Я не ненавидел тебя.

***

      Что-то знакомое, что-то тёплое.       Берег бескрайнего лазурного моря.       Дилюк сидел на холодном камне и смотрел в даль. Его пушистые, длинные волосы обдувались несильным, солёным ветром.       Прошло пару недель со смерти звёздочки. Его звёздочки. По Мондштату расползлись грязные слухи, что именно Дилюк своими руками добил Крепуса и убил Кэйю, но доказательств на это ни у кого не было.       Люди стали бояться Рагнвиндра и перестали впускать юношу в магазины и лавки, даже на похоронах никто не выразил сочувствия поникшему красноволосому, они оставили его одного.       Аделинда не смогла смириться с горем и сошла с ума. Женщина постоянно плакала и не могла найти себе места. Она потеряла своего сына. Аделинда уверяла себя, что всё это не правда и Кэйа просто ударился в странствования и не скоро будет дома.       Дилюк много раз пытался говорить с ней. Усаживал на диван, брал за руки и смотрел в глаза, стараясь говорить твёрдым, уверенным голосом, но от каждого упоминания Кэйи, по щекам текли жгучие слезы. И она не верила ему и в скором времени начала избегать Рагнвиндра.

***

      Дилюк вспоминал, как они были здесь со звёздочкой в детстве, охотились за чайками и крабами, собирали ракушки, а потом подносили их к уху, чтобы услышать шум волн.       Им было весело, никто даже и не мог подумать, что очень скоро, от этого останутся лишь тёплые сердцу воспоминания, которые одновременно согревают, но и разрывают на мелкие кусочки от осознания, что этому никогда не случиться снова.       Никогда.       Дилюку по прежнему больно, но главное, что уже не больно Кэйе.       По щекам красноволосого лились тяжкие слезы горя. Он потерял смысл своей жизни, трëх самых дорогих ему людей. Почему не он? Почему они? Чем они всё это заслужили?       Дилюк снова погряз в одиночестве и больше некому было забрать его оттуда, заключить в нежные объятия, поддержать и быть просто с ним.       Рагнвиндр всмотрелся в закат. Он был воистину прекрасен, солнце уже было близко к горизонту, а небо заполонили фиолетовые, оранжевые и розовые краски, как на прекрасной картине художника.       Рядом послышался до боли знакомый голос:        — Закат и правда красив, не считаешь так, 'Люк? — Не далеко на одном из камней сидел Крепус.        — Отец?.. — неразборчиво проборматал юноша.       Он подскочил и бросился к нему, чтобы обнять, но не смог до него дотронуться. Крепус был ненастоящим.       — Я всего лишь твой сон 'Люк. — сказал мужчина, грустно улыбаясь. — Скажи мне, что тебя беспокоит, выплесни свою боль.       Дилюк сел рядом на холодный и мокрый песок.        — Знаешь…выжить должен был всё-таки Кэйа. Он был намного лучше меня. Именно он и должен был остаться в живых.        — Нет, выживает тот, у кого есть воля к жизни, а он хотел умереть. Он забыл о своей воле к жизни и выбрал призрачную надежду. Ты всё сделал правильно, Дилюк.        — Ты уверен, что всё было правильно? Почему нельзя было спасти его? Спасти тебя? Скажи мне, почему? Что мне теперь делать?        — Да, всё и должно было так случиться, мой дорогой 'Люк. Кэйа был обречён на смерть, либо от «твоих» рук, либо от коррозии. На него было наложенно проклятье Каэнри’ах ещё в далёком детстве. Поэтому он и носит повязку, коррозия начала разрушать его глаз, но с помощью лечебных трав с его родины, божью кару удалось сдерживать. Это не могло продолжаться долго. Кэйа бы в скором времени потерял над собой контроль и разрушил всё. Он бы мстил за Каэнри’ах, за то, что они отняли его дом, семью. Кэйа пожертвовал собой, ради спасения мира. Он должен был умереть, чтобы баланс был восстановлен.       Дилюк не мог поверить своим ушам.       «Должен был умереть, должен был умереть »слова эхом раздавались в голове Рагнвиндра.       Почему он не рассказал ему об этом? Почему скрыл? Или он хотел об этом признаться в ту ужасную ночь, но…        — А ты пытался понять его?        — Я пытался.        — Почему ты не хочешь понять его.        — Я пытался!        — Ты хочешь сбежать от своего прошлого.        — Разве это плохо?        — Ты уже ничего не изменишь, стоит ли горевать, если мы не в силах перечить времени? Ведь время это слоистая реальность, даже самые сильные существа не могут ослушаться его приказов. Кэйа здесь не исключение, его тело начало разрушаться в месте проклятия, активируя его ещё сильнее. У него не было шансов на безмятежную жизнь 'Люк. — Крепус устремил свой взгляд на горизонт и вхдохнув продолжил.        — Пока твои воспоминания чисты, близкие люди всегда будут рядом.       Воцарилось молчание, такое тягостное и угнетающее, оно как-будто въелось и не давало проронить не единого слова.       Дилюк пытался разобрать весь поток нескончаемых, пугающих мыслей.       «Почему Кэйа должен был умереть? Неужели это единственный выбор? Он не был чудовищем, он точно такой же человек как и мы все, почему боги не дали ему второго шанса?»        — А ты ещё не понял? — прозвучал слегка раздражённый голос. — Кэйа был исключением. Его не должно было быть. Одно только его существование выходит за рамки равновесия этого бренного мира. Он ошибка, недоразумение, огромная уродливость имеющая силу не уступающую архонтам. Кэйа — последняя надежда потерянного королевства Каэнри’ах. Он был ещё ребёнком, когда произошла трагедия. Божье наказание не обошло стороной принца, но из-за родовой крови протекающей в жилах, оно не смогло распространиться быстро и очернить сердце и разум.       Дилюк просто переваривал всю эту информацию. Почему сейчас он узнаёт правду? В чем заключается эта несправедливость?       Почему именно Кэйа?        — Кровь Кэйи правда была необычной, на вид отличалась лишь более тёмным оттенком, но также субстанция была и другой внутренней структуры, нежели человеческая, она выделяла элементы способные удерживать и защищать организм от глубоких физических повреждений и способность к регенерации. — Продолжал Крепус, — Но кровь могла при желании и убить своего хозяина, в любой момент вырваться наружу, прорваться сквозь тело, отравляя всё живое. В таком случае, владелец бы не умер, но начинал терять контроль над своим разумом и безумной силой, разьедавшей его до хруста костей. Проклятие больше ничего не держит. Оно бы окутало Кэйю, сожрало, проглатывая кости. Он больше не человек, теперь это монстр, неуправляемая машина для убийств.       «Монстр…» — Думал Рагнвиндр младший, тяжело дыша.       Кэйа точно не такой. Он самый что ни есть милый, добрый и ласковый человек. Точнее, был им.        — Но этого не произошло.Ведь отец для своей безопасности, выкинул его у неизвестного дома, в неизвестной ему стране, как брошенного, никому не нужного котëнка, при этом сказав, что он их последняя надежда и что долг его жизни — отомстить за родину. — Закончил Крепус.        — Почему… Кэйа не выжил в ту ночь? -прошептал Дилюк, вытирая ладонью льющиеся слезы.        — У Кэйи был жестокий выбор. Но он ни разу не колебался, принимая это решение. Он сделал это ещё, когда увидел тебя, Дилюк. Кэйа пожертвовал собой во имя спасения мира и тебя. Это всё случилось из-за тебя. Ты виноват во всём этом, Дилюк. Ты не заслуживаешь жизни.