10.
19 июня 2022 г., 22:25
***
Она почувствовала теплый ветерок на своей коже. Это было так странно и приятно. Она будто бы парила в небесах. Её тело казалось таким легким для неё.
Вокруг была тишина. Лишь звуки ночных сверчков и слабый шелест травы. Она открыла глаза. Боль исчезла. Её будто бы сняло рукой и настало умиротворение. Она резко села — вокруг не было ничего кроме бескрайних зелёных полей усеянных зелёной травой, яркими цветами и звёздами над её головой. Воздух был пропитан сладким ароматом цветов, а вокруг неё кружили желтые огоньки светлячков.
Змея мягко улыбнулась. Она всё же умерла и это был факт, но вот куда она попала… неужели это было то самое место, которое она видела в своих снах? Она видела эти сны всё чаще как приближался час её смерти. В те моменты, когда ей приходилось думать о том, что скоро её не станет и ей придется… придётся…
— Маленький скелет. — Амиат продолжала улыбаться понимая, что когда он всё поймет — он будет очень зол на неё. Возможно, он даже захочет найти её будучи уверенным, что не всё так просто, но уже ничего нельзя будет сделать. — Значит… так выглядит лимб, да? — Спросила она медленно вставая на свои ноги. Её тело не изменилось — стало таким, каким она делала его во многих других вселенных. Она чувствовала себя не цельной — не все её части вернулись к ней, а это значит, что хоть где-то её потомство может и не выжить.
— Вообще-то, — весёлый и звонкий голос раздался за её спиной. — Это «Межмирье», но это если тебе удобнее называть это таким жутким словом, то пусть так.
Змея резко обернулась и увидела его. Лишь издалека он ей напоминал знакомого скелета, который дал ей обещание, но в основном это казалось больше из-за того, что он и сам был скелетом. Он выглядел таким беззаботным и с широкой улыбкой на лице.
Широкий коричневый длинный шарф обвивал его шею и свисал за его спиной. Белоснежная майка с капельками чернил поверх которой туго затянутой жакет на ремешках. Широкие штаны (оказалось, что это было комбинезоном который скелет упрямо заправлял) и конечно его абсолютно босые ступни. Змею больше всего поразили его глаза — радужка глаз в его чёрных глазницах при каждом его моргании сменялась на разные формы, но чаще всего они задерживались на форме звезды в левой глазнице и голубом круге в другом и конечно то, что было за его спиной…
Большая кисть похожая больше на оружие, чем на предмет для творчества и эти странные склянки разных цветов на его груди и ещё одно пятнышко от чернил на его лице…
Он сидел перед ней скрестив ноги и смотрел на неё так, будто бы они были друзьями которые очень давно не виделись. Такое ребяческое выражение лица, и когда Амиат поняла кто перед ней её зелёные зрачки расширились.
— Инк? — Спросила она неуверенно подойдя чуть ближе, пока скелет продолжал сидеть на траве подпирая голову руками в открытых перчатках. — Это…это правда ты?
— Здраствуй Амиат, — сказал он беззаботно. — Увидиться в живую лучше, чем просто во сне, как думаешь?
— Значит, я всё-таки умерла, — печально усмехнулась змея обнимая своё холодное тело руками. — Но… разве я не должна была просто исчезнуть?
— Исчезают только те, кто закончил всё в своем мире. — Скелет встал на ноги и подошёл ближе. Он был таким маленьким, но змея прекрасно помнила, что в этом маленьком теле была заключена большая сила. — А у тебя ещё много незаконченных дел.
— Это ты не дал мне исчезнуть?
— Ну… — Скелет смущённо потёр шейные позвонки. — Я наблюдал за тобой довольно долго если честно. Сама знаешь, что других дел у меня особо тут нет. Пока в других вселенных ничего не происходит — я могу лишь наблюдать за ними. Следить за тем, чтобы не произошло катастрофы или чего-то подобного. — Он развёл руками. — Но твоя история показалась мне очень интересной. Я никогда и нигде не видел такой сильной материнской любви. Ты ведь рискнула и практически нарушила баланс между мирами, ты ведь понимаешь это?
