Асцелла

В гостиной змеиного факультета Слизерин, расположенной в подземельях Хогвартса, стояла духота. Асцелла разместилась на одном из черных кожаных кресел, которые отодвинули ближе к стенам, чтобы мебель не мешала пьяным студентам танцевать. Положив ногу на ногу, девушка ждала своего однокурсника, который уже успел куда-то запропаститься. В центре комнаты Пенси Паркинсон качала бедрами под ритмичные биты танцевальной музыки, держа в руке бутылку дорогого огненного виски. Эта девушка всегда напивалась самой первой. Юная волшебница брезгливо отвела взгляд от своей однокурсницы, за которую время от времени испытывала чувство испанского стыда. Дурацкое шелковое черное платье, полностью обтягивающее девичье тело постоянно задиралось, из-за чего Асцелла из раза в раз раздражённо одергивала подол. Короткие изделия, безусловно, красиво подчеркивали длину ее стройных ног, но только если сидели, как надо. Нужно будет обязательно обратиться к портному с жалобой. Вопиющее безобразие. За немыми возмущениями ее и застал Теодор Нотт, присевший на корточки рядом со своей сокурсницей. Выглядел он по-особому бодро, как это обычно бывает на вечеринках. Но только на хороших вечеринках. - Пойдем? – Парень протянул Асцелле руку. Положив маленькую ручку в мужскую ладонь, пара направилась в сторону мужских спален. Пробираясь сквозь жаркую толпу пьяных, танцующих ребят, волшебница еще несколько раз одернула проклятое платье, нагло сползающее наверх. Оно будто мечтало оголить ее бедра напрочь. Кто-то случайно толкнул девушку в бок, и, споткнувшись о чью-то ногу, она едва ли повалилась на пол, но ее спутник Нотт чутко схватил Асцеллу за талию. Конечно, этот Тео был симпатичным малым: его кучерявые волосы лежали немного небрежно, водолазки с высоким воротником и белые рубашки шли каждому, но ему особенно хорошо, а его заразный смех был способен вызвать улыбку на самом сером лице. Но все-таки, этот парень был не в ее вкусе, поэтому она немного отодвинулась от однокурсника, держа дистанцию. Выражения его симпатии далеко не будоражили кровь. Девушка воспринимала их, как само собой разумеющееся, ведь мало того, что она сама по себе являлась довольно симпатичной, так еще и Нотт был тем самым бабником, который не пропустит ни одной юбки. Как только парочка прошла в спальню и закрыла за собой двери, Асцелла ощутила приятную прохладу комнаты, от которой по оголенным участкам тела пробежали мурашки. Звук приглушенной музыки не так сильно бил по ушам, а всего лишь ласково нашептывал о предстоящем празднике души. В этой комнате жили Нотт, Забини и Малфой. Зная каждого из парней, юная волшебница удивлялась, как эта троица вообще уживается. Парни были разные, и каждый из них имел довольно скверный характер. Даже ей поначалу было трудно найти с Драко общий язык, когда она только появилась на пороге Малфой Мэнора. Хорошо, что их бытовые ссоры остались только в воспоминаниях и сейчас между ними все хорошо. Три огромные кровати с изумрудными простынями и по каждой из них было ясно, какая принадлежит определенному Слизеринцу. На идеально заправленной, видимо, еще не тронутой постели лежал аккуратный распахнутый чемодан из дорогой драконьей кожи, в котором скрупулёзно и опрятно лежали белоснежные рубашки. Очевидно, что хозяином являлся белоручка Драко. На следующей кровати не было ничего, но на темной прикроватной тумбочке стоял излюбленный парфюм Блейза, с древесными нотками, которым парень пах ровно столько, сколько Асцелла его знала. Изумительная преданность к ароматной водичке или нежелание пробовать что-то новое? А с постель Теодора будто бы обыскивали мракоборцы: изумрудное одеяло наполовину висело на каменном полу; на белой простыни валялась самая разная мужская одежда, искомканная в непонятные кучки, говорящая о проблеме с выбором вечернего наряда. Собственно говоря, беспорядок вокруг – беспорядок в голове. Это точно про него. Нотт прошел к тумбочке, на которой лежало крошечное карманное зеркальце, которое девушка узнала по небольшим царапинам от острого лезвия. Достав из маленького ящика замшевый мешочек, парень медленными движениями высыпал немного содержимого на отражающую поверхность. Когда парень расчерчивал небольшие дорожки острием своего карманного ножичка, подаренного отцом, звучал неприятный скрипящий звук. - Вперед, принцесса. – Улыбнулся Тео, поднявшись и закончив свои дела. Подойдя к тумбочке, Асцелла слегка наклонилась над расчерченными рисунками, где каждая из четырех дорожек размером в спичку, и откинула вьющиеся локоны назад, чтобы длинные волосы не мешались. Теодор завороженно наблюдал за ее действиями со стороны, следя за тем, чтобы она все сделала правильно. - Медленно, не