Последняя звезда погаснет завтра

После разговора с Викой Арсений направился к своей машине, рядом с которой его ждал Паша. — Паша? Ты что-то хотел? — обворожительно улыбнулся Арсений. — Я… Я хотел извиниться, что сегодня так хреново играл, — парень потупил взгляд, разглядывая свои кеды. Арсений мысленно усмехнулся, сколько раз он видел такой приём от других. Строит из себя пай-мальчика, а на самом деле стонет похлеще любой шлюхи. Он подошёл вплотную к парню и, приобняв его за талию, другой рукой поднял на себя лицо Паши за подбородок. — Скажи-ка, солнце, а ты правда не мог ту фразу запомнить? Ммм? — Арсений нежно провёл рукой по шее парня. — Про красоту лица и безграничность разума? — Паша призывно закусил нижнюю губу. Арсений усмехнулся и резко прижался к губам парня. Поцелуй был настойчивым, подчиняющим, под напором которого Паша сразу начал тонуть, в глазах потемнело, а ноги начали предательски подгибаться. — В машину живо, — приказал Арсений, отстраняясь. Уже садясь на водительское место, Арсений заметил что-то блестящее на асфальте. Из интереса он подобрал побрякушку с дороги. «Какой знакомый браслет… Шастун, умудряется напомнить о себе везде», — с этой мыслью Арсений выкинул серебристый браслет с гравировкой «А.Ш.» куда-то в сторону и, сев в машину, уехал с парковки. В конце концов намечалось что-то поинтереснее разглядывания побрякушек этой шпалы. Арсений с интересом разглядывал парня рядом с собой. Паша то и дело ерошил свои тёмные волосы, покусывая чуть тонковатые губы, в карих глазах читалось неприкрытое желание и Попов с удовольствием его удовлетворит. — Паш, а сколько тебе лет? — пришла вдруг в его голову мысль, которую он и озвучил. — Восемнадцать, я только в этом году поступил на менеджера, — парень явно не стремился вести светскую беседу, но Арсению было плевать на чужие желания. — А родители знают, что ты гей? — Да нет. Я только недавно это осознал, когда… — Когда? — Когда увидел тебя. Вернее твою фотку на доске активистов, — парень начал стремительно краснеть. Арсений мысленно поморщился. Вот только влюблённых первокурсников ему не хватало. С ними больше всего возни потом, а этот ещё и девственник походу. Но ему слишком хотелось сбросить напряжение и разбавить кем-то Вику, поэтому на признание парня он ничего не ответил.

***

Арсений с интересом рассматривал тяжело дышащего парня на его кровати и медленно потягивал вино из бокала. Паша наконец отдышался и перевёл взгляд на Попова. — Ну, что? Понравилось? — поинтересовался Арсений, протягивая парню второй бокал. — Это было просто великолепно, — дыхание всё ещё было слегка прерывистым, Попов не щадил парня, не смотря на то, что это был его первый раз. — Спасибо, но я не пью. — Мне всё равно. Пей, — холодный голос окатил Пашу не хуже ведра ледяной воды. Поэтому парень покорно сделал глоток полусладкого красного вина и слегка поморщился. Ему стало грустно от осознания, что то, что было вряд ли повторится. — Не хочу видеть на твоём лице грусть, — хмуро заявил Попов, склоняясь над парнем и подтягивая его за подбородок к себе. — Запомни кое-что на будущее. Пока ты мне интересен мы будем видеться, но это не значит, что мы встречаемся. Во-вторых, я никого не люблю, просто не умею. В-третьих, пока ты в моей компании, ты выполняешь мои приказы, если что-то не устраивает, тебя никто не держит. Всё понял? Парень только кивнул, прежде чем Арсений выхватил из его руки бокал и прижал парня к кровати, с остервенением впиваясь в его шею. В ту ночь Паша не спал, но ближе к пяти утра Арсений вытолкал его за дверь. Идя по улице, парень пообещал себе, что никогда больше не вернётся в эту квартиру. Конечно вернётся, если он позовёт.

