Burn the remnants of the past

Чонгук долго сидел и смотрел на блокнот, на котором было написано и нарисовано много разных рисунков и надписей. Блокноту явно много лет, потому что уголки выглядели побитыми и в целом он выглядел заношенным и потрепанным временем. Чон отложил телефон и всё-таки решил посмотреть содержимое блокнота. На первой странице посередине было написано имя и фамилия владельца: Мин Юнги (Agust D) Чон сразу подметил красивый почерк старшего, так как мало кто мог похвастаться этим, особенно с момента появления телефонов и остальных гаджетов. Ниже имени таким же почерком была написана дата рождения, которую Гук знал. Чем-то этот блокнот напоминал о личном дневнике подростка, который не хотел никому ничего рассказывать и писал всё в этот дневник. Парень стал листать дальше и на страничках видел записи и рисунки. Иногда Чон и вовсе не понимал, что хотел изобразить Мин, поэтому воспринимал по своему, как картинки из психологического теста. Юнги много писал о себе, своих мечтах и о переживаниях, которые его мучили в тот или иной период жизни. Дойдя до середины, Чонгук стал догадываться, с какой целью Юнги принес этот блокнот, и невольно улыбнулся. Старший хотел показать, какой он есть на самом деле, а не просто говорить пустые слова и извиняться. Помимо этого, младший понял, что этот блокнот Мин стал вести, будучи подростком, потому что тот ставил даты на листочках, где рисовал. Парень стал листать дальше, и там уже шли тексты. Каждый текст был красиво оформлен. Название и припев были выделены, Чон сразу догадался, что это песни. Вчитываясь в каждое слово, Чон понимал, что пережил Юнги и какую боль испытал в той или иной ситуации. Он будто проживал это вместе с ним и представлял, как старшему было тяжело. Больше всего оставили след строки песни, которую парень назвал «So far away»: «Всё верно, мать вашу, я не могу сдохнуть и вот я живу, и нет нифига, что бы я хотел делать Мне хреново больше, чем другим, я один, а вокруг меня те, кто талдычат, что я должен делать Я хотел бы вылить на кого-то свою злость, но я всегда один, и нет смысла изливать душу себе Каждое утро я боюсь открыть глаза, боюсь дышать Мои друзья и семья оставляют меня позади, чем больше проходит времени, тем они нетерпеливее Мое чувство одиночества и ненужности – хотел бы, чтобы это все исчезло, как мираж Хотел бы я, чтобы оно исчезло, и чтобы я тоже провалился ко всем чертям Вот так, я выброшен из жизни, я всё дальше и дальше от рая Так далеко... Я падаю...» (Отрывок песни So far away) А в самом конце блокнота, старший прикрепил конверт и подписал «Для Чонгук-и~» Чон открыл его и достал оттуда листок, на котором что-то написано. «Привет, Чона~. Хочу тебе рассказать о себе, потому что ты не знаешь, как оказалось, ничего про меня, мое прошлое и то, что я прожил. Хотя, скорее всего, в блокноте ты увидел часть того. В детстве у меня не было ничего интересного. Я рос в отличной семье, ходил в хорошие школы и жил прекрасной жизнью. Всё началось с периода, когда я захотел стать айдолом и пошел в агентство на прослушивание. Я его прошел и стал трейни. Я был очень счастлив и представлял, как буду петь песни, которые сам же написал. Как буду продюсером мирового масштаба, как буду заниматься своим любимым делом, встречаться со знаменитыми и интересными людьми, но… Этому не суждено было произойти. Мне не хватало денег, и я пошел на подработку в кафе, на доставку. Однажды я попал в аварию на скутере и очень сильно повредил плечо. Врач сказал, что нужна операция, и я сказал об этом в агентстве. Они меня выгнали, и я потерял свою мечту, а с ней надежды на будущее, которое так хотел. Я мечтал быть