормотал: — Передай Мэтту привет, — и вышел. — Сюда, — сказал Сет, махнув рукой в направлении комнаты звукозаписи. Нил снова застонал и потащился в комнату, Эндрю шел следом. За звуконепроницаемым стеклом находились черные стены кабины, на дальней стене которой висел рулон чистого черного бархата. Все стулья и микрофоны были отодвинуты в сторону, а на полу был приклеен белый «Х», показывая, где нужно встать. Эта комната была самой темной в TFN и имела лучшее освещение, поэтому все они фотографировались здесь. Сет исчез, Эндрю решил, что он пошел за камерой. — Ты в порядке? — спросил он Нила. Тот покачал головой. — Тогда скажи «нет». Что они могут сделать? Нил вздохнул и засунул руки в карманы. — То есть, нет, все хорошо. Я в порядке. Просто, — пожал он плечами. — Чертовски странно выставлять себя на всеобщее обозрение после того, как так долго был в тени. — Он провел рукой по волосам, приводя их в беспорядок. Эндрю схватил табурет из угла, подтащил его в центр и похлопал по сиденью. Как только Нил сел, Эндрю пригладил его растрепанные в тревоге пряди. — Тебе больше не нужно прятаться, — в конце концов сказал Эндрю. Нил поднял на него глаза: — Я знаю. Коротко кивнув, Эндрю потянул одну из черных повязок Нила вниз, пока… — Вы такие чертовски милые. Разберитесь уже с этим дерьмом, чтобы мы могли закончить. Эндрю отошел, чтобы дать Нилу разобраться с Сетом. Вместо того чтобы встать, Нил предпочел остаться сидеть. Он сказал, что это было сделано исключительно для того, чтобы не выбирать позы, а сидеть было проще. Эндрю согласился. И так ты выглядишь выше. Нил терпел около пяти минут, а потом встал. — Все. Просто выбери одну из них. Неважно. Сет пожал плечами, слишком занятый просмотром снимков. В тот момент когда Эндрю открыл для Нила дверь, Сет спросил: — А как же Сэр? — Сэр? — Нил посмотрел на Эндрю, а Эндрю просто пожал плечами. Наконец, Сет поднял голову: — У Кинг есть своя страница. Сэр теперь тоже часть команды! Справедливость есть справедливость. Нил закатил глаза, но не стал спорить, вышел и вернулся с ней на руках. — Хорошо, — Сет снова отодвинул табурет и указал на белый «Х». — Положи ее туда. Он подождал, пока Нил ее усадит. Вместо того чтобы двигаться, Сэр просто посмотрела на них, а затем, потеряв к ним интерес, лизнула лапу. — Дааааа, — сказал Сет, низко пригнувшись, чтобы хорошо уловить ее в кадр. — Ты, пухленькая королева, посмотрите на ее позу. Эндрю был вынужден согласиться. У нее был талант. Абсолютная непринужденность, спокойствие и вид «меня не ебет». Это было впечатляюще. Нил, однако, был не согласен. — Эй! Она не… пухленькая. Она просто… — он сделал жест в ее сторону, — поправилась. У нее здоровый вес… Сет перестал щелкать фотоаппаратом, чтобы посмотреть на него. — Мммм, конечно. Как скажешь, парень. Нил подхватил Сэр с пола и вышел из комнаты. Эндрю покачал головой. — Никогда не оскорбляй чью-то кошку, Сет. Это грубо.

____

Эндрю:

Итак, Натан нагнал вас в Сиэтле, и в итоге ты заработал пулю. Как вы с матерью получили медицинскую помощь? Вы поехали в больницу или это было слишком рискованно?

Нил:

Слишком рискованно, особенно при огнестрельных ранениях. Мы просто… позаботились об этом. У мамы всегда был запас спиртного, и я очень рано научился зашивать раны. Пока у меня есть бутылка водки и зубная нить, я могу зашить что угодно.

Эндрю:

[сарказм]

Похвально.

Точно. Тебе было десять лет, когда это произошло. Так ты просто выпил немного и стиснул зубы?

Нил:

Хах.

В общем, да. Однажды меня вырвало выпивкой и я заснул.

[пожимает плечами]

В основном я был в порядке.

Эндрю:

Я не могу… ты даже не понимаешь, насколько хреново все это звучит.

Нил:

Конечно, я знаю, что для тебя это звучит хреново. Но для меня? Это была просто моя жизнь. Нашей единственной целью было выжить.

Эндрю:

Ну, по крайней мере, это ты сделал.

Эндрю:

Из Сиэтла мы отправились в Орегон, где поговорили с кое-кем из правоохранительных органов. Именно там произошла стычка с Лолой. Сколько тебе было лет?

Нил:

16. Я до сих пор не знаю, как она нас настигла.

Эндрю:

Ты рассказал об этом вкратце в «Аудиозаметках», но именно здесь Лола застрелила твою мать. Это правда?

Нил:

Да, и я не собираюсь вдаваться в подробности. Но Лола застрелила мою мать. Мы доехали до побережья Калифорнии, прежде чем она умерла, и мне пришлось оставить ее там. С тех пор я живу один.

____

Эндрю и Нил провели остаток недели, пытаясь составить сценарий эпизода, и, честно говоря? Это оказалось сложнее, чем они думали. Частично это было связано с тем, что Нилу было трудно понять, сколько можно сказать. Он явно не мог говорить ни о чем, что могло бы выдать Морияма, поэтому он попытался сосредоточиться на том, через что ему с матерью пришлось пройти. Однако, знаете ли, из-за характера… Ему и его матери. Некоторые вещи просто казались слишком личными. Поэтому, в перерывах между попытками понять, что и как сказать, расстраиваясь и прикидывая, чего говорить не стоит — Эндрю оставался мучительно терпелив с Нилом во время этого процесса — они обсуждали, куда исчезнут после того, как все это закончится. — Только не на пляж, — сказал Нил одним из вечеров. Они поужинали едой навынос и сейчас сидели на балконе, у Эндрю в руках была коробка с куском наполовину съеденного шоколадного торта, а Нил смотрел на темное небо. Эндрю фыркнул между укусами: — Ты правда думал, что я это предложу? За какого мудака ты меня принимаешь? Пожав плечами, Нил закинул ноги на перила и откинулся в кресле. — За нормального, я думаю. Не знаю, просто прикидываю… — Его глаза пытались найти Большую Медведицу, но небо было пасмурным, а по луне ползли темные пятна. Эндрю рядом пошевелился, и когда Нил повернул голову, то увидел, как тот слизывает шоколадную глазурь с большого пальца. Он не отвернулся, да и не чувствовал в этом необходимости. Это было приятно. И даже не смутился, когда Эндрю поймал его взгляд и поднял бровь. Просто улыбнулся. — Где-то в США, — тихо продолжил он, все еще не отрывая взгляда. Эндрю положил торт на маленький столик между их стульями. — Если мы не заставим Рейнольдс профинансировать это путешествие, я не думаю, что это вариант. Нил хмыкнул: — Тогда что-нибудь туристическое? Орландо или Лос-Анджелес? Или что-то в этом роде. Эндрю покачал головой: — Я не хочу быть в окружении большого количества людей. Нил вздохнул и продолжил наблюдать за облаками, пытаясь вычислить их на фоне черного неба. — Я тоже. — Тогда почему предложил? Нил снова пожал плечами. — Не знаю. Просто пытаюсь прикинуть что-нибудь. Эндрю замолчал, и Нил тоже. Ему нравились такие моменты — когда между ними не было ничего, кроме тишины и темноты, и по какой-то причине это пространство каждый раз казалось таким полным. Нил закрыл глаза и вдохнул полной грудью. — Как насчет гор? — в конце концов спросил Эндрю. Нил задумался. Я никогда не был в горах. Мимоходом, с мамой, конечно, но мы все время двигались, и я не мог остановиться и насладиться ими… — Хорошо, — согласился Нил, открывая глаза. — Горы. Какие? Эндрю поднял торт и снова стал медленно его есть. Наверное, чтобы было чем занять руки. — Давай поедем на запад. Подальше от восточного побережья и всего этого дерьма. Может быть, Колорадо… Нил кивнул: — Колорадо звучит неплохо.