***

Утро Арсения началось слишком рано. Со звонка Егора. — Егор, ты время видел? — часы показывали всего пол восьмого утра. — Арс, мне похуй, — слышать такие слова от Егора было просто дико, поэтому Арсений понял, что произошло что-то из ряда вон выходящее. — Знаешь, где я? Нет? А я скажу. В актовом зале, где вы вчера репетировали. — Зачем? — Зачем? Скорее почему. Мне позвонил Эд сегодня и сказал, что обнаружил тут труп. — Труп? — тупо переспросил Арсений, соображалось с утра не очень. — Труп, Арс, труп. Марины Котовой, вашей актрисы. Жду тебя через полчаса в универе, с тобой хотят поговорить. — Зачем? — Они мне не отчитывались. Всё, Попов, не зли меня, чтобы через пол часа был в универе, — и не прощаясь, отключился. Арсений, застонав, откинулся на кровать. Вот за что ему это? Но делать было нечего, поэтому, быстро собравшись, парень выскочил из дома. В университете он оказался вовремя и его уже ждали люди в форме. — Арсений Сергеевич Попов? — хмуро уточнил мужчина лет сорока. — Пройдёмте. Его вели по знакомым коридорам университета. Их провожали удивлённые взгляды студентов, которые встали рано или вообще не ложились. Вскоре они остановились напротив кабинета Павла Алексеевича. Преподаватель оказался уже там и поднялся навстречу студенту, но его остановил полицейский, который вёл Арсения: — Не могли бы вы покинуть кабинет? — звучало это больше, как приказ, чем вопрос. Добровольскому это не особо понравилось, но делать было нечего, поэтому кинув извиняющийся взгляд Арсению, преподаватель покинул кабинет. А Попов опустился в кресло напротив стола, за которым с комфортом разместился полицейский. — Меня зовут Дмитрий Александрович. Сегодня нам поступил сигнал о том, что на территории университета, в котором вы обучаетесь, нашли тело Марины Анатольевны Котовой. — А я тут при чём? — Арсений устало прикрыл глаза. — Вам знакома вот эта вещь? — Дмитрий продемонстрировал Арсению прозрачный зип-пакет, в котором лежал серебристый браслет. — Да, видел несколько раз, — пожал плечами парень. — А знаете, где мы его нашли? — и не дожидаясь ответа, сам ответил. — Рядом с телом Марины. — Повторюсь. Я тут при чём? — всё ещё недоумевал Арсений. — Этот браслет не мой, думаю по инициалам это понятно. — Вот как? — вскинул бровь Дмитрий. — А чей же он? — Антона Шастуна, моего напарника по постановке спектакля-шоу, в котором Марина должна была играть императрицу, но видимо нам придётся искать другую девушку. — А что вы скажете на то, что мы нашли ваши отпечатки пальцев на данном браслете? — Они могли там оказаться вчера, когда я нашёл его рядом со своей машиной и подобрал, чтобы рассмотреть, но потом выкинул его куда-то, — Арсений чувствовал, что полицейский ему не верит. — Почему же вы не вернули его другу? — Нас с Антоном можно назвать кем угодно, но точно не друзьями. Дмитрий помолчал, недоверчиво рассматривая Арсения, но, когда пауза начала затягиваться, он, наконец, произнёс: — До конца следствия я попрошу вас не покидать город. Пока вы свободны. Всего хорошего. Арсений тут же покинул кабинет, он проскочил мимо Добровольского, даже не поздоровавшись. «Надо найти Шаста», — думал Попов, вылетая из здания и тут же наткнулся взглядом на Антона с Димой. — Шаст, хорошо, что тебя нашёл. У меня плохие новости. Марину убили, — лицо Антона вытянулось. — Марину, что? — Антон отказывался верить в происходящее, у него, конечно, было не хорошее предчувствие, но не до такой же степени. — Глухой? Марину Котову убили. Эд нашёл её тело в актовом зале, — даже в такой ситуации Попову удавалось сохранять спокойствие. Антон ничего не ответил на выпад Арсения. В этот момент из здания вывезли каталку, на которой лежал чёрный пакет