Кленовый лист под кровавым дождём

Поместье Лорда Идумы поражало своей роскошью. Мраморные колонны были обвиты лозами, на которых распустились бутоны нежных камелий, благоухающих ароматом весенней свежести. Стены украшены богатой изысканной резьбой, над которыми когда-то работали величайшие скульпторы древности. Лорд Идума был достаточно богат, чтобы позволить себе содержать столь великолепный дом. Несмотря на всё великолепие, особняку чего-то недоставало, что придавало его облику толику неодолимой тоски. Когда-то особняк излучал радость и любовь, но из-за событий многолетней давности, он выглядел так, будто с него сошли все краски и высосали всю жизнь. Хозяин особняка - Лорд Идума был подстать своей обители: всегда спокойный внешне, он походил на холодное мраморное изваяние, лишённое жизни и чувств, глаза его были пусты и безжизненны, как у мертвеца. В свои 45 лет Идума сохранил остатки былой красоты и грации: тёмные волосы, которые ещё не тронула седина, блестели при свете дня, стальной взгляд синих глаз, излучал сильную волю и стойкость к любым трудностям. Лучший целитель города, Идума был способен исцелять людей от любой болезни и от ран любой степени тяжести, но несмотря на все свои умения, он не смог спасти самого дорогого для него человека - свою жену Дианту. В ту роковую ночь, когда Дианта умирала мучительной смертью у него на руках, Идума ничего не мог поделать. Рана была нанесена оружием демонического уровня и Лорду ничего не оставалась, кроме как держать жену в своих объятиях и говорить бессмысленные слова утешения, смотря в её глаза, которые медленно теряли свой блеск. Последними словами Дианты были - «Позаботься об Элпиде». Маленькой девочке было всего 5 лет, но уже в столь юном возрасте она понимала, что её жизнь не будет прежней. Идума с того дня стал холодным и отчуждённым и начал чрезмерно опекать свою дочь как зеницу ока, не давая ей возможности подружиться с другими детьми. Элпида с детства чувствовала себя птицей в золотой клетке и была вынуждена общаться лишь с животными, приходившими к ней из леса. Когда отца не было дома, маленькая девочка часто уходила в кленовый лес, чтобы хоть на мгновение почувствовать себя свободной и избавиться от удушающего чувства одиночества. Отношения между Элпидой и Идумой нельзя было назвать хорошими. В силу своего взрывного характера, юная Элпида не могла беспрекословно подчиняться своему отцу, воспринимая его как некое препятствие на пути к долгожданной свободе. Лорд не смог смириться с этим и нередко отчитывал свою дочь за её безответственность и безрассудство. Между отцом и дочерью образовалась непреодолимая стена, которую никто из них не желал переступать. И вот сейчас, когда решалась дальнейшая судьба Элпиды, Идума как мог старался казаться идеальным отцом перед будущим супругом своей дочери. - Вы говорили, что для борьбы с низшими демонами на севере не хватает людей и вам приходится в одиночку участвовать в миссиях по уничтожению этих тварей. Моя дочь владеет обширными знаниями в области целительства. Думаю, она сможет оказать вам необходимую помощь, если вы вдруг получите тяжёлые раны... Девушка не могла сдержать раздражённого вздоха. - Отец, не утомляй гостя бессмысленными разговорами... Леви улыбнулся уголками губ и медленно произнёс: - Отнюдь, мне очень интересно послушать о ваших умениях. Бесполезная жена мне ни к чему. Элпида не стала ему отвечать. Бесспорно, он был красив, умён и талантлив, однако в нём была некая загадка, разгадка которой пугала и завлекла в свои сети одновременно. Девушка, которая всю жизнь прожила как птица в клетке без надежды на освобождение, не хотела оказаться в ещё более тесной и прочной клетке под названием брак. Ведь это полностью превратит её в безвольную куклу, неспособную ни на что кроме бесполезного существования уже в другой клетке, но с похожими условиями жизни. - Я бы хотела перейти к