____

Эндрю:

И в итоге ты вернулся в Аризону, о чем мы узнали благодаря наводке Эшли Миллер.

Нил:

Ах, да. Эшли Миллер…

Я немного поблуждал, прежде чем вернуться. Записался в выпускной класс средней школы, но соврал о своем возрасте, чтобы не пришлось беспокоиться о разрешении родителей на что-либо — сказал, что мне восемнадцать.

Эндрю:

Зачем вообще поступать в школу? Разве это не так же рискованно, как больница? И ты играл в экси, пока был там, верно? Разве это не еще больший риск?

Нил:

[стон]

Ладно. Слушай. Я никогда не утверждал, что я особенно умен. Честно говоря, мне просто хотелось чем-то заняться. Быть среди ровесников, играть в экси. Возможно, это было глупо, да. Но меня не поймали. Потом, после окончания школы, я остался в Аризоне.

Эндрю:

Откуда такая одержимость Аризоной? Там произошло что-то… не знаю… полностью изменившее жизнь?

Нил:

[смеется]

Вау, ты такой прямолинейный.

Честно? На это оказал влияние ты. Тот момент между нами, в крошечной закусочной. Он был единственным, когда я почувствовал, что меня видят или понимают. Так что, да. Я вернулся.

Эндрю:

[прочищает горло]

Верно… Эм… Так вот, когда мы с Рене добрались до Аризоны, я уже подозревал, что тот умник, который мне пишет — это ты. К тому времени я был в панике, если быть до конца откровенным. Я знал, что один из вас мертв, но не знал, кто именно. Во мне накопился целый клубок вины, потому что я дал тебе обещание, а сейчас кто-то мертв. Я думал, что опоздал. Рене была единственным, что держало меня целым, и только когда я начал получать эти сообщения, я снова поверил, что могу помочь.

Нил:

Ты смешон, ты знаешь это?

Эндрю:

Вполне.

Мы поговорили с Эшли, и я узнал, что ты все еще жив — узнал, что, в Калифорнии, должно быть, умерла твоя мать. И нашел открытку…

Нил:

Прости, где ты нашел эту открытку? Ты собирался просто пропустить эту часть?

Эндрю:

Я хотел попробовать, да.

Нил:

Нет. Расскажи людям, Эндрю. Это будет справедливо.

Эндрю:

Тебе повезло, что ты мне нравишься.

Нил:

И все-таки?

Эндрю:

[вздыхает]

Я вломился в твою квартиру. Хотел найти хоть какую-нибудь зацепку о том, куда ты мог уйти. Не нашел, конечно. На полпути я понял, какую границу перешел, и мне стало плохо. Я уже собирался убраться оттуда, когда увидел на холодильнике открытку. В общем, вот. Мы разместили на сайте лицевую часть, а не оборотную.

Почему?

Потому что там был мой собственный почерк.

Мое имя, Эндрю Доу, и моя контактная информация тех времен. Ты так долго хранил ее. Даже зная, что она устарела. Почему?

Нил:

Тебе повезло, что ты мне нравишься.

[пауза]

На самом деле, у меня нет разумного объяснения. Это был просто кусочек моего прошлого, который я не хотел забывать. Этот… ребенок, имеющий дело со взрослыми, которые должны были защищать и заботиться о нем, но не делали этого; который все еще был маленьким сквернословящим сопляком, который не уклонялся и не трусил. Я хотел быть таким.

Эндрю:

Я помню от тебя пару-тройку ругательств, знаешь ли. Не знаю, почему ты ведешь себя так, будто я в каждом предложении плевался словом на букву «Х».

Нил:

Я помню, что так и было, да.

Эндрю:

[хмыкает]

Твоя память тебя подводит. Моя же идеальна.

