Наследники

            Джейсон злился, раздражался и бесился. Его вообще не должно было волновать произошедшее, но он сочувствовал. И не кому-то там, а Перси Джексону, который раньше выводил его из себя своими детскими выходками. Грейсу иногда не терпелось, чтобы кто-нибудь наконец поставил его на место, и он готов был вызваться сам и врезать в его ухмыляющееся лицо. Однако, когда Посейдон отослал его мать, выбил всю почву из-под его ног, и в зелёных глазах была полная рассеянность, Джейсону стало его жаль. Перси был искренне привязан к своей маме, и потерять её, не иметь возможность с ней общаться для него было тяжело. Джейсон знал, что значит остаться без близкого человека. И возможно потому, что ему пришлось пережить нечто подобное, и такого бы он никому не пожелал, он сопереживал.       Джейсон решил, что даст Перси всего один день, чтобы он отошёл от шока, и на второй уже с раннего утра заявился сам с полным намерением оказать поддержку, несмотря на всю заносчивость и инфантильность Джексона.       — Принц Перси с раннего утра на тренировках, — сообщила стража у двери его комнаты.       Джейсон едва удержался от уточнения, того ли принца они видели. Перси в своей привычной среде обитания спал обычно до полудня, пропуская иногда даже обед, а тут встал раньше Грейса.       Стража оказалась права.       Перси действительно нашёлся на тренировочной арене, но не с Хироном, как предполагал Джейсон, а с Нико.       Перси стоял перед мальчиком на одном колене и поправлял его стойку, попутно что-то объясняя. Короткий чёрный меч, подстать его маленькому владельцу, пока лежал рядом во избежание, очевидно, случайных травм.       Нико, судя по его скучающему лицу, готов был разнести преподавательские способности Джексона в пух и прах.       — Чем заняты? — поинтересовался Джейсон, лениво облокачиваясь на ограду.       — Нико, что надо сделать, когда видишь принца или короля? — требовательно спросил Перси, отставая от мальчика.       Тот посмотрел на Джексона с прищуром, а потом перевёл взгляд на Грейса, который улыбался краешком губ, наблюдая за этой сценой. Маленький Нико был очарователен и до ужаса был похож на миниатюрную копию самого Перси.       — Можно мне, пожалуйста, другого тренера? Перси оказался слишком скучным, он даже меч не разрешает мне брать, — пожаловался Нико.       Перси устало выдохнул.       — Отлично. Полезно знать, что мой оруженосец сдаст меня с потрохами при первой же возможности, — буркнул принц.       — Но я хочу выучить новые приёмы, все эти стойки я уже знаю, — канючил мальчик.       Перси закатил глаза.       — Безопасность превыше всего, — занудным тоном начал Перси, а поймав насмешливый взгляд Джейсона, мотнул головой и сделал вид, что его затошнило. — Не верится, что это я говорю! И вообще, ты забыл про поклон! — рыкнул принц.       Нико сделал неуклюжий реверанс с закатанными глазами и чуть не запутался в собственных ногах, едва удержав равновесие. Джейсон даже не пытался скрыть смех. Перси в поклонах было примерно таким же несгибаемым слонёнком.       — И ты хочешь, чтобы я доверил тебе меч? — нравоучительно спросил Перси, явно имея в виду неспособность Нико стоять на своих двух. — И ты не должен делать реверанс.       Нико закатил глаза, а Перси, тяжело вздохнув, словно делал это уже в сотый раз, подошёл к нему со спины, взял его руки в свои, одну приложил к животу, другую завёл за поясницу и освободившуюся руку поставил ему на голову, заставляя склониться.       — Вот так ты должен приветствовать принцев, — нравоучительно сказал Перси. — И вообще, это было проявлением неуважения. Принц Джейсон злится, что будешь делать?       А взъерошенный Нико выбрался из-под рук своего учителя и, кинув на него сердитый взгляд, посмотрел на Джейсона, который лишь добродушно махнул рукой. Он прощал мальчонке его озорство и заодно выбесил Перси.       — Ты мог бы мне подыграть, — заметил старший принц.       — Да ни за что, — отказался Грейс. — И не делай из меня злого дяденьку.       Перси одним недовольным взглядом дал Джейсону понять, что он думает о его выходке. А мальчик тем временем вновь снова привлёк к себе внимание.       — Я поклонюсь, если ты сейчас разрешишь мне взять в руки меч и я покажу тебе, на что способен, — упрямо заявил Нико.       — Напомни, почему я просто не могу тебя выпороть как непослушного ребенка? — раздражённо вздохнул Перси.       А чёрные глаза Нико широко распахнулись, но в них было больше удивления, чем страха.       — Это жестоко? — подсказал мальчик.       — Бесполезно? — продолжил список Джейсон, ухмыляясь.       — И я милый? — Нико улыбнулся, показав белые ровные зубки с двумя выступающими клыками, как у юного вампира.       Перси выдохнул и поднялся.       — И похоже бессмертный, — буркнул юноша и повернулся к младшему принцу, который явно наслаждался происходящим. — А я смотрю, тебе весело.       — Совсем немного, — признался Джейсон.       — Давай уже сражаться! — потребовал Нико.       Перси явно считал это не самой лучшей идеей и совсем не горел желанием вставать в спарринг с тем, кого можно было запросто перепутать с садовым гномиком, но к этому моменту он уже понял, что спорить с этим мелким засранцем себе дороже.       — Хорошо, бери меч, — наконец сдался Перси.       Нико с готовностью подхватил свой чёрный клинок и приготовился нападать. В его глазах загорелся огонь, а губы растянулись в мальчишеской весёлой ухмылке, но она погасла, когда он заметил, что Перси не спешит брать в руки Анаклузмос.       — А почему ты не берёшь свой меч?       — Я не хочу тебя ранить, — терпеливо объяснил Перси.       — Весьма ответственный взрослый подход, — похвалил Джейсон, за что получил нелестное предложение заткнуться, приправленное острым взглядом прищуренных зелёных глаз.       — Но когда я выиграю у тебя раунд, это будет нечестно! — заключил Нико.       Перси от удивления поднял брови.       — Ты рассчитываешь победить?       — Не «если», а «когда», — заметил Джейсон, подняв указательный палец. — Заметь уровень нахальства.       — А давай напротив меня встанешь ты и перестанешь наконец уже болтать там, — предложил Перси.       — Возьми хотя бы деревянный! — не унимался Нико и встал перед Перси, заслонив собою Джейсона. Ну уж нет, своего учителя он не собирался ни с кем делить.       Перси пришлось послушаться. Он, конечно, выбрал себе оружие поменьше и деревянное, но всё равно не собирался им пользоваться. Уверенный, что утомит мальчишку за пару приёмов, уложит его пару раз на лопатки и, наконец, заткнёт его за пояс, Перси встал напротив него с самым уставшим и беспристрастным выражением лица.       — Начинай, малой, — велел принц.       Нико второго приглашения не нужно было. Перси и правда было просто отбивать и уклоняться, но он быстро понял, что это мальчик просто присматривался. Уже через серию ударов принц поймал себя на мысли, что он втянулся в эту борьбу, и ему надо было сосредоточиться, чтобы блокировать его удары. Проблема была в том, что Нико был низкого роста, и он умело это использовал, а принц всё ещё боялся его ранить и поэтому осторожничал. Мальчику понадобилось добрых десять минут, чтобы в конец запутать Перси, поставить ему подножку и уложить на лопатки. Нико упёрся ему в грудь своей тощей острой коленкой и приставил меч к горлу, лишая возможности встать.       В его чёрных глазах сиял огонь, и он не мог скрыть свою довольную улыбку, растянувшуюся от уха до уха.       Джейсон присвистнул.       — Ты посмотри, а этот нахальный малый действительно уложил тебя на лопатки!       Перси повернул голову к Грейсу.       — Да, — согласился юноша. — И ему даже не понадобилось пары лет для этого.       Джейсон на это ничего не ответил, лишь поджал губы в язвительной улыбке.       — Теперь мы, наконец, начнём учить приёмы? — спросил Нико.       — Ладно, малой, вставай с меня, и я тебе покажу парочку, — сдался Перси. — Только иди доспехи надень.       — Ну нет! — возмутился мальчик.       — А ну марш за доспехами! — рыкнул принц, и Нико, выражая всё недовольство на своём лице, встал и нехотя выполнил просьбу.       — А всё не так уж плохо, — заметил Джейсон, когда Перси подошёл к нему.       — Тогда, может, сам хочешь с ним понянчиться? — тут же спросил Джексон.       — Ну уж нет, мне б за своим стариком присмотреть, — фыркнул Джейсон и решил использовать момент, пока они вдвоём, а Нико всё ещё разбирается с доспехами.       Перси не выглядел разбитым, раздражённым или слишком встревоженным произошедшим. За этот маленький разговор Грейс даже забыл, что пришёл навестить его и убедиться, что он в порядке.       — Ты как? — вопрос вырвался прежде, чем Джейсон успел себя остановить.       Перси пожал плечами, и его лицо вдруг стало холодным и беспристрастным.       — Нормально, — пожал плечами юноша. — Наверно. Это неважно.       — Уверен?       Джейсон нахмурился. Такой ответ, немного задумчивый, немного безразличный, был неожиданным. В день отъезда Салли Перси было плохо, и это было видно всем. Он целые сутки после этого нигде не появлялся, а теперь стоял на арене как ни в чём не бывало.       Из всех способов наказать Перси, отослать подальше его мать было самым жестоким, учитывая его привязанность к ней. Джейсон сам пережил подобное и понимал глубину его боли. Только он потерял свою мать навсегда, остался один на один с этой болью и, наверно, поэтому хотел как-то помочь Перси справиться с этим.       Но Перси помощь была не нужна. И это почему-то задело.       Он повернулся к Джейсону с привычной ухмылкой на губах.       — Уверен, — ответил он и для пущей убедительности кивнул головой. — Мы вернёмся с победой. Ди Анджело склонятся перед нашими королевствами любой ценой, и всё встанет на круги своя.       Перси отошёл от забора, заканчивая разговор с Джейсоном. Он сам не верил в то, что по возвращению всё будет как обычно, но предпочитал разбираться с проблемами по мере их поступления.       — Эй, малой, ты там в нагруднике своём не заблудился?       Перси не хотел этого признавать, но он привязался к Нико. Вполне возможно потому что забота о ребёнке легла на его плечи и заполнила всё свободное время тогда, когда Посейдон лишил всякой возможности общаться с матерью.       Этот малый был вполне шумным, неугомонным ребёнком, который очень тяжело воспринимал формальности, доставлял кучу хлопот и требовал постоянного внимания. Перси только и успевал следить, чтобы он не попал в неприятности, а он мог. Как-то раз он забыл, что уже не под крылом старшего короля и не в его личном поместье, и со всех ног чуть не побежал к нему, забыв о рамках приличия и зрителях рядом, и только Перси удержал его в тот момент, напомнив, что мальчик больше не может так ярко проявлять своих эмоций к королю.       У Аида в тот момент было весьма интересное выражение лица. Он был одновременно зол и разочарован, и его красивое точёное лицо исказилось в прискорбной гримасе. Перси не обратил на это много внимания. Он был слишком занят тем, что остановил Нико, объяснил, как можно подойти к королю правильно и сопровождал его, молясь, чтобы он всё понял.       Аид бы не стал даже ругаться на мальчика.       Но Зевс стал бы. Перси как раз прогуливался по внутреннему двору и рассказывал Нико про правила поведения во дворце, учил его разным обращениям и всё время напоминал ему про вежливость и приличия, особенно ко взрослым. Нико было интересно увидеть Зевса и Посейдона ближе, а Перси даже не думал его подпускать к ним, пока Нико не научится хотя бы молчать две минуты подряд.       