С широко закрытыми глазами

Анна любит звук, который издают колеса, когда машина медленно едет по гравию. Это мягкое успокаивающее шуршание. Она почти жалеет, когда они заканчивают движение и Кристофф глушит мотор. Свен на заднем сиденье начинает нетерпеливо скулить, и Кристофф посмеивается. — Не терпится размять лапы, приятель? Подожди, только открою тебе. Он выходит и открывает дверь своему огромному мохнатому мастифу. Пес радостно визжит и начинает крутиться и бегать по дороге туда и обратно. Анна покидает машину последняя и тут же останавливается, осматриваясь. — Это просто… Вау, — произносит Кристофф рядом с ней. Когда Анна впервые упомянула, что хочет оставить шумный Лондон и пожить где-нибудь в тишине на берегу озера, Эльза, конечно же, это запомнила. И вскоре после того, как Кристофф попросил ее руки, и Анна дала свое согласие, ей позвонили и пригласили на обсуждение концепции их будущего дома. Эльза объявила это своим подарком к грядущей свадьбе, и, конечно, отказалась брать хоть пени за него. И пока Анна работала над подготовкой важной церемонии, лучшие архитекторы, дизайнеры и строители трудились над воплощением их семейного гнездышка. Эльза приложила все усилия и огромное количество средств, чтобы строительство было завершено в срок. Если подумать, это не так уж сложно, когда ты глава крупнейшего строительного холдинга в Объединенном Королевстве, если не во всей Европе, но все же. Было приятно, что она уделила столько внимания тому, чтобы воплотить мечту Анны, даже если это значило, что теперь они будут жить гораздо дальше друг от друга, чем раньше. Анна знала, что этот небольшой нюанс много значил для ее сестры, как трудно Эльзе было отпускать ее в новую самостоятельную жизнь. И вот в этот самый момент, Анна стоит перед своим загородным домом, последний штрих которого выполнен перед их возвращением из медового месяца, и все слова изумления и восхищения не могут описать то, что она думает. Вау, как очень емко заметил Кристофф. Она знает, что внутри дом очень просторный, но снаружи он совсем не выглядит массивным. Приземистый и вытянутый, с отделкой стен деревом, с плоской кровлей, большими окнами, отражающими близко растущие высокие деревья — он изящно вписан в окружающий природный ландшафт и не выбивается из него, несмотря на его современный вид. Намного позже после начала строительства Анна узнала, что земля на много миль вокруг, вместе с нетронутым густым лесом и небольшим озером, также принадлежит ей. Эльза позаботилась, чтобы больше никто другой не смог вести здесь строительство. Анна идет по дорожке, ведущей ко входу, замечая и восхваляя у себя в голове каждую деталь: вот солнце пробивается сквозь огромные окна, пронизывая весь дом, вот перед фасадом возвышается огромный вековой дуб — работы нужно было производить очень аккуратно, чтобы не повредить его, чуть дальше на лужайке устроены небольшие группы растений в окружении уложенных валунов, так продуманно и любовно, как будто природа сама, а не человек, создала этот ландшафт. Как дочь своих родителей и одна из наследниц строительной империи, она знакома с технологиями и тонкостями работ, и как художник, она видит красоту и эстетику. Внутри дом — воплощение удобства и торжество инженерной мысли. Множество систем незримо выполняют свою работу, чтобы он мог полностью функционировать без участия хозяев. Интерьер минималистичный, но не выглядит просто и скудно, Анна видела визуализации много раз и согласовывала их, поэтому теперь обстановка кажется ей уже знакомой и привычной. Большая гостиная с видом на озеро, в глубине кухонная зона, кабинет Кристоффа и ее мастерская на первом этаже, несколько спален на втором. Все без вычурности и излишеств, все удобно и уютно. Анна раздвигает стеклянные двери и выходит на деревянную террасу, ступеньки с нее убегают по склону вниз, прямо к берегу озера. Она смотрит, как лучи позднего солнца играют на глади воды, отсвечивают и переливаются. Она вдыхает полной грудью, чувствуя аромат леса. Кристофф подходит и обнимает ее сзади, устраивая подбородок на ее плече. Он выше ее, и ему приходится для этого наклониться, и Анна улыбается, хоть и не видит его забавной позы. — Здесь просто рай, — говорит ее муж и целует в щеку. Она соглашается простым кивком головы. — Осталось только перевезти вещи, и мы будем в нем жить, — продолжает Кристофф. — Только представь, больше никакого гула машин целыми днями, не надо дышать пылью и газом, никаких криков пьяных футбольных фанатов под окном. — Вот уж по чему я точно не буду скучать, — подхватывает Анна и смеется. -И у тебя наконец будет свое удобное место, где ты можешь писать картины. А я буду приезжать с работы, и мы будем садиться у горящего камина и рассказывать друг другу, как прошел наш день. — Ммм, — мечтательно протягивает Анна, — что еще нужно для полного счастья. Кристофф опускается и легко целует ее в шею. — Я знаю, что еще нужно, — шепчет он, — кое-что важное. Точнее, кое-кто. Он гладит руками по ее животу. — Еще один член семьи. У Анны перехватывает дыхание, и она кладет руки поверх его, тем самым останавливая его движения. — Ты