Призраки прошлого

Локи не спал. Он сидел в высоком, похожем на трон кресле, обхватив себя за плечи, и смотрел на беспокойно спящего Джека. Тот не метался в кошмарах, но всё же был далёк от безмятежности. Глаза ледяного великана были достаточно чувствительны, чтобы видеть в темноте, как на лбу Джека собирается напряжённая морщинка, как подрагивают веки, напрягаются губы. Сам Локи оставался неподвижен уже третий час. Он думал. Его разум прекрасно выдерживал многопотоковые размышления, поэтому он одновременно думал о Докторе и его живой машине и о Джеке. Джеке, который привычным, хорошо знакомым жестом кладёт ему руку на шею. Ему, Янто Джонсу… другим. ТАРДИС — это не машина, что бы там ни говорили Джек и Старк. Она живая, древняя, но не уставшая от жизни, любопытная, задорная, покинутая. Произошедшая авария не лишила Доктора транспорта. Она разлучила возлюбленных. И ТАРДИС страдала, как, наверное, страдал бы сам Локи, если бы его насильно оторвали от Джека. Она не могла говорить на языке гуманоидов — может, Доктор её и понимает, а может, просто чувствует. Но Локи не мог забыть того, что почувствовал, когда коснулся приборной панели. Джек сказал — ТАРДИС не сможет найти Доктора в пространстве и времени. Локи в этом сомневался. Он сам сделал бы всё возможное, чтобы отыскать Джека. И он был уверен, что ТАРДИС тоже пойдёт на всё ради своего Доктора. Такова временами неприятная, угнетающая, раздражающая до зубовного скрежета сущность любви. Но ТАРДИС пуста. Ей не хватает энергии, и Старк с его примитивными мидгардскими технологиями ничего не мог сделать. Джек пошевелился во сне. Призраков прошлого больше не будет. Причина аномалии найдена, и Старку больше нет необходимости запускать свою установку. Локи должен был чувствовать облегчение от этого — но не чувствовал. Он желал бы, чтобы прошлое навсегда осталось там, где ему и место — но он понимал, что Джек видит это иначе. Для Джека возможность ещё раз увидеть тех, кого он любил и потерял, это дар судьбы. Мысли не путались, но сплетались. По-прежнему бодрствуя, Локи впал в какой-то ступор, похожий на транс. Он уже не направлял ход размышлений, а качался на его волнах — и вздрогнул, когда увидел, что Джек открыл глаза. — Эй, ты как? — спросил Джек чуть хрипло спросонья. — Иди сюда, поздно. Локи подчинился, возвращая целиком асгардский облик и лишаясь большей части ночного зрения. Джек под одеялом оказался горячим. И он заворчал, что Локи — сосулька, но всё равно прижал к себе, поцеловал в висок и велел спать. Через пару минут он задремал снова, а Локи продолжил свои размышления. Они должны были рано или поздно к чему-то привести. *** Встретились всей толпой, хотя Джек предпочитал говорить — командой. Смертная, её муж с ребёнком на руках, Старк и Джек с Локи. Все вместе они расположились в просторном, светлом офисе в центре Кардиффа. Старк не разменивался по мелочам и купил понравившуюся высотку. Объявил, что дизайн чудовищен, пообещал, что скоро здесь сделают ремонт, а потом выставил на стол коробки с пиццей, потеснив оборудование смертной. Смертная морщила нос — похоже, восхищение Старком начинало сходить на нет. Джек был серьёзен. А Локи веселился. Старк его, конечно, подбешивал, но было в мидгардском гении нечто обаятельное. В том числе — любовь к роскоши, которая не была чужда и самому Локи. Во всяком случае, он бы тоже выбрал самое пафосное здание в городе. Только, конечно, не уродливую высотку, а ратушу — но это уже дело вкуса. — Итак, что мы имеем? — спросил Старк, откусывая от куска пиццы. — Доктор где-то в будущем — иначе нашёл бы способ подать сигнал из прошлого. Где именно — никакого способа определить нет. А дата, из которой затягивало признаков, это не подсказка, а всего-навсего случайность, связанная с настройкой будки. Что я упустил? Ничего. Вскочив на ноги, он прошёлся по светлому пустому офису, выглянул на улицу в большое окно, пощёлкал пальцами — совершенно безрезультатно. — Мы можем зарядить ТАРДИС, — сказал Джек после паузы, — если перевезём её сюда, в Кардифф. Все уставились на Джека с удивлением, а он продолжил: — Здесь находится пространственно-временной рифт, для ТАРДИС это — всё равно, что станция подзарядки. — Это всё ещё не решит проблему поиска Доктора, — заметил Локи. — Это первый шаг, — оптимистично объявил Тони, — и я предпочитаю двигаться, а не топтаться на месте. Подорвавшись, он нажал на коммуникатор в ухе и начал диктовать кому-то инструкции — что и как перевозить. Смертная обернулась к