Как разливаются реки

Утро оказалось не таким волшебным, каким казался минувший вечер: встреча за кофе затянулась на несколько часов, сменившись на романтическую поездку по ночному городу. Однако романтика быстро улетучилась, когда стало очевидно, что от привычного крепкого сна осталась лишь пара-тройка жалких часов. Столь сильный недосып не мог не сказаться - Лауретта начала день в прескверном настроении, разбрасывая все предметы, которые попадались на её пути. Жертвой тяжелой руки стал вдребезги разбитый стакан, внушительная часть гардероба, теперь украшавшая половицы. И даже кабель для зарядки телефона не избежал тяжелой участи, оказавшись надорванным у основания. На счастье, Лауретта подрезала свои привычно длинные ноготки на следующий же день после возвращения к тренировкам - боксерская груша и длинный маникюр попросту не могут уживаться вместе. В утренней суматохе внимание Лауретты привлекли огромные черные ботфорты, компанию ему составило бесформенное и растянутое платье-свитер, едва прикрывающее бёдра. Не глядя, свалив в сумку всё, что попалось под руку, прихватив огромные солнцезащитные очки и крохотное пальто, она устремилась к выходу, однако за дверью её ждала удивительная картинка: на подъездной дорожке стояли две машины. Контраст между ними отчетливо бросался в глаза: по одну сторону, приглушив двигатель, стоял скромный серый Volvo, а по другую - небрежно оставленный темно-зеленый Mustang, чей мотор было слышно за версту. Завидев девушку на крыльце, оба водителя покинули автомобили: Натаниэль приблизился к крыльцу, протягивая Лауретте ладонь, Лоренцо же, наоборот, не двинулся с места, облокотившись о капот. — Давай помогу. - Пролепетал Натаниэль, подхватывая её за талию. Не проронив ни слова, Лауретта оказалась у серого автомобиля, дожидаясь, пока её кавалер откроет пассажирскую дверь: — Это что-то новенькое. - Пробубнил Лоренцо. - Ты так развлекаешься? - Его голос казался небрежным, однако отчетливо слышались нотки обиды. — Не завидуй, Сильветти. Как видишь, не ты один способен вести машину. — Ставлю сотню на то, что твой мальчик на побегушках не продержится и недели. — Удваиваю. Одновременно оба сели в автомобили, пока Натаниэль молча наблюдал за разворачивающейся сценой. Захлопнув пассажирскую дверцу, он быстро ретировался к месту водителя, после чего завел двигатель и попытался сдать задом, однако быстро нажал на тормоз, от чего его и пассажирку по инерции выбросило вперед. Позади, в паре десятков сантиметров, остановился зеленый Mustang, будто нарочно преграждая путь. Лоренцо несколько секунд всматривался в лицо девушки, много лет бывшей его подругой, но в знакомых чертах он не не узнавал её. Немного погодя он с силой нажал на педаль, моментально растворяясь в уличной суете. — Vaffanculo, coglione! - Громко выругалась Лауретта. — Могу я узнать, что это значит? - Натаниэль развернулся вполоборота, чтобы видеть лицо девушки, которое до сих пор скрывалось за широкой оправой. — Это значит, что Лоренцо Сильветти - редкостный засранец. Где мой кофе? — Кофе? - Он нахмурился. Лауретта с шумом выдохнула, осознавая собственную промашку. Её спутник не мог знать о том, что каждое утро она пила капучино, привезенный Лоренцо из кофейни за углом. Эта простая мелочь посеяла еще большее разочарование в сегодняшнем дне: — Неважно. Поедем? Не дождавшись реакции, Натаниэль приблизился к девушке, чтобы её поцеловать, однако та ловко увернулась, подставив свою щёку: — Что-то не так? - Спросил он, раздосадованный очередной бессмысленной демонстрацией. — Ранние подъёмы - не мой конёк. - Бегло ответила Лауретта — Сдаётся мне, дело не только в ранних подъемах. На последних слова он снова занял удобное положение и вывернул руль, чтобы выехать на дорогу. Проведя в пути несколько минут, Натаниэль не обронил ни слова, пока внезапно не остановился в парковочном кармане, после чего покинул автомобиль и зашел в ближайшую дверь, так и не нарушив молчания. Его не было около десяти минут, что заставило Лауретту нервничать. Сняв очки, она вглядывалась в окрестности, пытаясь встретить взглядом знакомый силуэт. Наконец, водительская дверь снова распахнулась, а следом в салоне материализовался её владелец. Вместе с ним машину заполнил