и Шастун точно знал, что там его близкая подруга, которая больше никогда не улыбнётся, не обнимет свою девушку, никогда не сыграет императрицу. Время будет идти вперёд, все будут жить, а она навсегда исчезнет. По началу всем будет больно, будут слёзы, отчаяние, злость, но Марину уже будет не вернуть. Её жизнь оборвалась навсегда, вернее её оборвали, но кто был способен на это? Антон не знал. И сейчас ему было всё равно, всё-таки Марина была тем редким человеком, которого он мог назвать другом. И сейчас он ощутил какую-то пустоту внутри. Будто часть души просто вырвали из тела. — Эй, Шаст, — пощёлкал пальцами перед носом Антона Арсений. — Приём. Земля вызывает Шастуна. — А? Что? — Антон непонимающе уставился на Арсения. — Так, понятно. Позов, предупреди препода, что Шастуна сегодня не будет, а ты пошли со мной, — и не дожидаясь реакции парней, схватил Антона за локоть и потащил прочь от универа, но не успели они сделать нескольких шагов их окрикнули. — Антон! — на крыльце стоял Егор. — Тебя тут хотят видеть. Парень как будто опомнился и резко выдернул свою руку, с презрением посмотрел в глаза Арсения и направился к Егору: — Привет, Егор. Можно уточнить кто именно? — Антон грустно улыбнулся другу. — Полиция. Полагаю ты уже в курсе по какому вопросу, — Антон молча кивнул. — Соболезную, я знаю, что вы были дружны. Антон опустил взгляд. Кажется ему полагается горевать, но, как-то уже не очень хотелось. Да, Марина была его подругой, но их нельзя назвать близкими друзьями, гораздо хуже будет возлюбленной девушки и об этом он старался не думать. Парень опомнился, когда пауза уже явно затянулась. — Куда мне идти? — спросил, натягивая дежурную улыбку. — Кабинет Павла Алексеевича, — Егор ободряюще положил руку на плечо Антона. Парень осторожно скинул руку друга и проскочил мимо. Идя по коридору, его не покидало ощущение, что уже все в курсе, хотя, наверное, так и было. На него кидали сочувствующие взгляды, но встречались и подозревающие, чего Шастун искренне не понимал. — Здравствуйте, можно? — поинтересовался Антон, заглядывая в кабинет и натыкаясь на взгляд серых глаз. — А вы? — Антон Шастун, — представился парень. — Проходи, — улыбнулся Дмитрий. — Я полагаю тебе уже рассказали печальную новость. «Да вы сговорились что ли?» — мысленно взвыл Шастун, но в слух ответил: — Да. Я до сих пор не могу поверить, что её больше нет, — Антон опустил голову. — Только вчера мы все вместе репетировали постановку, а теперь… — Антон, ты извини, но мне надо задать тебе несколько вопросов. Кстати, ничего, что я на ты? — парень помотал головой. — Хорошо. Что ты можешь рассказать про Марину и её окружение, были ли какие-то конфликты? — Я не так хорошо знал Марину, как может показаться, — после небольшой паузы начал Антон. — Но друзей у неё было немного, на самом деле ближе её девушки никого и не было. Они с Аней встречались ещё со школы, насколько я знаю, и это была самая счастливая пара. Марина вообще была девушкой доброй, даже конфликтов как таковых не было, разве что… — замялся парень. — Да-да? — заинтересованно подался вперёд следователь. — Ну, где-то около года назад, когда Маринка только поступила, она отказала Арсению Попову, а он тот ещё злопамятный гад, но сомневаюсь, что он способен на убийство. — Вот как? Хорошо. Что ж, а расскажи ещё что у вас за репетиция вчера была. — Мы готовим большой концерт, на котором будут выступать таланты нашего университета, а в самом конце будет сыграна постановка про историю реликвии нашего университета. Реликвия — это золотой ключ с гравировкой, ничего особенного, не считая его древность. Вчера мы как раз проводили первую репетицию. Первый ушёл Эд Выграновский, он играет