хочешь ребенка? — Говорит она, слабо придавая голосу вопросительный тон. — Да. Да, я хочу, — отвечает Кристофф с радостной уверенностью. — Разве ты нет? Ты говорила, что тоже хочешь этого. Он задет, и Анна разворачивается, чтобы обнять его за шею. — Говорила, и это правда. Я хочу. Очень… — Она гладит его волосы и заглядывает в глаза, прося понимания. — Но я не уверена, что сейчас. — Ты сомневаешься? — Он говорит размеренно и мягко, не упрекая. — Разве сейчас не идеальное время для этого? Новый дом, новая жизнь. — Я знаю. И ты прав, но… Мне просто нужно немного времени. Кристофф наклоняет голову, выискивая в ее глазах причину ее нерешительности. — Ты волнуешься, — решает он. — Ничего, я понимаю. Это нормально — испытывать волнение, даже некоторый страх, разве нет? Думаю, к такому никогда нельзя быть полностью готовым. Ее сердце начинает сжиматься. — Я просто не хочу спешить. Кристофф долго смотрит на нее, и его взгляд задумчивый. Наконец он наклоняется, чтобы поцеловать ее в губы. — Нам не обязательно спешить, — Анна готова облегченно выдохнуть, но он продолжает. — И нам не обязательно откладывать. На самом деле, нам вообще не обязательно планировать это. Анна не понимает и ее брови чуть сдвигаются. — Раз уж мы оба так или иначе этого хотим, может быть нам просто, не знаю, отдать это в руки природы? — Кристофф немного смущается, прежде чем продолжить. — Я имею в виду, раньше мы всегда… Я всегда использовал защиту, но теперь, когда мы женаты, нам ведь не обязательно это делать. Может быть, мы можем обойтись без этого, совсем или частично, если тебе так будет комфортнее, и пусть все просто идет своим чередом. И если этому суждено случиться… Если ты забеременеешь… Просто знай, что это сделает меня самым счастливым мужчиной на свете. Анна слушает, и ее переполняют противоречивые эмоции. Она чувствует трепет, ей хочется сделать это для него, сделать его счастливым, но она понимает, что это идет наперекор ее собственным желаниям. Она не может сказать ему однозначное «нет», потому что не хочет лишать его вообще всякой надежды. И она не может продолжать это обсуждение, потому что знает, к чему это приведет. Он не будет давить на нее, не будет требовать, но она будет убеждать его, а он будет убеждать в ответ, и с каждым его доводом она будет чувствовать все больше и больше вины перед ним и наконец она согласится. Ее сердце начинает ускоряться. — Хорошо, — говорит она и сглатывает, — мы можем так попробовать. Кристофф сияет, Кристофф счастлив, а она может думать только о том, что в груди неприятно давит и перед глазами начинает кружиться. Поэтому она благодарна небесам, когда вдалеке начинает грозно лаять Свен, и Кристофф нервно оглядывается. — Может увидел какое животное в лесу, — предполагает он, — я пойду проверю, хорошо? Она почти не ощущает, как он снова целует ее, но слышит его удаляющиеся шаги. Анна смотрит вдаль, концентрируясь на противоположном берегу озера, и начинает считать деревья, все подряд, которые видит. Один, два, три, четыре. Она медленно делает глубокий вдох, потом также медленно выдыхает, и снова. Она кладет руку на сердце, давит на кожу, чтобы почувствовать болезненные ощущения. Ребенок. Это было бы слишком… большим событием. Последнее большое событие в ее жизни перевернуло ее мир на 180 градусов, и далеко не в лучшую сторону. Сейчас и так слишком много нового для нее. Ребенок будет слишком резкой переменой. Она боится. Шестнадцать, семнадцать, восемнадцать. Анна оглядывается в поисках Кристоффа, но его нигде нет. Она достает телефон и вызывает номер. — Добрый день, приемная доктора Гринштейна, чем могу помочь, — щебечет на той стороне приятный женский голос. — Добрый день, я хотела записаться на прием. — Ваше имя, пожалуйста. — Миссис Анна Бьоргман. На том конце слышно быстрое стучание клавиш. Двадцать четыре, двадцать пять. Вдох. Выдох. — Прошу прощения, миссис Бьоргман, вас нет в нашей базе данных. Боюсь, доктор Гринштейн в данный момент не принимает новых пациенток. Анна трясет головой. — Конечно, я забыла внести новые данные. Проверьте пожалуйста — мисс Анна Искрон. Девушка на том конце легко ахает, и Анна понимает, что ее узнали. — Конечно, мисс Искрон… То есть миссис Бьоргман… Поздравляю вас! — Она неловко хихикает. — Хочу предупредить, что доктор Гринштейн уезжает послезавтра на недельный семинар, и ближайшие свободные даты это 19 и 21. Когда вам удобно? Анна неосознанно прикусывает губу. — Вообще-то, не могли бы вы переключить меня на доктора прямо сейчас? — Конечно, сейчас узнаю, свободен ли он. Раздается короткий щелчок и начинает играть классическая мелодия. Тридцать три, тридцать четыре. Вдох. Выдох. — Мисс Искрон, привествую, — раздается на этот раз глубокий мужской голос, — или, как мне передали, мисисс Бьоргман. Мои поздравления. Анна закатывает глаза. — Я прошу прощения, что отвлекаю вас, доктор, но, боюсь, я не могу подождать до следующего приема. — Чем я могу помочь? Вдох. Выдох. Вдох. Когда сердцебиение под ее ладонью приходит в нормальный ритм, она в последний раз медленно выдыхает и выпрямляется. — Мне нужен рецепт на противозачаточные.