____

В понедельник они снова оказались в студии, готовые приступить к записи. У них уже был готов основной набросок того, как должен выглядеть эпизод. Так что все должно было пройти относительно гладко. Когда они направлялись к кабинке, Дэн остановила их. — Я уеду из города на некоторое время. Не вернусь до выходных, так что постарайтесь закончить эпизод и держите меня в курсе. Эндрю подозрительно сузил глаза. — Ты уезжаешь из города? До выхода последнего эпизода? Ты никогда не берешь отпуск… — он опустил подбородок и посмотрел на нее с напускной серьезностью. — У тебя какие-то юридические проблемы, Капитан? Потому что у меня на быстром наборе есть парень из ФБР… — Ха, — сказала Дэн с сарказмом. — Ха, ха. Нет, умник. — Она закатила глаза. — У Мэтта день рождения на этой неделе, и я собираюсь сделать ему сюрприз. — Ее улыбка дернулась, и Эндрю знал, что она чертовски старается подавить ее. Нил надулся. — Ты едешь на финал, не так ли?! Блядь, это нечестно! Я хочу поехать на финал! — Его кулаки сжались, и Эндрю вдруг вспомнилась Белла, когда Кейтлин не позволила ей оставить лягушку, которую она поймала на заднем дворе Би. Это было даже восхитительно. — Да? — тем не менее спросил Эндрю, повернувшись к нему лицом. — Ты хочешь вернуться на тот стадион, где тусуются Морияма, а весь персонал, с которым ты раньше работал, уже наверняка знает, кто ты на самом деле? Нил надулся, и Эндрю пришлось напомнить себе, что Дэн все еще стоит там и смотрит на них. Но необходимость укусить эту нижнюю губу… — Он еще не знает, что я приеду, — вмешалась Дэн. — Но, поверь мне, он будет сокрушен, что ты не со мной. — На этот раз она закатила глаза и закинула сумку повыше на плечо. — Кроме того, — пожала она плечами, — тебе нужно записать подкаст. — Она прошла мимо них и направилась к дверям. — Не звоните мне, пока кто-нибудь не умрет! — Махнула она рукой уже через плечо и вышла. Эндрю и Нил посмотрели друг на друга. — Ты действительно ревнуешь, да? Нил пожал плечами и вздохнул: — Нет. Просто было бы круто пойти на игру, вот и все. Эндрю хмыкнул и ухватился за воротник Нила, немного потянув его вниз. — Знаешь, мы должны были уехать в Колорадо в эти выходные. Но, — он посмотрел на его лицо, на нижнюю губу и обнаружил, что не может отвести взгляд, — я отвезу тебя в Нью-Йорк, если ты предпочитаешь быть там. С Ллойдом, Уайлдс и дурацкими гребаными клюшками. Нил замер на мгновение — руки Эндрю в его воротнике, их лица были так близко. — Не будь идиотом, — наконец сказал он тихим, интимным голосом. — Подумай обо всем, чем мы можем заняться в уединенной горной хижине. — Он наклонялся до тех пор, пока их губы не встретились, но Эндрю не мог позволить этому длиться дольше трех секунд, и легонько оттолкнул его, прежде чем это переросло в что-то большее, чем просто поцелуй — как это всегда бывало с Нилом. — Давай, — пробормотал он. — Я сказал Сету, что мы начнем запись сегодня. Нил только ухмыльнулся своей раздражающей улыбкой и последовал за Эндрю в комнату звукозаписи.

_

Вся мебель вернулась на свои места, а в центре комнаты появился стол. Нил и Эндрю в наушниках сидели друг напротив друга, сбоку у каждого было по микрофону. Перед ними лежали копии набросков сценария, и Эндрю обнаружил, что перед этим эпизодом он действительно нервничает. Он никогда не нервничал, даже когда брал интервью у незнакомцев или рассказывал слушателям о своем прошлом. Но по какой-то причине пребывание здесь, в этом пространстве с Нилом, снова и снова накатывало на него волной… Как это иногда случалось, когда он осознавал, к чему привели «Красные Кролики». Честно говоря, он и за миллион лет не смог бы представить себе такого сценария. Он не мог… Потому что в жизни Эндрю очень редко все шло так, как должно было идти, и он давно усвоил, что желания приводят только к разочарованию. Поэтому старался просто ничего не хотеть. Это не ничего. Нет, эта авантюра была совсем другой. Он с самого начала хотел найти Алекса. Хотел встретиться лицом к лицу. Хотел сдержать свое обещание, помочь ему, убедиться, что он в безопасности… Живой. Сделал он это, как он полагал, очень окольным путем. Но На самом деле, для того, чтобы он был здесь… в его доме, в его постели, в его руках, у его груди, голова к голове, и кончики пальцев — даже если они не касались друг друга… Он все еще мог чувствовать его. На кончиках пальцев. Даже когда Нил сидел через стол, на другом гребаном стуле. Эндрю, конечно, понимал это и раньше. И все же, по крайней мере, раз в день он думал про себя, что если эта штука, это что бы то ни было, это нечто между ними закончится, он будет в полной заднице. Так или иначе. Они ждали, пока Сет поднимет большой палец вверх, и когда замигал свет, показывая, что идет запись, Эндрю наклонился ближе к микрофону и посмотрел Нилу прямо в глаза. Вот оно. Это было последнее вступление, которое он мог сделать для этой серии «Красных Кроликов». Воу. — Это Эндрю Миньярд, ваш ведущий подкаста «Красные Кролики». Добро пожаловать в пятый и последний эпизод. Прежде чем мы продолжим, я хотел бы поприветствовать моего собеседника, Нила Джостена. Нил улыбнулся ему, и немного поколебавшись, наклонился к своему микрофону. Так все и пошло. Это был естественный диалог, и Эндрю был рад, что ему удалось убедить Нила остаться. С ним все это было легко.

____

Эндрю:

Итак, мы наконец созвонились, и ты был так добр, что пригласил меня в Нью-Йорк, где ты остановился, для разговора.

Нил:

Я пригласил тебя в Нью-Йорк, где я остановился, чтобы сказать, чтобы ты отвалил.

Эндрю:

И ты действительно это сделал, не так ли?

[легкий смех]

Я не знал, чего ожидал. Но точно не того, что получил. Что было в твоей голове, когда ты узнал, что я приеду? Скажи, ты репетировал все те ругательства, которые будешь использовать, когда наконец-то увидишь меня?

Нил:

О, конечно. Вообще, я был просто в замешательстве. Я никогда не забуду тот день в Большом Каньоне. Никогда. И я действительно хотел увидеть тебя. Но я не понимал, почему ты это делаешь… Как ты не мог понять, насколько это будет разрушительно для меня — слышать все эти вещи, которые ты выпускаешь в эпизодах. Я злился на себя за то, что привел тебя туда, где остановился, но, думаю, какая-то часть меня также просто… отчаянно хотела увидеть тебя лично.

Эндрю:

Я тоже хотел тебя увидеть. И…

[глубокий вдох]

Просто чтобы слушатели знали… Мы получили несколько писем о том, как спокойно Нил ко всему этому относится, но знайте, это не так. Он набросился на меня так, как никто в моей жизни до этого. Сейчас я понимаю, насколько это было глупо, но тогда я был ошеломлен. Я даже не знал, что думать. Я выстроил это путешествие в своем воображении, как крестовый поход с помощью, и вдруг я просто стою перед тобой, и понимаю, что причиняю тебе самую большую боль на свете. Я уже не раз извинялся, но, наверное, я всегда буду чувствовать себя дерьмом из-за этого.

Нил:

Мне жаль, что тебе не понравилось то, как я тебя отчитал. На самом деле я думал, что это было очень хорошо исполнено.

Эндрю:

Да, так и было. Мне больше всего понравилась фраза [сарказм] «О, простите, сэр».

Нил:

А, хорошие воспоминание, хах? Ну… Возможно, я переборщил, не знаю. Я не чувствовал себя лучше после всего этого. Просто невероятно устал.

Эндрю:

Ну. Нужно нечто большее, чтобы отпугнуть меня.

Я остался. Не знаю почему. Я знал, что ты, вероятно, хочешь, чтобы я вообще исчез, но я просто… Мне казалось, что я откажусь от тебя, если уйду. Оказалось, оно того стоило. У нас была… интересная встреча рядом с тележкой с пончиками и очень вежливый разговор сразу после. Нас тогда попросили отойти и не приближаться больше к тележке.