торопись. – Почти прошептал парень, склонившись где-то у ее уха. Легонько прикрыв одну ноздрю тонким пальчиком, девушка медленно, как и советовали, повела носом по зеркалу, вдыхая горьковато-кислый порошок идеально белого цвета. Девичьи черные глаза немного заслезились, когда субстанция неприятно ударила по слизистым и остатки застряли где-то в горле горькими, разъедающими комками. Как только тоненькая белоснежная полоска закончилась, Асцелла легонько откинула голову назад, толкая наркотик вниз по организму. Подняв взгляд на Теодора, девушка приметила, как в кромешной темноте сияет предвкушающая улыбка парня. - Вставай, принцесса. – Протянул руку Нотт, помогая однокурснице приподняться. – Присядь пока, нужно немного подождать. Несколько раз, шмыгнув носом, юная волшебница села на мягкую кровать Тео, наблюдая за тем, как парень делает ровно то же самое, что и она несколько мгновений назад. Это выглядело немного странным, но, не отмечая эту мысль у себя в голове, Асцелла просто послушно дожидалась своей счастливой минуты. Оставив на зеркале лишь немного следов от порошка, Слизеринец упал тяжелой спиной на свою постель. - Это второй раз? – Поинтересовался Нотт, наблюдая за потолком спальни, будто задавая вопрос в немую пустоту. - С кокаином – да. Сбоку от девушки раздалось многозначительно хмыканье. Асцелла не думала, что ее ответ сможет посеять зерно рассуждений в кучерявой голове парня. - Я мудак. – Вдруг отрезал он. Юная волшебница нахмурила брови, - самокритично. Она не любила подобные откровения, подразумевающее начало тех самых душевных разговоров, за которые многие любят вечеринки. Ей было достаточно своих тараканов в голове, разгребать чужое дерьмо не ее хобби. - Я дал тебе твои первые наркотики. – Выдохнул Нотт. Асцелла слышала, как замедлилось его дыхание. - Не первые. - Что ты до этого пробовала? - Какая разница? – Неожиданно для обоих огрызнулась девушка в ответ. Самый отвратительный детский дом во всем не магическом Лондоне многому научил Лестрейндж. Первые драки, сигареты и наркотики. Все это было там и только там. Вспоминая о своем детстве, Асцелла лишь печально вздыхала из раза в раз. Это были трудные времена, о возращении которых подумать было страшно. Она уже настолько привыкла ни в чем себе не отказывать за прошедшие три года, что припоминать ту нищету, в которой выросла, казалось невозможным, будто и не было восьми лет в детском доме. Без материнского тепла, отцовской заботы и подарков на Рождество. На девушку накатило приятное чувство легкости, словно тело медленно теряло свой вес, по коже пробежалось легкое возбуждение в виде толпы мурашек, разгуливающих по рукам, ногам, спине. На секунду показалось, что Асцелла приобрела невероятную силу, намного более мощную, чем чистокровную магию, передавшуюся от родителей. Будто она может заставить время остановиться или неожиданно залевитировать по пространству комнаты. - Кажется, началось. – Вымолвила девушка, заплетающимся от непривычки языком. Ее губы и нёбо, немного жгло, но немного покусав свои уста, девушка изумилась от того, насколько же они были мягкими. Асцелла нежно провела кончиком языка по нижней губе, напоминающей сладкую переспелую грушу, которая вот-вот лопнет от внутреннего давления. Это было немного пугающим ощущением, но не самым жутким из всевозможных. Она чувствовала кожей, как прогнулся матрац кровати, когда Теодор суетливо поднялся, садясь рядом с девушкой. Ей казалось, что все вокруг замедлилось или быть может, это она ускорилась в несколько раз. - Что ты чувствуешь? – С ноткой беспокойства спросил парень. Что она чувствует? Хороший вопрос. Если бы в голове девушки хранился бы такой словарный запас, с помощью которого можно было бы описать то, что испытывает ее тело и разум, она бы обязательно этим поделилась. Ей хотелось этого. Асцелла желала поделиться своими ощущениями со всем миром. - Мне хорошо. – Протараторила девушка, глядя на свои обнаженные колени, покрытые скопищем мурашек. Все тело будто бы слегка вибрировало приятной истомой. Девушка чувствовала в себе столько энергии, как оголенный провод, затронув который было бы слишком опасной идеей. - Тео, - Лестрейндж повернулась к своему сокурснику, - мне чертовски хорошо, Тео. - Я понимаю, о чем ты, Асци, - улыбнулся Нотт. Девушка расплылась в улыбке, когда внезапно заметила, как ее легкая рука погрузилась в густые кудри парня, перебирая нежные локоны меж пальцев. - Пойдем, потанцуем, принцесса, тебе понравится. – Приподнялся Теодор, взяв девушку за руку, которая шастала в его волосах. Она не заметила то, насколько быстро парень привел ее в самый центр бурлящей ритмами гостиной, в которой стало только веселее. Ловля музыку каждым сантиметром