Глава 10. Снег.
11 августа 2022 г., 09:19
Шастун закрыл дверь и по привычке смотря на дверь соседа, шелохнулся от резко выходившей Оксаны. Они оба сегодня вышли — не рано — не поздно, но вышли. Девушка выглядела ещё лучше, чем вчера, а парень хуже. Оба без слов поздоровались и пошли вниз.
Шатен по пути доставала сигареты и уже буквально на выходе из подъезда зажёг её. Оксане это не нравилось, но как же ты слаб, когда не вправе запрещать. А может…
— Антон, дашь сигарету? — Шастун бросил бычок под ноги, туша его, — ну, я, п-просто…
— Держи, — Шастун всучил пачку девушке, где была еле живая зажигалка и две сигареты, — себе оставь, если папаша не наругает — длинными шагами, он чуть-ли не убегал от Оксаны, было больно бежать из-за трамв. Девушка все равно догоняла.
— А вообще, — без кашля затягивалась Оксана, — я уже курила, — будто хвастается.
— Это не повод для крутости, Суркова, — всё ещё бурчит Антон.
— А я не хвастаюсь, просто…
— Что ''просто? '' Бросай эту гадость пока не поздно, — и почему-то так стало приятно на душе Оксаны… Нежели это некая забота или тревога за девушку? Или просто обычный совет курильщика? Чтобы это не было, Оксане — приятно.
— А когда ты курить начал?
— Довольно вопросов, Суркова.
вагон не подрисовал и стал голубым гей. Но это все эмоции.
''У тебя есть мечта? Расскажи.'' — да. Хочу на батут.
Стук в дверь, снова заставил Антона отодвинуть листок и разрешить войти отцу. Он не казался злым, хмурым, недовольным. Наоборот. Он кажется пришёл поговорить? Отец сел на кровать, разглаживия черный плед, которым накрыта постель. Шастун-младший не решался, что-то спрашивать, а старший вообще говорить.
— Сын, я в молодости встречался с парнями, — Антон поднял взгляд, пытаясь посмотреть на отца. В его глазах была печаль, — с более взрослыми.
— И что? Вот, иду по твоим стопам, — нашёл время для шутки-минутки.
— Мне было 16, мне тогда парень понравился… И… Ему было 27, Антон. Спросишь, было ли у меня с ним — было. Но суть в не в этом, — Андрей наконец-то поднял голову, — старшие больше боли причиняют. Ибо ты на них равняешься, а потом тебя бросают, а ты сделан полностью этим, этим старшим.
— Пап, я ни на кого не ровняюсь, я…
— Я так же маме, твоей бабушке говорил. Сбегал из дома, ссорился с мамой и с отцом… Но это все того не стоит, — а если бы папаша не встретил маму, могло ли быть у Антона счастливое детство? — я тебя ни от чего не отговариваю, просто… Будь аккуратен. Мне было очень больно, — отец встал, даже не хотев слушать ответ сына.
— Стой, а кто это был?
— Дядю Тимура помнишь? Вот, он.
— Ясно…
— А как ты ему признался?
— Он мне первый признался, Антон.
— Ясно…
Почему так интересно стало? Насколько сильно любил? Педофилия?.. Они с Тимуром остались лучшими друзьями и это довольно завидно. Не то, что Эд с Антоном. Если не подерутся то все, мир ебнется, схлопнется и член отвалиться. У обоих.
Эдисон. 21:23
Выйди на улицу. Пожалуйста.
Либо я прожду до утра.
бить. Бежать.
Шастун чувствовал, как бегут слёзы, но не чувствовал свой бег. Он рассталкивал людей, прыгнул через турникет и просто бежал по улице. Бежал по улице. Вперёд. Сколько бежал он не знает. Знает, что прибежал к своему дому, заскочил в почти закрытую дверь подъезда и длинными шагами — пятый этаж.
Порыскав по карманам куртки и даже портфеля он так и не нашёл своих ключей. Потерял по дороге. Нет сил бежать обратно. Нет сил жить. Вот так. Вечно бегая. Вечно боясь быть отпизженным. Зашуганым. Он сел на лестницу и затрясся. Благо он не потерял сигареты, которые купил вчера вечером.
Слёз все больше. Он позволил себе это. Эдисон мразь.
Из-за тремора рук, Шастун спустя 5 минут поджёг себе сигарету и затянулся, чуть не поджигая челку, которая свисала. Послышалась сзади открывающая дверь и парфюм любимого соседа.
— О, Антон. Ты же с Оксаной ушёл, — подросток накинул на себя капюшон, скрывая лицо, — так, а ну… Ты плачешь? — тело парнишки время от времени подрагивало, курит прям в подъезде, а штаны, на которые капают слёзы, становились мокрые. Нос забивался и Антон им шмыгал. Он почувствовал чужую и одновременно очень родную руку, — вставай, бросай эту дрянь, бросай, пойдем ко мне.
