Драконьи песни

Бедный Бильбо Бэггинс. Поддался хоббит волшебному очарованию серого волшебника и всё же решился выйти за порог своей норы. В его внутренней борьбе всё же победила жажда приключений привычному комфорту. И добежав до ушедшего отряда Торина Дубощита, радости Бильбо не было пределов. В особенности его порадовала вера Гэндальфа в него. — Я не сомневался в тебе, — сказал волшебник, пряча мешочек с монетами, которые выиграл в споре. И даже забытый носовой платок пока что не пошатнул уверенность в своём решении. Хотя, трудности с которыми пока что он столкнулся, это аллергия на конский волосы и насмешки гномов. — А где же… — только сейчас заметил хоббит, — Два последних гостя? Они не отправились с нами? — Плохо вы слушали вчера, господин взломщик, — посмеялся седовласый Балин, — Они ведь предложили помощь в убийстве дракона, а не в сопровождении нашего отряда. Тут же оживился Фили, подскакав ближе на пони. — К слову об этих двоих. Мистер Балин, вы знакомы с ними? — Слабо мне верится, что эти эльфы — драконы. Ни чешуи, ни рогов, ни даже крыльев. Что же это за драконы?! — присоединился Кили. — Хо-хо, мои друзья, я с ними знаком ни больше, чем Торин. О драконах вам нужно расспрашивать у нашего волшебника. Однако, Гэндальф от чего-то в разговор не спешил встревать, а только слушал, и взгляд его был обращён на горизонт, где лес сливался с небом. — Я искренне надеюсь, что нам не придётся наблюдать их мощь. Всё же, остаётся шанс что нашему взломщику удастся выкрасть камень королей без подобных жертв. Торин впереди колонны был мрачен. Бильбо призадумался. — Подождите… Если они действительно драконы, способные убить Самуга, то почему они не сделали этого раньше? Ещё когда он только напал на гору? Мне показалось… Что они этого и не особо хотят. Ну… Убить. Балин метнул взгляд во главу колонны, где был Торин Дубощи, который решил остаться при своём мнении. — Мистер Бэггинс, — обратился волшебник, — А если бы вам сказали убить преступника хоббита, вы бы с таким же энтузиазмом обнажили меч? — Плохое сравнение, Гэндальф, — проворчал Торин. — От чего же? Самуг — дракон, как и они. И попрошу заметить, один из не многих выживших. Никто не оправдывает его, и всё же, он один из последних представителей их рода. У вас, гномов Эрибора, отняли дом, а у них отняли весь их народ. И предложить первыми помощь в убийстве последнего собрата, заслуживает проявить к ним уважение. Так что, дорогие друзья, отнеситесь к ним с терпением и пониманием. Особенно к черноволосой девушке. — Она за весь вечер ни слова не проронила. Я пытался разговорить её, но она сбежала и растворилась в темноте! Магия, не иначе. — Кили, она просто испугалась твоего перегара… Первый день своего пути Бильбо успешно преодолел. Следующий принёс много тревог. Ещё на подходе к лесу Гэндальф заподозрил что-то не ладное. Его взгляд периодически взмывал к небу, и всё разглядывал облака, пытаясь кого-то найти. Хоббит учтива поинтересовался, всё ли хорошо. Он повода беспокоиться не видел. — Нам не стоит оставаться в этом лесу. Драконы не увидят нас в чаще, если понадобится помощь. — Помощь? — изумился Торин, — Разве не ты говорил, что сопровождать нас они не будут? — Сопровождать нет, но разузнать что впереди им вполне под силу. Днём им приходится лететь настолько высоко в небе, что их не распознать обычному смертному глазу. Ночью же, они могут спуститься на землю незамеченными. Именно поэтому мы обговорили места ночных привалов. И данное место в их список не входит, Торин. — Я уже говорил, что я не собираюсь останавливаться у эльфов. — Там нет твоих врагов, Торин Дубощит! И эти драконы тебе не враги. — Ты хотя бы слышишь себя, волшебник? Драконы и не враги мне? Драконы, всё