И всё же Перси не мог учесть всех факторов. Особенно фактор случайности.       — Ох ты, это там король Зевс?! — Нико своим мальчишеским звонким голоском оповестил об этом весь двор. — И король Посейдон?       К чести Нико, он хотя бы не сразу понёсся к ним, а постарался идти обычным шагом, но когда он всё же сорвался на бег, Перси услужливо подставил ему подножку, и мальчишка почти растянулся на траве, но принц придержал его и опустился на одно колено, чтобы встретиться прямо с очень недовольным Нико.       — Давай поиграем в игру, — предложил Перси. — Она будет называться, ну, допустим, «не-подставь-меня-пожалуйста-ещё-больше-чем-меня-уже-подставил-Аид» игрой. Сложное название, но ты привыкнешь.       Мальчик название явно не оценил и дёрнулся, но Перси удержал его и посмотрел прямо в его чёрные глаза.       — Мы подойдём к ним, — пообещал Перси. — Но! Ты поклонишься, как хороший мальчик, будешь вести себя уважительно и почтительно.       Нико эта идея не понравилась.       — Скучная игра.       — Ладно, — терпеливо выдохнул Перси. — Тогда... ты ведь хотел быть принцем. У тебя есть прекрасная возможность! Смотри на меня, учись, как ведут себя принцы с королями, и повторяй за мной, — юноша прищурил глаза и внимательно посмотрел на Нико. — Только точь-в-точь.       Нико пару долгих секунд молчал, раздумывая, но потом согласно кивнул, когда понял, что иначе его не подпустят к королям.       Перси никогда прежде не проявлял столько учтивости и почтения к королям, как в тот раз, когда мальчик в шаге от него с важным видом повторял за ним каждое его движение и даже слово.       Перси подумал, что будь Нико настоящим принцем, он бы доставил кучу хлопот своими проделками, и он был бы гораздо более неугомонным, чем сам Джексон.       Джейсон от всех этих сцен получал удовольствие и ухмылялся всякий раз, когда Перси приходилось договариваться с Нико. Было что-то умилительное в том, что он пытался с ним говорить, а не угрожал расправой или приказывал. И он не знал, видел ли сам Перси результаты своих трудов, но мальчик становился дисциплинированней.       — Ты знаешь, а Нико с каждым днём ведёт себя всё лучше и лучше, — заметил Джейсон, когда мальчик поприветствовал его чуть неуклюжим, но поклоном, и убежал дальше отрабатывать приём на соломенном манекене. — Из тебя получилась замечательная нянька.        — Благодарю, — язвительно буркнул Перси. — Может, ты тоже хочешь попробовать?       — О нет, ты необычайно гармоничен в этой роли.       Перси только закатил глаза. Он дал Нико пару минут на передышку, и тот с радостью её принял, присоединившись к принцам, которые стояли под деревом. Джейсон протянул ему бутылку с водой, и мальчик её с благодарностью принял.       — Ты закончил со всеми приготовлениями? — спросил Перси, имея в виду их общее дело.       — Почти, скоро будем готовы, — заверил Джейсон.       Нико закрыл бутылку и, совсем немного стушевавшись, спросил:       — Мы скоро поедем на запад?       Джейсон утвердительно ответил, а Перси внимательно посмотрел на мальчика. Впервые за эти дни в голосе Нико прозвучала неуверенность и даже страх.       — Ты же так хотел на это приключение, — напомнил Перси.       Нико кивнул, но по-прежнему был смущён и растерян одновременно. Джейсон нахмурился, смотря на тёмную макушку снизу вверх, Перси терпеливо ждал ответа.       — Просто... — мальчик поджал нижнюю губу. — Я хочу домой.       — Домой? — удивился Джейсон. — Разве поместье Аида не твой дом?       Нико покачал головой.       — Меня забрал из деревни Аид, когда только начались там волнения. Он сказал, что так будет лучше, и может, на этом всё закончится. И сейчас, когда Аид сказал, что вы поедете снова туда, чтобы вернуть мир на эти земли, я просто был рад, — пожал плечами мальчик.       