Правила и нормы

      Им нужно было освободить Алишу из промывающего мозги культа людей, носивших кардиганы. И это значило, что он должен был сказать остальным, что надо надеть резиновые перчатки, чтобы на них не подействовала её способность.       Его несколько возмущала необходимость это делать. Если бы Алиша была настоящей супергероиней — как Шельма из «Людей Икс», или Гвен из «Ангела» — она бы позаботилась об этом вместо них. Она бы сама носила перчатки, и делала бы это всегда. Она бы закрывала одеждой каждый сантиметр кожи на своём теле, потому что знала бы, что с суперспособностью, которая приводится в действие прикосновением, нельзя быть небрежной.       Саймону показалось, что носить перчатки очень неудобно.       Но потом, когда он решил попрактиковаться в том, чтобы относиться к девушкам как к людям, а не как к фантазиям, потому что так ему будет легче следовать своим правилам, он ещё немного подумал об этом, и решил, что Алише наверное тоже неудобно в перчатках.       Ей, похоже, не нравилось носить много одежды: она даже штанины и рукава своего оранжевого комбеза подкатывала, чтобы показать запястья и лодыжки. Её уличная одежда всегда была крошечными кусочками ткани на лямочках, как до грозы, так и после. Даже платье, которое она надела после того, как ей промыли мозги, оставляло её лодыжки и запястья голыми.       Может ей просто не приходило в голову, что её жизнь была бы гораздо проще, если бы она сильнее скрывала свою кожу? Нет. Он видел, как они общаются с Кёртисом, как они каждую секунду осознают, где и какой кусочек кожи выставлен напоказ, как аккуратно они выбирали, где можно прикоснуться друг к другу, чтобы не задеть эти места. Она совершенно точно знала, что делает. Должно быть она просто верила, что оно того стоит, подумал он, и поэтому продолжает так одеваться. Её одежда что-то для неё значит.       Интересный факт: раз она больше не пользовалась своей способностью, она больше ни к кому не прикасалась. Это было нормально для Саймона, но каждый, кто видел Алишу, сразу понимал, что у такой как она есть и друзья и семья. Возможно каждый день её жизни до грозы был как в одном из тех паршивых американских подростковых сериалов, где в конце каждого эпизода друзья вечно валятся в хохочущие кучки из тел, как щенки. А теперь Алиша больше никогда не сможет так делать.       Гроза что-то отняла у неё. Она отняла её жизнь. Но она не позволяла ей отнять ещё и её одежду. Словно каждый день говорила «да пошла ты». Он пришёл к выводу, что это храбро. Алиша была храброй.       Алиша была храброй, а ещё она была наверное самой красивой девушкой из всех, кого он когда-либо видел. Алиша была умной и способной. И ещё Алиша была хорошим человеком, потому что не ленилась тратить время на то, чтобы сделать себя хорошей.

***

      Ну вот. Теперь он влюбился.

***

      Мысль о том, что Алиша может сделать ему минет была совершенно безумной. Он никогда даже не пытался фантазировать об этом, потому что вероятность этого стремилась к нулю. Вместо этого он фантазировал об Алише самой по себе, красивой, совершенной, и о себе — достаточно близко к ней, чтобы всё видеть, но не настолько, чтобы она могла увидеть его и ей пришлось на это как-то реагировать. Как раньше, когда он подглядывал за ней невидимый, только на этот раз в этом не было ничего неправильного, потому что в его фантазии она по какой-то невероятной причине решила, что её это устраивает.       А потом, в реальности, по какой-то ещё более невероятной причине, она опустилась перед ним на колени, и он настолько растерялся, что даже удовольствие получать не мог. Хотя в каком-то смысле — в разных смыслах — он очень даже мог.       Действительно ли это настолько безумно? Алиша любила секс, она довольно ясно дала это понять. Может она не считала его совсем уж отвратительным. Если подумать, обычно она этого и не делала. Большую часть времени она просто не замечала, что он существует. Так что, окей, она человек, который любит секс, и ей захотелось секса с кем-то новым, и она вдруг заметила, что он прямо перед ней. И ещё, он был в этом уверен, ей не нравился Нейтан, а с Кёртисом у них были отношения и договор, так что просто методом исключения. От скуки. Потому что так было проще. Это могло произойти.       Ну, очевидно, это уже произошло.       Одна маленькая, звериная и голодная часть его хотела бы верить, что Алиша думала точно так же, как и он. Что она тоже видела их сходство: у них обоих были проблемы с их способностями, которых не было у других, они оба не знали точно, когда можно пользоваться способностью, а когда нет. Они не были рождены с пониманием пределов допустимого. Им обоим пришлось самим это выяснить на собственном опыте. В этом они были похожи, и может быть Алиша тоже понимала это, и поэтому сделала то, что сделала.       Саймон старался не прислушиваться к этому голосу, потому что за этим всегда следовало разочарование.       В одном он был уверен: будет грубо с его стороны ничего не сказать ей в ответ. Для таких вещей есть правила, он читал о них. И после того, что случилось с Салли, он решил, что в отношениях с девушками он теперь всегда будет следовать правилам. Если девушка тебе улыбнулась, надо улыбнуться в ответ. Если девушка тебя поцеловала, нужно ей позвонить. Если девушка говорит тебе нет, она не собирается приглашать тебя к себе, ты идёшь домой, а не становишься невидимым, не прокрадывается в её квартиру и не снимаешь её спящей на видео.       Саймон не читал, что нужно делать, если девушка неожиданно делает тебе минет. Он не предполагал, что ему это может когда-нибудь понадобиться. Но скорее всего, подумал он, предполагается, что ты позовешь её на свидание.       И он позвал её на свидание.