Джеку и спросила тихо: — Значит, призраки были из-за этого? Это единственная причина? Джек молчал долго, прежде чем кивнуть. — Не потому что… — Мир не вращается вокруг Торчвуда, — пожал он плечами и ослепительно фальшиво улыбнулся. Со стороны выглядело так, словно у Джека свело скулы. — Они не вернутся, — прошептала смертная. — Эй, бросьте, — подал голос Старк, договорив по коммуникатору, — никто не мешает включить ту штуку ещё на полчасика, попрощаться и все дела. — Нет, — резко оборвал его Джек, вставая из-за стола, — аномалии появлялись из-за того, что ты заигрался с ТАРДИС, мы не станем их повторять. — Почему нет? — фыркнул Старк. — Они никому не вредят и… — Джек! Он обернулся к смертной. Наверное, только Локи заметил, насколько он бледен. — Мы зарядим ТАРДИС, — сказал он ровным тоном, — после чего займёмся анализом того происшествия. Возможно, нам удастся вычислить, куда именно закинуло Доктора. Если справимся — я смогу пилотировать ТАРДИС. Последнее прозвучало достаточно уверенно для окружающих, но Локи различил нотку сомнения в его голосе. Делал ли он это раньше? Нежели Доктор настолько ему доверял? — Я возвращаюсь на корабль, — продолжил Джек всё тем же неестественно спокойным голосом, — Тони, через сколько прибудет ТАРДИС? Старк сказал — к девяти утра следующего дня. — Гвен, загрузи всю информацию о крушении, которая есть у Тони, в наши приборы. Локи? — он протянул руку, и Локи немедленно коснулся его пальцев. Джек запустил перемещение, и уже делая шаг сквозь пространство, Локи услышал возмущённое восклицание Старка: — Это что, Тессеракт?! Джек упал в капитанское кресло и опустил голову. Немного подождав, Локи присел на подлокотник, погладил своего любимого мидгардца по коротким волосам и произнёс то, о чём думал всю прошлую ночь: — Она хочет вернуть Доктора. Она поможет нам. Джек коротко рассмеялся. — ТАРДИС удивительна, — сказал он, — но это корабль. Прекрасный механизм. Едва ли он что-то хочет. Не то, чтобы Локи ожидал, что Джек поймёт. Это было то, что лежало за гранью его восприятия — как магия, как Бифрёст. Видя всё своими глазами, Джек умудрялся игнорировать те факты, которые разбивали его научную картину мира. Очаровательно. — Я собираюсь отправиться в завтрашнее утро прямиком отсюда, — сказал Джек устало, — надо зарядить ТАРДИС и попытаться разобраться в показаниях приборов. Мы не сможем обшаривать время минута за минутой, чтобы найти, куда выкинуло Доктора. Хотя… — он покачал головой, — если приборы не помогут, так и поступим. Это Доктор… когда он где-то появляется, он оставляет следы. *** Главное, что было понятно из показаний приборов — им нужны другие приборы. Смертная определила точное время и место катастрофы, и Джек с Локи, накрытые невидимостью, отправились туда. Всё выглядело как одна короткая кислотно-жёлтая вспышка — ТАРДИС, Старк и Доктор пропали. Джек угрюмо смотрел и на ящик из Торчвуда, и на манипулятор — но, очевидно, ничего обнадёживающего не находил. Потом они заряжали ТАРДИС, поставив её прямо посреди городской площади. Мидгардцы, демонстрируя свойственную им узколобость, ничего не замечали. Внутри сначала было темно, а потом приборная панель засветилась жёлто-зеленоватым мерцающим светом. Старк кинулся к своим компьютерам, смертная хмурилась, Джек смотрел с нечитаемым выражением лица. И, похоже, только Локи чувствовал изменения, а не просто видел их. ТАРДИС пробуждалась от глубокого тяжёлого сна, и Локи хотелось смеяться вместе с ней. Сдерживая неуместную улыбку, он подошёл ближе и дотронулся ладонью до прохладной панели, там, где билось сердце, прокачивая по сосудам чистую атронную энергию. Он почувствовал ласковое прикосновение к сознанию, короткую вспышку древней печали, и подумал в ответ: «Мы его вернём». Исправился: «Я его верну, обещаю». Это была ответственность, которую он не мог переложить даже на плечи Джека. Ни на кого. Они все хотели помочь Доктору. И только Локи обещал помочь ТАРДИС. — Зарядка продолжится ещё двенадцать часов, — сказал Джек, разрушая очарование момента, — но у нас всё ещё остаётся главная проблема. — Маячок, — вдруг сказал Старк. Остальные посмотрели на него с недоумением, а Джек сказал: — Может сработать. Если не потеряем сигнал, конечно. — Вы объясните, что это значит? — возмутилась смертная, и в кои-то веки Локи был с ней солидарен. — Мы знаем место катастрофы. Я могу запитать маячок от манипулятора временной воронки и прицепить его к Доктору. — Почему бы тогда не удержать Доктора в момент