Перси не стал ничего говорить. Никаких вопросов, потому что сам Нико, того не ведая, мог сболтнуть лишнее. Он лишь положил руку ему на плечо в немой поддержке и почти было замял эту тему, но Джейсон, нахмурившись, решил уточнить:       — Почему тогда Аид забрал именно тебя?       Нико пожал плечами.       — Он пообещал, что только так там будет мир, — объяснил мальчик.       Он был маленьким ребёнком, которого слишком рано выпихнули во взрослую жизнь. И несмотря на своё ребячество, ему уже пришлось многое пережить. Перси сочувствовал и сопереживал ему.       Нико совершенно точно не понимал до конца, что происходило вокруг. Говорил фразами, принадлежавшими явно не ему. Это были дурацкие оправдания взрослых, которых он наслушался, а теперь вторил им.       Что-то из сказанного было, конечно, правдой, но не всё.       Перси почему-то разозлился. На Аида, на ди Анджело, на себя в том числе. Во сколько лет Нико забрали из его родного дома ради так называемого перемирия? В четыре? В пять? Сейчас ему было уже чуть больше одиннадцати лет. Сколько лет продолжалась уже эта холодная война и сколько ещё детей лишились мирного детства?       Сколько всего происходящего вокруг Перси пропустил мимо ушей, заигравшись в своей песочнице? Может, Посейдон был прав, когда наказывал его, заставляя, наконец, серьёзней отнестись к своим обязанностям?       — И у тебя остался кто-то из родных там? Может, отец? — продолжал спрашивать Джейсон.       Перси замер, ожидая ответа. Знал ли Нико всю правду о своём происхождении? Джейсон внимательно смотрел на мальчика, чуть прищурившись. Догадывался ли Грейс о чём-то? Если до Перси дошли слухи о внебрачных детях старшего короля, они запросто могли дойти и до Джейсона.       Нико на упоминании об отце совсем поник и тихо прошептал:       — Только мама. Я скучаю по ней.       После этого признания он совсем погрустнел. Перси опустился перед ним на одно колено и сжал его плечи, заглянув ему в глаза.       — Эй, я... — Перси хотел сказать, что не может обещать, но сильно постарается, но Нико посмотрел на него в ответ влажными чёрными глазами, и сердце у юноши кольнуло.       — Мы сделаем всё, чтобы вернуть мир в твоей деревне, — сказал за него Джейсон, мягко перебив до того, как Перси успел сболтнуть лишнего.       Нико этого явно было недостаточно, и он продолжал искать большего в зелёных глазах Перси. Юноша поджал губы. Было ребячеством обещать ему то, чего он не в состоянии выполнить. Джейсон правильно сделал, что перебил.       — Мы очень постараемся, чтобы ты снова увиделся со своей мамой, — это было самое безопасное и верное, что мог сказать Перси.       Нико рассеянно кивнул и ладошкой убрал слёзы с глаз.       Перси тяжело выдохнул. Вся серьёзность ситуации доходила до него медленно, но с каждым разом реальность оглушала всё сильнее.       Меньше всего Перси хотел видеться с Посейдоном. Особенно перед отъездом, но король позвал его на вечернюю прогулку, и он не мог отказаться.       Время было уже позднее. Луна взошла над всем королевством, и ночь надёжно укрыла весь город, подобно тёмному уютному одеялу с россыпью миллиардов звёзд. Дворец давно погрузился в сон, только редкая стража продолжала нести свой дозор.       Перси, завернувшись в тёплый плащ, тихо вышел из своей комнаты. Встреча с Посейдоном была назначена ближе к полуночи, и юноша даже не думал заставлять его ждать.       Он точно решил, что хотя бы попробует быть тем сыном, которого хотел видеть в нём Посейдон. Может, так он добьётся милости и хотя бы ненадолго сможет увидеться с мамой. Только вот что делать с гневом, который просыпался в нём всякий раз, когда он думал об отце, Перси понятия не имел.       Посейдон ждал его у входа. Он приказал страже оставаться у дверей и поманил Перси рукой, приглашая его выйти на улицу.       