Нил:

Ты забрал мои пончики.

Эндрю:

Ты даже не любишь пончики.

Нил:

Дело не в этом.

Эндрю:

Именно в этом.

В любом случае, это был своего рода поворотный момент, я думаю. Мы сидели и разговаривали. Ты позволил мне извиниться, и я остался. Слушатели интересовались, где я, а Дэн была в ярости от того, что у меня нет для них ни аудиозаметок, ни эпизодов, но я остался. Я не мог сообщить никому, где я, чтобы не разоблачить тебя больше, чем я уже сделал. За это время провели много времени вместе, ты простил меня, потому что, честно говоря. Как ты мог не простить?

Нил:

[хмыкает]

Хм, да. Действительно. На самом деле я знал, что ты делал все, что делал, с добрыми намерениями. И знаю, что ты ненавидишь, когда я начинаю говорить о тебе в хорошем ключе, но та связь, которая была у нас в детстве, никогда не исчезала. Даже во взрослом возрасте, я думаю, есть что-то, что тянет нас друг к другу. Чем дольше ты там находился, тем труднее было не поддаться.

Эндрю:

Я пробыл там несколько недель, но в конце концов нам пришлось уехать, когда стало очевидно, что кто-то знает твое местонахождение и тебе угрожает серьезная опасность.

Нил:

Мы оба были в опасности. Лола была из ближайшего окружения Натана, была сумасшедшей и хорошо обученной. Плохая комбинация.

____

Они не закончили запись в тот день. И на следующий. Частично проблема заключалась в том, что они говорили об одном, а в итоге переходили на что-то совершенно другое, или один из них отпускал неуместную шутку и Эндрю заставлял Сета это вырезать. Это заняло больше времени, чем Нил ожидал, но все оказалось не так плохо, как он боялся. Он был уверен что придет и просто застынет, не сможет раскрыться. Но произошло по-другому. И он понимал, что по большей части это благодаря Эндрю, который задавал направление. Это было почти похоже на обычный их разговор, а это всегда было легко. В перерывах между записями в течение этих нескольких дней, Нил продолжал отвечать на вопросы на сайте — к большому огорчению Эндрю. Проблема, как он понял, состояла в восприятии. Если Эндрю был очень закрытым человеком, то Нил, никогда не имеющий возможности ни говорить, ни молчать об… отношениях, не говорил, конечно, прямо: «Мы с Эндрю вместе», но контекстные подсказки были налицо, и слушатели легко могли увидеть это между строк, сопоставив его ответы и ответы Сета. — Ты только что сказал всем, что мы спим в одной кровати, — сказал Эндрю однажды, раскрыв ноутбук и нахмурив брови. Нил просто посмотрел на него. — Мы действительно спим в одной кровати. Эндрю вздохнул и пробормотал: — Да, но они этого не знают… — Затем снова посмотрел на компьютер, а Нил вдруг почувствовал, как тяжелый груз вины оседает у него в животе. Неужели я сказал какую-то глупость? Он автоматически пересел ближе к Эндрю, который сидел на другом конце дивана. Они оказались плечом к плечу, бедро к бедру, и Нил подтолкнул его. — Я сказал что-то глупое…? — произнес он это вслух, тихо. Затем: — Я идиот, помнишь? Ты должен мне помочь, — плечи Нила опустились, и на мгновение он почувствовал себя опустошенным. Что, если я облажался? Нет. — Я стараюсь не кричать об этом направо и налево, — объяснил он. — И я не знал, что мы держим это в секрете… — Мы не держим, — Эндрю снова вздохнул и смочил губы. — Я имею в виду, не похоже. Сет тоже сделал достаточно намеков. — Он посмотрел на Нила. — Я ни хрена не понимаю, что я здесь делаю, — признался он. — Такое ощущение, что мы хотим это спрятать, но в то же время, когда ты публикуешь такое дерьмо, кажется, что мы об этом кричим. Нил сполз вниз, чтобы положить голову Эндрю на плечо, и посмотрел в ноутбук перед глазами и на анонимов сайта inbox. — Мне жаль, — пробормотал Нил. — Я перестану упоминать об этом, если хочешь. Думаю, я просто рад, что ты у меня есть. — Он посмотрел вниз, на все еще красные шрамы на руках. — Я не знаю. Я тоже не знаю, что я здесь делаю. Может, мне вообще перестать упоминать тебя? Когда он поднял глаза, Эндрю жевал кольцо в губе, и Нил наблюдал, как его губы проходятся по нему снова и снова, и снова. — Нет, — наконец сказал он. — Я этого не хочу. Все знают… Никому нет дела, а те, кому есть, могут идти на хер. — Хорошо, — сказал Нил и подвинул голову ровно настолько, чтобы поцеловать Эндрю в шею. Он не хотел проверять себя на соответствие тому, что он сказал… Ему нравился Эндрю. Очень. Если бы о них зашла речь, и у него был бы ответ, он бы ответил честно, потому что? Потому что он прятался всю свою долбаную жизнь. Даже маленьким ребенком, сидя в чулане, писал на стене «не Будь Плохим» в качестве напоминания о том, что нужно быть лучше самого себя, потому что тот мальчик думал, что он недостаточно хорош для своего отца. Тогда он тоже прятался. С этим было покончено. Он вдохнул запах Эндрю и снова поцеловал его в шею, на этот раз немного приоткрыв рот, и не мог не усмехнуться, почувствовав, как Эндрю заерзал. — Твой фетиш на шею, — вздохнул Эндрю, — чертовски отвратителен. — А потом: — Не останавливайся. Нил рассмеялся ему в кожу, и поцеловал еще раз, а затем отстранился. — Никогда.

____

Эндрю:

Точно. Итак, мы бежали из Нью-Йорка и поехали в Южную Каролину самым запутанным путем. Но так и не сбросили их с хвоста.

Нил:

Хотел бы я знать, как она это делала. Мы не видели ее целый день, и вдруг, уже в другом штате, она появилась прямо за нами.

Эндрю:

Мы бежали так быстро, как только могли. Лола дала нам обратный отсчет, который, как мы полагали, означал дни, оставшиеся до того момента, когда она сделает свой ход, чтобы убить нас.

Мы добрались до Южной Каролины раньше, чем наступил нулевой день, но той ночью она, в конце концов, настигла нас.

Это уже было озвучено в предыдущих аудиозаметках, но я повторю еще раз для тех, кто мог это пропустить.

