Counting stars

      – Всё, мальчики, я поехала! – высовываясь в коридор, крикнула Дженна. – Ведите себя хорошо и, пожалуйста, будьте аккуратны.       – Хорошо, мам! – Лиам откинулся на спинку дивана, чтобы удобнее держать зрительный контакт. – Повеселись там.       – Тео, следи, чтобы он никуда не влип!       – Ма! – Данбар хотел было возмутиться, но хлопок двери дал понять, что слова не дойдут до своего адресата.       Химера улыбнулся, закатив глаза. Дженна была в своём репертуаре.       Сегодня её сестра – тётя Лиама, пригласила их на празднование своего дня рождения. Будучи женщиной понимающей и любящей своего сына, Дженна не потянула его на застолье в близлежащем городе, а оставила с Тео отдыхать дома. Она и сама думала остаться, как-никак тревожное время для стаи и её ребёнка, да и Дэвид был на смене, а значит, начеку будет ещё меньше взрослых; но парни убедили её в обратном. Именно Дженна говорила о необходимости брать максимум из возможного и наслаждаться каждым моментом. Было бы неправильно ограничивать её из-за сверхъестественных проблем, на которые она при всём желании повлиять не могла. Женщина долго искала предлоги остаться, пока Лиам не пришёл к компромиссу: если что-то случится в городе или им просто нужна будет её помощь, парни обязательно позвонят. Такой расклад, кажется, устроил обеспокоенную мать, и уже через час она нарядная была готова к выходу.       – Что смешного? – Лиам перевёл взгляд на сидящего в кресле химеру.       – Ничего, волчонок, – ухмылка растянулась на губах Тео. – Не могу вспомнить, где твоя мягкая игрушка для сна. Тебе нужно будет подогреть молоко? Ох! – он театрально схватился за голову. – А ты сможешь сам помыться, или тебе понадобиться мой пристальный надзор?       – Господи, завали.       Данбар дотянулся до подушки и кинул её в хохочущего койота.       – Крошка Ли, я думаю, твоя мама не это имела в виду, говоря «ведите себя хорошо».       Лиам закатил глаза, скрещивая руки на груди. Изображать недовольство было сложно: парень уже успел подхватить приподнятое настроение Тео. К счастью, этого и не требовалось. Рейкен прекрасно понимал его эмоции и без сверхъестественных чувств.       – Я тебя обидел, волчонок? – Химера даже не думал прекращать издеваться. – Подарок загладит мою вину?       – Сломанный нос загладит, – подскочил Данбар, подхватывая ещё одну подушку.       – Я думал, мы уже прошли эту стадию отношений.       С хохотом Тео выставил ладони перед собой, уклоняясь от удара.       – Я тебя предупреждал! – с улыбкой на лице бета вновь замахнулся на парня подушкой.       – Мне жаль это говорить, малыш Ли, но ты очень плохо себя ведешь, – нащупывая возле себя недавно брошенную в него подушку, химера хитро смотрел младшему в глаза.       Заприметив чужие попытки, Лиам отскочил назад, принимая боевую позу. Однако стоило только Рейкену подорваться следом, как единственной мыслью в голове оборотня было бежать. С трудом сдерживая рвущийся из груди визг, Данбар побежал в сторону лестницы, постоянно оглядываясь. Зелёные глаза блестели от азарта, на губах расцвела улыбка из-за детской шалости. Химера показывал Лиаму всё больше себя настоящего, открывая новые стороны и влюбляя в себя ещё сильнее. Во всём происходящем был свой шарм: там, за окном, их ждут проблемы, раны, страх потери и неизвестность. Но здесь, внутри стен этого дома, разносился смех, безобидные подколы и умиротворение. Там – боль и ужас. Здесь – забота и любовь.       Забежав в свою комнату, Данбар прикрыл дверь только для того, чтобы выиграть немного времени и отбежать. Рейкен не заставил себя долго ждать. С широкой улыбкой и раскрасневшимися щеками он направился к бете, стараясь предугадать его траекторию.       Получать подушкой по голове было куда приятнее, чем пулю в живот. Слышать его смех – куда лучше, чем обеспокоенные крики. Чувствовать тепло его рук, обнимающих за талию – куда уютнее, чем мёртвую хватку, спасающую от болезненного падения.       