Призраки прошлого

Они вернулись спустя полтора часа по мидгардскому времени. На входе старковский искусственный интеллект потребовал, чтобы они назвали имена, просканировал их лица, а потом открыл дверь. В холле новой высотки Старка стояла открытая нараспашку ТАРДИС, из которой змеями выползали пыльные провода. Сам Старк сидел прямо на полу и копался в каких-то жестянках. Гвен Купер оторвалась от большого голографического экрана, чтобы помахать Джеку рукой. Но всё это имело очень мало значения. Потому что помимо них в холле было ещё три мидгардца. Три человека, которых не должно было здесь быть. Призраки. Улыбчивая Тошико, её неприятный спутник и, конечно, Янто Джонс. Локи стиснул пальцы в кулак так, что по запястью прошла волна холода — асгардская маскировка трещала по швам. Кинул быстрый взгляд на Джека, увидел, как напряжённо дёрнулся его кадык. Повисло молчание. А потом Джек, уверенно пройдя по холлу, сунув руки в карманы любимого пальто, спросил, обращаясь к Старку: — Что они здесь делают? Казалось, он вовсе не видит призраков. Зато их видел Локи — как удивлённо смотрела Тошико, как хмурился её спутник, как Янто Джонс застывает неподвижно, будто не может поверить собственным ушам. — Они безобидные, — пожал плечами Старк, — а мне нужны. Точнее, — он расплылся в агрессивной улыбке, — мне нужна вот эта королева компьютерных наук, остальные шли в комплекте. — Спасибо, придурок, — проворчал хмурый. — Не обижайся, Боунз. Гвен громко рассмеялся. Старк ткнул в неё пальцем и сообщил: — Хоть кто-то шутки понимает. — Убери их. Немедленно, — потребовал Джек таким тоном, которого Локи ещё у него не слышал. — Джек… — прошептала Тошико. — Их не должно здесь быть, ты играешь с природными аномалиями, природу которых… Старк вскочил на ноги, перешагнул через свои железяки и сказал: — Маячок не сработал. Можешь ни слова не говорить о показаниях, он не сработал. — Откуда ты знаешь? — тихо спросил Джек, ставший вдруг очень усталым. — Принцип неопределённости Гейзенберга. Говорит о чём-нибудь? Мы пошли другим путём. Пытаемся рассчитать силы временного взрыва, который нас раскидал. Для этого мне понадобилась она. — И теперь по миру разгуливают проекции прошлого? — уточнил Джек. — Они безвредные. Ох, да брось, — Старк закатил глаза, — если бы они могли влиять на прошлое, нас бы тут уже не было. Раздавленная бабочка и всё такое. А потом, пока Локи стоял недалеко от входа и наблюдал за происходящим, Янто Джонс подошёл, положил руку Джеку на плечо, привлекая внимание. Джек обернулся. — Странно знать тебя, но не помнить ничего, — сказал Янто и добавил обеспокоенно: — Я действительно умер? Джек кивнул. — И ты видел? — тише спросил Янто. Получив ещё один кивок в ответ, он вдруг резко привлёк Джека к себе, крепко обнял и… Локи не был уверен, откуда взялась его выдержка. Он не прошил кинжалом смертного, проклятую аномалию, это отвратительное, неестественное порождение старковской машины. Он не сказал ни слова. Даже не дёрнулся, когда Янто поцеловал Джека прямо здесь, в холле, на глазах у толпы. Джек отстранился сразу, сделал шаг назад, покачал головой и сказал хрипло: — Не лучшая идея, — повернулся к Янто спиной, подошёл, чеканя шаг, к оставшимся членам команды и произнёс: — Я рад вас видеть. Хотя вас и близко тут быть не должно. — Я знаю, — кротко сказала Тошико, — мы уйдём, как только я закончу расчёты. Жаль, что я умерла, — и улыбнулась. *** Локи стоял у стены. Джек, Старк и Тошико возились с расчётами и приборами, которых становилось всё больше. Бесполезные члены команды — хмурый доктор, Гвен Купер и Янто Джонс — слонялись кругами. Янто ещё делал кофе. Любезный такой, услужливый. Локи всерьёз думал о том, что может оторвать ему голову — голыми руками, даже не напрягаясь. А вот магией его было не взять — аномалия. — Эй, Рудольф, иди сюда! — крикнул Старк, оглядываясь на Локи. И, оказалось, что это дурацкое обращение стало последней каплей в плоской и не