С широко закрытыми глазами

Настоящее время. — Так и куда мы едем? — Наконец не выдерживает Эльза, когда они уже выезжают на трассу, ведущую из города. — Домой, — просто отвечает Анна. Она думает, что сестра давно должна была догадаться. К тому же, разве были какие-то другие варианты? — К тебе домой, ты имеешь ввиду? Потому что из моего дома мы только что уехали, — недовольно уточняет Эльза. — Да, ко мне домой. Анна маневрирует среди неспешно движущегося потока машин и бросает быстрый взгляд на сестру, стараясь не отвлекаться от дороги. — Поживешь у нас некоторое время, — она неловко улыбается, пытаясь показать свой миролюбивый настрой. — И зачем? — Хмуро реагирует Эльза. — Затем, что я не хочу, чтобы ты была одна. Сестра фыркает. — Иными словами, ты хочешь лично проследить, чтобы я и алкоголь были как можно дальше друг от друга. Она всегда ворчливая, когда у нее похмелье, но Анна не обращает на это внимания. — Эльза, я беспокоюсь о тебе. Что бы тебя не тревожило и какая бы у тебя ни была причина, чтобы напиваться через день до беспамятства, я хочу помочь справиться с этим, — однако она не видит смысла лукавить, поэтому добавляет. — Но и да, это тоже. Эльза закатывает глаза и отворачивается к окну. — Послушай, — Анна протягивает руку и накрывает ею ладонь сестры, которую та держит на колене, — я хочу помочь. Я уверена, вместе у нас все получится. Но Эльза выскальзывает из ее прикосновения и скрещивает руки на груди. Это немного больно, и Анна в очередной раз думает, настолько ли хороша ее идея, как она изначально думала. Эльза явно недовольна, и Анна ждет, что она попросит развернуться и увезти ее обратно. — Я не взяла с собой никаких вещей, — безэмоционально говорит сестра, все также наблюдая пейзаж за окном. — Не страшно. В ванной есть запасная зубная щетка и все необходимое. Одежду пока можешь взять мою, — Анна понимает, что Эльза пытается найти отговорки, и хочет опровергнуть сразу все возможные. — Завтра мы съездим к тебе и возьмем все, что тебе может быть нужно. Но Эльзе все равно есть, что возразить. — И почему так сложно было сказать об этом дома, чтобы я сразу все взяла? — Потому что мы обе знаем, что ты бы отказалась ехать. — И что заставляет тебя думать, что я соглашусь завтра? Анна вздыхает. Иногда с Эльзой бывает нелегко. — Всего лишь надежда, что ты захочешь провести немного времени с сестрой, которая тебя очень любит и хочет позаботиться о тебе, — терпеливо отвечает она. Эльза не комментирует. Она сползает по сиденью, болезненно постанывая и разминая пальцами виски, и некоторое время тишину нарушают только тихие завывания очередной поп-звезды из магнитолы. Не прекращая свой массаж, она говорит уже менее раздражительно: — Надеюсь, у тебя еще осталась та голубая пижама со снежинками. Анна изо всех сил старается не улыбаться во весь рот. Конечно у нее осталась эта пижама. Когда они приезжают и заходят в дом, Свен набрасывается на них с радостным лаем. Эльза брезгливо пытается увернуться от его огромных лап, но пес продолжает выказывать свою любовь, в блаженном неведении о неприязни ее сестры к собакам. Анна мягко отзывает его, и Свен послушно шагает на свое место, не переставая интенсивно вилять хвостом. Но она втайне надеется, что рано или поздно их ласковый питомец растопит сердце Эльзы, и сестра начнет находить его присутствие успокаивающим. Кто знает, возможно это могло бы облегчить ее состояние. Они поднимаются на второй этаж, и Анна по очереди указывает на две комнаты. — Выбирай любую, — говорит она, — та, которая напротив, немного больше, но из этой зато вид на озеро. Эльза осматривает варианты, и проходит в комнату, которая граничит со спальней Анны. Она встает перед огромным окном и складывает руки в карманы. Сама Анна проходит в гардеробную. Она по очереди открывает шкафчики, пока не находит свежее постельное белье, и возвращается с ним в комнату. — Я принесу тебе одежду, и посмотри, все ли есть в ванной, что тебе нужно. Если чего-то нет, я