— У меня целый список грехов. Я знаю. Даже сейчас это продолжается и я пойму, если должна понести за это наказание.
— Я не говорил о том, что хочу тебя наказать, Амиат. — Скелет продолжал смотреть на неё детскими глазами. — Конечно, ты сделала очень не хорошую вещь, но поверь — она не влияет на все миры сразу. В каждой вселенной твоя история идёт по разному, и даже если твоё дитя не выживет в оригинальной — оно будет жить в какой-то из других. Я могу представить, какую… боль ты испытываешь сейчас.
— Мне пришлось лгать. Так много раз лгать.
— Не кори себя. Ты внесла даже больше красок в миры, в которых твоё дитя теперь живёт. Помогла другим версиям Санса.
— Но я нарушила границы дозволенного.
— Ты спасала своего ребёнка. Для Древнего Монстра это очень благородно. — Инк взял её за руку и развернул к полю полному разных цветков. Они были разных размеров и форм и не один не был похож на другой. — Это место я создал специально для твоих собратьев. Каждый цветок — кусочек его души. Я
— Ты сохранил их? — Она подошла ближе к одинокой красной розе и коснулась её мягким алых лепестков. — Но ведь…
— Никто не был виноват в той войне, кроме как недопонимание. Я люблю с ними иногда поболтать — они рассказывают очень много интересных историй о вашем прошлом и это очень меня вдохновляет.
Змея стояла и смотрела на это прекрасное поле из цветов понимая, что здесь были все, кого она когда-либо помнила. Она чувствовала душу каждого знакомого ей монстра и это вызывало у неё ещё больший стыд.
Пока её собратья пали и стали частью прекрасной и спокойной бесконечности с защитой в виде этого, пусть и странного, но всё же хорошего скелета похожего на Санса (собственно говоря, это он был), — она стояла над ними, будто бы у неё была какая-то особенная причина жить.
Безусловно причина у неё была, но теперь она больше не могла полностью влиять я на события, которую ждали её единственное потомство в разных мирах. Она останется обычным наблюдателем, но тут её резко поразило осознание того, что среди десятков её собратьев, она не чувствует одного. Она повернулась к маленькому скелету, который смотрел на неё с таким любопытством.
— Инк, — начала она неуверенно. — У меня есть…
— Ты кого-то ищешь здесь? Кого-то конкретного? — Он будто бы прочёл её мысли и продолжал улыбаться ей так приветливо и мило. — Может, я его знаю?
— Среди Древних Монстров был один, — начала она снова повернувшись к полю из цветов. — Лидеры были всегда в любые времена, но именно он… изменил всё, что было нам так привычно. Знаешь, ведь он… — Она остановилась. Тайна, которую хранил тот, о ком она хотела узнать… было слишком рано её раскрывать. Всё было очень сложно и для начала она хотела бы убедиться, что он тоже здесь, а не просто стал частью пепла, как многие другие её братья и сестры во время войны. — Его зовут Райзел. Он был единственным и первым монстром-скелетом среди нас всех. Больше всего он походил на человека и… он был нашим контактом с людьми в те времена, когда они считали нас частью чего-то за пределами природы и жизни.
Инк задумался после этого вопроса. Казалось, что этот маленький и милый скелет с большой кистью за его спиной впервые слышал это имя и сейчас скажет, что не знает его. С одной стороны — она была бы этому рада, но с другой — совесть и желание увидеть его было таким… сильным.
— То есть получается, — начал Инк с задумчивым видом. — Что… скелетов создал он?
— Это долгая история. Я… лучше её может рассказать лишь он сам. Так ты видела его среди остальных? Или никогда не чувствовал?
— Многие древние монстры здесь находятся, Амиат. — Инк подошёл к ярко-красной розе и нежно коснувшись её лепестков втянул в себя её прекрасный сладкий аромат. — Все хотели пообщаться. Пусть тебе и кажется, что они просто молчат, но даже сейчас они говорят со мной. Они рады тебя видеть и совсем не злятся на тебя за то, что ты пришла только сейчас, но вот одна душа…
Значит, он здесь. Маленький Инк даже не осознал, что она тоже пришла в его спокойную заводь и на что она была способна — тоже не имел понимания.