своим условиям, прежде чем дать своё согласие. - Какие условия? - Идума изо всех сил сдержал охвативший его гнев. Элпида многозначительно посмотрела на отца и произнесла: - Я не могу связать себя узами брака с первым встречным. Чтобы полностью проникнуться чувствами и довериться к человеку, понадобятся годы... - Об этом не может быть и речи! - запротестовал Лорд, сжав кулаки. Он понял, чего хотела добиться его своенравная дочь, но не мог допустить этого. На карту поставлена её безопасность и дальнейшее благополучие. Идума лишь прикрывался необходимостью улучшить своё материальное положение, ведь он не хотел, чтобы его горячо любимая дочь узнала о том, каким опасным и жестоким может быть этот мир. - В таком случае, я согласна на полгода. Идума задумался. Лорд Леви действительно не внушал полного доверия. Никто не знал откуда он прибыл, он просто появился из неоткуда и обосновался на самой окраине города. Его способности также оставались загадкой, что вызывало некие подозрения - зачем что-то скрывать о себе, только если ты не замышляешь что-то плохое. - Мне предстоит долгая жизнь с этим человеком, поэтому я хочу быть уверена в нём и не бояться, что в один прекрасный день он вонзит нож в моё сердце. Стоило этим словам сорваться с губ девушки, как Леви странно посмотрел на неё. Аметистовые глаза, полные холодной решимости блеснули как острие кинжала. Лорд Идума долго пребывал в размышлениях, не зная как лучше поступить в подобной ситуации. Взвесив все возможные варианты развития событий, он дал своё согласие на выдвинутые условия, на что Элпида лишь слегка кивнула и сказала с улыбкой: - Благодарю, отец. Идума некоторое время молча смотрел на свою дочь, раздумывая над чем-то. Полгода срок небольшой и немалый. За это время можно многое узнать о человеке. Но хватит ли этого времени, чтобы у Элпиды появились чувства к Леви. - У меня тоже есть свои условия, - произнёс Идума, посмотрев на девушку сложным взглядом, - на протяжении этого срока ты должна всё время находиться подле Леви и ни при каких обстоятельствах не покидать его поместье. Элпида ошарашено посмотрела на отца, не веря свои ушам. Она поджала губы и сжала руки в кулаки так сильно, что ногти вонзились в нежную кожу, оставляя маленькие кровоточащие ранки. - Полгода... я должна жить под одной крышей с ним? - Так и есть. Девушка беспомощно посмотрела на Леви, ища у него поддержки, полагая, что он будет против такого исхода, но к её удивлению, Леви не выказал ни малейшего сопротивления. - Думаю это хорошая мысль, - Леви взглянул на Элпиду, та вздрогнула под этим пронзительным взглядом, заставляющим внутренности сжаться от нахлынувшего давления и прожигающим её насквозь. Ей ничего не оставалось, кроме как молча склонить голову и согласиться с этим приговором. На следующий день Элпида собирала свои вещи в небольшой саквояж, всем сердцем надеясь, что ей не придётся задержится в поместье Леви надолго. Она посмотрела на своё отражение в зеркале и подсознательно прикоснулась дрожащей рукой к своей шее, но кулона некогда висевшего там, уже не было на протяжение нескольких лет. Тяжело вздохнув, девушка открыла выдвижной ящик комода и взяла пожелтевший листок. Слова, аккуратно выведенные на бумаге, потускнели и расплылись от времени и пролитых слёз, но это не мешало их прочесть. Содержание представляло из себя всего несколько строчек: «Цветок, распустившийся в ночи, Благоухал ароматом весны... Бабочки кружили в танце и Радовались словно дети...» Элпида провела тонкими пальцами по хрупкому пергаменту и на время погрузилась в воспоминания тринадцатилетней давности. - Ви, быстрее, иначе мы не успеем увидеть цветение долгоцвета, - маленькая девочка тянула растерянного мальчика за собой в лесную чащу. Девочка была так воодушевлена, что не замечала ничего вокруг. Долгоцвет - редкое лекарственное растение, представляющее из себя цветок ярко-жёлтого