Случившееся дальше было ярким и травмирующим, и единственный способ пережить это — держаться вместе. В любом случае, мы не вправе говорить о деталях. Все закончилось тем, что Лола погибла, а ее брат Ромеро был задержан полицией. Мы оба получили серьезные травмы, остались шрамы. Это то, что, я уверен, еще долго будет сниться нам в кошмарах, но это подводит нас к концу этой главы, я думаю.

Нил:

Да. Полагаю, мы в относительной безопасности. Юридически я Нил Джостен, и мы здесь вместе.

Эндрю:

Это действительно лучший исход, учитывая все обстоятельства. В безопасности и вместе.

____

Они закончили запись в пятницу. Сет отредактировал и собрал все воедино для утверждения. Закончили. Впрочем… Эндрю сидел на диване в гостиной, откуда-то появившийся телевизор транслировал финал профессионального экси между «Нью-Йоркскими Рысями» и «Вашингтонскими Медведями». И ему было чертовски скучно. Нил общался с Ллойдом регулярно. Тот был слишком занят рекламным дерьмом и тренировками, чтобы снова приехать в Пальметто (именно поэтому, как он предполагал, Дэн поехала в Нью-Йорк), но они постоянно переписывались и созванивались. У Эндрю было свое мнение о парне — а именно, что тот просто огромный щенок — но он мог признать, что рад, что у Нила есть такой хороший друг. Черт возьми, Ллойд навещал его, присылал сувениры и даже оплатил больничные счета, которые Нил получил после встречи с Лолой, поскольку у него не было медицинской страховки. Ллойд хорошо относился к Нилу, и это все, что было нужно Эндрю. Кстати говоря. Он посмотрел на своего… Нила и закатил глаза. Они с Кевином сидели рядом и беспрерывно обсуждали происходящее в игре. Оба в майках с надписью БОЙД на спине, и оживленно жестикулировали пока переговаривались. Нил был занят тем, что описывал гол, забитый, возможно, одним из нападающих на передаче, и Эндрю понял, что никогда не поймет корней его такой глубокой одержимости этой игрой. Но он был не против наблюдать как тот возбуждается из-за нее. Не то чтобы Нилу нужно было это знать. Словно почувствовав взгляд Эндрю, Нил оглянулся и встретился с ним глазами. Он резко встал, оставив Кевина посреди объяснений того, что, блядь, там объясняют эти фанатики экси, а затем пошел к Эндрю. — Эй! — окликнул его Сет со своего места по другую сторону от Кевина. — Какого хрена на твоей майке сзади приклеена бумажка с надписью «Ллойд»? Нил остановился, чтобы посмотреть на Эндрю, затем потянулся через плечо. Потребовалось несколько попыток, прежде чем он оторвал бумажку и посмотрел на нее. — Ты думаешь, что ты такой чертовски веселый, — сказал он, приближаясь к Эндрю, на этот раз медленнее. Эндрю покачал головой. — Нет, это правда. Я знаю, что я чертовски веселый. Нил быстро сделал последние несколько шагов и приклеил бумажку на лоб Эндрю. Затем, когда тот попытался ее оторвать, схватил его за руки, и, прежде чем Эндрю смог ее снять, успел поцеловать его в голову. Сет и Рене засмеялись, но Кевин только вздохнул. — Мы были в середине важного разговора, знаешь ли. Нил отпустил Эндрю, и, забрав у него бумагу, скомкал ее и бросил в сторону Кевина. После этого происшествия время до конца игры двигалось невероятно медленно. Эндрю читал «Dark Age» Пирса Брауна, а остальные были прикованы к телевизору. Когда был забит последний гол, обеспечивший победу «Рысям», Нил закричал и вскочил на ноги, вскинув кулаки вверх. Это утомительно. — О Боже! — крикнул Сет. — Святое дерьмо! Смотрите! Камера поймала Ллойда в самом конце. Стоя в центре праздничной кучи со своими товарищами по команде, он направил свою клюшку в сторону VIP-лож. Когда камера развернулась, все увидели Даниэль Уайлдс, которая прыгала и хлопала как ненормальная, останавливаясь только для того, чтобы послать воздушные поцелуи на корт. — Ну, через час это будет во всех новостях, — сказал Кевин, расстроенно вскидывая руки. — Все будут говорить об этом, а не о том, какую потрясающую игру он только что сыграл, но это неважно, я думаю. — Он вздохнул, встал, разминая спину, и, указывая себе за спину, сказал: — Меня ждет Бри. Увидимся на следующей неделе. Нил не заметил этого, так как был слишком поглощен разговором об игре с Сетом и Рене, поэтому Эндрю воспользовался возможностью и остановил Кевина на выходе. — Сделай мне одолжение…

____

Нил:

Согласен.

И я сказал, что собираюсь поговорить об этом, и я это сделаю

Эндрю, я знаю, что ты не хотел обсуждать это, так что ты можешь молчать, если хочешь, но я просто чувствую, что о тебе и о нас говорили несправедливо.

Это не секрет, что мы в отношениях. Это зарождалось еще в Нью-Йорке, и стало прочным только после произошедшего с Лолой. Но из-за этого мотивы Эндрю ставятся под сомнение. Его обвиняют в том, что он не мог руководствоваться здравым смыслом из-за того, что он, возможно, чувствовал.

Я просто хочу прояснить ситуацию и сказать, что это чушь.

Эндрю сделал бы все, что сделал, и даже больше, чтобы найти меня — независимо от того, какая связь у нас могла быть. Если вы не знакомы с Эндрю лично, то вы не знаете, как упорно он борется за то, во что верит. Насколько он предан. Он знает, каково это, когда тебя бьют и пинают, когда ты уже лежишь на земле. Так что, говорите обо мне, что хотите. Говорите, что хотите о нас — если вы мудаки. Но не ставьте под сомнение его мотивы или репутацию из-за этого. Это ложно и несправедливо.

Эндрю:

[долгая пауза]

Я не писал ничего из этого для него.

Нил:

[смеется]

Эндрю:

Я… Мне действительно нечего добавить к этому. Я не чувствую, что должен кому-то что-то объяснять. Я сделал то, что сделал, с намерением помочь тому, кому дал обещание, но более того — помочь ребенку и матери. Это все, чего я хотел. И это то, что я сделал. Все, что случилось после, не имеет значения. Это…

Нил:

Это что?

Эндрю:

Ты собираешься заставить меня сказать это, не так ли?

Нил:

Именно.

Эндрю:

Эти… [пауза] отношения… не повлияли на расследование. Счастлив?

Нил:

Знаешь… я действительно счастлив.

