Трудный Выбор

      Беда никогда не приходит одна. Она обычно подтягивает за собой вереницу бесконечных совпадений и вопросов «А что было бы?», «А если бы?»       Газета ежедневный пророк с раннего утра пестрила колдографией наполовину разнесенной треугольной крепости посреди бушующего океана.       Заголовок гласил: «Беспорядки в тюрьме строгого режима. Массовый побег из Азкабана». А дальше речь Министра Магии Корнелиусу Фаджа, подтверждающая, что несколькими часами ранее из камер строгого содержания совершили побег десять заключенных.                    «Разумеется, премьер-министр магглов уже проинформирован об опасности, — говорит Министр Фадж репортёрам, — Мы подозреваем, что этот побег был подготовлен человеком, которому первым в истории удалось вырваться из Азкабана, известным злодеем и убийцей Сириусом Блэком».       На второй полосе её лицо. Беллатриса Лестрейндж, самая жестокая пожирательница смерти, разгуливала на свободе.       Это было безусловно не самое лучшее утро в жизни Розали. Она зашла в зал под подозрительные и опасливые взгляды студентов, считающих своим долгом обсудить её личность. С гордо поднятой головой пересекла весь стол Гриффиндора и села у самого края, показательно распахнув перед своим лицом газету. Недоверчивые перешептывания, пересекающие весь зал, долетали и до неё, порой хотелось встать и выкрикнуть: «Ну скажи мне это в глаза, давай!» Однако никто так и не решался подойти к ней. Гриффиндорцы старательно избегали место возле Роуз, а когда не видели её лица через газету и усаживались рядом тут же делали вид, что что-то забыли и спешно забирая вещи или пирожные со стола, уходили на другой конец зала.       Что ж, наверняка Слизеринцы сейчас кусают локти, — они любят подобные зрелища и им бы явно польстило, что Розали была бы с их факультета. Даже привычный маньячный взгляд Нотта со стороны Слизеринского стола будто говорил: «Расскажи поподробнее», «А тебя позовут в пожиратели?», «А темный лорд правда возродился?»       Оливер, который, как и Розали опоздал на завтрак, приземлился напротив неё, беспечно поздоровавшись, от чего она удивлённо откинула газету в сторону. Оливер как ни в чём не бывало изучил расписание которое до этого держал в руке. — Вуд, ты с огнём играешь. Ты читал сегодняшние новости? Боюсь, что остальная часть стола сожрет тебя с потрохами. — Пусть слова и показались ей немного грубыми, по крайней мере они были правдивыми. Вряд-ли сейчас за общение с Роуз, можно было бы получить какие-нибудь дополнительные очки авторитета.       Оливер кинул взгляд на газету, на колдографии разъярённая Белла держала табличку с номером в камере заключения, её руки были окованы в цепи, и она истошно кричала. — А ты тут при чем? — Капитан огляделся по сторонам и остановил свой взгляд на Слизеринском столе, прожёг его буквально минуту и вернув своё внимание на девушку перед собой, налил черного кофе в кружку. Брюнетка сразу почувствовала появившийся запах свежемолотых зерен от чего она сильнее втянула в себя воздух, наслаждаясь ароматом хорошего кофе. Вуд тем временем надрезал кусочек пирога и погрузил его на маленькое блюдечко. — Ну вот только не прикидывайся. Тебе напомнить, какая у меня фамилия? — невозмутимо повела бровью девушка, следя за движениями парня. — И ффто? — жуя яблочный пирог, произнес Гриффиндорец, явно не понимая, чего она от него добивается. Его милая мордашка не могла не вызвать умиление на лице Розали, и она едва подавила в себе улыбку. — Действительно, ничего, — она безразлично кивнула и уже вновь хотела поднять газету, когда Вуд обратился к ней, прожевав кусочек от пирога и сделав глоток кофе. — Слушай, пусть думают что хотят. Твои родственные связи не имеют никакого значения. И вообще если бы меня волновало чье-то мнение я никогда бы не встречался с тобой — он положил свою руку на её руку, тихонько поглаживая будто успокаивая девушку. От его прикосновения она почувствовала легкий укол, словно от электрического заряда. Его действия вдруг удивили, но она сделала вид, что не предала этому никакого значения. Розали посмотрела на него со смешинкой в глазах, и он улыбнулся в ответ. Понимая, что этот ответ её вполне устроил.

