Кардинал Ришелье и королева

На завтра Ришелье не стало лучше. Наоборот. Начался непрерывный бред, кардинал постоянно метался по кровати, когда Анна потрогала его лоб, хоть градусника у нее и не было, оценила температуру под сорок или больше. «На мигрень это уже не похоже. Что это ещё может быть? Летом простудиться сложно, если какой-то вирус, то странно, что никто, кроме него им не заразился. Остаётся одно. Самое возможное в семнадцатом веке. Яд. Но я в этом ничего не смыслю, а врач кардинала может быть подкуплен. Думаю, разумнее всего, найти флорентийца. По Дюма они очень хорошо понимают в ядах. Другое дело, как найти флорентийца в Париже. Ну, что же… Попробуем.» Получив абсолютно чёрное платье (закрытое, без декольте, вау!), оставив волосы распущенными, одев маленькую полумаску и для пущей секретности закутавшись в плащ того же цвета, что и платье, она вышла из Лувра. Ей указали на одного флорентийского знахаря. В комнате, хоть на улице и было тепло горел огонь. — Я пришла узнать, — начала Анна… — Нечто о ядах, Ваше Величество, — склонился перед ней флорентиец. — Почему Вы думаете, что я королева? — Восставшая из мёртвых для каких-то важных для Франции и Флоренции дел Её Величество Екатерина де Медичи. Рад Вам служить. «Он принял меня за умершую мать королевы Марго и трёх французских королей, — подумала Анна». — Да, это я. Мне нужно спасти одного человека, он болен, возможно отравлен. Договорились они практически сразу. В дом на Королевской площади Анна провела знахаря без проблем. Сложнее было играть роль Екатерины Медичи и не давать остальным нечаянно выдать ее обман. Подозрение девушки подтвердилось, но оказалось, что так называемый врач (все же не могла она поверить в его знание о чем-то кроме ядов) мог прямо сейчас дать противоядие. Кажется, что помогло. Как минимум, бред прекратился, температура, вроде бы, начала спадать. Вернувшись в Лувр, Анна подумала: «Только бы не вляпаться в ещё что-нибудь. Меня все знают, как Анну Австрийскую, флорентийский знахарь думает, что я — Екатерина Медичи, а девушка Анна, которой я по-настоящему являюсь, канула в Лету. Все просто «прекрасно»!»