не просто айдолом, а создать самую настоящую рок-группу с другом, с которым познакомился будучи трейни. Мы даже придумали название, образы и позиции в группе. Я умею играть на пианино и гитаре, а он на барабанах и очень красиво петь. Не волнуйся, я сделал операцию на плечо и прошел курс реабилитации. Еще… У меня была сестра родная, младшая. Её звали Мин Наён. Да, это то имя, которое ты видел в машине на брелке. Я не смог её защитить должным образом, и она погибла. Потом расскажу подробнее, когда смогу. Я очень люблю зиму, потому что зимой много мандаринов, праздники и снег. Люблю черный и белый цвет, потому что они разные, но дополняют друг друга. Люблю животных, особенно котиков и собачек. Люблю писать песни и зависать у себя в студии звукозаписи. Люблю путешествовать по Европе, особенно люблю Францию. Не люблю сладкое, но могу иногда съесть. Я стал очень холодным, недоверчивым, корыстным и просто ужасным человеком, потому что по другому не мог из-за предательств и самого главного - потерю самого родного человека. И этим самым нанес тебе огромный ущерб. Возможно, ты посчитаешь эти слова пустым звуком, но я надеюсь на твое прощение. Я хочу поменяться ради тебя, и Чонгук, я очень сильно тебя люблю и хочу, чтобы ты меня простил. Твой Мин Юнги~» С каждым словом младший хотел взять телефон и позвонить Юнги, чтобы попросить его прийти или просто услышать его голос. Слезы не заставили себя долго ждать и стали капать на одеяло. Парень не мог сдерживать эмоции и вытирал лицо рукавами рубашки. *** На следующий день, когда врач принес выписку, Чонгук был уже собран. Парень поблагодарил врачей и медсестер, которые ухаживали за ним, и через несколько минут вышел на улицу. Он присел на лавочку и закурил, смотря на прохожих. В его взгляде читалось явное недоверие к людям и доля осуждения. Взгляд Чона поменялся, как мысли и взгляды на окружающих. — Эй, ты чего? Куришь? Чонгук! — сбоку послышался знакомый голос, и младший глянул на источник. Это был Тэхён, который только что приехал, чтобы забрать друга к себе домой. — Какая тебе разница? — ответил Чон и встал с места, выбросив окурок в рядом стоящую мусорку. — Большая. Я не хочу, чтобы ты… — Ким не успел договорить, как его перебили. — Хоть слово на этот счет, и я вызываю такси, а после еду к себе, — сказал младший, немного грубее, чем планировал, чем удивил Тэ таким разговором. Ким опустил взгляд и, взяв вещи друга, пошел к машине. — Прости, ТэТэ, — смягчился Чонгук и обнял друга за руку, идя рядом. — Я слишком грубо тебе ответил. Прости… — младший протянул последнее слово, чем умильнул Тэхёна, и тот невольно улыбнулся. Погрузив вещи, парни сели в машину и приехали к дому уже через десять минут. Чонгук пошел первый, так как Тэ не разрешил ему брать вещи. — Тут так круто… — сказал Чон, зайдя на территорию дома. — Я тут вырос и жил, пока был подростком. Потом перебрался в Сеул, — Ким занес вещи в дом. — Мне тут очень нравилось, собственно, поэтому родители здесь живут до сих пор. Правда, сейчас они снова уехали к друзьям, — улыбнулся старший. — Проходи. Там кухня, — Тэ указал на право. — Там зал, а на втором этаже моя спальня и гостевая спальня. Родительская спальня на первом этаже, — Тэхён проводил небольшую экскурсию, параллельно разбирая вещи Чона, некоторые отправляя в стиралку, а некоторые расставляя по местам. — Пойдем кушать, я приготовил специально для тебя, — Тэ взял Чонгука за руку и повел на кухню. — О, вы уже приехали, — сказал Юнги, который накрывал на стол. Парень выглядел счастливо, по-домашнему и невероятно уютно. — Мойте руки и быстро к столу, а то всё остынет, — Мин чем-то напоминал хозяюшку, чем вызвал