тоже принесу, — говорит она и добавляет. — И кстати, если захочешь, в нашей ванной есть огромная джакузи с просто божественным гидромассажем. — Я знаю, — просто отвечает Эльза, не поворачиваясь. — Точно. Ты же утверждала проект. И принимала работу. Наверняка лично, — бормочет Анна. — Что ж, тогда ты здесь все уже знаешь и можешь чувствовать себя как дома. Анна начинает заправлять кровать, попутно пытаясь вовлечь сестру в разговор. — Чем хочешь заняться? Сестра лишь безразлично пожимает плечами. Легче сдвинуть машину голыми руками, чем пытаться разговорить Эльзу, когда она не хочет. — В детстве мы всегда могли найти, чем занять себя, — вспоминает Анна с теплотой, — и нам постоянно не хватало времени на все, потому что мы столько всего хотели сделать. Она погружается в воспоминания, в те далекие беззаботные годы, когда самым большим огорчением было всего лишь то, что приходилось идти домой с прогулки, когда начинался дождь. — Помнишь, у нас было так много игрушек, что я расстраивалась, что мы не успеваем поиграть в них все. Ты еще тогда составила расписание, в какой день и во что мы будем играть. Ты тогда хотела быть такой же важной, как папа, и все повторяла за ним, — Анна усмехается. Это кажется таким милым сейчас. — Я помню, по вторникам мы играли в наш кукольный домик. А по четвергам в монополию. Родители еще всегда ругались, что мы засиживаемся допоздна. Эльза, очевидно бездумно, вытаскивает руку из кармана и потирает ею другую. — Потому что ты до последнего не хотела сдаваться, — тихо говорит она. Ее голос звучит осторожно, почти нежно, и Анна надеется, что теплота воспоминаний способна растопить эту ледяную стену между ними. — Я бы и сейчас не стала. Хотя, надеюсь, мои навыки достаточно выросли, чтоб выиграть тебя, — она выпрямляется и с легким вызовом смотрит на сестру, пусть даже она и не видит этого. — Хочешь проверить? Я нашла нашу старую игру, когда перевозила вещи. Эльза наконец поворачивается, в ее глазах быстрой искрой мелькает интерес. — А мы не слишком взрослые, чтоб играть в монополию? — С сомнением спрашивает она. — Да брось, нельзя быть слишком взрослым для монополии, — со смехом отмахивается Анна, — хотя признаю, тебе уже может быть не так интересно, учитывая все, чем ты занимаешься на работе. Все эти объекты, дочерние компании, акционеры и еще куча всего, в чем ты я не знаю как разбираешься. Взгляд Эльзы гаснет, как и улыбка, едва успевшая зародиться в уголках ее губ. — Пожалуй, я не хочу, — заключает она. Изменение ее состояния настолько очевидное, что Анна не может не спросить. — Я чем-то задела тебя? Я вижу, что задела. Что такое, Эльза? — Просит она мягко. — Все нормально. — Сомневаюсь, — аккуратно возражает Анна. — В компании все в порядке? — Уверена, ты знаешь. Ты же следишь за сводками. Это так. Анна действительно старается не пропускать ни одной новости про Эренделл Групп, особенно если в них упоминается про ее сестру. Она знает про выигранные тендеры, стабильный рост акций, про досрочное завершение строек и длинный список наград и благодарностей. Даже если бы компания тщательно скрывала свои трудности, Кай бы ей непременно сказал. — Тогда в чем дело? — Ни в чем. Я же сказала, все нормально. — А я знаю тебя и вижу, что это не так. — Не дави на меня, Анна, пожалуйста. Эльза недовольно сжимает губы и обхватывает себя руками, и Анне ничего не остается, кроме как отступить. — Ладно, как скажешь, — без борьбы сдается она и меняет тему. — Спустимся поесть? Сестра осматривает застеленную кровать и отрицательно качает головой. — Хочу поспать. Голова просто раскалывается. Анна с грустью кивает, соглашаясь со очередным поражением. — Тогда я оставлю тебя. Она идет к выходу, но останавливается на пороге двери. — И, Эльза… — Говорит она, обернувшись. — Ты можешь отстраняться от меня, но я все равно буду рядом. Просто знай это. Сколько бы ей ни пришлось, она будет пытаться и искать нужные слова, чтобы достучаться до Эльзы. Чтобы вернуть свою сестру.