и запах свежесваренного кофе, в протянутой руке: — Я не умею читать мысли, но тебе достаточно просто попросить. Я же не идиот, Лаура, я готов мириться с тем, что у тебя есть привычки, о которых знает Лоренцо, но я о них узнаю, только если ты начнешь разговаривать. Я хочу верить тебе, но пока что всё выглядит так, будто ты используешь меня в безымянной войне с ним. — Лауретта. - Вновь машинально поправила она. - Моё имя - Лауретта, ведь не так трудно запомнить. - Язвительные нотки так и сочились в её словах. - И дело совсем не в кофе или в привычках. Ты чувствуешь себя оружием в войне, потому что пытаешься ему подражать, но ты никогда не сможешь даже приблизиться к нему. Вовсе не потому что он лучше, а потому что его я не выбирала. Ты хочешь заменить того, кого мне навязали, а у тебя это не выйдет, потому что твой отец не Сильветти. Каждое утро я пью кофе с миндальным сиропом, - Она перехватила бумажный стаканчик и сделала небольшой глоток. - А это не он, потому что тебя, меня и этот капучино ничего не связывает. Закончив, она снова прислонила стаканчик к губам, потягивая горячий напиток, стараясь избежать взгляда Натаниэля: — По-твоему, у меня нет даже шанса построить с тобой свою историю? Лёд в его взгляде, казалось, остужал даже горячий бумажный стаканчик: — По-моему, наша история строится не вокруг нас, а в соревнованиях с Сильветти, а это заведомо проигрышный вариант. Я не могу отказаться от глупых привычек, а ты не можешь перестать сравнивать себя с Лоренцо на их фоне. Дилемма заключенного или почти нулевая эффективность по Парето. — Боже, женщина, твой рационализм при полной иррациональности происходящего - новый вид шарма. - Лицо парня смягчилось, снова просияв в улыбке. - И немного мазохизма. Увидев озадаченность на лице Лауретты, он приблизился и быстро поцеловал её, увлекая за собой все негативные эмоции. Мельком глянув на приборную панель, он охнул, отрываясь от девушки: — Кажется, мы уже опаздываем. Невзрачный автомобиль занял одно из немногих оставшихся парковочных мест. Глядя на часы, Лауретта убедилась, что звонок прозвенел почти десять минут назад, а это значило, что от очередной встречи с мисс Директор её отделяет лишь несколько метров. — Может прогуляем? — Что-то не так? - Спросил Натаниэль. — Сегодня не лучший мой день и я не готова провести остаток утра в кабинете мисс Директор. — Мисс Директор? - Он вскинул бровь. — Эта чертова директриса цепляется с первого дня своего прихода. — Совсем безосновательно? — Почти... Чёрт, эта женщина - Бен Ладден в юбке, устроила мне разнос в первый день после каникул. Тогда у неё не даже повода не могло быть. А еще, как назло, она коверкает моё имя, как ей вздумается. - Фыркнула Лауретта. — Если что-то случится - я всё улажу. Пойдём. Натаниэль покинул салон автомобиля и, наспех обогнув его, протянул ладонь девушке, помогая ей подняться на ноги. Глядя на её обувь, он каждый раз удивлялся, как можно ходить на таких высоких и острых штуках. — У тебя есть тайник с компроматом на эту женщину, о котором я не знаю? Пустующая парковка разразилась смехом, вперемешку со стуком каблуков о влажный асфальт: — Вроде того. Миссис Аллертон не узнает о твоем опоздании. — Вау, ты знаешь её имя. Ты случайно не из тех хороших парней, о которых пишут в книгах? — Скоро узнаем. Подходя к огромному кирпичному зданию, он снова притянул Лауретту к себе, увлекая в нежном поцелуе, скользя и играя её губами. К её удивлению, на входе их встретил скучающий охранник, оторвавшийся от газеты лишь на мгновение, ответив на кивок Натаниэля. Парень даже не сбавил темп, уверенно вышагивая по безлюдному коридору, пока они не достигли нужного кабинета. Получив очередной, но быстрый поцелуй, Натаниэль пожелал удачи и моментально ретировался, оставляя Лауретту один на один с закрытой дверью аудитории. Утруждая себя лишь единичным стуком и не дожидаясь разрешения, она уверенной походкой вошла в душное помещение. К удивлению обоих, они привлекали всеобщее внимание: одноклассники и зеваки, проходившие мимо, без толики стеснения пялились на них, бросая косые взгляды на их переплетенные ладони. При всем желании, Лауретта не смогла бы описать свои ощущения от сложившейся ситуации, самое близкое, с чем она могла