***

      Так прошло несколько дней, мальчик по имени Невилл Долгопупс с 5 курса вовсе всякий раз, когда видел девушку начинал трястись словно он на самом деле видел саму смерть. В свою очередь Гриффиндорка каждый раз сдерживала в себе желание подойти к нему и разузнать, почему паренек так её боится.       Доверие к Розали как к старосте тоже заметно упало, до неё доходили слухи, что некоторые студенты просят МакГонагалл быть благоразумной и сменить старосту. Ведь, о ужас. Её дальняя-дальняя родственница сбежала из Азкабана. Хотя даже Элизабет интересовалась, а не соберется ли Бела нагрянуть в Хогвартс за Розали. На вопрос брюнетки «зачем?», она отвечала про «родственные связи», вовсе исключая возможности того, что как думала Розали, Белла вовсе не помнит о существовании своей крестницы!       Было крайне прискорбно признавать, тот факт, что Бела была её крестной пусть и непризнанной. Родители сделали её крестной матерью вовсе без согласия, в отлиичии от того же Северуса. Тогда, конечно, тоже не обошлось без долгих уговоров, но это хотя бы было его почти добровольное решение.       Боялась ли Розали Беллатрису? Скорее нет, чем да. Она больше стала переживать за родителей ведь знала какой путь они прошли во время первой магической войны и сейчас была крайне напугана лишь тем, что возможно с каждой минутой, что она находится в этой школе. В эту минуту в Лондоне, родители вновь подписывают на себе договор с тёмной стороной.       Сейчас на дворе была поздняя ночь, гостиная Гриффиндора была пуста. Розали сидела на подоконнике закинув ноги на него же и впитывала информацию с учебника как губка, ну или ей хотелось её так впитывать, потому что ЖАБА был совсем скоро, а желания учиться равнялось нулю.       А ещё эта настырная Амбридж, которая следовала всюду за студентами, она не только устраивала допросы, для старост она придумала новую работу. Каждый студент перед началом урока должен был расписаться о том, что присутствовал на уроке поэтому о прогулах, все могли забыть. Если кого-то из студентов не было, эта была вина старосты, ведь возможно это не ученик не захотел прийти на урок, а староста неправильно передала информацию о действующем расписании. Так что старосты, которые не присутствовали в дружине лишались баллов с космической скоростью. А это были почти все старосты за исключением одного Малфоя. Который всё ещё не оставлял попыток, пригласить девушку в инспекционную дружину.       Она не слышала, как дверь на втором этаже открылась и кто-то так-же тихо спустился по лестнице. Часы на камине показывали половину третьего. — Розали? — послышался ещё заспанный хриплый голос Вуда — Ты чего не спишь? Оливер стоял на лестнице в своих клеточно-красных пижамных штанах, он сонно потирал глаза, щурясь от света лампы, которую брюнетка перенесла к подоконнику. Место у окна, особенно в ночное время, было по-своему романтично и уютно: взять хотя-бы вид, огоньки освещавшие окрестности замка складывались в некую гирлянду и тепло освещали улицу, вплоть до самого чёрного озера. Розали оторвала взгляд от страницы книги и посмотрела на парня. — Ты ведь не могла уже проснуться? Когда мы уходили ты сидела на этом же самом месте — Он удивленно посмотрел на часы будто смеряя время и вновь перевел взгляд на Розали. Складывая в голове мозаику.       Тем вечером Хейл не стала как обычно проводить время с Фредом в коридорах, или же общаться со старыми друзьями, которые сидели на диване и охотно переговаривались. После всех накопившихся дней хотелось побыть одной, поэтому учебники выручили её как никогда кстати.       А ещё её заметно раздражала Сильвия, которая весь вечер сюсюкалась с Вудом, не забывая комментировать для Розали то, что она многое пропускает и Элизабет с Алексом скучают без неё. — Я ещё не ложилась. — тихо произнесла она, затем медленно закрыла учебник и устало потерла глаза, которые болели от плохого освещения и мелких букв. — С тобой всё в порядке? Может я могу чем-то помочь? — смутное беспокойство охватило юношу и он свёл брови домиком, сделав пару шагов к девушке. — Нет… хотя знаешь, да, — неожиданно для самой себя Розали решила воспользоваться предлагаемой Вудом помощью. — Можешь раздобыть мне что-нибудь сладкое? — уже более бодрым и уверенным голосом попросила она.       