улыбку у Тэ, но недоверчивый взгляд у Чонгука. — Если ты мне сейчас не объяснишь, какого он тут забыл, я сочту это за предательство, — сказал Чонгук, повернувшись к Киму. — Тебе вроде на понятном языке сказали: «Мой руки и к столу». Пойдем, — Тэ сохранял спокойствие и хорошее настроение, чем не вызывал большего раздражения у Чона. Парни направились к ванной мыть руки. — Можешь объяснить, почему этот человек находится тут и хозяйничает на кухне? Он твоя горничная, а по совместительству повар? Или ты его из жалости принял к себе под крыло? — возмущался Чонгук, смотря на Кима через зеркало, полоща руки под водой. — Прекрати. Он со всей душой к тебе, а ты ведешь себя, как свинья. Нельзя так, Чонгук. Нужно уважать то, как он старается тебе угодить, как переживает за тебя, как действительно старается быть для тебя тем, кого ты хочешь видеть, — Ким выключил воду и вытер руки полотенцем. — Так живи с ним, встречайся, раз он тебе так нравится. Меня лично он раздражает, и садиться за один стол с ним я не имею никакого желания, — пробубнил Чон и собрался выйти из ванной, но Тэ его остановил. — Я вижу по твоим глазам, как ты его любишь и как не хочешь отпускать вопреки тому, что говоришь. Прошу, дай ему еще один шанс. Каждый имеет право на второй шанс, и он не исключение. Поверь, если ты не рискнешь, потом сможешь пожалеть об этом и винить как себя так и остальных, — Ким смотрел в глаза Чона практически умоляющим взглядом и видел, как младший действительно хотел к Юнги. Хотел обнять его, хотел быть с ним рядом, хотел почувствовать его объятия на себе. — Хорошо, Тэ. Я постараюсь, но не могу обещать ничего, — Чон сдался. Сдался, потому что держаться не мог и не хотел. Парни сели за стол и стали кушать, пить и разговаривать обо всём на свете. Очередная тема плавно перетекала в следующую и так далее. В основном говорил Тэхён, который старался разговорить парней, чтобы те поговорили как с ним, так и между собой. — Ох, согласен, зимой там очень красиво. Чон~а, ты был зимой у моря? — спросил Юнги, переводя взгляд на Гука. — Да, там действительно красиво, — практически без эмоций ответил Чонгук, продолжая кушать, вовсе не смотря на Мина. Старший еле заметно кивнул и встал из-за стола. — Ты куда? — спросил Чон, подняв взгляд на парня. — На улицу выйду. Я на пять минут, — старший пошел на выход, а Чонгук направился за ним, сказав Тэ, что всё в порядке. Юнги сидел на лавочке около дома и курил, смотря на уже темное, усыпанное звездами небо. На улице тепло, ветра нет и абсолютно тихо. Всё-таки нужно иногда отдыхать от шумных городов. Чонгук подошел к Мину, присел рядом и тоже закурил. — Тут красиво, — первый начал говорить Юнги, не поворачиваясь к младшему. — Да, я в будущем переберусь жить за город, — ответил Чон. Юнги повернулся и посмотрел на Чонгука. Наконец-то он мог наблюдать за своей любовью так близко, осознавая, что тот жив и здоров. — Чонгук… Давай поговорим о нас? Один разговор, и я больше не буду донимать тебя своим присутствием и разговорами. Просто разберемся во всем и всё, — Юнги отвел взгляд, смотря куда угодно, но не на младшего. — Давай, — младший докурил и выбросил окурок в рядом стоящую мусорку. — Я тоже хотел это предложить. — Я хотел… — Мин не успел договорить, как его перебил Чон. — Что ты хочешь сказать нового? Я всё слышал, даже то, что ты говорил, когда я был в коме. Честно… Плевать, поверишь ты мне или нет, но я слышал и видел тебя, как сейчас. И знаешь… Я верю тебе. Точнее, хочу верить, потому что люблю. Слишком прямолинейно? — усмехнулся парень и глянул на Мина. — Нет. Вот, слишком прямолинейно, — Чонгук взял Юнги за воротник, притянул к себе и поцеловал.