Перси размял плечи. Самым тяжёлым был первый шаг. Дальше идти было уже легче.       — Как твой настрой? — спросил Посейдон обычным будничным голосом, когда они вышли из дворца и проходили по тропинке, ведущей в сады.       Перси весь поёжился то ли от холодного ветра, то ли от вопроса. Посейдон вёл беседу как ни в чём не бывало. Будто они часто так встречались и болтали ни о чём. Будто не Посейдон чаще всего пользовался языком наказаний, общаясь с сыном.       — Если Вы хотите узнать, готов ли я к отъезду, то да, — Перси выдохнул, отмечая, что не совсем и лукавит. — Я готов.       — Рад это слышать, — кивнул Посейдон. — Может, у тебя остались вопросы? Касательно вашей миссии.       Перси покачал головой.       — Нет. У нас с Джейсоном всё готово.       Посейдону не очень понравилось вот это «у нас», особенно после неловкости на празднестве дня рождения Грейса, но Перси устал реагировать на каждое недовольство отца.       — Хорошо, — снова кивнул король.       Некоторое время они шли молча. Перси больше мыслями был в поездке. Это занимало его, отвлекало от беседы с отцом и от напряжённой обстановки при разговоре с ним. Юноша проявлял недюжинную выдержку, а Посейдон, казалось, испытывал его своей неторопливостью.       — Персей, я хочу, чтобы между нами не было недопониманий, — через какое-то время заговорил Посейдон.       Перси понятия не имел, о чём говорил его отец, и Посейдон, наверно, прочитал это на его растерянном лице.       — Я хочу, чтобы ты понял кое-что, — король остановился и положил руку на плечо сына, останавливая и его. Он терпеливо дождался, пока принц всё же поднимет голову и посмотрит на отца. — Мне тяжело было поступать так с тобой и с твоей матерью.       Перси скривил лицо и отвёл взгляд, но Посейдон второй рукой взял его за подбородок и заставил снова на себя посмотреть.       — Но я должен был, чтобы ты наконец взял себя в руки.       Перси в этот момент разговора всегда чувствовал вину. Он оправдывал отца, думая, что, наверно, в этом есть смысл. Он же принц и наследник целого королевства. Может, Посейдон не мог проявлять заботу по-другому, и иногда это имело смысл. Но сейчас это Перси разозлило.       — Да, я уже много раз это слышал. Мне просить прощения за то, что я доставляю Вам много проблем? — рыкнул юноша и тут же прикусил язык, ругая себя за несдержанность.       Посейдон нахмурился и разозлился, но не стал ничего говорить или упрекать. Он убрал руки от сына и тяжело вздохнул, отведя взгляд в сторону. Перси вдруг в голову пришла невероятная мысль: а способен ли король чувствовать вину или стыд? Есть ли вероятность, что ему действительно не хотелось отсылать Салли, чтобы наказать Перси?       — Тогда, может, Вы позволите мне увидеться с мамой? — попробовал Перси. — Я обещаю, я сделаю всё, что хотите, только прошу, пусть она вернётся.       Перси почти умолял и, видимо, сделал ошибку, потому что лицо Посейдона снова стало жестоким.       — Мне это решение далось с трудом, — холодным голосом подтвердил король. — Но я не собираюсь идти тебе на уступки. Моё слово — это закон. Я первый, кто должен этому следовать, и я буду требовать это от других.       Посейдон вновь посмотрел на сына.       — Персей, я хочу, чтобы и ты усвоил этот урок. Следи за тем, что говоришь и делаешь.       Перси стоило немало усилий, чтобы остаться на месте, но головой он всё же покрутил. Только отцовских лекций ему не хватало на ночь глядя.       — Ты перед тремя королями вместе с Джейсоном отказался от династического брака. Ты думал о том, что защищаешь сестру, но совсем не подумал о том, как на это отреагируют другие короли, двор, наши враги.       