второстепенную роль, да и мы там застопорились на одной сцене. Потом ушли Катя Китова с Кириллом Сидоровым, за ними спустя минут двадцать ушли Павел Контов и Виктория Золотова. Марина задержалась минут на пять, но, когда я уходил оставался только Арсений, он и закрывал зал. Это было в районе десяти вечера. — Кто-то может подтвердить твои слова? — Да, Вика и может, мы с ней болтали на крыльце. Она, кажется, Попова и ждала. Следователь помолчал, сосредоточенно о чём-то размышляя. — Хорошо, последний вопрос и можешь идти, — Дмитрий достал из кармана пакет и показал его Антону. — Узнаёшь? — Да… это… это мой браслет. — Знаешь, где я его подобрал? — Антон отрицательно помотал головой. — Рядом с телом Марины. Не знаешь, как он там оказался? — Нет, я его потерял пару дней назад, — пожал плечами парень. — Хорошо, можешь идти, но до окончания следствия город не покидай. Антон кивнул и быстрыми шагами направился к выходу сначала из кабинета, а потом и из универа, ему хотелось курить. Парень был так взвинчен, что проскочил мимо Добровольского, даже не поздоровавшись. «Сегодня все меня игнорируют», — хмыкнул Павел. Антон вылетел из универа, тяжело дыша, и слегка подрагивающими руками поджёг сигарету. Парень сделал буквально несколько затяжек, как ощутил крепкую хватку на локте. — Идём, — коротко бросил Арсений, буквально таща парня за собой. — Да что ты себе позволяешь, Попов? — возмутился Антон, от резких движений сигарета улетела куда-то в лужу. — Пусти меня немедленно. — Будешь выёбываться, закину на плечо, и все будут любоваться этой чудесной картиной. Нам надо поговорить, — заявил Арсений, направляясь в сторону парковки. Антон резко встал, выдёргивая руку, ему определённо не нравилась такая тенденция: — Слушай, Попов, иди нахуй, а!? У меня убили подругу и, судя по всему, я один из подозреваемых. Разговор с тобой — это не то, о чём я сейчас мечтаю. И вообще, почему-то, как только твоя графская физиономия появляется в поле моего зрения, вся жизнь идёт наперекосяк. И вообще у меня пары, — заявил Антон и решительно направился в университет, жаль покурить не удалось. Но уйти ему далеко не дали. Арсений оказался прямо перед Антоном и резко подавшись вперёд закинул парня к себе на плечо, как-то даже слишком легко: — Я предупреждал, — коротко бросил Арсений. — А ну немедленно отпусти меня, Попов! — Антон попытался вывернуться из захвата, но получил только весьма увесистый шлепок, от чего знатно охренел. — Ты совсем больной?! — Лучше не дёргайся, Шаст. На нас и так все смотрят, — произнёс Арсений, открывая дверь на пассажирское сиденье своей машины и сгружая туда Антона, который тут же попытался вскочить, полыхая праведным гневом, но Попов просто толкнул его обратно и захлопнул дверь. Арсений обошёл машину и сел рядом с Антоном, на водительское место, и резко сорвался с места, выезжая с парковки. — Скажи, Сень, ты больной? Куда ты меня везёшь? — обманчиво спокойно спросил Антон. — Во-первых, ещё раз назовёшь меня Сеней пожалеешь. Во-вторых, как я уже говорил, нам надо поговорить, — покосившись на Шастуна, который взглядом прожигал в нём дыру, ухмыльнулся, но всё же произнёс. — Меня тоже подозревают в смерти Марины. Антон ошарашенно уставился на Арсения, он правда был удивлён, но не язвить просто не получалось: — Видимо рожа твоя им не понравилась. — Не язви. На твоём браслете нашли мои отпечатки. Антон во второй раз за несколько минут оказался в шоке. Больше они не говорили, пока Арсений не остановил машину у какого-то ресторана. Жестом он приказал Антону выходить и выскочил первым. Попов тут же направился ко входу, на ходу бросая ключи парню-парковщику. Шастун поспешил следом. — Ирина, привет, нам отдельный