сравнивать - тревога. За ланчем их встретила Алессия, в сопровождении своего кавалера, взвинченная и нервная, с противной улыбкой во всю ширину, не сползающей с её лица. Без капли намека на иронию, она пыталась утолить своё юношеское любопытство, задавая вопросы, от которых Лауретта хотела провалиться под землю. Чувство такта её подруге, определенно не знакомо, однако каждый раз, когда она терялась с ответом - на помощь приходил Натаниэль. Благодаря его усилиям, Лауретта не потеряла остатки терпения, граничащие с желанием убежать и спрятаться от столь пристального внимания. Не остался незамеченным и Лоренцо, гордо восседающий на своем прежнем месте в кафетерии. Его движения были медленными и размеренными, пока он со стороны наблюдал разворачивающуюся картину, даже не пытаясь скрыть своё презрение и надменность. Не готовый почувствовать себя бессильным в этих обстоятельствах, он занял позицию контробороны, стараясь сохранить внешнее спокойствие, прикрытое излюбленной щепоткой нахальства. Закончив утомительные расспросы Лауретты, Алессия и Леон присоединились к нему за столом, моментально переключив своё внимание, устремив поток бестактных вопросов в сторону младшего Сильветти. — Алес, пожалуйста, заткнись. — Не выдержал Лоренцо. — Эй, полегче. Своё дерьмо демонстрируй кому-нибудь другому. — Заступился за девушку Леон. — Ну так научи свою девочку открывать рот тогда, когда это нужно. Например, стоя на коленях... Закончить Энцо не успел, больно ударившись локтями, падая со стула. Леон с силой дернул за спинку, от чего тот перевернулся, рухнув на пол. — Следи за своим языком, Лоренцо. Оставь дерьмо при себе, потому что никто не хочет в этом участвовать. Опешивший Лоренцо не нашелся с ответом, когда Леон склонился над ним: — Мой тебе совет - научись справляться со стрессом. Например, подрочи, раз Лауретта больше не стоит возле тебя на коленях. Бросив грубые слова, Леон удалился, приобняв свою девушку, оставляя Энцо в одиночестве. Вопреки обычному укладу, в этот день в школе Фитцмилл родились несколько новых звёзд, отнюдь не тех, о которых говорят в новостях и показывают по ТВ. Скорее тех, о которых пишут мерзкие статейки в бульварных изданиях. Так, легким движением руки, а точнее двумя движениями, Лауретта и Лоренцо, хоть и порознь, но стали объектами пристального всеобщего внимания. На счастье обоих, учебный день близился к своему концу, оставляя череду этих унизительных взглядов окружающих позади. Оказавшись на парковке, Лауретта наблюдала, как десятки автомобилей один за другим покидают территорию, однако сама она оставалась в одиночестве рядом с неприметной машиной. Терпение исчерпало себя вместе опустевшей площадкой, достав телефон она нажала кнопку вызова. Гудок, а за ним ещё один, и ещё, затянувшиеся до тех пор, пока звонок не прервался, превысив ожидание ответа: — Porca miseria! (Чёрт возьми!) — Громко выругалась она. Гордая итальянская женщина не могла позволить себе унизиться до бездумных забегов в поисках мужчины, однако всё та же гордая итальянка не могла позволить себе поездку на школьном автобусе. Перебирая в голове варианты, казавшиеся ей один ужаснее другого, Лауретта не заметила, как рядом с ней остановился темный седан: — Надо же, я проиграл двадцатку. — Выкрикнул водитель, опуская стекло. — Поспорил, что ваша сладкая парочка продержится пару дней, но твой кавалер оказался быстрее, чем я думал. — Не знала, что ты нуждаешься, Сильветти. Могу одолжить, если всё так плохо. — О, нет, малышка Лу, по-моему одолжение нужно тебе. — Пробубнил он сквозь смех. Лауретта продолжала демонстративно копаться в телефоне, в надежде не показаться настолько жалкой, насколько её делала эта ситуация: — Купи очки. — С радостью. Вместе с тобой. Садись в машину, эта циркова шутка затянулась и перестала быть смешной. — Подкинуть денег на следующее представление? А то выглядишь так, словно проиграл последнюю двадцатку. — Не боишься отморозить свою прелестную задницу, пока твой принц не спешит к белому коню? — Он кивнул в сторону Volvo. — Залезай, Лаура. Ответом ей был глухой стук каблуков по влажному асфальту. Пропустив последние слова мимо ушей, девушка устремилась прочь, оставляя собеседника без ответа. Лучшим вариантом ей