____

Нил не мог перестать улыбаться. Счастлив, счастлив, счастлив — Хватит ухмыляться, вставай на место, Джостен. Нил побежал на свою позицию и столкнулся с Эндрю, который снова стоял в воротах. Он не знал, как Эндрю это удалось, но они, одетые в экипировку, находились на площадке «Лисьей норы» и собирались сыграть быструю игру — как он обычно играл с Мэттом. Кевин выкрикивал приказы, словно был хозяином этого места, а Нилу было все равно. Все было… потрясающе. От гигантского отпечатка оранжевой лапы на площадке до оранжевых сидений и блестящего пола — он чувствовал, что принадлежит этому месту. Ему захотелось лечь посреди корта и смотреть в потолок. Может быть, позже. А сейчас? Он играл. У Кевина каким-то образом были ключи от корта, и Нилу нравилось представлять, как он приходит сюда тренироваться со своей больной рукой. Кевин уже давно не играл, но он все еще был чертовски опасным соперником. Нил мог точно сказать, что он тренировался, и, возможно, он никогда не будет так хорош, как раньше, но он все равно был лучше многих. Они играли часами. Кевину удалось где-то раздобыть снаряжение, а Эндрю? Он ни разу не пожаловался. Они тренировались и пытались пройти мимо Эндрю, который, к удивлению Кевина и Нила, оказался фантастическим прирожденным вратарем. В конце концов, именно Кевин положил этому конец. Что было удивительно, потому что Эндрю определенно хотел этого еще час назад. — Брианна, наверное, взрывает мой телефон. Мне нужно идти, — он жестом показал вокруг. — Уберитесь, когда будете уходить, ладно? Мне разрешили пользоваться площадкой в качестве одолжения, и я не хочу все испортить. Нил кивнул. — Спасибо тебе за это, — сказал он. Кевин покачал головой. — Благодари его, — кивнул он в сторону Эндрю, и Нил оглянулся. Эндрю, сняв шлем, тяжело дышал, опираясь на клюшку. Когда Нил снова обернулся к Кевину, тот уже был в дверях раздевалки. Зажав клюшку подмышкой, Нил медленно пошел к Эндрю, на ходу снимая шлем и перчатки. Эндрю запястьем отодвинул светлые волосы со лба. — Выбросил это из головы? — спросил он. — Наверное, нет, — ответил Нил, улыбаясь. — Но спасибо тебе за это. Я… — Он покачал головой и, прикусив губу, огляделся вокруг. Он решил, что пожатия плеч будет достаточно и спросил: — Мы можем сделать это снова? Эндрю нахмурил брови и наконец простонал: — Мы только что закончили! Господи, Нил, дай мне сначала перевести дух. — Не-а, — ухмыльнулся Нил. — Ты мне нравишься слабым и изможденным. Эндрю просто уставился на него, а Нил начал пятиться, все так же ухмыляясь. Он остановился на середине площадки и, наконец, опустился вниз, лег на оранжевую лапу и посмотрел на стропила. Где-то вдалеке на пол грохнулось снаряжение, и через несколько минут Эндрю присоединился к нему. Нил нашел его руку и переплел их пальцы. — Жаль, что я не мог поступить в колледж, — в конце концов пробормотал он. — Я бы хотел, чтобы мы учились вместе. — Он посмотрел на Эндрю, но тот смотрел в потолок. — На чем бы ты специализировался? — На математике, — тут же ответил Нил. Он всегда был хорош в математике. Что-то было в том, как цифры так хорошо сочетаются друг с другом — они как будто буквально созданы друг для друга. Кроме того, математика была постоянной и надежной, логичной. Это было тем, что ему могло бы понравиться. — Математике? Отвратительно. Мы бы никогда не встретились. Я был слишком занят, пытаясь выглядеть мрачным и глубоким, читая стихи в кофейнях и незаметно вожделея Чарли Дэниелса издалека. Нил нахмурил брови. Чарли Дэниелса? Почему это звучит знакомо…?

Нил почувствовал, что наконец-то может дышать. У него был чёткий план действий, и все будет именно так.

Порядок.

Усевшись на своё место, он огляделся по сторонам и понял, что в вагон вошло больше людей, чем он сперва заметил. С трудом сглотнув, он положил рюкзак на колени, закрыл экран телефона и заставил себя поднять глаза. Его взгляд пересёкся с взглядом парня, сидевшего через проход. Он был примерно его возраста, с татуированными рукавами на обеих руках, и в ушах у него были такие штуки, от вида которых Эшли упала бы в обморок. Парень улыбнулся ему и приподнял бровь.

…

Татуированные Рукава прочистили горло, и Нил искоса взглянул на него.

— Хей. Я Чарли, — сказал он, протягивая руку Нилу.

Нил в замешательстве уставился на его руку. Разве киллеры обычно представляются? Он имел дело только с несколькими, но не помнил ни одного официального представления.

— Чарли?

— Да… Чарли Дэниелс. Эта поездка довольно-таки долгая.

Нил прикусил губу при воспоминании и сморщил нос. Нет, не может быть. Странное совпадение, вот и все. Он решил двигаться дальше: — А что, если бы я зашел в то кафе? — спросил Нил. — Ты бы возжелал меня вместо него? Эндрю повернул голову, чтобы посмотреть на него. Нил сделал то же самое. — Сразу же. И я бы чертовски возненавидел тебя за это. Нил нахмурился: — Да? Вряд ли это справедливо. Я ничего не могу поделать с тем, что я невероятно привлекателен. Эндрю закатил глаза, но Нил не пропустил ухмылку в уголках его губ. Он заложил свободную руку за голову и пожал плечами. — Просто это был другой период моей жизни, я думаю. Я все еще решал свои проблемы с помощью Би, разбирался с судом над Дрейком и… Не знаю. Наверное, я бы чувствовал, что не заслуживаю тебя или что-то в этом роде. Как будто я не могу иметь тебя, потому что я просто разрушу это, как разрушил все остальное. Нет… Нил сжал его руку: — Ты — противоположность разрушению в моей жизни, Эндрю. Эндрю сжал его руку в ответ и вернулся взглядом к стропилам. Нил сделал то же самое.

____

Эндрю:

На этой ноте, я думаю, мы можем закачивать. Есть ли что-нибудь, о чем мы не говорили, но ты хочешь добавить? Я хочу, чтобы это был ты. Ты рассказал свою историю, а не я.

Нил:

Я… хотел бы добавить о моей матери… Было несколько вопросов о том, что с ней было не так, раз она вообще вышла замуж за Натана и родила от него ребенка — о том, какой эгоисткой она была.

Так что, в надежде не получать больше подобных вопросов, я думаю, я просто спрошу: откуда, блядь, я должен знать? Мы никогда не говорили об этом. Я знаю, что она была моложе его, а он был таким обаятельным, что вы не заметили бы, как он перерезает вам горло. Но я также знаю, что она вытащила меня оттуда, когда увидела, что меня ждет. Она рисковала своей жизнью. Каждый день. Чтобы защитить меня. И я знаю, что вы все думаете, что так и должны поступать матери. Но…

Эндрю:

Некоторые вещи просто другие.