цвета, способный излечить любые внутренние травмы. Уникальность этого растения заключалась в его необычайном ярком сиянии при лунном свете, которое можно было увидеть только раз в несколько лет. Нежные маленькие лепестки долгоцвета сияли ярче солнца, освещая ночную мглу и привлекая сотню мотыльков, кружащих в объятиях этого сияния, что представляло собой захватывающее зрелище. - Ты уверена, что это хорошая идея? Твой отец будет волноваться... - мальчик изо всех сил пытался вразумить упрямую девочку не ходить в этот страшный лес. - Чего ты боишься? Мы ходили в этот лес множество раз и ничего страшного с нами не случилось. Мальчик ничего не ответил, лишь продолжил следовать за своей бесстрашной подругой. Была полночь и лес был погружён безмолвную тишину и беспроглядную тьму, навевая страх, заставляющий руки вспотеть, а ноги дрожать от всепоглощающего ужаса. Тишину нарушали лишь шелест листвы на холодном осеннем ветру и хруст веток под ногами. Дети пробирались всё дальше в самую глубь леса. Прошло уже немало времени с тех пор, как они покинули поместье, их уже должны были искать. Несмотря на это, девочка нисколько не боялась, на лице у неё играла озорная улыбка, способная рассеять эту тьму своим ярким светом. Смотря на эту лучезарную улыбку, мальчик понемногу успокоился и уже не дрожал так сильно как раньше. Когда они достигли места назначения, они застыли и восторженно смотрели на представившуюся их взору картину. Вся поляна была усеяна бесчётным количеством долгоцветов. Сияние хрупких лепестков было столь ярко и ослепительно, что приходилось всё время щуриться, чтобы разглядеть хоть что-то. Тысяча белоснежных мотыльков кружили в безостановочном танце вокруг цветов, напоминая снежинки на северном ветру. Дети не могли оторвать взгляд от этого великолепия. Мальчик первым опомнился от чар чудесного явления и медленно, шаг за шагом он начал подходить к цветам, боясь напугать крохотных мотыльков. Он подошёл к самому большому из цветов и осторожно сорвал его. Девочка неотрывно следила за ним, гадая, что тот намерен делать. Ви подошёл вплотную к своей подруге и аккуратно прикрепил сорванный цветок в её густые каштановые волосы. Девочка невольно дотронулась до своих волос и счастливо улыбнулась. Мальчик смущённо улыбнулся ей в ответ. - Обещай мне, что что бы ни случилось, ты никогда не покинешь меня. Ви взял маленькие ручки девочки в свои, пристально посмотрел ей в глаза и твёрдым голосом произнёс: - Обещаю. Очнувшись от воспоминаний, девушка печально улыбнулась и бережно положила пергамент в маленький деревянный ларец. Упаковав все свои вещи, Элпида спустилась вниз, чтобы попрощаться с отцом. Он как всегда сидел в своём кабинете, погруженный в бумаги. Идума оторвал свой взгляд от скопившихся за долгое время документов и посмотрел на дочь с толикой грусти. - Я пришла попрощаться, - Элпида ожидала, что отец как обычно просто промолчит и она уйдёт с тяжестью в сердце, но то, что случилось дальше заставило её широко распахнуть глаза и застыть каменным изваянием. Идума подошёл к ней и молча обнял её так крепко, будто не хотел её никуда отпускать. Мимолётные объятия заставили Элпиду вспомнить те времена, когда Идума ещё был жизнерадостным человеком и любящим отцом. Лорд внезапно выпустил дочь из своих объятий, и смущённо кашлянув, сел за письменный стол, тем самым давая понять, что она может идти. Он не привык в открытую проявлять заботу и ласку по отношению к Элпиде. Элпида простояла ещё несколько секунд в оцепенении, до конца не веря в произошедшее, после чего встряхнула головой и молча вышла из кабинета, аккуратно закрыв за собой дубовую дверь. Когда звуки шагов за дверью прекратились, Лорд Идума незамедлительно встал и подошёл к окну. Небо заволокли тёмные плотные тучи, предвещая сильную грозу. Где-то вдалеке слышались глухие раскаты грома, заставлявшие землю содрогнуться под их мощным натиском.