кабинет, — улыбнулся девушке Попов. — Сейчас сделаем, тебе как обычно? — понимающе улыбнулась в ответ девушка, заинтересованно окидывая Антона взглядом. Арсений на секунду задумался, а потом утвердительно кивнул, в его голове появилась идея маленькой мести Антону. Парней провели через небольшой, но уютный зал, где находилось несколько круглых дубовых столов, вместо стульев были глубокие кожаные кресла, в которых с комфортом расположились представительные мужчины и женщины в деловых костюмах. Приглушённый свет рассеивали электрические свечи, создавая некую интимную обстановку, с которой явно не вязались люди, находящиеся в ресторане. Но парней вели к неприметной лестнице, которая вела в довольно длинный коридор с множеством дверей. Ирина остановилась напротив двери с номером 18 и гостеприимно распахнула её перед парнями, пропуская внутрь. Антон чуть замешкался, но Арсений тут же втянул его следом. Последнее, что увидел Шастун, перед тем как дверь захлопнулась, была понимающая улыбка девушки. — Так, во-первых, какого хрена ты твор… — Антон обернулся и резко осёкся. Они оказались в довольно просторной комнате, правда было одно НО. Пол комнаты занимала кровать, застеленная красным атласным бельём. Арсений с ухмылкой стоял напротив Антона и в наглую рассматривал парня. Когда Антон смог обрести дар речи – произошло это спустя несколько минут, в течение которых Шастун тупо хлопал глазами – он сквозь зубы и накатывающую злость заговорил: — Какого ты творишь? Вроде поговорить хотел, — Антон скрестил руки на груди, облокотившись спиной о дверь, и посмотрел в синие глаза напротив. Арсений тихо рассмеялся и приблизился к Антону, наклонился к парню, облокотившись рукой о дверь рядом с головой Шастуна, и, опалив его ухо дыханием, заговорил: — Хотел. Но почему бы не совместить приятное с полезным, — парень осторожно провёл рукой по боку парня, проникая под худи. От прикосновения холодных пальцев к горячей коже у Антона побежали мурашки. Шастун был явно против, поэтому он подался вперёд, стараясь зарядить ногой по паху Арсения, но тот ловко увернулся и развернул парня к себе спиной, прижал руки Антона над головой. — Ну что такое, Шаст? М? — Арсений второй рукой вновь забрался под худи, поглаживая пресс парня, скользя ниже до самого паха и обхватывая его, от чего Антон, неожиданно, даже для себя, тихо застонал. — Какой чувствительный, прямо как девственница в первый раз. — Пусти меня немедленно! Я буду кричать! — Антон понимал, что звучит это жалко и глупо, Арсений оказался неожиданно сильнее его. Парень вновь попытался лягнуть ногой Попова. На эти попытки Арсений только рассмеялся и раздвинул ноги парня коленом, а в следующую секунду резко прижался губами к шее Антона, втягивая нежную кожу, оставляя багровый след на видном месте. Вообще Попов не планировал ставить засос, просто припугнуть, но когда он прижал Шастуна в голове что-то перемкнуло, только когда он услышал тяжёлое дыхание, Арсений опомнился и отскочил от тяжело дышащего парня. Антон развернулся к Арсению и съехал спиной по двери, держась за шею, в месте, где красовался засос. Только сейчас до Попова дошло, что произошло. Только что он прижимал к двери человека, который только и делает что портит ему жизнь, огрызается, идёт против него и вообще, они терпеть друг друга не могут. Что это было он и сам объяснить не мог, но ему хватило выдержки, чтобы набросить на своё лицо маску безразличия. — Я предупреждал. Не называй меня Сеней. Идём, поговорим. — Поговорили уже, — огрызнулся Антон, всё ещё тяжело дыша, но тем не менее поднимаясь на ноги. — Кстати, дверь заперта и будет закрыта ещё около часа, — крикнул откуда-то из соседней комнаты Попов, когда