Лиам упустил момент, когда Тео повалил его на кровать и, откинув орудия их импровизированной битвы, навис сверху.       – Поймал, – глубоко дыша, химера не мог не улыбаться.       – Поймал… – прошептал Данбар, завороженный представшей перед ним картиной.       Раскрасневшийся, растрёпанный, счастливый Тео так тепло и трепетно смотрел на него блестящими глазами, что руки Лиама непроизвольно потянулись к талии старшего. Интересно, койот тоже чувствовал это? Желание быть ближе, обнять, прижать к себе, поцеловать, говорить обо всём и ни о чём, проживать этот момент снова и снова.       Долго ждать ответа не пришлось. Согнув локти, Тео опустился, прижимаясь к бете. Грудь к груди. Сердце к сердцу. Они ловили дыхание друг друга, следя за каждым движением. Когда старший прошёлся языком по своим губам, Лиам не выдержал. Приподнявшись, сократил оставшееся между ними расстояние и поцеловал Рейкена.       Мир вокруг прекратил существовать. Ничто не имело большего смысла в данную минуту, чем губы Тео, сминающие его собственные, его тёплые руки, забирающиеся под майку беты, его приятный обволакивающий запах. Лиам целовался далеко не впервые. Они с Хейден буквально не отлипали друг от друга, но ни один из тех поцелуев не был так же хорош. Пальцы на ногах подгибались, губы приятно покалывало, дышать становилось тяжелее, но этого было мало. Хотелось быть ещё ближе, брать ещё больше. Сердце быстро стучало в груди. Не зная, куда деть собственные руки, Лиам то зарывался в мягкие волосы Тео, то блуждал по его спине.       Прикусив нижнюю губу Рейкена, младший услышал сдавленный стон. Оторвавшись от химеры, Данбар столкнулся с затуманенным взглядом зелёных глаз напротив. Грудь химеры высоко и часто вздымалась, пытаясь вернуться к нормальному дыханию. Старший наклонился к Лиаму, взял в охапку, устраивая собственную голову между его шеей и ключицей.       Бета замер, боясь лишний раз вздохнуть. Ему бы очень не хотелось сделать Тео неприятно, поторопиться в чём-то, оказаться чересчур напористым.       – Всё хорошо?       – Ты переворачиваешь мой мир с ног на голову, – хрипло отозвался Рейкен, коротко целуя парня в шею.       По телу Лиама пробежались мурашки – столь откровенным и нежным был ответ койота. Данбар дотянулся до головы Тео, зарываясь в чужих волосах. Химера пах спокойствием и теплом. Пусть у них и пропали сверхъестественные способности, но младший был уверен в своих догадках.       Они лежали так ещё некоторое время, лениво поглаживая друг друга и невесомо целуя в губы, щёки, шею… Лиам перекочевал под бок Тео, устраиваясь на груди парня, задумчиво глядящего в потолок. Его размеренно бьющееся сердце убаюкивало Данбара, заставляя блаженно прикрыть глаза.       – Лиам, – голос Тео всё ещё был хрипловатым, из-за чего по телу младшего вновь пробежала мелкая дрожь.       Бета поднял голову, выражая свою заинтересованность. Койот улыбнулся, наблюдая за его полусонными попытками держать глаза открытыми, и аккуратно поцеловал парня в лоб.       – Поехали в заповедник? – невзначай предложил Тео.       – Зачем? – Данбар не задумывался о возможной опасности, ему было интересно, что задумал старший.       – Я знаю одно место, – рассматривая давно въевшиеся в голову черты лица, рассказал Рейкен. – Там хороший вид. Можно взять что-нибудь с собой.       – Ты зовёшь меня на свидание? – губы Лиама расплылись в довольной улыбке.       – А ты бы хотел, чтобы это было свиданием? – койот приподнялся.       Из-за смены положения, Данбару пришлось сесть. В действиях Тео читалась лёгкая неуверенность. Лиам обхватил лицо старшего ладонями и быстро чмокнул того в губы.       – Только если мы возьмём колу и мои батончики.       Рейкен скривился, сменяя растерянность наигранным отвращением.       – Сплошной холестерин, как ты можешь это есть?       – С удовольствием, – широко улыбаясь, Лиам притянул Тео к себе, чтобы оставить на его губах ещё один поцелуй.