***

      Саймон очень, очень ошибся в своих рассчётах. А ещё он был отвратителен. Он был отвратителен Алише.       Алиша обычно не утруждалась тем, чтобы быть к нему жестокой, но в этот раз она сделала исключение. - Ты на меня дрочил? - спросила она его и придвинулась вплотную. Голос её был сахарно-сладким. А потом она велела ему пойти подрочить на Келли и назвала его уродом.       И это имело смысл, решил он, после того как понял, что раньше к нему подходила вовсе не Алиша. Это был оборотень.       И это значило, что он следовал не тем правилам, когда звал её на свидание. Он думал, что поступает правильно, но на самом деле он нарушил их негласное соглашение о том, что он не приближается к ней, а она в ответ великодушно не показывает, насколько он ей отвратителен. Поэтому когда он его нарушил, ей тоже пришлось нарушить его со своей стороны, чтобы показать ему, как он неправ.       Это опять то же самое, вдруг подумал он. Когда ты обращаешься с девушкой как с фантазией, а не как с реальным человеком. Алиша думала, что он именно так и поступил, когда пригласил её на свидание: что он у себя в голове создал фантазию, в которой она его хочет, и пытался вести себя так, словно она была реальностью. Словно её настоящие чувства и желания ничего не значили. Неудивительно, что она на него разозлилась.       Алиша должно быть постоянно вынуждена сталкиваться с подобным, она же такая красивая. Она, должно быть, очень устала от этого. Саймон мог это понять. Он тоже очень устал от того, что люди относятся к нему как к фрику.       Он не мог поверить, что сразу не подумал о том, что это оборотень. Ему следовало об этом подумать. Как будто Алиша действительно могла подойти к нему намеренно. Как будто Алиша, которая была хорошим человеком, могла поступить так с Кёртисом.

***

      Выяснилось, что оборотень - это Люси. И когда он понял это, когда он последовал за ней в полицейский участок чтобы умолять не сдавать их всех, кажется всё, о чём он думал, стало наконец складываться в единую картину и обрело смысл.       То, как он поступил с Люси. Он нарушил все правила. Девушка позвала его к себе, и он не сказал ей нет, но и не пришёл. Это было неправильно.       Отчасти он поступил так из-за того, что ему не нравилось то, что он нравится Люси. Потому что Люси была не той девушкой, которой он хотел бы нравиться.       Ему было неуютно из-за Люси. То, как явно она желала его внимания, его одобрения, не пытаясь скрывать свою нужду, свой ненасытный голод. Ему казалось это отвратительным. Она казалась ему отвратительной. И что было ещё противнее, так это то, что он был уверен: другие люди чувствуют по отношению к нему то же самое, что он чувствует по отношению к ней.       Иногда он думал, что нет ничего хуже, чем когда окружающие знают о твоей нужде. Это было так унизительно, не быть просто мозгом, плавающим в пустоте, ничего ни от кого не желающим.       Итак, он чувствовал себя некомфортно из-за Люси. Но это не значило, что он не может обращаться с ней как с человеком. Он мог сказать ей, что она не пустое место, что она имеет значение, даже если он и не любил её так, как она любила его. Это он мог сделать.       А вместо этого он стал обращаться с ней так, словно она не человек. Он наказывал её за то, что она не девушка из его фантазий, которую он мог бы полюбить, и тогда она в ответ наказала его. С этого всё и пошло наперекосяк.       Так что он пошёл в полицейский участок, и сказал ей, что сожалеет, что бросил её вот так, потому что он знает, как это больно. Потом он попросил её не сдавать их всех полиции, и она не стала этого делать. Ещё Саймон не думал, что ему придётся выучить правила о том, что делать, когда девушка отказывается от идеи сдать тебя полиции за два убийства, хотя она и могла бы это сделать. Но скорее всего, подумал он, её нужно проводить домой. И он проводил Люси домой.

***

      Он как будто нашёл чит-коды ко вселенной.       Он сказал Кёртису и Нейтану, что хочет быть их другом, и они сказали ладно, и неожиданно они вроде как и правда стали друзьями.       Нейтан всё так же постоянно над ним насмехался, но так же, как и над всеми остальными. Было понятно, что на самом деле Нейтан к ним хорошо относится, просто так он выражает свою привязанность. Кёртис был всё таким же снисходительным, но уже не так, словно он считает Саймона фриком за то, что тот не понимает, как устроен мир, и больше так, словно он бы хотел помочь Саймону понять этот мир.       Он не совсем понял, что сделал для того, чтобы это случилось. Это потому, что он их попросил? Или потому, что убил Салли ради них? Или потому, что им пришлось всем вместе избавляться от тела Салли?       Он не был уверен, но в его голове это было связано со всем остальным, о чём он думал. О том, что есть правила, и ему следует их соблюдать, и чтобы правила работали, нужно всего лишь помнить о том, что все остальные вокруг - тоже люди и их следует уважать. Каким-то образом это заставляет их уважать тебя в ответ.       Келли вела себя по-прежнему, но Келли и так была от природы добрым человеком. А Алиша вернулась обратно к той линии поведения, которой придерживалась до встречи с Люси: она замечала его, только если в этом была необходимость, но он на самом деле был рад этому. Если бы она сразу после того, как он всё неправильно понял, вдруг стала дружелюбна к нему, это сбило бы его с толку. Он бы всё время боялся снова что-нибудь понять не так. Ему было проще понять её равнодушие.