слишком-то объёмной чаше его терпения. В одно мгновение он оказался у Старка за спиной, в руку лёг кинжал, и Локи приставил его режущей кромкой к беззащитному горлу. Пальцы вцепились в волосы. — Больше уважения, смертный, — прошептал Локи и тут поймал взгляд Джека. В нём не было злости или возмущения — Джек выглядел виноватым, словно точно знал, что он виноват в этом срыве. Так и было! Так быть не должно. Кинжал исчез, Локи отступил, поправил мидгардский пиджак и спросил светским тоном: — Что тебе нужно, Старк? Оказалось — нужно было вывести магической проекцией сложный чертёж. Оказалось, там закралась ошибка, всё не так — и троица опять погрузилась в вычисления. Локи сделал вокруг них несколько кругов, всякий раз бросая ледяной взгляд на смертного, который вызвал его ненависть. Если бы он был живым. Не аномалией, не проекцией, а живым существом из плоти и крови, Локи не был уверен, что сдержался бы. Он думал, что ревность была ему знакома — в конце концов, Джек вызывал её регулярно. Но то, что охватило его сейчас, казалось в десятки раз мощнее. Остановившись на очередном витке, он понял, что Янто Джонс имеет беспрецедентную наглость смотреть на него. Он сделал несколько шагов, подходя ближе. Джек был слишком занят, споря со Старком о математике под смех Тошико, он не видел их. Локи оскалился. — Значит, — ровно произнёс Янто, — вы вместе? Знаю, я умер, моё мнение не в счёт, но… ты мне не слишком нравишься, — и он улыбнулся маленькой сдержанной улыбкой, словно извиняясь за то, что испытывает антипатию. — Меньше всего меня интересует твоё мнение, смертный, — прошипел Локи. Янто вздрогнул и уставился на Локи в упор. Они были почти одного роста, что ощущалось некомфортно. — Смертный? — повторил он. — А сам ты, выходит, бессмертен? — Я бог! Эмоции, которые отразились на лице мидгардца, оказались удивительными. Локи увидел их быструю смену: обида, боль, ревность, понимание, принятие решения, радость. — Хорошо, — наконец, сказал Янто, делая шаг назад, — это очень хорошо. И он ему улыбнулся. По-настоящему, широко. Сбитый с толку, Локи повернулся к нему спиной и сбежал в угол, подальше. Злость больше не душила его. *** На самом деле, было скучно. Локи подразнил Гвен Купер — без злости. Просто она его немного бесила. Напугал хмурого доктора иллюзией огромного паука — доктор завизжал как девчонка, начал шарить руками по спине в поисках пистолета, потом попытался прибить паука каким-то прибором. В итоге вмешался Джек, рявкнул на Локи, велел доктору лечить нервы и объявил перерыв на пиццу. За столом Локи перепутал местами все чашки — Джеку достался сладкий крепкий чай, который он терпеть не мог, а Старку, нарочно, жиденький кофе с клубничным сиропом. Пицца позеленела и отрастила ноги. Салфетки убегали, когда кто-то пытался протянуть к ним руку. А потом, к раздражению Локи, вся команда Торчвуда приспособилась к этим фокусам — и стало неинтересно. Когда с едой было покончено, Старк поднялся, потёр подбородок и сообщил: — Ерунда выходит. Судя по тому, что ни Тошико, ни Джек ему не возражали, что-то, и правда, не ладилось. Доктор спросил, что не так — Тошико пустилась в объяснения, которые он тут же сам и оборвал. Раздражённо фыркнув, Джек полез за удостоверением и написал что-то на психобумаге. Ещё несколько часов они ждали ответа, но его не последовало. Научные споры затихли. — Да ладно, — как-то неубедительно протянул Старк, — у нас тут лучшие учёные планеты, себя имею в виду. Решим мы эту задачку. А Локи сказал тихо: — Давайте спросим ТАРДИС. На него посмотрели, разумеется, с оттенком недоумения и удивления. Мидгардцы. Так привычно ограниченные своей наукой. Поднявшись из-за стола, Локи щелчком пальцев убрал оставшийся после еды беспорядок и первым прошёл в ТАРДИС. Теперь, наполненная энергией, она вся светилась. Огромный зал поражал воображение. Как и в первый раз, провода, тянувшиеся от панелей, выглядели отвратительными пиявками. Локи приблизился к