казалось добраться до ближайшего кафе, откуда она смогла бы вызвать такси. В конце концов Лоренцо был прав - на морозном воздухе, с нотками приближающих осадков, в своем крошечном и откровенно не согревающем наряде, она не долго сможет разгуливать по улице. Эта девушка казалась сумасшедшей, отказавшись от кожаного сидения с подогревом, она предпочла прогулку по февральской погоде на этих, безумной высоты, каблуках. Смирившись с поражением, Энцо нажал на газ и спешно покинул парковку, оставляя подругу далеко позади, верно рассудив оставить девушку наедине с её собственными решениями К его изумлению, это вызвало интерес и беспокойство. Преодолев жалкие двести метров, Лауретта успела несколько раз пожалеть о гордой итальянской женщине, взявшей верх над её разумом в этот день. Влажный и скользкий асфальт, казалось, был решительно настроен против неё, расстилаясь перед падением, однако вопреки всем законам вероятности - девушка продолжала семенить крошечными шажками, лишь чудом не распластавшись по среди улицы. От конечной точки её отделяли пара кварталов, однако прямо сейчас это расстояние казалось бесконечно далёким. Преодолев ровно половину пути, краем глаза она заметила, как за ней по пятам следует автомобиль, оставаясь буквально в метре позади. Со скоростью раскатившейся молнии она обернулась, узнав в преследователе до боли знакомый Mustang Bullit. — Oh mio Dio (господи), Лауретта, сядь в чёртову машину! — Прокричал ей водитель из открывающегося окна. Однако девушка не спешила. — Черта с два, Сильветти, ты не разговаривал со мной неделю, так что я никуда не поеду! — Она осеклась. — С тобой. — Гораздо тише добавила она. Возмущенный несговорчивостью, Лоренцо выскочил из машины, оставив дверь нараспашку буквально на проезжей части, рискуя получить значительные повреждения автомобиля от столь импульсивных поступков. Приблизившись к девушке, он больно схватил её за локоть и потащил за собой, желая поскорее усадить эту противную задницу в салон авто. Лауретта пыталась отбиваться, хлопая его по рукам и спине, но безуспешно, её тонкие ладошки не могли нанести вреда сквозь толстое шерстяное пальто. Обезумев от собственного бессилия, натренированными пальцами она вцепилась в его горло, опасно пережимая вены. От внезапного приступа лёгкого удушья, Лоренцо ослабил хватку, позволяя девушке освободиться от его рук. — Никогда не смей хватать меня, Сильветти. — Прошептала она ему на ухо. — Ты можешь пытаться лапать своих девиц, но никогда не смей поднимать руку на Principessa di famiglia. Сдается мне, ты забываешь, что за всеми постельными играми и воздушными замками, я всё ещё одна из вас, а вот ты, мой милый, совсем потерял голову. — Лоренцо продолжал теребить её пальцы, м трудом хватая воздух, пытаясь освободиться. — Уж больно избирательно ты подходишь к Семейным правилам: “не возжелай жены ближнего своего, да почитай супругу свою и дочерей её”. Хочешь считать меня своей невестой - так вспомни, к чему это обязывает. Наконец, она разжала свои тонкие пальцы, позволяя другу вздохнуть полной грудью: — Это было сильно. Извини, мне не стоило хватать тебя, — он с осторожностью коснулся кончиками пальцев её обнаженных ладоней. — Вот только, твой сахарный принц мне не “ближний”, чтобы я мог возжелать его женщину. Не знал, что тебе настолько нравится покровительство мужчины, что ты и рада оставаться за его хрупкой спиной. Ответ не заставил себя ждать. Рассекая холодный воздух, ладонь Лауретты звонко ударила по лицу Энцо, оставляя заметно краснеющий след на его коже. — Ладно. — Грубо бросила она, устремившись к открытой водительской двери. В ожидании дальнейшей реакции, Лоренцо проводил её взглядом, когда девушка заняла его кресло: — С каких пор ты хочешь покататься? — Усмехнулся он. — У тебя явные проблемы с памятью, Сильветти. Загляни к доктору, пусть пропишет таблетки. — Выкрикнула она, захлопнув дверь. Лишь услышав характерный звук закрывающихся замков, Лоренцо понял, в чем состоял её план. Эта девица возымела наглость забрать машину, бросив его на улице, наблюдающим вслед удаляющемуся седану: — Ecco la cagna (вот же сучка), она украла мою машину. - Он улыбнулся, разводя руками. «Вместе с телефоном и бумажником» - добавил он про себя.