***

      Они так и не взяли с собой батончики. Несмотря на всё желание Лиама повредничать, он ничего не смог с собой поделать, когда, спустившись, обнаружил Тео, старательно собирающего им сэндвичи. Расскажи кому из старшей стаи, что психопат-убийца Тео Рейкен носился по дому как ребёнок, играя в подушечный бой, а после стоял на кухне и делал им угощения – не поверили бы. Данбар и сам не верил. Это были два абсолютно разных человека. За этого Тео он был готов стоять грудью, бросаться под пули и идти против мнения всего мира. Кажется, он был по уши влюблён.       Химера припарковал пикап на опушке заповедника. От открывающегося вида на окутанный сумрачной пеленой город у Лиама спёрло дыхание. Огни зажигались один за другим, оживляя темные здания. За каждым из них скрывался человек, история, событие, о которых они никогда не узнают. Множество маленьких кусочков одного пазла.       Лёжа в кузове машины, откинув опустевший контейнер и укрывшись пледом, они лежали плечом к плечу и наблюдали за небом над головой. Ни одно облачко не мешало увидеть кучу звёзд, россыпью раскиданных по тёмному полотну. Они мерцали, как бы подмигивая и желая рассказать все те тайны, свидетелем которых они стали.       Вокруг было тихо. Ни единой души, дуновения ветра, треска веток – только спокойствие и умиротворение. Лиам гадал, виной тому окружающая атмосфера позднего вечера или сам койот был причиной подобных ощущений.       – Тара любила рассматривать небо ночью, – Тео перевёл взгляд на младшего, делясь частью своих воспоминаний.       На секунду Лиам забыл, как дышать. Он мало знал о прошлом химеры до Врачевателей страха. Для него Тара – причина кошмаров Рейкена, та, что безжалостно забрала его в ад. Но она была сестрой Тео. Частью его прошлого, ещё беззаботного детства, любящей семьи. Данбар внимательно смотрел на старшего, боясь упустить что-то важное.       – Иногда она рассказывала мне истории.       Тео поднял глаза на небо. Ему потребовалось некоторое время, чтобы найти ковш, складывающийся из звёзд.       – Она говорила, что большая медведица когда-то была необычайной красоты девушкой. А потом жена Зевса превратила её в безобразное животное.       Химера плохо помнил подробности той истории. Он был маленьким, да и тема горящих шаров за окном тогда мало его интересовала.       – Гера была той ещё ревнивой сукой, – усмехнулся Лиам. – Она решила, что Каллисто – та самая красивая девушка – её соперница, и превратила в медведицу. Сын Каллисто, кстати, чуть не убил её, не узнав, но Зевс удержал его руку и забрал медведицу на небо. В малую медведицу заодно превратил любимую собаку Каллисто, а сына – в созвездие Волопаса, чтобы мать защищал. Вот, – бета очертил созвездие ниже большого ковша.       Тео удивлённо похлопал глазами, после чего прикрыл их рукой, прыснув от смеха.       – Прости, совсем забыл, с кем имею дело.       Лиам смутился и опустил глаза, как провинившийся щенок. Ему хотелось поддержать беседу, а не выставлять себя всезнайкой.       – Она рассказывала ещё что-нибудь?       – Да, постоянно. Но я не помню толком ничего. По большой медведице удобно искать полярную звезду, наверное, поэтому и отложилось в памяти.       Что-то внутри Данбара больно сжалось. Для него звёзды – неизведанный мир, интересные мифы, недосягаемое волшебство. Для Тео – способ выживания. Это казалось таким неправильным.       Младший дотянулся до ладони химеры, аккуратно сжимая её. Тео задумчиво переплёл их пальцы.       – Ты… скучаешь по ней? – осторожно спросил Лиам.       – По Таре? – Рейкен казался весьма смятённым вопросом.       – Можешь не отвечать, – младший сразу стушевался. Это личное. Тео должен рассказывать подобное, когда сам захочет, а не когда любопытство Лиама будет давать о себе знать.       – Не знаю, – химера пожал плечами, рассматривая черты лица беты, словно хватаясь за каждую мелочь: родинку, ямочку, волосок, – как за свой спасательный круг. – Сейчас с ней ассоциируется мало хорошего. В детстве мы много времени проводили вместе: играли, гуляли, она читала мне. А потом начался тот самый период, когда Тара стала слишком взрослой, чтобы водиться со мной. И всё. Я стал балластом, которого недовольно таскали с собой, потому что так сказали родители.       Лиам молчал. Он буквально под кожей ощущал, насколько всё это было важно и интимно. Данбар не мог поддержать химеру словами. У него не было старшей сестры или брата, он не был в аду с их участием. В его голове не возникал диссонанс от того, что его родной человек раз за разом причинял ему боль. Но он мог быть рядом, разделяя эти эмоции. Держать за руку, подставлять своё плечо, прижимать к себе и просто любить. Тео принял его с РПВ, раздражающими повадками и тараканами в голове. Меньшее, что бета мог сделать – показать, что всё это обоюдно.       Лиам протянул свободную руку, обнял старшего за плечо и прижал к себе. Рейкен положил голову на его грудь, прошептав на выдохе:       – Наверное, я скучаю по нашей с ней дружбе.       Данбар прикусил нижнюю губу. Слова Тео были наполнены тоской и грустью с примесью вины. Бета водил причудливые узоры по плечу старшего, выражая поддержку. Рейкен не был виноват в том, что Тара повзрослела и у неё сменился круг общения. Он не был виноват в том, что его родители не досмотрели девятилетнего сына и тот связался с Врачевателями.       – Расскажи мне что-нибудь, – разворачивая голову к звёздному небу, попросил химера. – О звёздах.       – О звёздах… – глупо повторил Данбар, отрывая взгляд от парня.       Россыпь огней складывалась в фигуры, картины, созвездия, каждое из которых имело под собой историю. Глаза Лиама разбегались, не зная, за что зацепиться. Он не был уверен, как лучше поступить: рассказать самые известные мифы, поискать созвездие с близкой для них историей, уточнить, знает ли Тео о той или иной звезде. Имел ли значение его рассказ, или койот просто хотел заполнить тишину.       Данбар почувствовал, как его руку сжали сильнее, и закрыл глаза. Перед бетой предстало лицо Тео в зоопарке. Его удивлённый и в то же время восхищённый взгляд после услышанной легенды. Волнение стало отступать. Лиам открыл глаза, натыкаясь на прекрасно известное ему созвездие. Какая к чёрту разница о каком именно мифе он будет говорить, если слушателем будет Тео.              – Это Плеяды, – Данбару потребовалось разъединить их руки, чтобы очертить скопление звёзд. – Говорят, сестёр Плеяд долгое время преследовал охотник Орион. Плеяды обратились за помощью к богам. Зевс превратил их в голубок, которые носили ему амброзию. Но Орион продолжал свои преследования, и тогда Зевс превратил сестёр в скопление звёзд. Ориона, кстати, тоже. И закинул по другую сторону от Тельца. Получается, Орион обречён безуспешно преследовать Плеяд по небосклону.       – А он не мог просто сразу отправить Ориона на небо? – Тео скептически приподнял бровь. – Зачем все эти перевоплощения, если можно было сразу просто убрать опасность?       