На последнем слове Посейдон сделал особый акцент. Он снова стал тем холодным отстранённым королём, каким был всегда. Его отцовские замашки, когда он желал вдруг передать сыну свои знания, никогда не были тёплыми или хотя бы мало-мальски приятными. Нет. Это всегда были неприятные разговоры. Это всегда была новая гора ответственности, которую он взваливал на плечи принца и ждал, что он с ней разберётся.       — Ди Анджело снова подняли бунт после этих слухов. Они решили, что это значит, что между нами есть недомолвки и раздор. Один ваш поступок повлёк за собой такие последствия. Ты понимаешь это?       У Перси заболела голова. Он и так себя извёл мыслями о предстоящей миссии, обрисовал самые разные варианты событий, приготовился морально к самым худшим и в ночь перед отъездом очень хотел хотя бы немного отдохнуть.       У Посейдона только были другие планы. Он явно считал, что Перси недостаточно серьёзно относился к этому делу, и решил это исправить.       — Мне жаль, что так случилось, — сказал Перси, и это было чистой правдой. Его кольнула вина за то, что мальчишеская выходка имела такой исход. Конечно, Посейдон преувеличивал в значении этой новости на забастовку ди Анджело, но всё же это имело место быть.       — Жаль? — брезгливо переспросил Посейдон. — Этого от будущего короля уж точно никто не хочет слышать, — почти прорычал король.       — Я не знаю, чего Вы хотите от меня услышать, — раздражённо отмахнулся Перси и, не выдержав стоять на одном месте, прошёл вперёд, и Посейдон пошёл следом за ним. — Я хотел лишь защитить сестру. Джейсон тоже не хотел этого брака. И мы решили, что это хорошая идея.       — Но оказалось всё иначе, — напомнил король. — Ошибки случаются, Персей. Но ты должен понимать масштаб ошибки. И высказывать не жалость, а решение.       — Вы, очевидно, выбрали решением отправить нас прямо в пасть к ди Анджело, — рыкнул Перси и на этот раз сам обернулся к королю, чтобы посмотреть ему в глаза. — Я много узнал об этой семье и о холодной войне между нами. Они хотят свободы, но для нашего королевства эта свобода обернётся стратегическим провалом. Мы не можем позволить им отделиться от нас. Ди Анджело весьма сильны, у них достаточно большое войско, и они уже не так боятся вас, как это было раньше. Одно неверное движение там может привести к полноценной войне, и вы всё равно отправляете нас туда?       Посейдон холодно ухмыльнулся. Он впервые посмотрел на сына с каким-то холодным уважением и кивнул головой, скорее, своим мыслям, чем соглашался с Перси.       — Да, — просто ответил Посейдон. — Оттуда у вас два выхода: гордыми с победой или жалкими с поражением. Но поверь, с поражением лучше тебе не являться. Мне будет проще признать одного из своих бастардов и назначить их своим преемником, чем позволить сесть на трон такому безалаберному принцу, как ты.       Перси отвёл взгляд и покачал головой.       — Каждый наш разговор Вы начинаете с того, что Вам тяжело поступать жестоко со мной, — хриплым голосом сказал юноша. — И каждый раз я верю и думаю, может, это правильно. Вы мой отец и король в одном лице. Это должно быть непросто. Я многое прощал, и ещё больше вещей я боялся вам говорить. Но сейчас, пожалуй, скажу.       Перси сделал шаг вперёд, приблизившись к отцу. Он смотрел прямо, выдерживая тяжёлый взгляд Посейдона. Тот стоял холодной недосягаемой глыбой. Он гордо вздёрнул подбородок и смотрел свысока, совсем немного насмешливо, будто сомневался, что у его сына хватит сил на такую смелость. Зелёные глаза Перси уже стали влажными, но он и не думал опускать голову и отвлекаться. Он хотел донести до отца все эмоции, которые он сам испытывал, хотел выразить всю боль, отчаяние и презрение одновременно. Перси сделал вдох, набираясь смелости, и сказал:       — Я Вас люблю, но ещё больше я Вас ненавижу. Доброй ночи.       Перси развернулся и ушёл, надеясь, что эти слова будут преследовать Посейдона в кошмарах.