Антон подёргал дверь. — Какого? — Антон отказывался верить в происходящее. — Попов! — Ну, что ты орёшь? — поморщился Арсений. — Короче, хочешь сиди тут и голодай, но, если решишь, что готов поговорить и поесть я тебя жду. Поначалу Антон действительно сидел у двери с твёрдым намерением просидеть тут весь час, но спустя минут десять желудок потребовал его покормить. Парень вздохнул и решил, что выходки Попова не повод отказываться от еды. Поэтому осторожно заглянул в соседнюю комнату, где обнаружился Арсений, потягивающий кофе. — Ну, что, готов поговорить? — Ты псих, Попов, — заявил Антон, садясь напротив и без зазрения совести утаскивая кусок пиццы. — Кто бы говорил, — хмыкнул Арсений, он уже успел переварить то, что случилось и просто забить. — Послушай, Антон, я знаю, что ты меня, мягко говоря, недолюбливаешь и поверь это взаимно. Но нас подозревают в убийстве твоей подружки и меня это совершенно не устраивает. Я предлагаю самим выяснить кто это сделал. Антон помолчал, глядя на Попова, как на идиота. — Во-первых, почему тебя подозревают в убийстве Марины? Во-вторых, с чего бы мне тебе верить, а вдруг ты реально убил Марину? В-третьих, как ты себе представляешь поиск убийцы? — Верить ты мне не обязан, могу только сказать, что на момент убийства я был с Пашей. А подозревают меня из-за твоей цацки, — от такого заявления Антон подавился, только что откушенным кусочком. — Ты кушай, кушай. — В смысле? — Вчера на парковке я нашёл твой браслет, на кой-то хрен подобрал его, отсюда отпечатки на нём, а нашли эту несчастную хрень рядом с Мариной. — Предположим, я поверил, но что по поводу последнего вопроса? — Шаст, попробуй подумать – это не больно, — Антон бросил предупреждающий взгляд, но Арсений проигнорировал это. — Я более чем уверен, что убийца из нашего универа. — А ну это меняет дело, в универе всего-то несколько тысяч людей, учитывая преподавателей и персонал, — язвительно заметил Антон. — Верно, но мне почему-то кажется, что этот человек связан с нашим концертом или реликвией, — на этих словах Антон побледнел. — Что-то не так? — Арс, — Антон был так взволнован, что не заметил, как сократил имя Попова. — Реликвия. Про неё Дмитрий ничего не сказал, он про неё узнал от меня, но они же должны были описывать всё, что находят на месте преступления, ну если не всё, то ключ точно должны были. А если кто-то решил её выкрасть, а Марина оказалась там случайно? — Нафига кому-то эта хрень? — вскинул бровь Арсений. — Но если ты прав, то круг значительно сужается. До тех, кто был в курсе, что этот ключ хранится в сейфе актового зала. — Сомневаюсь, что это кто-то из актёров. Я знаю всех, кроме Паши. — А так ли хорошо ты их знаешь? — Что ты хочешь этим сказать? — не понял Антон. — Давно ты знаешь того же Выграновского? А ведь это он нашёл тело. Спрашивается, зачем ему с самого утра понадобился актовый зал? Или тихоня Катя с Кириллом, кто знает, что прячется за маской тихони. Тебе ли не знать про маски, Шастун. А ещё Вика, она так спокойно отнеслась к тому, что роль досталась не ей, с чего бы? — Люди меняются, взрослеют, — пожал плечами Антон. — Надеюсь, ты не собираешься включать в список подозреваемых Егора, Лёшу, Матвея или Павла Алексеевича? — Почему нет? На подозрение каждый. — Даже я и Паша? — скептически хмыкнул Антон. — Паша как раз сладко стонал, как ты пол часа назад, — улыбнулся Арсений, а Антон только сжал кулаки под столом. — А вот ты пока под подозрением, Тох, но сомневаюсь, что это ты. — Спроси у Димы или коменды, я весь вечер и ночь из комнаты не выходил, — заявил Антон, не отрывая взгляд от синих холодных глаз. — Хорошо, предположим, я готов тебе помочь. С чего начнём? — А начнём мы с Эда…