приборной панели, положил руку на неё — тёплую, живую. Он обещал, что найдёт Доктора. Но ему нужна помощь. Он не умеет видеть сквозь время. Всё, что ему нужно, это информация. Игнорируя восклицания Старка, он одним движением сорвал провода и отбросил их в сторону. Призраки растаяли. Потом он обошёл панель слева, положил пальцы на край, подцепил. — Что ты делаешь? — спросил Джек обеспокоенно. — Локи? Локи делал то, что должен был — то, о чём так отчаянно просила ТАРДИС. Он сказал: — Помогаю ей найти вора. — Вора? — переспросил Джек. Как в тумане, Локи ответил: — Он думает, что украл её. Хотя, конечно, это она его украла. Пока он говорил, пальцы искали, за что ухватиться. Наконец, он сумел отыскать тонкую металлическую кромку, взялся за неё и без труда поднял. Внутри оказался свет. Кислая, тёплая энергия потекла из самого сердца ТАРДИС навстречу Локи. Разум обожгло сиянием. Крик Джека затих далеко. Двери ТАРДИС захлопнулись, и Локи почувствовал, как они перемещаются в будущее, к Доктору. *** Локи стоял посреди ТАРДИС. Его разум сделался огромным и необъятным. Локи ногами чувствовал вибрацию — как несётся под ним по солнечной орбите маленькая Земля. Он видел каждое мгновение времени в каждой точке необъятного мироздания. Мама ласково касается морщинистой крепкой ладони отца. Тор, Сиф, Селвиг, Джейн Фостер и её раздражающая подружка сидят за столом и едят пиццу. Они громко смеются. Рука Тора расслабленно лежит на спинке стула Джейн. Взъерошенный, смешной Джек играет в мяч с отцом и братом на залитой солнцем поляне. Им так хорошо вместе. Доктор летит вперёд в будущее — так просто его удержать. Вот он, стоит у двери, хлопает глазами и поправляет бабочку. Маленький Локи создаёт первое заклинание, и мама целует его в щёку, хваля за прилежность. Джек, стоя на коленях, обнимает Янто Джонса — из того по капле уходит жизнь, и с этим ничего, совершенно ничего нельзя сделать. Но, конечно, Джек обещает его помнить. Он всех помнит. Джек отстреливается отчаянно и совершенно бесполезно — далеки, которых Локи никогда не видел, ни сейчас узнал без труда, машины без капли эмоций, наступают. Неповоротливые, медленные, похожие на огромные солонки и совершенно неумолимые. Джек разряжает в них автомат, отбрасывает его и достаёт пистолет. Это конец, это — последнее. Пули отлетают от щитов и, когда в магазине ничего не остаётся, Джек выпрямляет спину и принимает мгновенную смерть, глядя ей в глаза. Худенькая храбрая девочка срывает защитную панель и заглядывает в воронку времени — её так легко понять, она тоже хочет найти и спасти Доктора. Она думает только о нём и не замечает, как её воля меняет реальность. Джек оживает. У Локи горело всё тело. Временной вихрь проносился сквозь него мощным потоком, и остановить это было уже нельзя. Пожалуй, Локи и не хотел. Он всегда тянулся к знаниям, видеть мир таким, какой он есть, было слишком пленительно. Джек теряет свою команду. Одного за другим. Джек похоронен заживо. Джек бежит из Мидгарда, чтобы никогда больше не возвращаться. Он видит призраков. Если ему так хочется, пусть они останутся. Пусть вернутся эти глупые смертные мидгардцы, если это нужно Джеку. Локи слышал чужие голоса как сквозь толщу воды. А потом он увидел Джека, смог сосредоточить на нём взгляд и улыбнулся. — Эй, — прошептал Джек, — тебе нужно это остановить. Понимаешь? Нет, Локи совершенно не понимал его. Глупый, любимый Джек — зачем это останавливать? Никогда ещё Локи не был таким цельным, таким могущественным как сейчас. Даже боль не имела значения — если это плата, то он был с ней согласен. — Локи… Никто не может пропустить через себя энергию временной воронки без последствий, понимаешь? Тебе нужно остановиться. Иди сюда… Спорить с Джеком он не хотел, послушно подошёл, улыбнулся своему мидгардцу. Только его. Его собственный человек. Он ощутил его руку на шее, послушно подался вперёд и прижался губами к губам Джека. Стало горячо, невыносимо. И темно.