— В-ам, н-н-на работу. — мямлил Шастун, а в это время Арсений поднимал его за подмышки, — пустите… — Антон нехотя выронил сигарету, успевая потушить и все же переборол себя и пошёл к Арсению.
Шатен будто в своём доме, разулся, снял куртку, вешая на крючок, и прошёл в зал, где прошлый раз лежал от пьянки. Только сейчас он разглядел суперский ремонт и кажется здесь обустроилась Оксана.
— Рассказывай, садись. Чего ты так рыдаешь? — Попов моментально сделал чай, который пах карамелью.
— Он выложил это ебанное видео, — ''он'' это понятно кто, а что за видео? — там все в ярких красках, мой рот, сперма… Там… Обнимите меня, пожалуйста, — Попов незамедлительно поставил кружку на столик и крепко обнял парня. Сердце колотилось у двоих.
Шастун сжимал толстовку Арсения, щекой уложившись на плечо соседа. Вдыхал запах парфюма смешаным с кофе и сигаретами. Хотелось поцеловать Арсения и кажется забыть о всех проблемах, но его останавливало огромная социальная пропасть между ними. Не помог даже отец, который вчера говорил о первой любви.
Шастун рыдал навзрыд. Громко. Ему так стыдно. Очень стыдно. Он хочет провалиться под землю. Но ведь и там тебя достанет этот чмошник. Пугало до дрожи костей. Тело покрылось мурашками.
— Тоша, тише, мой мальчик… Мы накажем его… За всё… — гладил по спине Арсений, а сердце уже делало тройной аксель. Он разлип от себя парня и взял красное лицо в руки.
Эти глаза прямо сейчас можно сравнить с травой. Такой летней, теплой, зелёной. Глаза ищут поддержку, мечутся из одного место в другое. Они наполнены ненавистью, наивностью, любовью и таким, сука, отчаянием.
Мужчина поднес лицо ближе к своему, чему Шастун напугался и почти отталкивая мужчину, получил невесомый поцелуй в нос. Его снова ткнули в плечо и стали гладить по спине.
— Мне страшно идти туда снова. Меня там все шлюхой назвали. Но я не такой, верите? — с надеждой спрашивал парнишка и Брюнет «угукал, » — верите, да? Я по настоящему полюбил только дважды. Это разве так много?
— Нет, ты чего? Сколько раз ты ещё полюбишь, сколько раз тебе ещё понравятся! — Антон лишь сильней сжимал Арсения. Он пытается показать, как сильно, сука, нужен Арсений в такой момент.
— Я не хочу ещё полюбить, мне вот этого хватает. Мне очень больно. Очень. Я его так любил, почему он так со мной? — снова эти вопросы. А Арсений не знает. Он не знает точных ответов. У каждого на этот счёт свое мнение.
— Человек он такой, мерзкий, гадкий, хочется всем нагадить.
— Ему хочется гадить только мне. Он не понимает, как мне плохо. А вы не понимаете. — начинает злиться парень. Вторая стадия того, что происходит.
— Я верю, как тебе плохо. Правда, Тош. — от этого сокращения имени пробирало на дрожь, — мой мальчик.
— Не ваш! — оттолкнул Шастун, крича. — я не ваш! Я свой, собственный! — Антон вскочил с места, задевая стол и проливая на себя чай. Он кипяток. Шастун в одной рубашке. — блять, ай! Твою мать!
