Чёрное в белом

      Первый корпус находился прям на выходе из студенческого квартала. Так что, даже не смотря на утренний казус, я успел добраться до него не опоздав.       Монументальное здание, вставшее передо мной, как и корпуса, что я видел до этого, внушало некий внутренний трепет. Оно не было гигантским, хотя, стоя под его сводами, я ощущал себя муравьём. Здание имело всего три этажа и невысокую купольную крышу со шпилем.       Камень, из которого оно было построено, уже заметно иссечён временем, так как на штукатурке виднелись трещинки, да и её цвет варьировался от бледно-кремового до серо-желтого. Высокие и стройные колонны, поддерживали навес над главным входом.       Стоило мне пройти выше по паре ступеней, над двустворчатыми деревянными дверьми я заметил какой-то рисунок, вырезанный в камне. Раскрытая книга, на ней меч, а вокруг бусины, которые заключали эту композицию в ровный круг. Герб пансиона?       А толкнув двери и зайдя внутрь, я будто бы попал в новый мир. Вокруг витал запах мела, краски и старых книг. Он менялся с гулом голосов, шуршанием и многочисленным звуком шагов. Тут было в разы оживлённее, чем в зданиях, в которых я бывал до этого. Туда-сюда сновали студенты и преподаватели, а из больших вытянутых окон сочился яркий свет. Паркет под ногами был вымыт до блеска. Так же, как и золотистые рамы картин на стенах. Видно, что за внутренним убранством тут тщательно следили.       Около стен располагались длинные скамейки, между ними — постаменты с цветочными горшками. Ближе всего ко мне, с правой стороны, было несколько информационных досок. Как раз на скамье около них я заметил знакомую морду Жерара. Подходить не хотелось, но лучше сбиться в кучу. Если потеряемся, то хотя бы все вместе.       — Доброе утро, — послышался знакомый голос за спиной, не успел я сделать и шага. Обернувшись, заметил Нила. Чуть уставший, какой-то помятый, но не то что бы он выглядел нервным или потерянным.       — Доброе, — отозвался я, замечая в его руках ножны. Слишком маленькие для меча, как по мне, но большие для кинжала, — а что это у тебя?       — Это? Та я сам до конца не понял, — он взглянул на своё оружие, пожав плечами, — я же боевик. Но не очень понимаю, как с этим управляться. Похоже на короткий клинок. Но я никогда не орудовал таким. Как-то к шпаге больше привык… Кстати, а ты же, вроде, чернокнижник? — он оторвал взгляд от ножен и осмотрел меня, — А где твоя книга?       — А… Её нужно было брать с собой?       — Не знаю. Я на всякий случай брал. Говорят, лучше не оставлять нигде.       — Не подумал об этом, — смущенно сказал я, потерев затылок, — утро слишком суетное. Да и состояние всё ещё так себе.       — Могу понять, — он тяжело вздохнул и, кажись, хотел спросить что-то ещё, как за его спиной мелькнула знакомая огненная шевелюра.       — Чего толпитесь у входа? — бодро и с улыбкой спросил подошедший Андре-Луи. Точно, он же теперь будет ещё и преподавать нам некоторые дисциплины… Аж мороз по коже, когда я представляю это себе.       — Простите, — отозвался Нил, чуть отступив в сторону, — а куда нам?       — Да вон на скамейки идите. Да и я с вами, — от чего-то он посмеялся и повёл нас, к ранее замеченному мной, Жерару. За его фигурой, оказалось, скрывался уже знакомый мне дед. Как же там его имя?.. — итак, дождемся остальных рекрутов, заведующих и вам всё расскажут, — добавил Луи и присел на соседнюю свободную скамью. Я же умостился рядом с дедом. Нил предпочёл постоять.       Разговаривать никто не спешил. Я лишь рассматривал присутствующих, заметив, что и у Жерара и у деда не было ни книги, ни оружия. Да и сам Жерар что-то был смурнее тучи. Даже не обратил на меня внимания. Может, конечно, они тоже не взяли свои артефакты… А может они некроманты оба. Хотя, я честно не представлял Жерара в такой ипостаси.       Постепенно нас становилось чуть больше. И многие всё-таки пришли со своими артефактами. Даже некомфортно стало от факта того, что я не взял книгу. Даже была мысль сбегать за ней по быстрому. Тут идти-то минут пять. Но пока я набирался смелости, подошла дама, что была на экзаменах, а за ней и директор. Естественно, идти уже никуда не пришлось.       