крушения? — спросила смертная, и Джек со Старком пустились в объяснения — как именно работают временные парадоксы. Джек закончил с невесёлой улыбкой: — Доктор не скажет спасибо, если мы вытащим его, наплодив ещё парочку парадоксов. Локи считал: «Помимо меня». Несколько часов почти ничего не происходило. Джек программировал маячок. Старк возился с компьютерами, при этом делая вид, что не пытается выкрасть у Джека манипулятор для изучения. Локи сидел неподалёку от приборной панели, чувствуя приятную ментальную близость ТАРДИС. Ему помешала смертная. Сев рядом, в недопустимой близости, она спросила бесцеремонно: — Как вышло, что вы вместе? — Тебя это не касается, смертная. — Что, — она тряхнула темноволосой головой, — так и не потрудился запомнить моё имя? Локи раздул ноздри. — Мне нет смысла его запоминать. Моргнуть не успею, как ты умрёшь. Но смертная не вскочила на ноги с видом оскорблённого достоинства, не разразилась руганью. Она спросила: — Интересно, о Джеке ты думал бы так же, будь он смертным? Локи ответил, конечно — что он не собирается играть в вероятности. Но где-то в груди сделалось холодно и пусто. Он не желал воображать Джека смертным. Смертная… Гвен Купер отошла молча. Джек позвал: — Можем выдвигаться. Взяв Локи за руку, он улыбнулся Гвен и Старку, подмигнул и сказал: — Ну, детишки, не шалите тут без нас. Локи успел увидеть, как Старк демонстрирует мидардский неприличный жест — и они снова отправились в прошлое. Локи накрыл их невидимостью. ТАРДИС стояла в проулке Нью-Йорка — если обернуться, можно было увидеть бесконечные высотки. Дверь будки была открыта, возле неё оживлённо что-то обсуждали Старк и Доктор. В прошлый раз Локи был слишком занят приборами Джека, но теперь смог его изучить. Доктор был молод. Пожалуй, даже слишком. На нём был коричневый пиджак, у воротника белой рубашки была повязана бабочка. Беспорядок в каштановых волосах был явно искусственного происхождения. Локи подумал, что кого-то Доктор ему напоминает — этой моложавостью, быстрыми движениями, торопливой речью и совершенно страшными старыми глазами. Но выцепить из памяти аналогию он не сумел. Всё произошло слишком быстро. Джек протянул Локи маячок — плоскую прозрачную пластинку, он отправил его на рукав пиджака Доктора. Тот повёл плечами. Старк сказал что-то про дистанционное управление и голосовых ассистентов. Доктор щёлкнул пальцами. Полыхнуло жёлтым, рот начало вязать от кислого привкуса — и всё исчезло. *** Вернулись они не к ТАРДИС, а на корабль — Джек загружал данные маячка в бортовой компьютер, но, судя по его лицу, обнадёживающих результатов не находил. Зато сказал: — Вернёмся часом позже. Хочу… посмотреть, как они сработаются. — Старк с Гвен Купер? Джек кивнул. У них был час. Технически, у них было всё время мира. Накануне Локи сам отказался от близости с Джеком и сейчас думал, что совершил ошибку. Ему отчаянно хотелось устроить очередное шоу иллюзий, сделать так, чтобы снова, как раньше, мысли и внимание Джека принадлежали ему одному. Но он понимал, что не может. Не находил в себе злого задора, который был так необходим. Поэтому он делал то, что мог — целовал руки возлюбленного, касался губами каждого пальца, ощущая затапливающую сердце нежность. Может, она была его собственной, всегда жила в нём. А может, он узнал её впервые, прикоснувшись к разуму ТАРДИС. Это было не то, что следовало говорить Джеку. Есть вещи, которые только портятся от слов. Локи сидел на корточках возле кресла, держа Джека за руки, читая в его глазах удивление. Сказал: — Хочу, чтобы ты был счастлив. — Я счастлив, — отозвался Джек, но Локи выпрямился и накрыл его губы своими, не давая развить эту тему. Разговоры будут когда-нибудь потом. Сейчас они всё только испортят. Локи целовал Джека бережно. Он привык думать, что хочет всегда быть вместе с ним. Теперь впервые появилась мысль: он хочет, чтобы Джек был по-настоящему счастливым. Даже если бы это значило отдать его призракам прошлого. — Эй, — сказал Джек, врываясь в мысли Локи и касаясь ладонью его щеки, — не смотри так. Мы вернём Доктору его гоночную машину, вручим Гвен с Тони Торчвуд-5 — и снова вернёмся к нашим путешествиям. Локи? Он ничего не ответил, только возобновил прерванный поцелуй, постепенно углубляя его. Джек перетянул Локи к себе на колени, привычно поворчав насчёт веса. Локи зафыркал, но тут же задохнулся от удовольствия, скрипнул зубами, зашипел. В настроении был Джек или нет — он явно не собирался позволить Локи думать о чём-то постороннем.