— … она молчит. Она не стала цветком как бы упорно я не старался создать для неё самый красивый — она отвергала любой. Ему все время что-то не нравилось, и имени он своего не сказал.
Амиат улыбнулась:
— О да, это Райзел. Он не любит цветы, Инк.
— Почему?
— Потому что он не может почувствовать их запах. Он не любит вещи, которые не может понять, почувствовать, или коснуться. Любит прямоты и четкость — он был таким всегда и, видимо, остался таким и после потери своего настоящего тела.
— Но быть просто чёрным сгустком, мне кажется, не очень хорошая идея. Я ведь просто хотел, чтобы ему нравилось. — Инк насупился будто бы обиженный ребёнок, которого заставили есть невкусную кашу. Такой очаровательный. — Как ему помочь, если он не дает мне этого сделать?
— Райзел не любит, когда ему помогают, Инк. Качество лидера, которое он довёл до максимума — полная уверенность в самом себе. Ему не нужна чужая помощь.
— Но все же…
— Скажи, где он? Не на этом поле, верно?
— Он захотел быть в моем хранилище.
— Хранилище…?
— Место, где я наблюдаю за каждой из вселенных. Там очень красиво и провожу там довольно много времени. Я ведь должен следить за тем, что происходит там.
«Насколько в этом маленьком теле много доброты и наивности, и всё равно он отдается своему делу полностью».
— И он там?
— Да! — Воскликнул Инк хватая змею за руку. — Идём, я покажу тебе!
— Погоди Инк!
***
Он её не обманул. Здесь было безумно красиво. Яркий теплый желтый свет озарял огромное пространство в этой белоснежной бесконечности. Они все были там — маленькие окошка в другие миры, и в каждом окошке виднелись разные части этих миров. Это могли быть леса, горы, животные и, конечно — главные герои этой истории в разных ситуациях, с разными взглядами и разными концовками. Амиат знала, что в некоторых этих мирах её потомство не смогло выжить, а где-то даже не появилась на свет, но надежда грела остатки её души. Среди тысячи окон она точно знала несколько, где о её потомстве позаботятся…
— Красиво тут, правда?
— Так завораживающе…
— А, вон и твой потерянный друг, — Инк указал куда-то на вверх. Амиат подняла взгляд и поняла сразу — это он. Чёрный сгусток энергии парящий среди этих окошек. Медленно и плавно он скользил по воздуху от одного окна к другому внимательно изучая картинки, что так быстро мелькали в них. — Эй, я тут… кажется я нашёл твоего друга.
Сгусток остановился, а потом Инк наконец-то услышал то, как же он звучит. Его голос был похож на жуткое эхо из темной и мрачной пещеры в лесу.
— Амиат. — Произнёс сгусток осторожно опускаясь ниже.
— Здраствуй Райзел. — Амиат скромно кивнула ему, хотя в былые времена она бы даже подумать о дружеском приветствие с ним не могла. По крайней мере в начале их знакомства. — Вижу, что ты немного похудел.
— Очень смешно Амиат. — Сгусток вздохнул. — Просто кто-то, — он намекнул на Инка стоящего между ними. — Не мог сделать для меня что-то более подходящее и подобающее моему виду.
— Ты так жутко звучишь… — Сказал Инк, но потом будто бы забыв о том, что говорил секунду назад, он снова насупился. — Я пытался, но тебе не нравился не один из моих вариантов.
— Ты просто не умеешь видеть плохое, маленький скелет. Не способен принять мрачность и тьму. Они тебе чужды, впрочем, это нормально для духа, у которого нет души.
Он всегда был таким. Никогда не скрывал своего мнения и отношения к окружающим. Никогда не подбирал нужных слов и всегда говорил то, что думал, и от этого многие страдали, но при этом у него было самое главное качество, которые Древние ценили — его решительность и уверенность в себе.