одно племя. Молодёжь может и не слушала легенды, но я помню, как дед мне рассказывал о том, почему драконов уничтожали. И почему были созданы гномами черные стрелы. Гэндальфа это задело. — Зря ты так, Торин. Нарсильм жизнь тебе спас. — А где гарантия, что это было не подстроено? Откуда орки узнали про меня? И каким образом он оказался так вовремя рядом? Слишком много совпадений, — гнев гном пытается взять в узду, — Слишком много, Гэндальф Серый. Этот выпад в свою сторону волшебник не сдержал. Он уходит. А Бильбо растерянно остался в одиночестве среди незнакомых гномов. Сомнения объяли отряд Торина, как и его самого. Почему брату с сестрой не верили? Бильбо показалось, что они были достаточно честными. Он не почувствовал подвоха, лишь только глубокую печаль, которую брат с сестрой старательно прятали от посторонних глаз. Чем они заслужили такую ненависть к себе? Бильбо не понимал. И даже когда их поймали тролли, будучи связанным, Торин не стал изменять себе. — Торин, — просил его Балин, — Позови их! Они ведь сказали тебе волшебные слова, да? — Нет. Я не буду вновь обязанным этим тварям. Эти слова сильно повлияли на Бильбо. Он сам пошёл тянуть время. Он сам старался спасти отряд Торина Дубощита, и его самого. Только ночью драконы могли их услышать. Время приближалось к рассвету. И вместе с ним пришло их спасение. Гэндальф. — Торин, дурная ты башка, почему не позвал на помощь?! Для чего тебе был дан рот и язык? Гномий король не стал перечить. Знал, что оплошал. И всё же… Возмущению Гэндальфа не было придела. Он так надеялся, что Торина взаправду удалось убедить, ему казалось, что они с Нарсильмом нашли общий язык, но как показала практика… Быть может, их будет лучше попросить сойти с небес на землю? Была только одна проблема… Даже если бы Торин позвал драконов, они бы не пришли. Их не было на небе в эту ночь. Гэндальф убедился в этом. Где же тогда они? Волшебника обуревали тревоги. Их подтвердил прибывший Радогаст. От нервов ему пришлось даже закурить трубку. — Опасения драконов подтвердились, Гэндальф. Очень древнее зло пробудилось. И его зов не только Нарсильм с Араменель услышали. Твари собираются в тёмной башне Долголдура. Зеленый лес болен. Эта зараза распространилась до самых границ лихолесья! — Значит, он был прав, — выдохнул горький дым серый волшебник. — Они вас не оставят в покое. За вами погоня, — продолжил Радогаст, — С ночи продолжает уничтожать лазутчиков в здешних окрестностях. Малышка предупредит, если они будут уж совсем близко. Пока есть время! Скорее. — Берегись! Огромный серый варг зашуршал в кустах, и разинув пасть, бросился на Бильбо. Без криков, удивительно тихо, с возвышенности спрыгнула черная фигура и отрубила огромным мечом голову волку. Отрубленная голова покатилась по земле, а черная кровь брызнула на лицо испуганного хоббита. Даже гномы не успели отреагировать. Только огромные серые человеческие глаза — всё что успел увидеть. Рывок. Меч со свистом рассек воздух и вонзился точно в распахнутую пасть нового варга. — Почему ты подпустила их так близко! — укорил её Радогаст. Его зайцы в ужасе присели. Убийственная аура, черная как смоль, повисла в тишине и шорохе дёргающихся тел убитых зверей. Бильбо узнал этот меч. — Я виновата, что вы так долго говорили?! Что вы застыли? Бегом! Оборачивается к ним та самая молодая девушка, что в доме хоббита так мило просила покушать. Её тонкая фигура возвышалась над грудой мертвого мяса, с черным от крови мечом, не по размеру ей совершенно. И всё равно, держала его так легко на плече. — Пони убежали! — послышался крик гномов. — Черт, — выругалась тихо, — Они меня почуяли. — Ара, беги вперед. Вы с Радогастом их возьмете на себя. Обращайся и лети на