Лиам усмехнулся. Претензия была полностью оправдана.       – К мифам в принципе очень много вопросов. По ощущениям, Зевс в любой непонятной ситуации кидал всех на небо. Рейкен задумчиво хмыкнул, рассматривая скопление звёзд.       – Их семь, – вспомнил младший. – Семь сестёр, но видно только шесть. Одна из сестёр влюбилась в смертного и сбежала.       – А остальные, зная, что их опасность заточена, решили остаться?       – Это всего лишь мифы, – серьёзность подхода старшего к таким вопросам не могла не умилять. – Как думаешь, если мы существуем, то могли ли они?       После того как Лиам стал частью сверхъестественного мира, он не раз задумался о существовании существ из всяких легенд. Он не сомневался в том, что сирены топят моряков, а в Бермудском треугольнике можно найти ундин, насыпающих проклятия на всех, кто попал на их территории.       – Я атеист, – Тео пожал плечами. – Мы знаем многовековую историю оборотней, видим их по сей день, как и других сверхъестественных, но видел ли кто-нибудь хоть одного бога на самом деле? Которого из них? Зевса? Иисуса? Ра? Мне кажется, волшебство существует как отдельная материя, не нуждающаяся в ком-либо.       – Это имеет смысл.       Было странно задавать этот вопрос тому, кого буквально вытащил из ада. Лиам не был уверен, повлияли ли те события на отношение Рейкена к вере, или случившееся просто стало очередной каплей в море его убеждений.       Данбар не придерживался какого-то конкретного ответа на свой вопрос. Жить, думая, что всё заранее предначертано, было проще в тяжёлые времена. Но вместе с тем Лиам достаточно хорошо знал историю, чтобы сделать вывод о том, каким удобным инструментом воздействия на людей была религия. В любом случае, чужое мнение никак не влияло на его отношение к Тео.       – А это что? – химера кивнул на звёзды над ними.       Сложно было сказать, что именно Рейкен имел в виду. Лиам подозревал, что парень не говорил о чём-то конкретном. Он просто хотел хотя бы ненадолго вернуться в тот мир, где звёзды были частью чего-то волшебного.       – Это...       Данбар взмахнул рукой, чтобы указать на выборное созвездие, как вдруг под траекторию поднятого пальца попал стремительно летящий к земле огонёк.       – Звезда, – оживился Лиам, поднимаясь. – Скорее. Загадывай желание.       – Серьёзно? Это же дет...       – Заткнись и загадай чёртово желание.       Тео закатил глаза, отдарил младшего сверлящим взглядом, но всё-таки зажмурился, что-то говоря одними губами. Добившись своего, Данбар так же закрыл глаза. Он хотел бы, чтобы такие вечера были чаще. Чтобы стая собиралась не только в условиях смертельной опасности. Чтобы они приняли Тео, как смог он.       – Хочу, чтобы никто не пострадал от заклятия, – не слышно даже для себя, пожелал Лиам.       Он справится с недовольными взглядами Малии. Он придумает, как участить их встречи. Но Лиам представить себе не мог, что случится, если он потеряет ещё кого-то. Если он потеряет Тео.       Открыв глаза, бета наткнулся на изучающий его взгляд.       – Что ты загадал? – Рейкен устроился в кузове поудобнее.       – Эй! Ты что, не знаешь? Нельзя рассказывать – не сбудется.       – Лиам, это сгорающий в атмосфере метеороид, ему всё равно, скажешь ты или нет.       – А мне всё равно на то, что ты не веришь, – Лиам фыркнул, устраиваясь рядом. – Моё желание сбудется, а ты будешь кусать себе локти.       – Я буду кусать тебя.       Тео приблизился, показательно скаля свои совершенно обычные человеческие зубы. Младший с усмешкой вытянул руки в защитном жесте.       – Придурок.       Рейкен обнял парня, сбрасывая образ. Что-то в этих объятиях было не так. Они не были похожи на те, что были дома: уютные, тёплые, трепетные. Эти скорее походили на объятия, в которые Лиам заключил Тео после их ссоры. Виноватые, с запахом страха от возможной потери.       – Тео?       – Наверное, не стоило на первом свидании говорить о мёртвой сестре, да?       Данбар мягко оттолкнул старшего, чтобы заглянуть ему в глаза.       – О чём ты? Всё было хорошо, – Лиам не совсем понимал причины переживаний химеры. – Ты нашёл прекрасное место, приготовил нам закуски, слушал мои занудные легенды…       – Они не занудные.       Бета знал, что Тео было интересно. Он видел, с каким теплом койот посматривал на него во время рассказа.       – А истории о Таре не могут быть неуместными. Она твоя сестра, Тео. Это твои воспоминания, та пока неизвестная мне часть твоей жизни, которую я всегда буду рад услышать. Как только ты будешь готов об этом поговорить, разумеется.       – Кажется, это не совсем романтично.       – Кажется, мне плевать на романтику. Я хочу по-настоящему быть с тобой, а не просто целоваться и жевать розовые сопли. Я знал, на что иду, не нужно подстраиваться под общепринятые стандарты. Мне не нужны валентинки на четырнадцатое февраля, двойные свидания в кино и завтрак в постель. Мне нужны твои подколы, сарказм и отрезвляющий подзатыльник, когда я захожу слишком далеко. Мне нужен настоящий ты со всеми…       Тео прервал его эмоциональную тираду. Парень осторожно взял Лиама за подбородок и, притянув к себе, поцеловал. Аккуратно. Мягко. С благодарностью.       – Я не хочу всё испортить, – признался химера.       – И ты отлично со всем справляешься.       Данбар прекрасно всё понимал. Страхи Тео не уйдут от пары разговоров, на это нужно время. Бета готов был ждать сколько потребуется, напоминая о важности и успехах парня. Тео мог быть хорошим стратегом, отличным стрелком и бойцом с более выдающимися способностями, но в делах более личного характера Рейкен был слаб. К счастью, Лиам готов поделиться с ним всем своим опытом.       – Так что ты говорил о звёздах?       Младший поднял глаза на небо, но рассказу не суждено было стать ни озвученным, ни услышанным – телефон Лиама неприятно запищал, разрушая всю магию момента. Достав устройство из кармана, бета нахмурился. На экране высветился входящий звонок от Дерека. Вряд ли он просто хотел пожелать спокойной ночи.       – Алло.       Приложив телефон к уху, Лиам посмотрел на Тео. Тот не выглядел настороженным, скорее просто терпеливо ждал новости.       – Ты один? – по голосу Хейла тоже сложно было понять масштаб проблемы. Он, как и всегда, говорил коротко и практически безэмоционально.       – Нет, с Тео.       – Приезжайте в ветклинику. Сейчас.       – Что случилось? – Лиам не собирался перебирать в голове все ужасные развития событий из-за немногословности собеседника.       – Мы поймали охотника.       – А, – беспокойство на лице Данбара сменилось на удивление. – Хорошо. Мы скоро будем.       Сбросив звонок, Лиам растерянно посмотрел на химеру. Если всё пройдёт гладко, они смогут подобраться к магу. Рейкен лишь изогнул бровь, без слов задавая очевидный вопрос.       – Поехали, – опомнившись, младший сбросил с них плед. – Охотника поймали.