Оливер просто стоял и смотрел на нее, не мигая и поначалу девушка даже испугалась, что он скажет ей, что время позднее и вообще он не собирается ей помогать, а лишь просто спросил из вежливости. Но всё было куда радужнее, чем показалось изначально. Наоборот его тонкие губы расплылись поперек лица в смешной гримасе радости. А затем Вуд молча вышел из гостиной, и тишина вновь завладела ей.        Спустя пять минут, Розали стало казаться, что его и не было, наверняка она задремала и спутала реальность со сном. Поэтому переместив торшер обратно к дивану и забравшись на диван, Гриффиндорка накрылась пледом и как завороженная смотрела на камин, когда дверь вновь открылась. Это был Оливер! Её настроение заметно улучшилось от осознания того, что он ей не привидился. Капитан держал в руках две кружки из которых исходил тонкая дымка пара, а из кармана штанины торчала большая плитка шоколада. — Я захватил ещё горячего какао, если ты не против, — заботливо спросил он, подходя к дивану. — Я только за! — Гриффиндорка радостно хлопнула в ладоши Вуд передал кружку с какао старосте, она сделала глоток почувствовав, как теплый сладкий напиток растекается по её телу и будто даже заполняет ту пустоту, и тревожность, которая всё-таки беспокоила Розали. Ей неожиданно вспомнился первый год в Хогвартсе, когда они вот так с Оливером сидели ночами в гостиной, наслаждаясь обществом друг друга и как сейчас было приятно, когда Вуд принёс её любимый шоколад, с соленой карамелью и арахисом. — Всё ещё помнит, — подумала она и расплылась в заботливой улыбке. Когда они допили какао, появилось чувство, что настало время для сна, хотя, если честно, уходить совсем не хотелось. — А ты почему проснулся? — Робко поинтересовалась девушка, боясь случайно не влезть туда, что её никак не касалось. — У меня свои переживания, у тебя свои. Ты не можешь заснуть, а меня вот иногда преследуют кошмары. — Он слегка нахмурился видимо вспоминая сон а потом причмокнул губами отогнав его подальше. — И давно они появились? Не помню, чтобы ты раньше жаловался. — увлеченно спросила гриффиндорка слегка накренив голову и открывая пачку шоколада. Оливер сидел на диване рядом, смотря на огонь в камине, а затем всем корпусом повернулся к ней, наблюдая за тем, как староста грызет шоколад. — Пару дней назад. Думаю, скоро пройдет, иногда так бывает перед матчем. — Он выждал всего пару секунд а затем продолжил: В этот момент Розали подумала, что он что-то недоговаривает. Как-то слишком быстро парень  сменил тему. — Меня больше волнует твоё состояние. Ты с прошлого года сама не своя. Понимаю, что на это есть масса причин, но… — ей показалось, что он хотел сказать переживаю, но почему-то передумал. Роуз заметила, как изменился его взгляд, он стал таким пронзительным, что у нее снова затрепетало в груди непонятное чувство. — Со мной всё в порядке правда. Я просто готовлюсь к ЖАБА, что и тебе советую. Когда Оливер искривил лицо, она засмеялась и тут же закрыла рот ладошкой. Не хотелось этой ночью разбудить ещё кого-нибудь, казалось, что посторонние люди могут нарушить эту маленькую идиллию своим присутствие. Когда весь шоколад был доеден, а пустые бокалы окозались на ближнему к Оливеру столику, больше похожий на тумбу. Розали распласталась на диване, вытянув ноги в сторону и положив возле коленей Вуда подушку, она уложила на неё свою голову вполоборота, так, чтобы можно было смотреть в камин. Оливер тоже сидел вразвалочку, левую руку он закинул поверх дивана, а ноги вытянул по направлению к девушки. — Тебе не кажется, что мы слишком быстро повзрослели? Внезапно спросил юноша, прервав её внутренние размышления и брюнетка на секунду растерялась не зная, что и ответить. — Ты о чём? Она пыталась прочитать на лице Капитана признаки неудовлетворенности жизнью, но не заметила ничего похожего. Вуд совершенно спокойно рассуждал о том, о чём Гриффиндорка в принципе никогда раньше не думала. — Для меня семь лет чудовищно быстро пролетело, представляешь с того момента как ты появилась в этой школе уже три года. А по ощущениям, всё было как будто только вчера, — всплеснул парень руками, возводя глаза к потолку.  