Нил:

Да… И я ни в чем ее не виню. Она делала лучшее из возможного.

Эндрю:

[пауза]

Я думаю, сейчас самое время объявить, что будет с подкастом дальше, раз уж ты упомянул, что был ребенком в бегах. Нилу потребовалось немного убеждения, но мы поговорили об этом и пришли к согласию…

Нил:

«Красные Кролики» не закроются. Мы продолжим изучать «замороженные» дела о пропавших детях и посмотрим, сможем ли мы что-нибудь сделать. Если мы сможем найти кого-то или хотя бы немного успокоить семьи, это будет того стоить.

Эндрю:

Когда-то мы оба были забытыми детьми. Мы оба обрели себя и свое место во взрослой жизни, и это выходит за рамки всех наших представлений. Мы чувствуем, что будет правильно отдать долг. Попытаться дать шанс кому-то еще. И мы уже начали изучать дела, с помощью которых мы попробуем это сделать. Так что, в ближайшем будущем мы приступим, а Нил будет моим соведущим.

Нил:

Ух. Это тоже странно.

[смех]

Эндрю:

И не говори.

[долгая пауза]

Эндрю:

Но! Во-первых, как бы весело все это ни было, нам нужен перерыв.

Нил:

Очень.

Эндрю:

Так что мы с моим партнером возьмем небольшой отпуск и собираемся уехать из Южной Каролины на некоторое время. Знаете, не заниматься ничем, связанным с работой. Так что, это просто предупреждение. Мы будем отсутствовать некоторое время, и когда выйдет этот эпизод, нас уже не будет на месте. Возможно, не очень надолго, пока мы действительно не начнем работать над новым делом. Настоящие Дэн и Дэйв.

Нил:

Кто?

Эндрю:

Игра престолов, Нил. Боже…

Нил:

[пауза]

Э-э-э… В любом случае, это из-за меня. У меня никогда не было нормального отпуска, поэтому я заставляю его съездить.

Эндрю:

Черт, я буду просто счастлив, что ты не будешь отвечать на вопросы хотя бы несколько дней. Передохни.

Нил:

Посмотрим.

Эндрю:

[хмыкает]

Итак, с этим. Я Эндрю Миньярд, а это мой соведущий Нил Джостен.

Нил:

И это был заключительный эпизод первого сезона — «Дело Мэри и Натаниэля Веснински».

Эндрю:

Следите за новостями о следующих сериях. Продолжаем поиски.

____

Воскресное утро ярко просочилось сквозь занавески их спальни. Эндрю не двигался. Он лежал на спине, положив одну руку на бедро Нила, а другую — на свой живот. В комнате царила тишина, которую он не хотел нарушать. Он грелся в ней, слегка поглаживая кожу бедра Нила. Нам нужно поскорее выезжать… Им нужно было успеть на самолет, а еще нужно было отвезти кошек к Би, чтобы она присматривала за ними. Колорадо Нил зашевелился и перевернулся лицом к Эндрю. Он не открыл глаза, только глубже зарылся лицом в подушку и вздохнул. — Нам пора вставать, не так ли? — спросил грубым со сна голосом. К сожалению. — Ага, — ответил Эндрю. — Еще нам нужно отвезти Сэр и Кинг, а еще ты невероятно ленив и так и не закончил собираться вчера вечером. Нил открыл глаза и посмотрел на Эндрю. — И чья это вина? Ты меня отвлек! Как я могу собирать вещи, когда ты своей рукой… — Да, но дело в том, — оборвал его Эндрю, — что я закончил собираться, а ты нет. Так что поднимай свою ленивую задницу и заканчивай, пока я собираю вещи для кошек. Нил сел на кровати и ударил Эндрю подушкой. — Ладно, придурок. Но на этот раз держи свои руки при себе. Засмеявшись, Эндрю выхватил подушку из рук Нила и бросил ее на пол. Обе кошки спрыгнули с кровати, предчувствуя предстоящее дурачество. Когда Эндрю выхватил подушку, Нил каким-то образом упал на него и Эндрю обхватил его руками так, что они оказались прижатыми грудь к груди. — Никаких обещаний, — тихо сказал он. Нил поцеловал его в нос и отстранился. — Нет, нет. Абсо-блядь-лютно нет. Я встаю, — он спустил ноги с кровати. — И буду собирать вещи, — встал, — а ты, — указал он на Эндрю, — пойдешь позаботишься о кошках, и никто не будет отвлекаться. Эндрю вздохнул. Как разочаровывающе. Он осторожно встал с другой стороны кровати и пошел собирать кошек, стараясь не споткнуться и не наступить на них, пока они кружили вокруг его ног. В какой-то момент он поймал себя на том, что все еще улыбается, и понял, что ему больше не нужно себя останавливать. Нет. Эндрю был счастлив. Странно, да? Через час они с багажом и кошками уже были в машине и ехали к Би. По дороге Эндрю набрал номер Сета и включил громкую связь через блютуз. — Какого хрена…? — прозвучал в динамике сонный голос Сета. — Сейчас… 10 утра. Что, блядь, с тобой не так? — Я нормальный человек, который просыпается в приличное время, — ответил Эндрю. Нил насмешливо хмыкнул. — Эй, да пошел ты. У меня вчера вечером после игры еще был диджейский концерт, и потом до четырех часов утра я редактировал эпизод, перед тем как отправить его Дэн. Я работаю усерднее, чем все вы, ублюдки, можешь отдать мне должное… — Кстати говоря, она одобрила? — прервал Эндрю. Конечно, он знал, как усердно работает Сет. Черт, помимо самой Дэн, он был настоящей опорой этого гребаного канала. Он склеивал и собирал вместе эпизоды всех подкастов, и так далее, и тому подобное. На самом деле Эндрю был ему благодарен. Но также Эндрю был засранцем и должен был убедиться до отъезда, что все это дерьмо улажено. Почему я так много прошу? Сет бессвязно ворчал в течение минуты, а плечи Нила начали трястись от беззвучного смеха. — Подожди чертову секунду, дай мне проверить почту. — Через несколько секунд снова послышался его голос. — Она одобрила и сказала, что это фантастика. Доволен? Я опубликую его сегодня вечером, раз уж все так охуенно проводят время. Эндрю не чувствовал себя плохо. Не-а. — Ты не мог бы? Спасибо. Я пришлю тебе P.S. пост от меня. Я не знаю, что это будет, но я все равно хочу что-то сказать. — Хорошо. Неважно. Я знаю, что ты будешь делать, хотя… — ПОКА, Сет. — Эндрю нажал кнопку отбоя и Нил наконец-то рассмеялся. — Бедный Сет. Ему действительно нужно повышение или что-то в этом роде. Ну да. Эндрю не мог не согласиться. В хороший день он выматывал, но он также был чертовски хорош в своей работе. Кроме того, ему пришлось пробиваться к полунормальной жизни, борясь с собственными демонами. Эндрю уважал путь, который прошел Сэт. Но. Он просто пожал плечами в ответ, чтобы передать все это Нилу. Тот понял суть, Эндрю был уверен. Би встретила их у двери и обняла обоих. Эндрю не мог объяснить, что за чувство накатывало на него всякий раз, когда он видел Нила и Би вместе. Я не знаю почему. Может быть, это просто… Би была его опорой так долго — она провела его через столько травм, боли и ненависти к себе, и… А теперь было ощущение, что она перенаправила часть этого Нилу. Наверное… Или что-то в этом роде. Нил был занят тем, что, прижимая Сэр к груди, объяснял Би ее распорядок дня. В конце концов Эндрю пришлось положить руку ему на плечо. — Она много раз присматривала за Кинг. Она знает, как заботиться о кошке, Нил. Нил вздохнул: — Я это знаю. Но Сэр и Кинг — разные. Я просто хочу убедиться, что у нее будет все необходимое… Би улыбнулась ему и похлопала по руке. — Я уверена, что внучата-котята — … что…? — и я прекрасно проведем время. Я обязательно пришлю много фотографий, но сейчас вам двоим пора. Кыш, — она буквально начала выпихивать их в сторону двери. — Вы заслужили отпуск, так что идите, веселитесь и помните о защите. — Многозначительно посмотрела она на Эндрю, пока Нил усаживал Сэр и целовал ее голову. Эндрю одарил ее самым лучшим «о боже, мам» взглядом, на который только был способен.