Нас пересчитали, убедились, что все на месте и тогда каждый из старших начал перечислять фамилии по спискам, прося названных разделиться на кучки. Один только эр-нэ-Ашиль стоял без списка и, кажись, рассматривал не студентов, а вид за окном, которое было за нашими спинами.       К моему удивлению, меня не называли до самого конца. Оба списка кончились и профы увели свои группы на второй этаж. Один я остался нервно наблюдать. А после с вопросом глянул на директора, что остался со мной.       — Ты единственный чернокнижник в этом месяце, — пояснил он мне, — я по-совместительству заведующий кафедрой чернокнижников. Поэтому объяснять всё буду тебе лично.       Я кивнул, чуть смущенный этим. Остаться один на один с директором снова было не самым прикольным времяпрепровождением, но будто бы у меня был выбор. Так что пришлось идти за ним на второй этаж, в один из свободных кабинетов.       Мужчина занял место за преподавательским столом в центральном ряду, а меня усадил прям напротив себя.       — Книгу не брал? — спросил он, а когда получил отрицательный ответ, слегка кивнул, — ладно. Но впредь запомни: книга должна быть при тебе всегда. Где бы ты ни был и чтобы ты не делал. Хоть в туалете, хоть на задании. Ты с ней спишь, ешь, моешься и далее по списку.       Я кивнул. В целом, похожие порядки были в армии, когда нельзя было отпустить от себя оружие ни на секунду. Но, конечно, по сравнению с каким-нибудь калашом, таскать с собой книгу гораздо проще. Проблема в другом: как бы её не испортить. Особенно с местной погодой.       Но я не успел задать этот вопрос — директор достал из ящика стола кожаный чехол с цепочкой. Я уже видел такие и тут, и ещё в Блонш. Сомневаюсь, что такой чехол убережёт от всего, но точно облегчит перенос книги. В руках таскать не нужно будет.       — Зачарованием чехла вы займетесь на практических занятиях. Но так как ты много пропустил, этим ты будешь заниматься на допах. Разберёшься. Далее, — он снова полез в ящик, на этот раз достал оттуда какую-то папку и начал по очереди доставать из неё какие-то бумаги и конверты, — это контракт. Две копии. Читаешь, задаешь вопросы, подписываешь. Это талон для столовой. Студентам положена бесплатное трехразовое питание. Показываешь, тебе выдают. Но учти, отдельные продукты на этот талон взять нельзя. Это образец заявления на выдачу формы. Напишешь сейчас, я подпишу, сходишь в хоз-дом, получишь. Это расписание занятий.       Я кивал, поочерёдно переводя взгляд с одной бумаги на другую, когда мне на неё указывали. Без бюрократии никуда. Пока я писал заявление для формы, директор читал мне правила безопасности и запреты. Без формы по пансиону не ходить, магию без разрешения и присмотра мастеров не использовать, самовольно остров не покидать, казённое имущество не портить, в нетрезвом виде на занятия не являться. И далее по стандартному списку.       В самом контракте были прописаны стороны договора, указано, что образование бесплатное, максимальный срок обучения — десять лет. Возможность получить уровень до магистра магии. При расторжении договора до получения лицензии, я должен буду либо перейти в другой пансион и предоставить справку об этом, либо подписать договор с инквизицией. Так же были прописаны риски и в каких случаях пансион будет оплачивать моё лечение. В общем, ничего сверхъестественного, что могло бы меня смутить, так что я всё подписал.       — Теперь поговорим о делах более насущных, — сказал директор, складывая свои копии бумаг в папку, — твоя книга зашифрована. Что бы использовать заклинания и практики из неё ты должен будешь её расшифровать. Судя по анализу наших экспертов, это какой-то древний язык. Либо выдуманный автором книги с нуля. Но, с учетом того, что он отдал её в общий архив, она не должна быть непереводимой. Но за всё время существования архива эта книга появлялась всего дважды. Ты третий её владелец, не считая автора. И никто из двух предыдущих чернокнижников расшифровать её не смог. Разве что только частичный смысл смогли извлечь из некоторых слов, которые, видимо, являются заимствованными из других языков. И примерно понять общее направление по иллюстрациям. Я не смогу помочь тебе непосредственно с переводом, но у тебя будет доступ к библиотекам, в том числе - закрытым секциям. Так же, если ты дашь разрешение, книгу можно будет передать на изучение профи. Но я не могу гарантировать тебе хоть какой-нибудь результат.       — Выходит… Если я не смогу ничего сделать с этим текстом, я не стану магом?       — Твой контракт подразумевает возможность обучения в течении десяти лет. Если за это время ничего не выйдет, увы, тебя уже не примут ни в один пансион, — он развёл руками, а я мог лишь поджать губы. Звучало плохо. Даже хуёво.       — Почему я просто не могу взять другую книгу? По какому принципу вообще кто-то посчитал, что для меня предназначена именно эта… писанина.       — Увы, но что бы тебя выбрал другой артефакт, нужен шанс один на миллион. Ты не первый, кто задался этим вопросом. Но зачарования книг устроены так, что они выбирают энергии, максимально похожие на энергии тех, кто их написал. Если мы отдадим книгу обратно в архив и ты попытаешься пройти через алтарь снова, с вероятностью в 99 и 9 процентов, она вернется к тебе. Очень редко когда у кого-то бывает совпадение больше, чем с одним артефактом. Зачарования и так часто цепляются за мелочи, что бы хоть по незначительному фактору найти совпадение. Бывает такое, что маг даже может остаться без артефакта. Но это, опять-таки, бывает довольно редко.       — Но мы же можем попробовать?       — Если через год ты никуда не продвинешься, то мы попробуем. А до того момента, попытай удачу. Возможно всё-таки совпадений с автором книги у тебя окажется больше, чем у твоих предшественников и ты что-то поймёшь. И если это случится, я буду ждать тебя у себя в кабинете, — он встал с места, зажав папку подмышкой, — а до тех пор, учись азам, которые пропустил. Для этого информация из книги не обязательна.       Я мог лишь кивнуть и, взяв документы, выйти в след за директором. Нужно просто стараться не думать о безнадежности своего положения. В конце концов, я же знаю столько земных языков! И местные некоторые тоже… Возможно у меня получится перевести хоть что-нибудь. Не может быть такого, что этот язык не будет похож не на один мне известный. Разве что только в том случае, если автор, как я, попал сюда с земли. И писал на каком-нибудь древне-египетском. Или, не дай боже, какой-нибудь вязью или иероглифами. Ладно. Рано паниковать. Я толком даже обложку книги не разглядывал, не то что её содержание.       — Не забудь о завтрашних занятиях, — предупредил директор перед тем, как мы разошлись с ним уже на улице.       Да уж. Снова привыкать к новому ритму. Бегать по корпусам… Знакомится с новыми сокурсниками. Теперь я, выходит, полноценный студент. Аж мурашки по коже.       Стоило мне вернуться в пустой дом, как я сразу достал из-под подушки книгу. Снова это странное ощущение от неё… Будто бы легче становится, но при этом столь непривычно, что это даже пугает.       Темно-синяя обложка с более тёмным рисунком, создающим рамку. Треугольники и схематичное изображение волн. А в центре чем-то золотым были изображены циркуль и треугольная линейка. Почему-то этот рисунок казался мне знакомым…       Вся эта обложка под пальцами ощущалась довольно шершавой. Особенно позолоченный рисунок. Но при этом она была вполне целой. Не сказал бы, что она столь стара, как о ней говорил директор… И ведь она успела сменить уже трёх владельцев.       На обратной стороне было тоже самое, что меня немного удивило. Обычно задняя часть книги хоть как-то отличается. Да и надписей никаких нет… Было страшно её открывать, но медлить дальше нельзя.       Внутри меня встретил текст, написанный белыми чернилами на тёмно-синей бумаге, в тон обложки. И…что это?       Большими витиеватыми буквами вверху, в центре, было написано: «Préface», что с французского переводилось как: «Предисловие».