ANDREW

      Я помню, что объединила этот вопрос с другим вопросом, потому что думала, что они хорошо сочетаются, но на самом деле этот ответ кажется ходячим триггером. (технически, все три книги нуждаются в предупреждении о триггере, но сейчас уже поздновато для этого). Второй вопрос и полный ответ будут ниже по тексту. Второй вопрос: Были ли шрамы Эндрю результатом попыток самоубийства или самоповреждения?         Эндрю не особенно заинтересован в жизни до встречи с Нилом, но он также не заинтересован и в смерти. Шрамы появились после периода самоповреждений, когда Эндрю пытался завладеть телом, которое слишком многие пытались у него отнять. Они были средством восстановления некоторого подобия контроля, а порезы позволяли Эндрю решать, какую боль он хочет испытывать. Не все порезы оставляли шрамы, но даже те, что оставляли следы, не были слишком глубокими. Эндрю не мог рисковать повредить руки навсегда - это означало бы, что он не сможет дать отпор в следующий раз, когда кто-то заберется к нему в постель.       Эндрю скрывал их не потому, что сожалел о них или стыдился их; он похоронил их под повязками, когда переехал в Южную Каролину, потому что знал, как люди будут смотреть на них. Если кто-то увидит его шрамы и подумает, что он слаб, подумает о депрессии, подумает о добыче, то ему придется спрятать хотя бы одно тело, а у Эндрю не было времени искать подходящие места для захоронения в незнакомой местности. У него было полно дел с проблемами Аарона и резким вторжением Ники в его жизнь. Поэтому он надел повязки, назвал их шуткой и пошел дальше. ((Нил увидел их в Колумбии в самый неподходящий момент, потому что Эндрю знал, что Нил установит связь между изнасилованием и шрамами, и последнее, чего он хотел или нуждался, это чтобы кто-то вроде Нила пожалел его. Он еще не понимал, что Нилу не свойственна жалость к кому бы то ни было.)))       Эбби узнала о шрамах Эндрю, потому что она ни за что не позволила бы ему пройти весь медосмотр с закрытыми предплечьями. Эндрю тогда был под кайфом от лекарств, и в то время его больше забавляло видеть ее реакцию на правду, чем заставлять ее работать. Он даже не колебался, когда она сказала ему снять их.       Она потребовала ответов, конечно, потому что если Эндрю "нестабилен", ей нужно было кого-то предупредить (например, Ваймака и Бетси). Эндрю отмахнулся от ее "преувеличенной попытки казаться обеспокоенной", но Эбби настаивала на своем, пока Эндрю не заставил ее присмотреться повнимательнее.       Эй, Эбби, я — тебе, ты — мне. Ты слышала, что о нас говорят, да?  Ты слышала, что говорят обо мне, и ты веришь хотя бы части этого. О, это так скучно, когда ты пытаешься лгать. Я вижу это по тому, как ты смотришь на меня. Так скажите мне кое-что, если можно: вы действительно думаете, что если бы я хотел кого-то убить, будь то я сам или кто-то другой, то я бы так эффектно проваливал это столько раз? Как грубо.       В конце концов Эбби поверила ему на слово, приняла его объяснение, что шрамам уже много лет и в ближайшее время компания не появится, и решила пока не говорить об этом с Ваймаком.         Она позвонила Бетси, как только Эндрю ушел.