_

После нескольких часов езды, прохождения через службу безопасности и Нила, нервно постукивающего ногой, когда сотрудники TSA проверяли его удостоверение личности, они, наконец, сели в самолет. — Я тут подумал, — начал Эндрю, вытаскивая из сумки наушники и засовывая ее под сиденье перед собой. — На обратном пути нам нужно будет остановиться в Аризоне. Нил, нахмурившись, посмотрел на него, наклонив голову. — Аризоне? Какого хрена нам туда ехать? Планируешь вломиться в закусочную и пожить немного в прошлом? Эндрю задумался: — Хотя это звучит как действительно хорошая идея — нет. Тебе, наверное, стоит забрать свое барахло оттуда, — затем опустил взгляд на свой телефон и начал искать плейлист, составленный для него Сетом. — Мое барахло? О чем ты говоришь? — Да. — Эндрю замер и посмотрел на Нила. — Из твоей квартиры… — Когда Нил просто продолжал смотреть, медленно кивнул. — Точно… хм, я был уверен, что говорил тебе… — Он действительно думал, что говорил… разве нет? Или это просто все это время сидело в глубине его мозга вместе со всем остальным дерьмом, которое его волновало гораздо больше? Ну что ж. Ящик Пандоры уже открыт. — Э-э, — Эндрю кивнул своим мыслям, — я заплатил — ну, Рейнольдс, заплатила за твою квартиру в Финиксе до конца года. Все твои вещи еще там. Нил выглядел ошеломленным. Это было правильное слово, верно…? Ошеломленным…? хотя Эндрю действительно мог поклясться, что он говорил ему это… — Ничего особенного, — быстро сказал он, снова обращая взгляд к своему телефону. — Я вломился в твою квартиру, в конце концов. Это было самое меньшее, что я мог сделать, правда. — Эндрю… Я просто… — Нил покачал головой и замолчал, как будто подбирая правильные слова. После глубокого вздоха он продолжил: — Уверен, что для тебя это не имеет большого значения, но моя экси-клюшка была в той квартире. — Я знаю. — Та, с которой я играл в старших классах. Я таскал ее с собой с места на место все время пока бежал. — Ну, это только потому, что ты идиот, — пробормотал Эндрю. Нил рассмеялся, улыбка расцвела на его лице, и показался его дурацкий кривой нижний зуб. — Ну, да. Возможно. Но все же. — Он пожал плечами. — И моя старая сумка, и некоторые вещи моей матери… Спасибо, — он прислонился плечом к плечу Эндрю. — Правда. Я должен поблагодарить и Элисон. Я думал, что эти вещи потеряны навсегда… Эндрю просто кивнул, потому что не знал, что сказать…? Он был рад, что Нил может получить свои вещи, но на самом деле он сделал это просто потому, что чувствовал себя засранцем. Нарушителем — как будто он перешел границу и… Нил, наконец, взял наушник, но не раньше, чем задержал руку Эндрю и поцеловал его запястье. Затем, опустившись на свое место с улыбкой на губах, вставил его в ухо. А Эндрю? Он переплел их пальцы и нажал в плейлисте кнопку «перемешать». Когда самолет взлетел, он понял, что не возражает против этого ощущения чего-то… Чего-то… Что бы это ни было.

____

[концовка]

Я слышу отголоски барабанов в ночи,

Но она слышит только шепот тихого разговора.

Он приезжает, её рейс в 12:30.

Крылья, залитые лунным светом, отражают звезды, ведущие меня к спасению.

По дороге я остановил одного старика

В надежде найти хоть какие-нибудь давно забытые слова или мелодии

Он повернулся ко мне, чтобы сказать:

«Поторопись, парень, это ждет тебя там».

Мне будет очень трудно расставаться с тобой,

И сто человек ничего не смогли бы с этим сделать.

Я благословляю дожди в Африке.

Мне потребуется некоторое время, чтобы сделать то, чего у нас никогда не было. (ооо, ооо)

Дикие псы воют в ночи,

Потому что в них растет беспокойная жажда скрасить свое одиночество.

Я знаю, что должен поступить правильно,

Это незыблемо, как Килиманджаро, словно Олимп возвышающаяся над Серенгети.

Я ищу лекарство для того, что запрятано глубоко внутри, опасаясь того, кем я стал.

Мне будет очень трудно расставаться с тобой,

И сто человек ничего не смогли бы с этим сделать.

Я благословляю дожди в Африке.

Мне потребуется некоторое время, чтобы сделать то, чего у нас никогда не было. (ооо, ооо)

Поторопись, парень, она ждет тебя там.

Мне будет очень трудно расставаться с тобой,

И сто человек ничего не смогли бы с этим сделать.

Я благословляю дожди в Африке.

Я благословляю дожди в Африке

(Я благословляю дождь)

Я благословляю дожди в Африке (Я благословляю дождь)

Я благословляю дожди в Африке

Я благословляю дожди в Африке (ах, я не буду торопиться)

Мне потребуется некоторое время, чтобы сделать то, чего у нас никогда не было. (ооо, ооо)