оголенной кожи, Асцелле захотелось только летать по комнате, словно бабочка. Высокие каблуки, жмущие ноги, будто не хотели нести ее по этому миру. Девушка сняла тугую обувь, обнажая конечности. Словив ритм, она плыла так изящно, скользя обнаженными стопами по стриженому ковру, обрисовывая ладонями вокруг себя причудливые узоры. Нотт, стоящий рядом, кажется, чувствовал то же самое. Он двигался так раскованно и без капли стеснения, будто стоял голышом перед зеркалом ванной, после прохладного бодрящего душа. Порхая, как птичка, она кружила вокруг него, оставляя за собой приятный шлейф свежего аромата дорогого парфюма. Ей хотелось отдаться этой музыке. Девушка никогда не слышала чего-то настолько прекрасного. Если бы была возможность остаться жить навсегда в одном моменте – она бы точно выбрала именно этот миг. Когда все кажется таким реальным и таким невозможно прекрасным в одночасье. Планета постепенно замедлила свой ход, только для нее одной. Тео сделал выпад вперед и уронил ее на колено, соблазнительно медленно проводя ладонью по ложбинке, животу, бедрам. Каждое касание вызывало такую приятную, истомную дрожь по тем участкам кожи, где хоть как-то побывали мужские руки. Мурашки, будто играли в догонялки. Асцелла никогда не испытывала чего-то подобного. Она прогнулась, отдаваясь его прикосновениям. Так же неожиданно он рывком поднял ее, и властно прижимая ее к себе, вновь заставил двигаться. Сквозь тонкую ткань одежды она чувствовала его горячее напряженное тело. Кто-то резко одернул ее за руку, грубо притягивая к себе. Такой внезапный толчок был похож на выныривание из ледяной проруби. - Что ты творишь? – Крикнул слишком знакомый голос. Приподняв глаза к своему похитителю, девушка обнаружила перед собой немного злого Драко, который очень крепко держал свою кузину за руку. Она была так рада его видеть, словно ребята встретились спустя несколько лет разлуки. - Драко! – Вскрикнула взволнованная девушка, обнимая своего друга за плечи. - Я спрашиваю: что ты творишь? – Не успокаивался он. Но она не понимала, что делает не так. Все же хорошо. Девушка попросту веселится и танцует, что может быть в этом такого? - Ты чего? Я просто веселюсь! – Асцелла пыталась перекрикивать громкую музыку. - Да ты тут чуть ли не трахаешься с Ноттом, прямо перед всеми! - Что? – Кричала юная волшебница, не понимая, о чем говорит парень. - Пошли. Сделав заявления и не удосужившись послушать, хочет ли его кузина уходить, Драко просто повел ее за собой. Девушка понимала, что отдохнуть от всего, Малфой ей попросту не даст. Пока они следовали через толпу людей, по душной гостиной в сторону спальни девушки, Асцелла пыталась подтанцовывать под музыку. Где Нотт? Да в прочем не важно. Кому до него есть дело? Драко, немного грубовато протолкнул ее в комнату, закрывая за собой двери, которая словно желала слететь со старых петель. Зачем так хлопать? - Что ты?.. Где твоя обувь? – Нахмурился блондин. - Ой, да отстань ты. – Асцелла лишь махнула на него рукой. - Эй! – Слегка вскрикнул парень, подходя к девушке ближе. Он положил тяжелую руку на оголенное девичье плечо, вынуждая смотреть в его серые глаза. – Никогда так не разговаривай со мной, Асцелла. Окинув парня недовольным взглядом с головы до ног, юная волшебница все-таки была вынуждена сдаться. Может она и погорячилась, но зачем он лишает ее веселья? - Ладно, прости. – Выпалила она. - Слушай, давай ты ляжешь спать, ладно? - Нет, я не хочу. Во мне столько энергии…. - Что ты решила выместить ее на Нотте? – Перебил Драко. - Что? Мы просто танцевали. - Да, я видел. - А какая тебе разница? - Асцелла, мне насрать с кем ты обжимаешься, но не делай этого под кайфом на глазах всего Слизерина, ты - моя сестра, не позорься, ради Салазара. - Ты перегибаешь. – Нахмурилась девушка. - Да ну? Лестрейндж обиженно скрестила руки на груди. Ее немного задело то, что именно Драко не может ее понять. Дыхание замедлилось, стало более глубоким и насыщенным. Казалось, что она чувствует каждый запах, наполнявший комнату по отдельности и одновременно вместе. Женский дорогой парфюм, которым была пропитана девичья кожа; легкая сырость, наполнявшая подземелья Хогвартса; одеколон Малфоя и легкий аромат мятной пены для бритья; терпкий запашок крепкого алкоголя, исходящий от парня. Гулкий стук сердца, бьющегося о ребра. Интересно, Драко слышит его шум? Пульс постепенно замедлялся. Ощущения были подобны тому, будто девичье тело неспешно и лениво пытается всплыть на поверхность с самого дна. Это было неприятно. - Ладно, хорошо, что мне для тебя сделать? – Спросил он. Взгляд Асцеллы метался по полу в поиске ответов. - Мне нужно еще. – Прошептала девушка. - Нет, на сегодня тебе хватит.