Я не ненавидел тебя.

***

      Смысла оставаться на винокурне больше не было. Даже если Альберих и будет здесь, то увы, ему тут больше не рады и с превеликим удовольствием выгонят отсюда. А если повернётся удача и Кэйа наткнется на Рагнвиндра, может и попрощается со своей жизнью, хотя, он будет только рад.       Альберих не хотел больше доставлять проблем Дилюку, он и так причинил ему достаточно боли и страданий, но синеволосый всё ещё любит его и будет любить всегда, не смотря ни на что. Он был его смыслом, его лучиком света в этом ужасном мире, его звёздочкой светящейся сильнее всех на небе. Теплая, родная, пробивающая до дрожи в коленях улыбка Рагнвиндра была на вес золота для Кэйи, но больше он её не увидит.Его возлюбленный ненавидит его.       Почему он не убил Альбериха? Зачем оставил его одного?       Кэйа боялся одиночества, боялся, что перестанет существовать в глазах других людей, что все забудут про него и он станет никому не нужным, превратится в хлам. Никто ничего не сделает, никто не поможет. Никто не поймёт.       Никто. Никто. Никто.        — Твоё истинное "я" всё время плачет, не так ли, Кэйа?        — Да, но я счастлив.       Я счастлив?        — Я счастлив.       Я счастлив?        — Я и в самом деле счастлив!       Но это ли счастье? Хранить молчание, тем самым врать своему любимому человеку? Разрушить ему жизнь, разбивать в осколки надежды и мечты? Заставлять его ненавидеть тебя? Чувствовать вину за случившееся? Это и есть, то чего ты желал, Кэйа?       «Не скрывай то, что болит… Пусть это причинит тебе боль.»       Альберих сам не заметил, как зашёл в какую-то глушь, его разум заполонили удущающее чувство вины, а глаза слëзы, скатывающиеся по щекам и обжигающие кожу. Свежая рана разьедала его изнутри, как будто черви падальщики откусывали от него по кусочку и по немногу подбирались к сердцу, то сжимая его до хруста, то покалывая, готовые разорвать его в любую секунду, разрезать, полакомиться им, но ничего такого не было. Кэйе это всё…показалось?       Ему больше не нужно прятаться от боли, она уже стала его неотъемлемой частью. Силы покидали Альбериха, рана кровоточила, ноги подкашивались, а голова гудела, пытаясь отогнать навязчивые мысли, но безуспешно. Он оперся на ближайшее дерево спиной и сполз по нему на землю. Резко похолодало. Хруст веток. Не так далеко от Альбериха показался Крио маг бездны, он заприметил Кэйю и тут же направился в его сторону.       Синеволосый только сжал по сильнее в руках глаз бога и поднёс ближе к сердцу. Он был готов умереть ещё в детстве, когда его распрекрасный отец бросил Кэйю на винокурне, назвав последней надеждой их родины. Только Дилюк удерживал его здесь, не давал совершить глупость, он любит его и так для него будет лучше.       Маг бездны своей мгновенной атакой снёс голову Кэйи образовавшийся ледышкой.       Альберих больше не сжимал в руках глаз бога. Он больше никогда не подарит букет цветов сорванный с чужой клумбы, не обнимет его, не сможет коснуться Рагнвиндра, не скажет ему о своей любви и не отдаст письмо.       Кэйи больше нет.       Кровь брызнула, запачкав тело Альбериха, но мёртвым всё равно. Место пропиталось тоской, кровью и потерей.       Монстр издал довольный звук, подходя к пище. Он заранее снял щит, наслаждаясь запахом крови. Маг бездны подкрадывался, будто бы его добыча ещё была жива. За ним шёл некий след из мелких снежинок, замораживая мокрую траву.       Как только он подобрался близко к телу Альбериха, тот с осторожностью принюхался, а как понял, что Кэйа точно мёртв, жадно накинулся на него. Неприятный хруст, чавканье, плеск крови были слышны будто бы на весь Тейват. Маг, кажется, урчал, когда поедал тело мужчины. Он медленно, но верно подбирался к самому лакомому кусочку. К сердцу.       Вот монстр откусывает пятку левой ноги, почему-то посасывает каждый пальчик, а после с жадностью отрывает и глотает, вертя при этом головой. Поедает мякоть голени, медленно подбираясь к животу.       Он умудряется «снять защищающую одежку», оголяя кишечник. Маг добрался до внутренних органов, теребя их ртом и чуть-чуть откусывая. Все же, как никак, не кишка здесь самая вкусная.       Сердце!       Подбираясь к нему, он прокусывает рёбра, но выплёвывает их, проводит длинным, шершавым языком по легким. И наконец выдирает сердце. Ест так, будто бы голоден был последние сто лет. Мурлыкает, как кошка, но все равно разрывает зубами, проглатывая куски органа. Оно для них сладкое и пряное.       Съев сердце полностью, маг разглядывает тело мертвеца, но руки так тронуть и не решается. Не вкусно. Трапеза окончена. Маг ушёл, оставляя в ужасном состоянии тело гнить.