— Снимай, рубашку, живо, щас ожог будет, Антон! — Шастун только начал растегивать пуговицу, как одумался. Тело больше обжигала вода. Все порезы и ушибы, — да чего ты медлишь? Шаст?! — Арсений принился растегивать рубакшку самостоятельно, пока Шастун замер, глядя в окно. Снег
***
Оксана домой пришла в хорошем настроении, минут 20 назад покурив. Не думая, что Арсений будет ругать, ибо в квартире и так запах сигарет, она не проветрилась и просто крикнула, что пришла домой. Довольный дядюшка с кухни вышел, вытирая руки вафельным полотенцем. Улыбка с его лица тут же пропала, он накинул полотенце на левое плечо, и сложил руки, смыкая брови. — Почему от тебя прёт табаком? — бросай эту гадость, пока не поздно. — кто давал?! — Я п-просто шла с курящим человеком. — Оксана чувствовала внутренний страх, пока снимала портфель, в боковом кармане была ещё одна сигарета, прошенная уже у Димы, — правда. — Не ври. Тебе Антон дал? — как-бы девушка не хотела подставлять парня — Арсений бы не отстал. Она кивнул и только успела отскочить, как Попов швырнул в сторону полотенце и надевая кроссовки, вылетел с двери, хлопая дверью. Он ломился Антону в дверь и тот почти сразу открыл, не смотря в глазок. Нагло проходя внутрь и прижимая к стене, чуть-ли не рыча, спросил: — Ты какого хуя сигареты девочкам даёшь? Ты ахуел? — столько мата Шастун слышиь впервые от Арсения. — Ты за своей ебырькой получше следи и не будет такого! — Шастун получил кулаком в нос, — Арс! — сгибался Антон, держась за нос и прочие порезы и раны, — я… — За языком следить не учили? — Некому было, знаешь. Забили на меня с детства, — процедил Антон, снова усаживаясь на пол. Снова, твою мать. Почему его все пиздят? Заслужил, — какого хуя, Арсений? — Я, — Попов вышел из транса и посмотрел на фигуру на полу. Он ударил Антона? А разве только за этот поступок? Разве не за все, слова и поступки? — прости, Антон, где у тебя аптечка? — Свалите, пожалуйста, нахуй, с моей квартиры. Идите к девушке любимой. — шуршал Антон. — Девушке?.. — Да, хоть любовнице, мне похуй. Влетели в мою квартиру, ещё и по носу дали… — Это моя племянница, Антон, ты чего? Ты ревнуешь? Соседа к девушкам? Или Оксану ко… — Шастун отрицательно и нервно ответил ''нет, '' но, что нет? — Есть закурить? — Все таки ты дал? — Я бы не дал, она бы у вас взяла, что не ясного? Хочется — подросток всегда найдёт выход, а ещё скажите ей, что ко мне знаки внимания не надо проявлять, — Попов оглядывался в квартире. На том месте, где сейчас Шастуна сгибается от болей — в прошлый раз, когда отец пиздил парня, Арсений впервые почувствовал, что-то… Прекрасное? Слева две комнаты, по видимому отца и Антона, направо, по коридору, есть кухня и та самая баночка соли. Туалет, ванная… Все как надо. Старенький ремонт, в виде обшарпанных обоев, которые в некоторых местах — кровь, и обычный дешевый линолеум, который проще поменять, чем отмыть. Пока Арсений занимался хуйней и рассматривал квартиру, Антон уже встал и достал себе аптечку. Ватку намочил перекисью и сунул в нос. — Антон, — все же окликнул мужчина, — давай я посмотрю на твои синяки после вчерашнего, — помнит?.. — не стесняйся, пожалуйста. — Я уже все обработал. — Дай посмотрю, Шастун. — Когда первый снег выпадет. — сегодня 26 ноября, шанс, что выпадет снег — нулевой. Ну, точнее выпадет, но все уже заживёт. — все досвидания.***
''У тебя есть мечта? Расскажи.'' — вопрос теста, который задали на дом. Есть ли у Антона мечта?.. Шастун отодвинул листок влево и уложился на свой стол. Мечты у него есть и они довольно примитивные. Покататься на аттракционах, попрыгать на батуте, съесть мороженное и вновь идти по парку держась за обоих родителей. Но это по сути мечты хуйня, если они достаточно легко выполняются. По настоящему хочется стать любимым. Трепетно, нежно, крепче всех. Кофе в постель, поцелуи в синяки и самый мелочный подарок, а можно даже без подарков, главное стать любимым, и самому искренне любить и сразу понимать чувства к другим. По настоящему хочется стать любимым — соседа. Разумеется, у Антона, как груз с плеч, ведь Оксана это просто племянница и не надо ей отравлять жизнь разными способами. Хочется его крепко обнимать. Шастуну это хотелось тогда, когда Арсений постучался в момент насилия над парнишкой, хотелось в первую помощь от драки, на заброшке хотелось. Всегда. Не менее, хотелось целовать. Хочется. Только сейчас Антон думает, что совершил ошибку, тогда, когда сказал отцу, что тотВы. 21:23
Жди, уебок.
Отвали от меня, прошу.
Эдисон. 21:24 Видео с отсосом завтра окажется в одном паблике и на Ютубе. Шастун заблокировал контакт и в упор не верил, что Скруджи так поступит. Смелости не хватит.***
Шастун с Оксаной снова дошли до школы. На минутку, Шастун с доброй относился к Оксане и ругал, что она просит вновь сигареты и строго настрого запретил воровать у Арсения. Провёл беседу и дал дружеского пенделя. На него вся школа смотрела косо и показывала пальцем. В класс он зашёл уже с полными восторженными криками и хлопками. — Шлюха школы пришла! Классное видео, правда? — главный задира Антона, Джабрилов. — как ты желанно сосешь! — те самые кадры. Сердце пропустило удар. Первый импульс