восток… — Туда уже направился брат. Он направил меня к вам. Я с вами. — Отлично, тогда варгов я беру на себя, — сообщил Радогаст, забираясь в свои сани, запряжённые кроликами. Чернушка посмотрела ещё раз на отряд, и легко спрыгнула с камня вниз, побежала следом. Гномы в меру своих возможностей старались. Бежали так быстро, как только могли. Среди камней виднелись варги тут и там, всё пытались поймать Бурого Волшебника. — Лишь бы не почуяли, — всё шептала ветру Ара. Сердце почему-то, не ясно для неё самой, билось быстрее обычного. Она следила, чтобы ни один гном не остался, ни потерялся в этом лабиринте скал. — Почему дракон не может просто их всех спалить? — возмутился Кили. — Нельзя! — ответила Чернушка, — Брат сказал отвести вас живыми. Трава во всём плато сухая, сам погляди. Тут всё вспыхнет. — Тогда когти тебе на что?! — Заткнись! — и зарычала словно в драконьем обличие, снимая со спины меч, — Когтей он захотел. — Тише! — уже пытался вразумить их запыхающийся волшебник. Их загоняют в ловушку. Она чувствует их мерзкий запах гнили. Она слышит черную магию, что шлейфом неслась за орками. — Где же ты, брат… Нарсильм должен был уже прийти с помощью. Почему его нет? Где он? Когда они прячутся за камнем, вот-вот будучи раскрытыми, Чернушка вспоминает времена, когда брата не было рядом. Когда она была крохотной ящерицей с крыльями, совсем одна. Она чувствует сейчас такой же страх. Он проникает в сознание. И только меч, меч дорогого брата, оставлял её в здравом рассудке. Всё было очень плохо. — Ара! — кричит Гэндальф, видя, что было здесь дело не чистое. Их окружили. Вдох. И выдох. — Ветер, унеси этот смрад. Унеси эту порчу. Унеси мой страх, — шептала на драконьем. Шаг вперед. Меч наготове. Её белая рубашка давно испачкалась черной орочей кровью. Возможно, в этом причина её странного недомогания. Но переступая через это, Араменель выходит из собравшихся в круг гномов. Они кричат ей вернуться. — Там тайная тропа. Уводи их, Гэндальф. Я разберусь. — А раньше нельзя было этого сделать?! — кричат ей в спину. Она усмехается. Главный орк отряда тоже выходит ей навстречу. — Ты не человек, — шипит отвратное создание. Она мало чем сейчас отличалась от него. И тут межу его глаз вонзилась гномья стрела. — Фили, идём! Но юный гном не успокаивается. Отстреливается, пока отступает. — Фили, сейчас же сюда! Варг бросился на гнома. Зверя на бегу сносит черная от орочей крови фигура. Затем одним взмахом всадника перерубают на пополам. Сквозь стальные доспехи, сквозь кожу и кости. Второй варг со спины набросила и сбил ей с ног. Крик. Фили не понимает — человеческий или же зверя. Ара справилась. Ара пронзает грудную клетку. Встаёт на ноги. И с разворота, замахом огромного меча сносит голову бегущему варгу. Фили не видит человека. Это её рёв. Узкие женские ладони стали мало походит на человеческие. Черная чешуя и когти. Отросшие ещё длиннее уши. Клыки. И рога. Фили клянётся, что видел в черной растрёпанной копне волос рога! До момента, пока его не затянули в проход самостоятельно. Ара идёт сражаться дальше. Каждый шаг оставляет черные кровавые следы. Новая жертва. Новый взмах меча. И снова и снова. А в голове одно — ну же, смотрите на неё. На то, какое она чудовище. На что она способна. Она хоть на что-то способна. Остатки отряда пытаются уйти. Ара не даёт. Никто живым не должен отсюда уйти. И только сейчас Ара замечает нескончаемый шёпот в голове. Черный, от него в глазах темнеет и земля уходит из-под ног. Но она держится. И только меч не выпускает из рук. Лошади. Трубит рог. Этот звук ей знаком, да только не узнаёт. — Ара! — кричат ей, — Не слушай его! Ты должна продолжать сражаться с ним! — Сражаться. Ара поднимает меч на родного брата.