Розали молчала, боясь даже пошевелиться. Но Оливер ждал ответа. — Ну да, время идёт. Мы стареем, — она издала смешок, пытаясь перевести всё в шутку. — Хотя я порой тоже об этом думаю. — зачем-то соврала она — Через несколько месяцев выпускной, пора начать отвыкать от этого замка и людей вокруг. — Письма никто не отменял — И всё же это не совсем то, да и кому это надо? —  послышался смешок со стороны девушки.  — Мне надо. — От удивления Оливер на мгновение приподнялся с дивана, чтобы заглянуть в лицо Гриффиндорке и убедиться в серьезности её слов. — Ну а я считаю, что это лишь образ общения, — тихо сказала она, не желая разбираться в том, кто на самом деле прав и, кажется, Оливера это вполне устроило.       Слушая треск раскалённых углей, и глядя на яркое пламя огня, они сменили тему на более близкую, обсудили прошедшие зимние каникулы. Оливер в свою очередь поделился, что ездил в Норвегию со своими двоюродными братьями, и то как они зависали в горах. Но уже ближе к утру, выбившись из сил, уснули фактически в обнимку, Оливер во сне приспустился, дабы лечь поудобнее, а голова Роуз оказалась на его груди, подушка на которой она лежала до этого, вовсе оказалась под диваном, они спали свернувшись в клубочек, позабыв обо всём на свете. Утреннее солнце уже светило сквозь занавески. Когда Роуз разбудил мучительный голос: —Розали… — Элизабет осторожно тормошила девушку по плечу. — Розали! Твою мать ещё минуту и сюда в любой момент спустится Сильвия! — уже более гневно и требовательно сказала Бетти.       Брюнетка всё никак не могла сложить мозаику в голове, причём здесь Сильвия и она? Почему в выходной день её вообще так рано будят? Розали медленно открыла глаза, щурясь от света и пытаясь понять где она находится. А затем решив отбросить эту глупую идею, перевернулась на другой бок и сильнее прижавшись к Оливеру, отмахнулась от Элизабет. Подруга резко ущипнула старосту и тут же закрыла той рот, чтобы избавиться от крика. Гриффиндорка успела лишь ахнуть и рефлекторно открыла глаза, недовольно посмотрев на подругу. — Ты лежишь около Вуда, моя дорогая! — Она смотрела серыми беспокойными глазами прямо на брюнетку и говорила вполголоса, боясь потревожить рядом лежавшего парня. Розали посмотрела на парня который придерживал её рукой и открыла свой рот в немом вопросе, окончательно проснувшись. Предугадывая отговорки девушки, Элизабет с усмешкой сказала: — Это у тебя надо спросить, как так вышло! Но это потом, иди быстрее в спальную! Я растолкаю Вуда!       Розали встала с дивана, от сна не осталась и следа. Она тщетно пыталась понять сколько ещё студентов помимо Элизабет видели их вместе, сердце от страха бешено забилось. С безумными глазами она забрала чашки со стола, обёртки от шоколада и побежала в спальную. — Оливер! — Элизабет потрепала капитана по плечу, опасливо глядя на лестничный проём. — Вуд, твою мать проснись!       Оливер открыл глаза, вид у него был такой же ошарашенный как у Роуз. Ну если брюнетка привыкла к голосу Элизабет, то вряд ли Оливер часто слышал по утрам девичьей голос над своим ухом. — Думаю, тебе лучше пойти спать в комнату, гостиная не лучшее место для сна. — Элизабет сказала это не с упреком, но улыбку сдержать она уже явно не могла.       Оливер сонно потер глаза, прежде чем встал. Затем посмотрел на стол где ранее стояли чашки, будто пытаясь понять приснились ли ему ночные события или нет и буркнул что-то типа «спасибо» пошёл в свою спальную — Да, ребята… Придёт время, и вы всё мне расскажите! — подумала Элизабет и, поправив подушки и плед на диване, поспешила на завтрак.

3асыпай на руках у меня, засыпай,

Засыпай под пенье дождя,

Далеко, там где неба кончается край,

Ты найдёшь потерянный рай.